Как я работала на круизном теплоходе. Часть 5

Верхняя палуба. Обслуге сюда ходить запрещается, но я тайком пробралась.

В прошлых номерах мы рассказывали, как корреспондент «КП» устроилась работать на теплоход официанткой, где отравились туристы. Вдобавок выяснилось, что на судне серьезные неполадки. После первого рейса на теплоход по всем правилам должна была нагрянуть проверка (Часть I, Часть II, Часть III, Часть IV).

...Дни летели как тарелки. И, казалось, прошла целая жизнь. Я учительница начальных классов из провинции. Сдуру устроилась работать на судно официанткой. 18 часов бегаю по ресторану. Вены на ногах вздулись, на руках появились бицепсы, каких ни в одном спортзале не накачаешь, потому как иногда официант становится грузчиком.

После всех рассказов о неполадках на судне я вытащила спасжилет на видное место. Присматривалась к иллюминатору - как в случае чего из него вылезти можно. Это казалось нереальным, но, говорят, когда хочется жить, совершаешь удивительные вещи.

- Чего свет моргает? - кричали в коридоре.

- Да опять генератор барахлит, япона мать, никак не сделают!

Может, вещи сложенными держать? Хотя какие, к чертям, вещи, если что случится, самой бы спастись…

Эти мысли мало способствовали настроению и работоспособности. К тому же тошнота, которая преследовала меня уже несколько дней, усилилась. Благо не ем почти ничего, думала я…

К Москве подходили долго. Постоянно отстаивались в шлюзах.

БУДЕТЕ ДРАИТЬ «СУДНО»

Заболевшая официантка постепенно выздоравливала. Мы же загибались без ее помощи. Туристы продолжали заболевать. Жизнь практически устоялась.

- Когда же закончится этот проклятый рейс! Устала, будто всю навигацию отпахала, - бормотала Настя.

- Официантки, сегодня будете драить все судно! Туристы выходят в 10 вечера, а до утра надо судно отмыть, - донеслось с кухни.

- Что?! Я не нанималась уборщицей! Горничные на что? Не успевают? А мы успеваем?!

Но шуметь, похоже, было бесполезно. Если капитан объявляет на корабле аврал, то при необходимости и повар к штурвалу встанет.

Для нас это означало, что когда мы в 12 ночи закончим работу в ресторане, то до утра сможем наслаждаться трудом горничных.

- А если двигатели устанут, нас на весла посадят? - попыталась пошутить я.

Все было объяснимо. В Москве ожидается проверка. Новый рейс у нас должен быть на следующий же день. Значит, надо успеть отмыть судно от неизвестной заразы. Своими же силами, без дополнительных расходов.

БЕЗ ЧАЯ

Последний ужин в рейсе называется капитанским. Взрослым гостям предлагают по фужеру шампанского, детям - сок. Кстати, чаще всего сок разбавляют водой примерно наполовину. Но для наших заболевших сделали исключение.

Мы нарядились во все белое. К началу ужина пришел капитан, держал тост. Дети спели ему песню «Капитан, капитан, улыбнитесь». Мы подпевали: «Капитан, капитан, отравитесь…» Хотелось закончить круиз на оптимистичной ноте.

Было любопытно, оставят ли взрослые чаевые официантам.

- Русские не оставляют чаевых, - разубеждали меня. - В лучшем случае спасибо скажут. Вот иностранцы могут раскошелиться. Но в этой компании принято по-другому, гиды еще в автобусе предупреждают интуриста, чтобы ни копейки обслуге не давал. Но у них воспитание другое, они все равно что-то на стол бросят.

...Повскакали наши люди из-за столов, побежали вещи собирать. Ни словесной, ни материальной благодарности.

Фото: Нигина БЕРОЕВА. Перейти в Фотобанк КП

Виды Москвы лениво текли за бортом, горожане жарили на набережных шашлыки, самые отчаянные купались, МКАД стояла в пробке. Этот будничный городской пейзаж казался мне зарисовками из счастливого прошлого. Глупо и печально…ВСЕ ХОРОШО, ПРЕКРАСНАЯ...

Речной вокзал. Туристы побежали с корабля.

- Во, генеральный стоит, смотри! Тот, с усами, на причале, да не пялься ты так! - показывали мне в окно официанты.

Главный начальник приехал встречать теплоход лично. Нас четко инструктировали, как с ним разговаривать, если он что-то спросит. Четко, без жалоб, ни в коем случае не произносить слова «не знаю», он этого не любит.

А я все еще ждала «всадников» господина Онищенко с их колбочками и скляночками для анализов, которые должны были, по моему разумению, стать вестниками апокалипсиса для этого судна.

Владелец теплоходов зашел в ресторан вместе с капитаном и судовым врачом. Уселись. Разговор шел благостно, по принципу «все хорошо, прекрасная маркиза». Я крутилась рядом.

- С водой у нас, конечно, некоторые проблемы… - заключил бизнесмен. - В следующем рейсе не наливайте воду туристам. А так у вас все будет хорошо. Проблемы с СЭС тоже есть. Но с этим мы здесь сами разберемся, не ваши заботы…

Финита ля трагедия! Проверки не будет. Замяли...

ХЛОРКА, ПЫЛЕСОС, ПРИСТУП

Судно отогнали на стоянку. Нужно было готовиться к следующему рейсу. Одних туристов подпортили, можно брать новых…

Режим аврала все-таки объявили. Разделавшись со всей работой в ресторане, в полночь мы превращались из официанток в горничных.

- Будете драить каюты, в которых туристов особо обильно тошнило, там запах невозможный, так что старайтесь не дышать, - Инструктаж был кратким, но емким.

Процедура отмывания каюты состояла в следующем. В ведро наливался кипяток, в нем растворялась хлорка и еще два каких-то химиката. Ведро в руку, моющий пылесос в другую, щетку на палке в зубы. И вперед на вторую и третью палубы. Получившимся адским раствором с помощью щетки намыливаем ковролин во всей каюте, затираем пятна. Делать это надо тщательно, залезая под кровати и тумбочки. Далее нужно пройтись по ковру моющим пылесосом, который отсасывает весь химический раствор.

В качестве обмундирования мы получили перчатки и повязки на лицо. Матросы мыли палубы, лестницы.

Судя по состоянию кают, туристам было очень плохо. Тошнота подкатывала от одного вида, не говоря уже про запах. А родной берег был до слез рядом. Вот тут выбегаешь на шоссе, ловишь машину, и через 15 минут ты дома. Бр-р-р… выдохнуть, и вперед.

Чтобы намылить ковер щеткой с очень короткой щетиной, нужно обладать приличной силой и сноровкой. Первая каюта готова.

- Иди вон ту каюту отдраивай, там вообще караул! - велела горничная.

По дороге в коридоре я увидела девочку. Так, у меня уже крыша поехала, думаю. Это призрак детского отравления или я все-таки этой гадостью надышалась? Но реальность оказалась банальной. Это дочь одной из горничных. Вот так ребенок проводит ночь, в коридоре среди заразы и химикатов.

- А чего нас качает, мы же стоим? - спрашиваю я у матросов.

- А нас и не качает… - удивились мне в ответ.

Вторая каюта выглядела хуже первой. Проще было вылить всю воду из ведра на ковер, а еще проще - снять ковролин и выбросить. Но пришлось мыть.

Каюты сменялись, раствор постоянно заканчивался, приходилось бежать за новым.

- Мать, ты какого-то бело-зеленого цвета, - остановила меня Кристина, которая тоже драила судно.

- Черт, мне бледно-зеленый не идет, - говорю. - Вообще что-то качает меня.

- А я сваливаю с этой развалюхи, хватит, я шесть лет работаю официанткой на флоте, но такого ужаса еще не видела! Твою мать, вода закончилась по всему теплоходу! Отлично, и это посреди нашей уборки!

И снова каюта… Но на этот раз она мне показалась какой-то необычной. Кровати плавно перемещались, светильник расплывался в воздухе. А воздух, в свою очередь, заканчивался. К горлу подкатило. Я рванула на палубу. Намусорю в каюте, самой же потом убирать… И это была последняя здравая мысль в моей голове…

В следующей серии мы расскажем, что случилось с нашим корреспондентом на судне и как ей удалось оттуда выбраться.

СМОТРИТЕ ФОТОГАЛЕРЕЮ