Инна Ульянова: «Милочка, хотите, чтобы ваша жизнь пошла кувырком?!»

Маргарита Хоботова из «Покровских ворот», подвыпившая математичка из «Семнадцати мгновений весны»... Героини не главные, часто мимолетные - а как их забудешь?

Будто в отместку за эти яркие и вкусные мгновения в кино жизнь самой Инны Ульяновой в последние годы была горькой и одинокой. Чертики в глазах - а в душе излом... После смерти актрисы претензии на ее двухкомнатную 70-метровую квартиру в элитном доме на Фрунзенской набережной предъявили ее родная племянница Анна Ульянова и ее племянница «по линии души и сердца» (так ее представляла сама Инна Ивановна) нотариус Марина Моматюк. Завещание было написано на Моматюк - она хлопотала вокруг актрисы в последние годы, - но родственники его оспорили. Лишь в 2006 году стороны подписали мировое соглашение. Моматюк получила отступные - 100 тысяч долларов, а квартира отошла маме Ульяновой...

Вместе с «Комсомолкой» актрису вспоминают ее близкие - друзья и коллеги по цеху.

Любовь МИРОНОВА, подруга Ульяновой: «Она жалела, что не вышла за летчика-француза...»

- Смерть Иннули застала меня в Киеве. Узнав о беде, сразу позвонила Марине Моматюк - как бы ее ни называли, Марина была единственным человеком, который ей хоть как-то помогал. А родственники не интересовались ни делами, ни здоровьем тетки.

Папа Ульяновой, бывший замминистра угольной промышленности, сам как-то своих родных не привечал. А когда Инна осталась вдвоем с мамой, Анной Николаевной, их обособленность стала еще заметнее. Но Инне нравилось так жить - она не стенала от одиночества. И отсутствие детей не воспринимала как трагедию. Жалела только об одном - не вышла замуж за свою главную любовь, летчика Жан-Пьера Константена из легендарной эскадрильи «Нормандия - Неман». Боялась навредить отцу, занимавшему важный пост. Многие ополчились на Инну, когда она отвезла маму в дом престарелых. Но мама нуждалась в уходе, и не могла же Инна бросить работу - а жить на что? Инка страшно переживала. И театральная карьера у Ульяновой «скакала». Будучи примой в ленинградском Театре комедии, она перешла к Любимову на Таганку. А потом грустно смеялась: «На Таганке я столько раз перевоплощалась в волну и мешок, и все без толку»...

Потом она участвовала в громком расколе труппы, ушла вслед за Николаем Губенко строить новый театр «Содружество актеров Таганки». Но и там сыграла только одну роль...

Ульянова в «Покровских воротах» была неотразима. Данке шон, Маргарита Павловна!

Борис ГРАЧЕВСКИЙ, худрук «Ералаша»: «Наверное, обидел...»

- Для «Ералаша» Ульянова была просто находкой - эпизоды были ее коньком. Снималась она у нас много. Но... незадолго до ее смерти договорились о съемках, а Инна вдруг исчезла. Как потом выяснилось, у нее случился классический запой. Я ее, наверное, тогда обидел, сказав: «Дружить мы будем, но вот работать - уже нет»...

Александр ШИРВИНДТ, худрук Театра сатиры: «Однокурсники звали ее элитной принцессой»

- Мы учились на одном курсе в Щукинском училище. Курс был мощный - Нина Дорошина, Владимир Земляникин, Вера Карпова... Ульянова была эдакой яркой особью. Мы-то были нищими, а Инна - дочка высокопоставленного чиновника. Ее в группе называли элитной принцессой. Часто собирались у нее дома, млели от гостеприимства - диковинные орешки, заграничные конфеты.

После Щуки во всех театрах я с ней играл мольеровского «Скупого». Скупой вышел из меня скверный - старикашка с бумажными паклями. А она, прекрасно знавшая французский, фонтанировала, и ее брали, а мне стыдливо: «Спасибо, уходите»... После всех своих жизненных катаклизмов меня она стала избегать - не хотела общаться с теми, кто ее знал раньше.