На бойком месте

Думаю, это можно отнести к милому и теплому дому, скромный фасад которого составляют два вертикальных, на два этажа, эркера да ряд окон между ними. Стоит уютненький домик на Садовой-Кудринской, возле впадения в нее Малой Никитской, и поневоле заставляет приглядеться к нему, если занесет московским ветерком поближе. Непременно остановитесь и захотите узнать, что за чудо такое прелестное - не то домишко, не то шкатулка редкостная...

 

Антон Павлович Чехов поселился в доме на бойком московском перекрестке в конце лета 1886 года, когда было великому писателю всего 26 лет. У него еще нет семьи, им самим созданной, да и в отношении к себе он весь в сомнениях. Хотя уже и написал целый ряд замечательных произведений, которые должны бы, могли бы наполнить его верой в себя. Даже и через два года он вдруг признается: «Все, мною написанное, забудется через 5 - 10 лет, но пути, мною проложенные, будут целы и невредимы - в этом моя единственная заслуга». Теперь-то мы знаем, как он ошибался в такой оценке себя.

 

Живется ему в этом доме трудно, безнадежно. Посылая очередную рукопись в московскую газету или издательство, он без обиняков прямо и говорит, что рассчитывает на некий, всегда достаточно высокий, гонорар.

 

В том же году пишет другу: «Денег нет... Ах, если б жениться на богатой! Если я женюсь на богатой купчихе, то, обещаю, мы с Вами обдерем ее, анафему, как липку». Шутит, конечно же, Антон Павлович, не в его духе такие расчеты, так ведь и в каждой шутке, как говорят... Но еще больше открылся он в другом письме, написанном в этих стенах: «Хочется влюбиться или жениться, или полететь на воздушном шаре...»

 

В этом доме он очень много успел написать. «Степь», «Огни», «Скучную историю», «Именины», пьесу «Иванов».

 

О «Скучной истории» Плещеев ему написал: «У вас еще не было ничего столь сильного и глубокого, как эта вещь...»

 

Многие знаменитости перебывали в этом доме в гостях у молодого писателя: Короленко, Чайковский, Левитан, Гиляровский... Не только хозяин, но и сам дом, казалось, притягивал.

 

Радость в дом тоже охотно заглядывала. Здесь Чехов узнал о присуждении первой в его жизни литературной премии - Пушкинской, учрежденной Академией наук. Спасибо, Григорович неустанно хлопотал.

 

А потом что-то опять в нем надломилось, опять стало плохо работаться. Умер брат Николай... Антон Павлович стал ощущать, что какая-то неведомая сила его из Москвы выталкивает. Внезапно, можно сказать, для самого себя неожиданно он решает ехать на Сахалин. В гущу жизни, как он считал, «к месту невыносимых страданий, на какие только бывает способен человек вольный или подневольный...»

 

Вообще-то он ехал на край света познавать жизнь. В таких ее проявлениях, о которых он только догадывался.

 

Он уехал из этого дома на Сахалин в 1890 году. И больше уже сюда не вернулся. В его короткой жизни бывали всякие перипетии. А вот на воздушном шаре так и не успел полетать.