2016-08-24T01:39:44+03:00
Комсомольская правда

Хорошей страны много не бывает: Чем сейчас России может быть интересна Польша

Стас Барецкий - музыкант, потенциальный депутат ГосдумыСтас Барецкий - музыкант, потенциальный депутат ГосдумыФото: Александр ГЛУЗ

Музыкант, потенциальный депутат Госдумы Стас Барецкий излагает свою точку зрения в эфире Радио «Комсомольская правда» [аудио]

Хорошей страны много не бывает: Чем сейчас России может быть интересна Польша

00:00
00:00

Рыбка:

- Как вас толковее сейчас продавать, Стас? Кандидат в депутаты Государственной Думы? Депутат в кандидаты Государственной думы? Рвец пивных банок? Шоумен?

Алфимов:

- Человек, который разбрасывает деньги, в конце концов? Кстати, в нас не будете бросать? Деньгами не будете в нас бросать?

Рыбка:

- Нет, серьезно, как Стаса Барецкого продавать?

Алфимов:

- Действительно, стодолларовые купюры летят на стол радио «Комсомольская правда», причем, у нас все сконструировано, что не дотянешься до них… Давай про ярлыки. Кем мы считаем Стаса Барецкого?

Барецкий:

- Ну, давайте вот так. Давайте – рвец или… Рвач банок и кандидат в депутаты.

Рыбка:

- Рвач банок и кандидат в депутаты. С похоронным, могильным бизнесом все?

Барецкий:

- Да нет пока, но одно другому не мешает. Просто туда как бы вложены деньги. Ну, это, знаете, такая работа на черный день как бы. Ну, мало ли, не пройдешь в Думу – и все, и придется как-то деньги зарабатывать.

Рыбка:

- То есть, прежде мы Стаса Барецкого, в том числе, знали как предпринимателя в этой области… хотя, нет, мы представляли вот таким гробокопателем, охранником на кладбище и т.д. А сейчас сказали – деньги вложены. Вы – босс, шеф на предприятии?

Барецкий:

- Да нет, я до такого уровня еще не дорос как бы. Ну, какой-то авторитет имею в этом бизнесе.

Рыбка:

- Ладно, хорошо, последний раз когда случалось решать какой-то вопрос, связанный с захоронением? Ну, вот участвовали именно в каком-то таком мероприятии? Причем, не личная драма, я не об этом спрашиваю. А вот по бизнесу.

Барецкий:

- Ну, что вы имеете в виду?

Рыбка:

- Когда вы последний раз хоронили покойника?

Барецкий:

- Ну, я стараюсь сейчас избегать этих моментов. Просто плачущих родственников я не очень хочу видеть… Покойников-то я, естественно, не боюсь. Известная аксиома, что бояться надо живых, а не мертвых. Наоборот, когда на кладбище приезжаю по работе, я чувствую себя как-то спокойнее и мне даже как-то нравится… ну, может быть, земля зовет уже, но не хотелось бы… Там спокойно, там природа более вот так ощущается… знаете, даже воздух такой там…

Рыбка:

- По-депутатски можно что-нибудь такое… вот в этой области чего поправить надо?

Барецкий:

- Да все надо поправить.

Рыбка:

- Оградку?

Барецкий:

- Да там не только оградку, там все покосилось, поэтому как бы, я считаю, не хватает там меня в том плане, что надо все-таки двигать тему – то есть, в том плане, что я человек из народа, понимаете, у меня нет вообще никаких подвязок. Я вот как работал на кладбище, так и работаю на кладбище. Поэтому я вижу эту жизнь от земли, понимаете, с земли, с самого низа.

Алфимов:

- В Государственной Думе депутат Станислав Барецкий чем будет заниматься? Может быть, главой какого-нибудь комитета станет?

Барецкий:

- Понятно, что это все не так просто – возглавить там какой-то комитет, но я бы стал председателем комитета, допустим, по импортозамещению. А почему нет? Я своей грудью недавно останавливать фуры на выезде из порта петербургского… Но я там никому не угрожал, я просто…

Алфимов:

- Это ребята супротив «Платона» там куда-то хотели ехать и вы их тормозили?

Барецкий:

- Нет, нет, к «Платону» это не имеет отношения, там просто я знаю, что в порт ввозят запрещенку. Довозят до определенных мест, там переделывают документы и как бы это уже становится не запрещенка. Ну, товар я имею в виду. А я как бы останавливал на въезде. Ну, я был один, понимаете… ну, с человеком, который снимает это на видео, с телефона такого…

Рыбка:

- Подождите, вы как-то в магазине каком-то питерском с казаками вместе орудовали.

Барецкий:

- С казаками – да. Но им как бы не понравилась моя движуха. Они меня позвали – типа, пойдем с нами. Я говорю – ну, пойдемте. Ну, я смотрю, они там чего-то чеки какие-то ищут. А я просто знаю эту торговую систему, я на рынке работал тоже охранником, начальником охраны, я просто знаю, что эти чеки напечатать, как два пальца… У любого директора рынка в сейфе целый мешок из-под мусора с печатями.

Алфимов:

- То есть, вы решили напрямую по харт-кору, да?

Барецкий:

- Да, просто я смотрю, стоит иностранное пиво как бы, нашего не видно, я взял первую попавшуюся банку и разорвал ее. Ну, потом вошел в азарт – вторую, третью…

Рыбка:

- Иностранное-то оно иностранное, но льют-то его на наших заводах.

Барецкий:

- Какая разница? Но кормим-то мы все равно заграничного дядю, понимаете?

Рыбка:

- Ну, кормим, в том числе, и дядю, который вот там льет. Я говорю не про начальника-директора, а про сотрудников…

Барецкий:

- Ну, согласитесь, дядя, который льет, он там получает неадекватно. То есть, я считаю, что российский человек должен получать нормальные деньги, а не какую-то там зарплату, который этот дядя дает за то, что льют его пиво. То есть, понимаете, должна быть взаимозаменяемость. То есть, одни уходят, другие приходят. Я считаю, что, если уйдут иностранные компании, должны на их место по-любому прийти наши компании.

Алфимов:

- По поводу рвания банок – насколько я знаю, вы согласились вместе с «Комсомольской правдой» поставить рекорд мира по количеству разорванных зубами банок. Проанонсируете?

Барецкий:

- Ну да, я сейчас могу порвать банок… ну, сколько смогу… не знаю, останутся ли у меня после этого какие-нибудь зубы во рту…

Рыбка:

- Но прежде чем самую первую вообще банку перед камерой включенной на публику порвали, вы практиковались в одиночку где-нибудь у себя на кладбище, в каком-нибудь склепе заброшенном?

Барецкий:

- Так я же рву их постоянно. Я в группе «Ленинград» только этим и занимался – я рвал банки просто. Я даже бутылки бил об голову.

Рыбка:

- Вот этот трюк в американских фильмах постоянно есть. Они протыкают банку снизу, а потом сверху открывают и высаживают ее всю в глотку. Это работает? Пробовали такое?

Барецкий:

- Пробовал. Это все фигня. Я могу разорвать банку и не то что ее вытряхнуть, а выпить ее всю. Но я этого не буду делать.

Рыбка:

- В постановке нашего рекорда?

Барецкий:

- В постановке нашего рекорда я просто разорву эти банки.

Рыбка:

- В принципе пиво сейчас пьете?

Барецкий:

- Нет, мне что-то опротивело пиво… потому что все пиво заграничное и я как бы стараюсь…

Рыбка:

- Сегодня в «Коммерсанте» есть пивной свежак, сводка по крупным производителям пива – Хаузберг, Хайникен, Эфес и кого-то еще… Этих ребятишек всех, таких транснациональных, планетарных, давят частные мелкие производители. То есть, по Москве сейчас идешь, кругом вывески – крафтовое пиво, живое пиво и т.д. Ну, как будто вот все эти частники, которые варят это пиво в тазах, в которых бабули прежде капусту квасили, они давят все эти Хаузберги и Хайниккены. Какое пиво предпочитают в Питере? У вас есть там свои большие ребята?

Барецкий:

- Да, есть, но они не пользуются авторитетом среди самих питерцев, потому что реально питерское пиво оно такое, ну, на букву «х», не подумайте, что «хорошо»… Поэтому местные не пользуются, но, насколько я так себе представляю, в Питере частные пивоварни не особо распространены, потому что, ну, может быть, не такой уровень бюджета, как у москвичей. Потому что москвичи все-таки могут себе позволить купить оборудование. Там, допустим, какой-то бар может позволить себе купить оборудование…

Алфимов:

- …и сделать свою пивоварню у себя же прямо в баре…

Барецкий:

- Нет, в Питере там все гораздо проще. Там думают, как бы аренду заплатить, какие пивоварни, о чем вы говорите? У меня знакомые друзья держат кабаки, но они думают о том, как бы выжить, а пивоварня – это нет. Это для Москвы скорее. Поэтому, я думаю, что по России этого распространения никакого не будет, частных пивоварен. Эти монополисты просто их задушат.

Алфимов:

- Дальше возвращаемся к нашей теме, потому что у нас же марафон сегодня, радиомарафон «Хорошей страны много не бывает». И мы вот призываем слушателей присылать свои варианты ответов на вопрос «А чего нам не хватает?». Кстати, вот есть хорошее сообщение: «К России надо присоединить Москву, а то наши правители такие принимают решения, что невольно думаешь, что живут они в совершенно другой стране – богатой и обеспеченной».

Рыбка:

- А Питер надо к России вот как-то специально, отдельным решением, присоединять? Или Питер это и есть Россия?

Барецкий:

- Нет, Питер, скорее, не Россия, Питер он всегда какой-то обособленный такой был город, насколько я понимаю. И у питерцев обиды на москвичей – ну, это банальные вещи, об этом все знают, что, типа, забрали столицу в свое время… Понятно, что столицей должна быть Москва, потому что Москва все-таки в центре… Но у питерцев есть такая тема. Я к ней вообще никак не отношусь, я, наоборот, считаю, что я люблю Москву и вообще Москва для меня это вообще шикарный город. Здесь и климат мягче, и люди добрее, чем в Питере. Просто в Питере люди более такие злые. Знаете, Питер такой любовник, который все время на вторых ролях как бы, поэтому немножко обидно людям, конечно. Но есть люди, которые за Питер просто готовы убить… Простите, а я вообще забыл – какой вопрос-то был?

Алфимов:

- Чего присоединить нам? Чего не хватает?

Барецкий:

- Ну, Польшу надо присоединить, Прибалтику присоединить обратно.

Рыбка:

- А зачем нам Польша? Ну, я понимаю, там образно Иран какой-нибудь или Афганистан – там нефть…

Барецкий:

- Нет, у нас у самих все это есть. Нам как раз сейчас нужно присоединить Польшу, потому что, понимаете, вот сейчас немножко Германия стала поднимать голову, командовать и руководить, а, если бы мы присоединили к себе Польшу, то, естественно, у немцев под брюхом была бы такая Россия – а им этого не надо. Ну, Сталин это хотел сделать в свое время, но не дожил до этого. Поэтому, я считаю, что надо сделать это сейчас – просто ввести туда войска и как бы расставить все точки над «и».

Рыбка:

- Ну, а если ввести войска, а миром дело не кончится и придется…

Барецкий:

- Так а кто против России будет… ну, поляки вряд ли будут воевать, потому что они все-таки люди более такие, знаете, ну, мирные… Ну, совершал пару акций протеста. Но подавить все это как бы силой и все. Ну, или Прибалтику. Но Прибалтика она все-таки как-то… ну, как-то жалко их. А поляков можно присоединить.

Рыбка:

- То есть, Прибалтику не трогаем?

Барецкий:

- Если присоединяем Польшу, то Прибалтику не трогаем.

Алфимов:

- Ну а если с Польшей не получается, то можно и Прибалтику, да?

Рыбка:

- А так если в культурном смысле, от Польши вот какой прок здешним российским потребителям? Стратегия, политика – побоку. А чисто культурно, чтобы как-то взаимопроникнуть… зачем, чего с них, с поляков, взять? Фильм «Четыре танкиста и собака» я в интернете скачаю…

Барецкий:

- Ну, вы знаете, я думаю, что поляки тоже от этого выиграют. Во-первых, у них будет газ, нефть бесплатная – то есть, в российских рублях. Опять же, будут у них тряпки покупать постоянно…

Алфимов:

- Не будут жаловаться, что яблоки не могут поставить нам.

Барецкий:

- В Польше тоже яблоки есть…

Алфимов:

- Ну, вот они же как раз капризничали, что не могут их к нам прислать.

Барецкий:

- Вот, вот, будут к нам их засылать. То есть, я не думаю даже, что там будут какие-то протесты…

Рыбка:

- Мне кажется, если вот по вашему сценарию – войска и все дела – там такая заруба будет… Ну и плюс – страна НАТО.

Барецкий:

- А вдруг не будет? Вот, прикиньте, ввели войска – ну, выйдут либералы какие-то, да – и все успокоится. А вдруг они именно этого только и ждали? Прикиньте, для них какой это рынок сбыта! А кто у них чего покупает, если так вот по сути?

Рыбка:

- Ну, давайте поляка какого-нибудь в эфир позовем… Уроженец Польской народной республики, позвоните, пожалуйста, скажите, хотите ли вы, чтобы к вам вот войска…

А у нас Стас Барецкий в гостях…

Алфимов:

- А у нас вот уже Константин отвечает Стасу: «Не нужны они и без того огромной плохо управляемой России. На них уйдут в помощь наши триллионы. Халявщиков и дармоедов нам не надо».

Барецкий:

- Ну, в принципе, здесь я тоже согласен. Как бы поляки никогда не отличались трудолюбием – ну, так же, как и россияне, да, мы тоже так работать не любим… Потому что мы работаем, а все наши труды забирает какой-то дядя, понимаете… Я говорю точно – что касается поляков, они от этого выиграют. Россия тоже выиграет в том плане, я еще раз объясняю, что геополитически это выгодно в том плане, что там будут стоять наши войска и те же немцы уже не будут так себя вести…

Рыбка:

- Все, короче, выдохнули, отвоевались, я хочу в обратную сторону немножко крутануть. Сказано, что мы лентяи, поляки лентяи и на этом основании давайте дружить… Есть нация, которая прямо вот трудяги? Кто чемпион по труду на планете? Молодец-то кто?

Барецкий:

- Да белорусы.

Рыбка:

- Вот, чуть что – сразу белорусы.

Барецкий:

- А реально. Ну, посмотрите, они как бы работают и там у них все идет в правильном русле. Советский Союз там как бы остался. Нормальное государство.

Алфимов:

- Едят свою еду.

Барецкий:

- Да. Свою еду. Своя одежда. Белорусская одежда всегда была хорошей. А разве они не трудяги? Украинцы – нет…

Рыбка:

- Вот нам пишут: «Китайцев надо хвалить за то, что они трудяги». Не были в Китае?

Барецкий:

- Был. Но их просто очень много, им деваться некуда… им заняться нечем…

Рыбка:

- А у нас Александр в эфире. Добрый вечер! Ваш вопрос кандидату в депутаты Барецкому.

Александр:

- Я из Белгорода звоню. Уважаю, конечно, ваше радио, но, судя по этому интервью, какой-то желтизной пахнет – ни о чем, как говорится…

Рыбка:

- А вы не поляк, Александр?

Александр:

- Абсолютно нет.

Рыбка:

- Ну ясно… а я вот немножко… Нет, конечно, не поляк, просто родился в Польше, никаких корневых завязок на эту страну нет… «Объявить полякам и литовцам войну и сдаться», - предлагает «45»-й. Ну, хорошо… ладно, этот разговор мы свернем…

Алфимов:

- Ну, это чисто частное мнение Стаса Барецкого. А «Комсомольская правда» и мы с Сергеем не призываем никого ни аннексировать, ни присоединять, ни с кем воевать. Ни в коем случае!

Рыбка:

- Никаких корней у меня органических нет с Польшей, но моим родителям есть что вспомнить про эту страну. И в первом свидетельстве о рождении у меня было написано – Польская народная республика. Фильм «Четыре танкиста и собака» - один из элементов моего воспитания. Скверного? Да, скверного. Но никуда я от этого не денусь. Короче, поляки, без обид– это Стас. Ему что сто долларов метнуть, что банку порвать, что в Польшу войска ввести, в депутаты сходить…

Алфимов:

- Ну а мы у вас спрашиваем – кого бы нам взять в состав? Если вот кто-то к нам попросится сам, кого бы мы готовы были взять? Звоните нам.

Рыбка:

- У меня есть большие опасения, что сейчас все следом за Барецким начнут начищать ружья кирпичом…

Алфимов:

- Радио «КП» - против насилия!

Рыбка:

- Да? Просто у нас тут был с тобой большой спор о насилии – до этого, как мы с тобой в эфир явились, я почему-то выступил с проповедью на тот момент, я сказал, что вот, когда человек встречается с человеком и остается с ним один на один, у него остается только один выбор – убить этого человека…

Алфимов:

- Я предлагаю сейчас не разжигать этот спор…

Рыбка:

- Ну, я просто обиделся на поляков, обиделся на Барецкого и пытаюсь как-то это все скруглить… Хорошо, ладно, сворачиваем. Поехали в регионы. Мы начали с Барецким с пива – давай к другим история. Есть истории не пивные, есть истории с более сложными напитками. В Саратове предложили новый вид сервиса. Круглосуточную продажу косметических лосьонов с 75-процентным содержанием спирта. При этом дело происходит просто в автоматах. То есть, ты подходишь в автомат, кладешь какое-то количество наличности, выбираешь на… почему-то хочется сказать «напиток», но речь идет о «лосьоне».

Алфимов:

- Вот я не понимаю, почему сразу напиток? Почему, если речь идет о лосьоне, там настойке боярышника или пустырника – сразу напиток?

Рыбка:

- Знаешь, как называется ассортимент этого автомата? «Пшеничный»-люкс, «Хлебный», «Ржаной», Боярышниковый цвет». Хочешь освежить лицо чем-то хлебным? Или хочешь освежить лицо после бритья чем-то ржаным? Понятно, что речь идет о «синьке»… Звоните нам… Нам нужна проповедь от настоящего алкоголика. Потому что в Саратове как-то вот легко и непринужденно этот вопрос решили – поставить автомат и этим там торгуют.

Алфимов:

- Кстати, про автоматы. А как там будут проверять возраст?

Рыбка:

- Ну, подожди, когда ты в парфюмерном магазине покупаешь такой лосьон, у тебя, скорее всего, не спрашивают документы.

Алфимов:

- Ты первый, кто из нас по этому поводу заговорил и ты сразу сказал, что это автомат с напитками… Неужели эти люди рассчитывают на то, что граждане России младше 18 просто еще не понимают, что это можно использовать как напиток. На это рассчитывают?

Рыбка:

- А с нами Сергей. Может быть, он саратовец и что-то знает о вкусах тамошней молодежи? Сергей, здравствуйте.

Сергей:

- Здравствуйте.

Рыбка:

- Сергей, у вас был печальный опыт употребления спиртных напитков, для употребления не предназначенных?

Сергей:

- Да, был, конечно. Периодически.

Рыбка:

- И сейчас это с вами происходит?

Сергей:

- В данный момент не происходит.

Рыбка:

- Нет, я имею в виду – в этот период вашей жизни?

Сергей:

- Ну да, я еще бодр и молод. Знаете, вообще, конечно, продажа через такой аппарат, когда любой ребенок может купить – это беспредел, конечно, за это надо вообще калечить хозяин таких аппаратов.

Рыбка:

- Давайте мы про вас, Сергей, что-нибудь узнаем. В каком вы статусе, в каком звании, с какой профессией употребляет лосьон или что-то подобное… вы же говорите, что и сейчас случается такое…

Сергей:

- Вы знаете, я не знаю ни одного человека, который умер бы мгновенно от лосьона, но я знаю много людей, которые подыхают от паленой водки. Можете меня циником считать, но я считаю, что в данный период нашей жизни российской вот эти лосьоны они качественнее, как бы это цинично ни звучало… Взрослый человек мозгами может иногда согрешать на вот эту тему…

Рыбка:

- Спасибо, Сергей.

Алфимов:

- Но мнение нашего слушателя может не совпадать с мнением редакции…

Рыбка:

- Хотя есть о чем расспросить такого человека. Он предпочитает «Огуречный», «Ржаной» или лосьон «О жен» со льдом, безо льда, и вообще рекомендует понижать, повышать… И вообще, нет больше людей масштаба Венедикта Ерофеева, которые бы подходили к делу по-настоящему научно, которые знают мешать смесь веточкой повилики или веточкой жимолости. Таких людей больше нет среди нас. Есть человек, который все вяжет к политическому моменту – он говорит: вот сейчас у нас в стране разбавляют водку…

Алфимов:

- Может быть, и я тоже немножко виноват в том, что мы вот в этой плоскости развернули, но почему обязательно то, что продается в этом аппарате, принимать внутрь? Почему?

Рыбка:

- «Ржаной», «Хлебный», «Пшеничный»-люкс…

Алфимов:

- Аромат!

Рыбка:

- Ну, хотя, да, сегодня можно купить любые парфюмы с автоматом крови, спермы и чего угодно… А у нас Александр на линии. Здравствуйте.

Александр:

- Здравствуйте.

Алфимов:

- У вас был драматический опыт распития лосьона?

Александр:

- …употреблял портвейн «три топорика»…

Рыбка:

- Вы же понимаете разницу между портвейном, который как будто предназначен для того, чтобы его распивать, и лосьоном. Это же разные вещи.

Александр:

- Понятно, да. Он тогда продавался в аптеках, «настойка боярышника» это называлось. Сейчас он преподносится как средство для наружного применения, а тогда это был медицинский препарат…

Рыбка:

- Спасибо, Александр, вы мерцаете, к сожалению… Спасибо, что вспомнили про настойку боярышника, это и по сей день, кажется, медицинский препарат. И можно даже в урнах, которые находятся в непосредственной близости от входа в аптеки, обнаружить опорожненные только что покупателями подобные пузырьки. Это все не новье, такое есть.

Алфимов:

- Быть или не быть таким аппаратам, хотим мы спросить у вас…

Рыбка:

- По-твоему, кто-то будет настаивать на том, что да, непременно должен быть аппарат, торгующий лосьоном «Ржаной»? Лучше ввести в школах уроки очистки палитуры и всякое такое прочее… Ну, это обезопасит ваших детей от распития нечищеной палитуры. Ты знаешь, как это делается?

Алфимов:

- Понятия не имею.

Рыбка:

- Ты не знаешь, как очищается палитура? В этой стране любой ребенок должен знать, как это делается. Подвешивается замороженный на морозе лом и по нему сливается сверху вниз палитура. Все тяжелые фракции, все вредные вещества оседают на этом ломе, а то, что получается, пить, конечно, нельзя и невозможно, и страшно – это преступление против организма, нравственности и чего угодно – но технология годами хранится.

Алфимов:

- Ну, понятно, да. Я в курсе только как из клея БФ спирт получить…

Рыбка:

- Надо раскрутить его в какой-нибудь центрифуге.

Алфимов:

- А давай мы не будем рассказывать нашим подрастающим слушателям все вот эти способы.

Рыбка:

- Наоборот, надо уберечь людей от всех этих экспериментов, потому что они все проделаны до вас и ничем хорошим не закончились.

Алфимов:

- А сейчас буквально новость одной строкой. Первый зам главы Минсельхоза Евгений Громыко заявил, что поддерживает введение акцизов на продукты с ГМО. О чем это говорит? О том, что практически все продукты растительного происхождения скоро подорожают, если будут введены вот эти акцизы. Факт. Думаю, спорить с этим никто не будет. А Алексей Навальный подал в суд в очередной раз…

Рыбка:

- Навальный обращается в Тверской суд Москвы, в котором излагает вот какую историю У президента Российской Федерации Владимира Путина – а именно к нему претензия адресована – есть дочь, а у дочери есть супруг, супруга зовут Кирилл Шамалов и вот Кирилл Шамалов возглавляет компанию «Сибур»…

Алфимов:

- …некую компанию, которая имеет долю…

Рыбка:

- Да, пакет акций в компании «Сибур». Как утверждает Алексей Навальный и его соратники, Владимир Путин лично выпустил распоряжение о том, чтобы выдать компании «Сибур» 1,75 млрд. долларов из фонда национального благосостояния. Как будто в этой конкретной истории ничего преступного нет и чего бы тревожить ребят из Тверского суда, но Алексей Навальный утверждает, что Путин в этой ситуации должен был действовать чуть иначе. То есть, хотите дать денег «Сибуру» из Фонда национального благосостояния, пожалуйста, на здоровье, но… Нужно дать сигнал, что вот, на самом деле, есть конфликт интересов, есть зять и он владеет долей в этой компании, поэтому есть конфликт интересов и пусть кто-нибудь другой облагодетельствует компанию «Сибур». Алексей Навальный считает, что президент должен был действовать так и на этом основании предъявляет ему претензию и обращается в Тверской суд Москвы.

Алфимов:

- А мы у вас хотим спросить – как вы считаете, есть шанс у Алексея Навального или нет?

Рыбка:

- На самом деле, даже само исковое заявление там 2 страницы с упоминанием всех, всех, с упоминанием каких-то документов, с ссылкой на публикацию Рейтер, где говорится о том, что компании «Сибур» эти деньги были выделены, что пакетом в этой компании владеет зять президента Владимира Путина, ссылка на еще ряд документов. Всего две страницы. При этом я даже сходил на сайт Тверского суда Москвы сегодня и там от Алексея Навального 10 обращений и из них больше половины в удовлетворении исков отказано, что-то находится на рассмотрении, а что-то возвращено автору, самому Навальному. Короче, пока он успеха не сыскал.

Алфимов:

- Вот этот конкретный иск в адрес Владимира Путина пока даже не зарегистрирован в Тверском суде, но вот сам Навальный говорит – мы отправили.

Рыбка:

- Вот мы вам изложили ситуацию, как ее видит глава фонда борьбы с коррупцией. Даже в этих обстоятельствах вам кажется, что есть что-то неприятное, неприличное?.. Или нет? Виктор, здравствуйте.

Виктор:

- Здравствуйте. Вы задали очень наивный вопрос. Владимир Владимирович, работая президентом нашей страны, никогда не будет нарушать законы. Тем более, по таким вещам, как безосновательное перечисление денег…

Рыбка:

- Нет, нет, там не говорится о том, что не было оснований для того, чтобы «Сибур» облагодетельствовать, говорится о том, что нельзя это делать, имея в руководстве компании зятя.

Виктор:

- Я считаю, что в этот раз Навальный просто занимается ерундой.

Рыбка:

- То есть, он просто сейчас пытается набрать себе очков в свою пользу?

Виктор:

- Да. Но он не наберет очков себе, подав исковое заявление на президента. Нисколько.

Алфимов:

- Спасибо. Ну, понятно, что он, скорее всего, не выиграет. Мне так кажется, но мы о нем сейчас говорим…

Рыбка:

- И мы не знаем даже, принято ли к рассмотрению это заявление… а уже говорим, уже обсуждаем. Интересна бытовая, непрофессиональная позиция по этом вопросу ваша. Вот узнав ту совокупность фактов, что нам Навальный предлагает, вы готовы сказать, что вы недовольны президентом, если действительно дело обстоит так, как сейчас описано в этом исковом заявлении?

Алфимов:

- Почувствовать себя сейчас на месте судьи?

Рыбка:

- Ну, судья профессиональный человек, у него там за плечами много какого-то опыта… просто по-человечески рассудите… Николай, здравствуйте.

Николай:

- Здравствуйте. Ну, Навальный подал это заявление для того, чтобы все показать, как работает российский суд.

Алфимов:

- Такая лакмусовая бумажка?

Николай:

- Нет, почему. Мы вчера тоже были в суде, но у нас порой суд принимает решение или рассмотрение документа, в котором может быть что-то написано в другом времени, если речь идет о мужчине, то там может быть в женском роде написано… ну, в принципе, я считаю, что это заявление… ну, конечно, чтобы его рассмотрели, но это должно получить публичную огласку.

Рыбка:

- Я верно вас понимаю, что тут задел не такой, что – а давайте в очередной раз на президента поклеп возведем или в чем-то его обвиним, может быть, и объективно. А это в отношении судебной системы затеяно некое мероприятие?

Николай:

- Зачем кусать орех, который ты не можешь разгрызть?

Рыбка:

- Я понял. То есть, это выпад фонда борьбы с коррупцией против судебной системы не столько, сколько против президента?

Николай:

- Совершенно верно.

Рыбка:

- Принято. Елена, ваш прогноз развития событий?

Елена:

- Здравствуйте. Навальный - молодец. Чайка – сынок – замолчали. Путин – зять – какой может быть у нас суд? Такие высокие люди, кто их может судить?

Рыбка:

- Елена, спасибо. Видимо, благодаря тому, что звук так мерцал, ваше сообщение даже наполнилось неким таким содержанием… В общем, получился набор таких лозунгов. Ну, то есть, лозунг – это громко. Но – мимо. «Этого клоуна проамериканского уже забывать все стали, решил попиариться за счет президента», - пишет «04»-й. Да нет, почему, все помнят. И не только как клоуна. «Навальный занимается ерундой, но даже если он прав, результат будет нулевой», - считает «50»-й.

А представь себе, что карьера президента Владимира Путина споткнется вот об эту идею и на этом и закончится однажды, да? Мне кажется, с точки зрения такой российской драматургии, непредсказуемо…

Алфимов:

- А ты представляешь, если это была идея Владимира Путина – вот так закончить карьеру и уйти на заслуженный отдых?

Рыбка:

- Да, Ленин, по его мнению, в свое время заложил бомбу под Россию, а Владимир Путин, таким образом, выделив какие-то средства «Сибуру», заложил бомбу под собственную карьеру… Если так, то опять же аплодисменты.

Алфимов:

- Мы сегодня говорили про самострой, про Собянина, про то, что происходит у нас в стране – в программе «Народный контроль» в субботу, в 13.05 по московскому времени – «Поддержал ли регионы почин Москвы по сносу самостроев?». Слушайте нас.

Поделиться: Напечатать
Подпишитесь на новости:
 
ОБРАТНАЯ СВЯЗЬ
Московская студия 8-800-200-97-02
+7 (967) 200-97-02
СЛУШАЙТЕ ТАКЖЕ

Новости 24