Сергей Маврин: В СССР нас обвиняли в фашизме

Он рассказал как обстояло дело с таким направлением как хэви метал в советское время.

 

Ниже читайте стенограмму встречи музыканта с нашим корреспондентом Никитой Камышевым.

 

 

- Изменить легко. Можно просто не выезжать в шесть-семь вечера. А выезжать ночью. А если серьезно, да, проблема действительно очень большая. И, к сожалению, я изменить ничего не могу. Я стараюсь либо не выезжать в часы пик, либо какие-то дела ночные, либо попадать в те моменты, когда более-менее свободная Москва. Это большая проблема не только в Москве. По всей стране приблизительно одна и та же картина. И в других городах еще более узкие улицы. И там еще более печальная картина. Единственный город, пожалуй, где все в порядке на дорогах, свободно – это Минск. Я был крайне удивлен. Переспрашивал несколько раз у водителей: у вас вообще пробки есть? А что это? Есть еще места в нашей бывшей стране.

 

 

- Честно говоря, не знаю, насколько сильно он бушует в мире, больше по каким-то новостям и по печальным сообщениям в газете. Я очень долгое время как-то не хотел его признать, не верил. Его прогнозировали еще в прошлом году, будет непросто. На самом деле все не так плохо. Хотя нам предсказывают, что будет еще хуже. Да, конечно, на группе отразилось. Это заставило меня поверить в существование кризиса. Несколько меньше народу стало на концерты приходить. Потому что, не секрет, билет на концерт стоит денег. Не таких больших, но все-таки это деньги. Наша аудитория в основном зависит от своих родителей, если родителей увольняют с производств, с предприятий, естественно, когда встает выбор, на что потратить какую-то часть денег – на билет либо еще что-то, не всегда это решается в пользу билета. Не так сильно, но коснулось. Я уверен, что ситуация выправится. Потому что долго это продолжаться не может. К сожалению, кризис – это неотъемлемая часть человечества. И в данном случае нашей страны. Над нами он просто висел очень много лет, это должно было случиться.

 

 

- Больше по городам.

 

 

- Я не прятал ничего. Естественно, были какие-то проблемы. Был 1986 год, когда я уехал на первые свои профессиональные гастроли в Казахстан. Я очень долгое время гастролировал по Казахстану. Там дали очень много концертов с группой «Металаккорд». Мы и жили там, где-то в автобусах ночевали. Хорошо, если были гостиницы. Играли везде. Выступали начиная от коровников, куда народ приходил. Мы ездили по поселкам. У нас было как минимум три концерта в день. Несколько раз было пять. Два утренних и три вечером. Еще на разных площадках. По идее, это жесть сейчас. Оборачиваюсь на свое прошлое. Но нам нравилось. Мы получали дикое удовольствие. Потому что мы просто выходили, и нам не важно, какая перед нами аудитория – сто человек, двести, триста, приходил весь поселок. Об имидже. Самый, наверное, комичный случай произошел в Казахстане, это уже был закат группы «Металлаккорд» с моим участием. По-моему, в городе Актюбинске к нам на концерт пришла комиссия из местной филармонии – посмотреть, что за программа, что за металл. Мы уже были при полном параде – кожаные костюмы, кожаные сапоги, шипов было, железа еще больше, чем на мне сейчас. Причем оно было такое кондовое, самопальное. Вокалист бегал по сцене. Мы снимали какие-то жесты с металлических групп, которые видели, с тех же «Scorpions». Очень активно показывал пальцем в зал, пел песню, замечательная баллада. К нам после концерта пришли люди из комиссии, такие грозные казахи. Разве что нас не арестовали, но сказали, что срочно на базу в филармонию в город Гурьев, это через весь Казахстан. Нам дали 24 часа на то, чтобы мы покинули город. Обвинили нас в фашизме. Мотивировали тем, что у вас вокалист бегает по сцене, показывает пальцем в зал, имитирует пистолет и расстреливает. И поете вообще, срочно перевод этой песни, что за непонятные слова. В таком духе.