За что Китай сердится на Россию?

Несмотря на то, что продано уже около 700 тысяч экземпляров, издатели не успевают допечатывать тиражи и уже появились пиратские версии. В книге пять китайских общественных деятелей, блоггеров и журналистов объясняют соотечественникам, почему Китай оказался на задворках цивилизации.

«Мы больше всего подходим на роль лидеров мира!» - эта мысль вонзается в мозг читателя буквально с первых строк. Кто мешает Китаю занять подобающее положение, сказано тут же: США и... Россия.

«Китай сегодня может диктовать свои условия, а не заискивать перед Америкой!» - уверяют авторы. По их мнению, США, как и остальной западный мир, несправедливо закрывают дверь КНР на их пути к лидерству. То сочинят историю с молоком, отравленным меламином. То американские СМИ, с той же целью опорочить китайского производителя, раструбят о «ядовитых игрушках, представляющих опасность для детей всего мира».

«Страна, у которой есть почти 2 триллиона долларов резервов, должна заставить уважать себя», - декламируют новые китайские националисты, намекая, что единовременный вброс этой суммы в мировую экономику вмиг обвалит доллар.

Но где она, эта Америка, - до нее плыть да плыть. А Россия - рядом. Применительно к нам авторы призывают вспомнить понятие «жизненное пространство», несправедливо забытое в связи с тем, что его активно использовала гитлеровская пропаганда... Новое «жизненное пространство» для китайцев, по мнению патриотично размышляющих эссеистов, находится у северного соседа, России. Которая сравнивается с собакой на сене.

- Трезвомыслящим китайцам необходимо отбросить сомнения по этому поводу: рано или поздно мы будем там! - призывают авторы, а один из них вспоминает свои эмоции от увиденного в России. Больше всего его возмутило созерцание тысяч брошенных гектаров чернозема, который, по его мнению, должен обрабатываться «великим китайским народом».

Понятно, что книга не могла появиться без согласия компартии КНР - все, что касается носителей пропаганды и идеологии, там по-прежнему жестко контролируется. Власти Китая позволили издать ее, чтобы гнев пролетариев, которых коснулся кризис и которые остались без работы, выплеснулся в нужное русло - на внешнего врага, а не на компартию.

Но способна ли новая национальная идея, выраженная в книге, стать официальной доктриной Китая? Этот вопрос и стал главной темой нашего разговора с профессором Института стран Азии и Африки МГУ им. Ломоносова, ведущим китаеведом страны Вилей ГЕЛЬБРАСОМ.

Сегодня китайцы учат русский совсем по иной причине...

В СВОЕЙ СТРАНЕ ОНИ УЖЕ НЕ УМЕЩАЮТСЯ

- Виля Гдаливич, что же их так на наш Дальний Восток тянет?

- А их не только к нам тянет. Они готовы занимать любые пространства, которые им кажутся заброшенными. Как-то я ехал по Штатам с супругой одного китайского диссидента, и она обратила внимание на пейзажи за окном: «Ну вот, пустуют же поля! А нам деваться некуда!» Они так говорят о любой стране, где есть незасеянные площади.

- Они что, в своей стране не умещаются? Вон она какая большая...

- А вы посчитайте сами: в Китае на 900 миллионов крестьян приходится 120 миллионов гектаров обрабатываемой площади - остальные земли малопригодны для использования. Сколько выходит на нос? Мизер - по 0,13 га получается... (Для сравнения: на каждого сельского жителя РФ приходится около 2,5 га только обрабатываемых земель. - Ред.)

Не забывайте о проблеме, которую создали совместными усилиями государство и крестьяне. Государство ввело норму: одна семья - один ребенок. Государство долгое время занималось изъятием средств из сельского хозяйства. В итоге крестьяне в условиях крайней бедности были вынуждены приступить к регулированию деторождения. И добивались того, чтобы рождались мальчики, потому что мальчик-крестьянин лучше в качестве пахотно-тягловой силы. В результате в иных провинциях произошел перекос: на 100 девочек - 150 мальчиков.

Власти Китая сейчас разрешили в случае рождения девочки иметь второго ребенка. Тем не менее подсчеты показывают, что перевес мужского населения будет значителен. По разным данным, к 2015 году 30 миллионов китайских мужчин не смогут найти себе подруг. Называют и более крупные цифры...

- И где они себе невест искать будут?

- А вы не догадываетесь?..

ЭТА КНИГА ОТВЛЕКАЕТ НАРОД ОТ КРИЗИСА

- Года три назад наши экономисты говорили, что главным сдерживающим фактором от падения доллара является Китай. Сейчас авторы книги «Китай сердится» главным врагом своим называют США. Что же мешает им обрушить монополию доллара?

- Не путайте Китай официальный и общественный. Как государство оно вложило больше 700 миллиардов долларов в госбумаги Штатов. Китай стал главным кредитором США. США - главный покупатель китайской продукции. Поэтому Китай очень сильно зависит от Америки. Отсюда: чем быстрее США встанут на ноги, тем быстрее поднимется и Китай. Так что общественная позиция, выраженная в книге, сильно отличается от официальной идеологии.

- А какое настроение у официального Китая? Власти-то не призывают народ идти «в гости к северному соседу»?

- Ситуация тревожная. Но я не верю, чтобы они на официальном уровне задумывали какие-то серьезные акции против нас. Использование военной силы исключено - в эпоху термоядерного оружия такие столкновения чреваты для всех сторон. Можете, конечно, возразить, мол, что очень часто они использовали жупел внешней опасности, чтобы расшириться, но сильно сомневаюсь, что они сейчас разрабатывают такую идеологию. Китаю придется много думать, как им выживать в новой ситуации. У них внутренних проблем больше чем достаточно. По разным подсчетам, там сейчас от 24 до 33 миллионов безработных, которым надо дать работу. С другой стороны, власти Китая не мешают развиваться националистическим идеям, подобным тем, что содержатся в книге: это отвлекает народ от кризиса.

Профессор Гельбрас: - Китай построит новые дороги и выйдет из кризиса совсем другой страной...

- То есть приведенные в книге мнения - всего лишь мнения частных лиц и нам беспокоиться нечего?

- Сложный вопрос. Вы посмотрите, что пишет ответственный редактор «Жэньминь жибао» Дун Цзинь в своей газете: «В конечном счете Китай, по-видимому, готовится подвергнуть российский Дальний Восток своему фундаментальному влиянию, но таким образом, чтобы при этом не вызвать у Москвы беспокойство. Сила этого влияния будет основана не на масштабном наплыве китайских переселенцев, а на непредвиденной заранее «китаизации» россиян... В один прекрасный день возникнет серьезный кризис, и перед лицом ослабевающего политического и военного влияния Москвы эти россияне, возможно, предпочтут сделать выбор в пользу Пекина, а не собственного правительства. При таком гипотетическом варианте российский Дальневосточный регион, возможно, станет провинцией Китая».

ОНИ ПЕРЕМАНИВАЮТ РОССИЯН К СЕБЕ

- Ну и кто из наших в этот Китай, кроме «челноков», поедет?..

- Вы дальше читайте: «Если китайское правительство улучшит дорожную, больничную и школьную инфраструктуру, то статус Китая для россиян повысится до уровня страны, представляющей огромные возможности, до которых Средней Азии и Сибири еще слишком далеко...»

- И чем же этот редактор отличается от авторов книги «Китай сердится»? Такой же журналист...

- Не скажите. Он ответственный редактор центральной партийной газеты. По статусу она такая же, как наша «Правда» в советские времена. Поэтому просто так он свое мнение высказывать не будет.

- Помилуйте, Виля Гдаливич, какие школы и дороги, когда есть нечего будет? Сами же говорили: вон сколько у них безработных.

- А вы это видели? - Профессор достает карту великих строек 11-й китайской пятилетки. Вся страна на ней покрыта разноцветной паутиной. - Это только новые магистрали и железные дороги! Вот так они собираются решить проблему своих безработных и то, о чем говорил редактор «Жэньминь жибао». И будьте уверены - они это сделают! По сути, они переняли у Рузвельта его план 1932 года. Вскоре они получат совершенно новую страну. Более того: у них уже есть готовая программа: не китайцев к нам гнать, а приглашать к себе специалистов высокого уровня из всех стран мира. Некоторые наши спецы там уже работают. Помимо того, о чем говорил редактор, для российских специалистов предусмотрены и льготные условия приобретения жилья, и изучение языка, и нормальные условия работы. Многие дальневосточники, оторванные от Москвы, уже присматриваются к этим программам.

«ВИНИТЬ НУЖНО НЕ КИТАЙ, А САМИХ СЕБЯ»

- С чего это дальневосточники оторванные? С «большой земли» туда сотни миллиардов рублей ежегодно уходят...

- В том-то и дело, что «уходят». А что мы там на них сделали? Может быть, почуяв конкуренцию со стороны Китая, создали обрабатывающую промышленность? Нет, мы отдали им в долгосрочную аренду миллионы гектаров леса, позволив обрабатывать лес китайцам. Такое ощущение, что все, что мы сегодня делаем на Дальнем Востоке, - делаем во благо Китая и себе в ущерб.

С границами вообще возникают проблемы. Хотя договоры подписаны и придется принимать все так, как есть. Я не только про остров Тарабаров говорю. Сейчас история с рекой Туманган... Наши мидовцы, когда проводили границу с Китаем, уверяли, что использовать ее невозможно - речка маленькая, пограничная, вброд можно перейти. А китайцы собираются строить на ней порт! Чтобы пропускать свои товары через него, а не через порты Владивостока и Находки, которым надо денежки платить.

Наша бесхозяйственность в отношении Дальнего Востока стала традицией. А ведь можно было отстроить Дальний Восток, не выделяя на это ни копейки. Вот, смотрите...

Профессор приносит газетную вырезку о российском миллиардере Тельмане Исмаилове, сколотившем капитал на Черкизовском вещевом рынке Москвы и отгрохавшем недавно дворец в иноземье.

- А этот-то здесь при чем? - не понимаю я, глядя на улыбающегося усача, танцующего с голливудской звездой.

- Так китайцы на его рынке торговали контрабандным товаром! Видите, и ему неплохо перепало. А теперь представьте, сколько ушло через китайские банки обратно в Китай, если китайцы смогли на них все пограничные с нами села превратить в современные города. При этом в Москве в прошлом году действовало как минимум четыре нелегальных китайских банка. Может быть, они функционируют и сейчас.

Мы им сами дали повод зариться на наш Дальний Восток. Ведь фактически целый край остается безнадзорным. Поэтому винить прежде всего нужно самих себя.

- Может, и в самом деле отдать? Но только в аренду...

- У нас многие региональные руководители тоже так говорят: вот, мол, поля пустуют, пусть приходят китайцы, обрабатывают и нас кормят. Но они совершенно не думают, что означает приход в Россию людей совершенно другой цивилизации.

- Так, может, кризис и спасет наш Дальний Восток? Пока они у себя заняты строительством, мы что-нибудь придумаем...

- Да, они сейчас будут концентрироваться на внутреннем рынке. Но вы смотрите дальше: новые транспортные выходы будут строиться в Центральную Азию. А это означает, что мы, помимо угрозы потерять Дальний Восток, должны сейчас думать и о потере влияния в Казахстане, Туркмении, Таджикистане, Узбекистане. Нефть, газ пойдут оттуда в Китай по нефте- и газопроводам. Обратно - китайские товары. Китай выйдет из кризиса обновленной страной, и амбиций у них прибавится...

- Невеселое интервью получается... Но все-таки: как будут выглядеть наши отношения c Китаем лет через 5 - 10? Во что превратится наш Дальний Восток?

- Я не пессимист по натуре, но, отвечая на данный вопрос, вынужден им быть. Ничего сказать не могу... Возможно, мы еще одумаемся. И займемся наконец не говорильней, а Дальним Востоком. Если, конечно, не хотим потерять одну шестую часть страны.

ЛИЧНОЕ ДЕЛО

Виля Гдаливич ГЕЛЬБРАС - крупнейший в России специалист по Китаю. Родился в Москве в семье известного советского ученого-востоковеда, специалиста по Ирану. Свои же жизненные и научные интересы Виля Гельбрас связал с Китаем. Работал в КНР, стажировался в Народном университете Китая и Пекинском университете, многократно выступал там с лекциями.

Профессор Института стран Азии и Африки при МГУ имени Ломоносова. С 2000 года - главный научный сотрудник Института мировой экономики и международных отношений РАН. Автор более 200 научных работ.

МНЕНИЕ ЭКОНОМИСТА

Директор Института проблем глобализации Михаил Делягин: «Через 10 лет будем думать по-китайски?»

В американских учебниках по ведению бизнеса с китайцами написано: «Если вы решили, что выиграли у китайцев переговоры, подумайте внимательно и обязательно найдите ошибку, которую вы сделали». При этом китайцы нам не враги, это важно понимать - у них просто другое мышление.

Европейцы да и мы, чего греха таить, мыслим в категориях «да - нет». Мышление как у компьютера, двоичное. А вот у китайцев мышление диалектичное, то, что называется переходом количества в качество. И при этом китайцы - люди предельно жесткие, для них очень важны личные отношения, личная дружба, очень важно хорошее и честное отношение - причем не только к ним, но и к своему делу.

Нашу пустоту китайцы терпят все-таки достаточно долго потому, что Китаем правят люди, которые традиционно живут на юге. Для них Сибирь и Дальний Восток - это очень холодные, неуютные места. 

Другое дело, что растет национализм, особенно на севере. Потому что военная промышленность и вообще крупные производства, созданные с участием Советского Союза, были сконцентрированы на севере. Соответственно тут наиболее болезненный переход к рыночным отношениям. То есть огромные предприятия, которые не очень жизнеспособны в рыночных условиях, достаточно болезненные социальные проблемы, - а с другой стороны, там живут и работают организованные люди, которые не боятся Сибири по климатическим причинам и тем более не боятся Приморья. И здесь растет национализм, растет очень быстро. Там-то и вышла знаменитая книга «Китай сердится».

У китайцев за последние 10 лет сменилась идентичность. Если раньше идентичность была - государство, которое строит социализм с китайским лицом или капитализм с китайским лицом, то теперь это государство китайцев, государство всего народа, и не важно, где представители этого народа живут и чего они хотят.

Для Китая мы раньше были старшим братом: более развитым, более сильным, более умным, более хорошо организованным - и братом, пусть даже таким, с которым приходится драться. И с нас надо было брать пример. А потом настали 90-е годы. Они думали, что у нас идут какие-то внутренние разборки - ну бывает, наверное, эти русские скоро одумаются. Но году к 2005-му они поняли, что нет, - русские не одумываются. И где-то году в 2006-м стало понятно: Россия из старшего партнера или потенциального старшего партнера стала младшим партнером. И вот это ужасно. Потому что китайцы - люди очень четкие, они всегда понимают, кто старший, кто главный, и не дай бог быть у них младшим партнером. Если мы изменимся, начнем работать по-человечески, то лет через 10 - 15 сможем вернуть ситуацию в прежнее русло или хотя бы в равноправное партнерство. Но сейчас, когда нормальный китайский чиновник смотрит на аналогичного российского чиновника, он понимает, против своей воли, он не может не видеть, что это, по сути, другой человек. Мы это понимаем - но это же понимают и китайцы. И они относятся соответствующим образом к российскому государству. И это очень плохо. Потому что тот защитный барьер уважения, который существовал в отношении нас в 90-е годы и в начале 2000-х годов, - его больше нет. У нас очень много проблем, и все разные, сложные. Но есть один способ решения этих проблем, и очень простой: заниматься модернизацией России.

Китай перекупает с начала 2000 года всех наших специалистов, до которых может дотянуться. Начиная с филологов, землемеров, с кого угодно. Я уж не говорю про физиков, химиков и т. д. Так сделайте так, чтобы специалисты были нужны в России. Есть 400 миллиардов долларов международных резервов - на эти деньги можно построить вторую Россию, намного лучше той, что мы сейчас видим. Ведь в любом регионе с федеральной трассы съезжайте - и будет такое ощущение, что война еще не кончилась.

Все идет к тому, что в ближайшие 10 лет Китай будет заниматься собой, не нами. Эти 10 лет у нас есть. Выбросим их на ветер, как 90-е годы, - будем не только говорить, но и думать по-китайски.

Евгений ЧЕРНЫХ

А вы что думаете? Алексей Овчинников ждет ваших откликов на сайте