2016-08-24T02:17:42+03:00
Комсомольская правда
2

Его величество

В МХТ им. А.П. Чехова готовятся к юбилею Олега Табакова
У Олега Табакова никогда не было недостатка в ролях.У Олега Табакова никогда не было недостатка в ролях.Фото: Екатерина Цветкова

За «Юбилеем ювелира» на афише МХТ им. А.П. Чехова зрители высматривают юбилей Олега Павловича Табакова. Нынешний год для него, действительно, юбилейный, и спектакль «по случаю» не мог не появиться в репертуаре руководимого, воскрешенного, выведенного им на новую высоту театра. «Юбилейные» спектакли обыкновенно носят оттенок бенефисности и неунывающего оптимизма, чеховского «Юбилея» с налетом геронтологии – «пышного природы увяданья». Юбиляры кокетничают возрастом, гордятся им, как главным достижением, демонстрируют чудеса омоложения под аккомпанемент «Главное ребята – сердцем не стареть». В текстах о таких «датских» премьерах слова о юбилярах заменяют рассказ о спектакле, функция которого в таких случаях вспомогательная, как у костюма – юбиляру в «чём-то» надо выйти на сцену… Но, к счастью, бывают исключения.

У Олега Табакова никогда не было недостатка в ролях, и прибавляющиеся годы, хотя и сокращают число выходов на сцену, но не отменяют их: Табаков играет на сцене МХТ ежемесячно. Пьесу «Юбилей ювелира» английской актрисы и драматурга Николы МакОлифф, ювелирно переведенную Ольгой Варшавер и Татьяной Тульчинской, Олег Павлович выбрал сам. Как и режиссера Константина Богомолова - «Дорогой бриллиант дорогой и оправы требует. И хорошего ювелира». Именно в спектаклях Богомолова «Год, когда я не родился» и «Чайка» актер-бриллиант Табаков засверкал новыми гранями, приобрел отличную от привычной манеру держать себя на сцене, отказавшись (почти) от фирменного лукавого обаяния, от собственных завоеваний таланта и опыта. Речь не о штампах, не об игре «на публику», но о попытке преодолеть неизменные приветственные аплодисменты зрителей, заставить их воспринимать не имя артиста, но имя персонажа, выходящего на сцену.

За столом на четверых – трое: Морис, его жена Хелена, и медицинская сестра-сиделка Кэти. Фото: Екатерина Цветкова

За столом на четверых – трое: Морис, его жена Хелена, и медицинская сестра-сиделка Кэти.Фото: Екатерина Цветковаtrue_kpru

Для «Юбилея ювелира» артист Табаков еще молод, как и для собственного предстоящего юбилея. Перед актером маячит восьмидесятилетие, персонаж пьесы Морис Ходжер (автор играет с фамилией персонажа: Hodger напоминает «codger» - досл. «чудаковатый старикашка») мечтает дожить до девяностолетнего юбилея. Шестьдесят лет мечтает дожить. Со дня встречи, которую может подтвердить (а была ли?) только повторный визит. Именно встречи, а не юбилейных торжеств ждет персонаж пьесы. Но, когда до заветной даты остается два месяца, врачи объявляют ему, что дни его сочтены. Счет скупой – на недели. Рак выполз на финишную прямую. «Терминальная стадия срака», - горько шутит над собой пациент.

За столом на четверых – трое: Морис (не нуждающийся в восторженных эпитетах Олег Табаков), его жена Хелена (королева, и не только по роли, Наталья Тенякова), и медицинская сестра-сиделка Кэти («стерильная», безупречная в этом спектакле Дарья Мороз). Говорят о пустяках, молчание их многозначительнее. Собственно, первое слово здесь не за актерами, а за режиссером. Богомолов оттолкнулся от реплики Мориса из пьесы «Сейчас придет Кэти – и начнется. Начало конца», переписав, заострив ее. Титры открывают спектакль. Одна за другой появляющиеся фразы: [Начало.] [Начало конца.] [Начало конца начинается.]. Главным в этих первоначальных титрах служит не игра слов, не нарастание смыслов путем прибавления уточняющих слов, а знак препинания. Точка в них символизирует конец не предложения, но жизни персонажа. В последующих титрах не всегда будет соблюдена пунктуация, заглавные буквы станут строчными, появятся словоповторы... У филолога Богомолова не бывает случайностей в текстах и спектаклях и «Юбилей ювелира» не исключение. «Начало с точкой» - это то, о чем умалчивают сидящие за столом, и то, о чем открыто говорит Морис, – смерть. Она поселилась в этой комнате до того, как в нее допустили зрителей. Публика смеется игре слов. Смешки вообще довольно часто раздаются на этом спектакле с горьким юмором гробовщика. От них не по себе. Но пьеса достойно на них отвечает: «- Она у нас только пару часов, а уже шутки мои понимает. – Тогда почему не смеется? – Я сказал «понимает». Но ближе к концу спектакля и смешливые что-то начинают понимать. Впрочем, смех здесь быть может сопротивление слезам? Но сопротивление бесполезно.

В программке нет традиционного перечня действующих лиц и соответствующих им исполнителей, в ней просто фраза «В спектакле заняты…» Публика теряется, порой не может разъять образ и исполнителя, ибо между ними немало общего. Когда персонажу Табакова накануне финала задают бестактный, если вдуматься, вопрос: «Вы прожили счастливую жизнь?» и тот говорит об ошибках, о людях, которых он сделал несчастными, то, кажется, что это ответ «за двоих». Оба, актер и персонаж, «многих видели, многих знали», королевских особ в т.ч.; оба совершили немало добрых поступков, оба верны делу-призванию и достигли в нем вершин (трона); оба не состарились, не переросли искренность, детскость, простоту (ту, что Б. Пастернак называл неслыханной, ту, что «всего нужнее людям»).

За «Юбилеем ювелира» на афише МХТ им. А.П. Чехова зрители высматривают юбилей Олега Павловича Табакова. Фото: Екатерина Цветкова

За «Юбилеем ювелира» на афише МХТ им. А.П. Чехова зрители высматривают юбилей Олега Павловича Табакова.Фото: Екатерина Цветковаtrue_kpru

Блестят в спектакле не камни, не огни сцены, но что-то на уровне глаз актеров и зрителей. То, что не удается сдержать, даже зная, что «сдержанность – главное достоинство королей». Финал сыграют под Сарабанду Георга Генделя. Сарабанда – танец скорби. Протяжный. Строгий. Два заключительных титра свидетельствуют полную победу режиссера над публикой. Музыка обрывается, на экранах загорается надпись [Тишина], и зал не то, чтобы стихает, в нем поселяется тишина, которую иначе как гробовой не назовешь. Это тишина минуты молчания. Словно по Ингмару Бергману – «и тогда затихли шепоты и крики». Долгий эпизод, который никто не осмеливается нарушить. Никто, кроме режиссера, выводящего на экран [Аплодисменты.] И они раздаются. Такие же оглушительные как тишина несколько мгновений назад. Аплодисменты не те, которыми провожают актеров в последний путь, но приветственные. Скупой на эмоции, по-королевски сдержанный спектакль, сосредоточенный на «клетках мозга» публики, попал в самое ее сердце. Только с одним зрители явно не согласны. С финальной точкой в титрах. С ней зал, стоя, спорит аплодисментами, желая юбиляру долгих лет, - многоточия.

ГДЕ: МХТ им. А.П. Чехова, Камергерский пер., д. 3

КОГДА: 6, 21, 25 апреля

ЦЕНА БИЛЕТОВ: от 500. до 5000 руб.

Поделиться: Напечатать
Подпишитесь на новости:
 
Читайте также