Новости 24

143

Как Европа «кинула» молдаван

Погром здания парламента Молдовы в апреле 2009 года.  Фото ИТАР-ТАСС/ Вадим ДенисовПогром здания парламента Молдовы в апреле 2009 года. Фото ИТАР-ТАСС/ Вадим Денисов

Спецкор «КП» Дарья Асламова побывала в бывшей советской республике и увидела, что, хотя экономика страны практически рухнула, революционные настроения там еще не достигли точки кипения [Часть 2, фото]

Продолжение. Читайте начало повествования.

"НА РЫНКЕ НАКРИЧАЛИ? ВВОДИТЕ САНКЦИИ!"

Центральный рынок в Кишиневе — любимая кормушка воров-карманников и главное место выживания для большинства жителей города. Цены здесь ниже, чем в супермаркетах. В овощном ряду продаются, в основном, турецкие помидоры и польские яблоки. Своих, тепличных молдавских продуктов практически нет.

На Центральном рынке Кишинева. Фото: Дарья АСЛАМОВА

На Центральном рынке Кишинева.Фото: Дарья АСЛАМОВА

Только у бабушки Марии я вижу местную морковку, крупную, но неровную. Мария уже подзабыла русский, но радуется встрече с москвичкой. «Морковка у нас вкусная, но неказистая, - огорчается она. - Смотрите, какая неровная. Не знаю, как это у голландцев получается выращивать, чтоб морковка была вся одинаковых размеров». «Лучше вам, госпожа Мария, этого не знать, - отвечаю я. - Плохо будете спать по ночам. Они ее в землю не высаживают. А мне по вкусу ваша морковка».

О Советском Союзе бабушка Мария вспоминает с ностальгией: «Зарплата была небольшая, но надежная — сто рублей, но мы еще и на рынках торговали. Продукты ели только свои. Даже сумели выстроить большой и хороший дом».

Бабушка Мария продает настоящую молдавскую морковку. Фото: Дарья АСЛАМОВА

Бабушка Мария продает настоящую молдавскую морковку.Фото: Дарья АСЛАМОВА

Две торговки, женщины еще в соку, продают бледные помидоры. О политике говорить сначала отказываются, но потом входят во вкус. «Я тоже ходила на демонстрации против нынешней власти, но на морозе больше трех часов не выстояла, - говорит та, что помоложе. - Ну, скажите, зачем такой маленькой стране, как Молдова, парламент? Это свора ворья, которые постоянно дерутся между собой, а мы должны их кормить. Нам нужен нормальный президент».

«Правильно! - поддерживает ее старушка-покупательница в ветхом пальто. - Нам нужен такой, как Лукашенко». «Так все кричат, что он диктатор», - замечаю я. «Вы думаете, простой белорусский народ это волнует? Он за интересы Белоруссии всем горло перегрызет. Он, конечно, красиво говорить не умеет, зато работяга, колхозник. И белорусы при нем сытно живут».

Негр Джон из Сьерра-Леоне, торгующий дешевым чаем, - местная достопримечательность. Ярый румынский(!) националист. Узнав, что я из Москвы, отказывается говорить со мной по-русски. «Ну, давай по-английски, - предлагаю я. - Была я в твоей Сьерра-Леоне. Во Фритауне английский — второй язык». И мы переходим на английский. «Русский язык — это язык оккупантов, - высокомерно говорит Джон и тут же на русском объясняет покупательнице, что чая с жасмином нет. - Русские захватили Молдову, а ваши танки ездят по нашим улицам». «Джон, ты бредишь, - ласково говорю я. - Где ж ты видишь российские танки?» Но Джон уже вошел в раж: «Русские — наши заклятые враги! Мы, молдаване и румыны, — один народ. (Странно слышать такие речи от негра! - Д.А.) Нам надо немедленно объединяться в Румынией, чтоб Россия на нас не напала!».

Негр Джон из Сьерра-Леоне, ярый румынский националист. Фото: Дарья АСЛАМОВА

Негр Джон из Сьерра-Леоне, ярый румынский националист.Фото: Дарья АСЛАМОВА

Его престарелая покупательница внезапно тоже приходит в ярость. На прекрасном русском она кричит: «Всюду, куда приходят русские, льется кровь! Вы залили кровью всю Украину!» «Вы там были?» - вежливо спрашиваю я. «Нет. Но я видела по телевизору. Вы хотите захватить Молдову! Убирайтесь отсюда в свою Москву!»

Позже, шокированная, я пересказываю всю историю мою приятелю, наполовину молдаванину, наполовину украинцу.

«Эге! Значит, на рынке двое на тебя накричали», - отмечает он. «Но только двое, - с нервным смешком говорю я. - Остальные продавцы были вполне любезны». «Значит, не отменяйте эмбарго, - делает вывод мой приятель. - Видать, не дошли люди еще до ручки и так и не поняли, что Москва — их кормилица. А в кормилицу плевать нельзя. Вот когда на рынке, узнав, что ты из Москвы, тебя все с радостью обнимут, тогда и снимайте эмбарго. Нельзя покупать продукты у людей, которые тебя ненавидят. Заболеть можно».

НУЖНА ЛИ КЛУБНИКА В ШЕСТЬ УТРА?

Мой любимый молдавский экономист Галина Шеларь — типичный «научный жучок». Журналистам общаться с ней трудно, но интересно. Главное, набраться терпения. Когда она начинает длинную фразу со слов «страница 273 экономического доклада от ...надцатого года гласит», при этом окутывая собеседника клубами сигаретного дыма, неподготовленный человек немедленно засыпает. Я уже знаю ее привычки, поэтому спасаюсь от сонливости чашкой крепчайшего кофе, который Галина отлично готовит.

В 2013 году мы с ней бурно спорили на тему: что первично для государственных интересов — экономика или политика? Она утверждала, что экономика формирует политику, а я приводила ей в пример Иран. А теперь уже могу подтвердить собственный тезис и тем, что Украина в угоду ЕС и США разорвала жизненно важные экономические связи с Россией, и ЕС ввел невыгодные ему же санкции против России. Но спорить не пришлось.

«От понятия, что политика есть концентрированная экономика я пришла к понятию, что экономика есть концентрированная политика», - с грустью говорит Галина. «Браво! - восклицаю я. - Наконец-то наши взгляды совпадают!» «Я могу понять, когда политические интересы больших игроков заставляют их отказаться от очевидных экономических выгод, - рассуждает Галина. - Но когда по тому же принципу определяются решения маленьких стран, таких, как Молдова, экономика которых дышит на ладан, как экономист, я этого понять не могу».

(Только грустные факты. В конце 2013 года Молдавия парафировала соглашение об ассоциации с ЕС и подписала договор о зоне углубленной и всеобъемлющей свободной торговли с Евросоюзом. Было сказано много красивых слов, но соглашение об ассоциации так и не заработало. Вернее, оно заработало в одно сторону. В плюсе оказался ЕС. Экспорт молдавских помидор в ЕС в 2015 году составил всего 45 тонн, а ИМПОРТ тех же помидор из ЕС и Турции — аж 9,4 тысячи тонн! Экспорт винограда в ЕС еще в 2014 составил 9,7 тысяч тонн за 9 месяцев , а уже в 2015 за тот же период — 7,7 тысяч тонн. В СНГ для примера за тот же период — 29 тысяч тонн!

А со знаменитыми молдавскими яблоками совсем беда. С января по ноябрь 2013 года (до соглашения) Молдавия экспортировала в ЕС 3,3 тысячи тонн (в СНГ, в основном, в Россию, для сравнения — 168 тысяч тонн). Январь-ноябрь 2014 — в Европу ушло всего 1,3 тысячи тонн яблок (в СНГ 102 тысячи тонн). За тот же период уже 2015 года в Европу из Молдавии ушло всего 780 тонн (в СНГ 82 тысячи тонн). При этом Молдавии пришлось экспортировать по условиям соглашения из ЕС и Турции 1200 тонн! А свои яблоки молдаване не смогли продать. У большинства фермеров они просто сгнили. Даже страшно представить, что будет в 2016 году, когда заработает полноценное эмбарго, введенное Россией. Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понимать, где для Молдавии — потенциальный рынок. После заключения соглашения с ЕС только в 2014 году молдавский экспорт в Евросоюз был в два раза ниже импорта! (ЕС всегда использует принцип, что при известной изобретательности даже из самого жалкого бедняка можно выжать деньги. - Д.А.)

«В своем советском детстве я слышала чудесные истории про Запад, где можно купить клубнику в шесть утра в любое время года, - вспоминает Галина Шеларь. - И вот, когда я впервые попала в Брюссель, я сразу же бросилась в лавочку напротив гостиницы, где продавалась та самая вожделенная клубника, и купила целое лукошко. Больше я ее не покупала. Лучше я буду есть мою кривенькую и косенькую клубнику с мая по июнь, но это будет та клубника, вкус которой я помню ребенком.

Впрочем, о вкусах не спорят. Если с Европой у нас действуют множество жестких правил, то на общесоветском пространстве есть только одно: либо мы друзья, либо мы враги. Если мы друзья, то наши плодожорки могут дружить, ну, а если враги...Учитывать этот менталитет необходимо! Тем более, что мы — маленькая страна с официальным населением чуть больше трех миллионов, и именно МЫ заинтересованы в том, чтоб иметь хорошие торговые отношения и с Востоком, и с Западом. Что же мы натворили? В 2011 году мы заключили соглашение о свободной торговли со странами СНГ. Первый пункт такого классического соглашения — освобождение от таможенных пошлин. В конце 2013 года мы, не посоветовавшись с нашими партнерами (основной из них — Россия), заключаем такое же соглашение с ЕС. И здесь возникает проблема реэкспорта, - когда товары из ЕС или из Турции, к примеру, могут свободно перетекать через Молдову в Россию без таможенных пошлин. Это был вопрос элементарной порядочности по отношению к своим партнерам: сесть и обсудить возможные риски, последствия нового соглашения с теми же странами СНГ. Чего не было сделано. Соответственно, Россия ввела эмбарго».

«Ту же ошибку совершила Украина, - замечаю я. - Перед подписанием Украиной ассоциации с ЕС Россия, предполагая мощный реэкспорт из Евросоюза через 47-миллионную Украину беспошлинных товаров, предложила всем трем сторонам сесть и договориться об условиях. ЕС высокомерно отказался, заявив, что это двухсторонний договор, и Россия тут ни при чем. Когда Януковичу экономисты на пальцах объяснили, какой катастрофой для экономики Украины станет договор о свободной торговле с ЕС, если Россия (совершенно справедливо) введет пошлину на украинские товары, он в ужасе, буквально за пару недель, передумал. Потом Украина получила майдан, гражданскую войну, разорение — и во многом потому, что людям внятно не объяснили, что же такое ассоциация с ЕС».

«Мы не Украина, мы маленькая Молдова, которая, если честно, не является интересным интеграционным партнером, - печально говорит госпожа Шеларь. - Мы тот холопий чуб, за который два поссорившихся господаря таскают Молдову. Европа и Россия так тесно экономически связаны, что их ссора — это развод мужа и жены, живущих в коммунальной квартире. Они разошлись по соседним комнатам, а между ними остался коридорчик — наша Молдова. И вот они друг другу доказывают, кто здесь хозяин. Кто сдастся, тот и слабее».

КТО ЖЕ ВСЕ ЭТО ВЫПЬЕТ?

Село Новые Мерены. Злющий зимний ветер. Серое советское здание винного завода «Дионисос-Мерень». Вокруг тихо, как на кладбище. «Ты думаешь, здесь кто-нибудь есть?» - почему-то шепотом спрашиваю я своего коллегу Леню. «Должны быть», - уверенно говорит он, толкая казенную дверь. Мы находим сторожа, который говорит нам, что все начальство уехало. Правда, есть заведующая лабораторией Ольга Черкина.

К нам выходит милая, благовоспитанная тихая женщина. (Сколько бываю на винных заводах, всегда удивляюсь тому факту, что технологи — это, обычно, женщины, интеллигентные, малопьющие, культурные, относящиеся к вину, как к великой драгоценности.)

Мы бродим по огромным, пустым холодным залам, где, словно в музее, на стенах развешены бесчисленные дипломы знаменитых выставок, которые подтверждают высокую ценность и качество местных вин.

Молдавские вина больше не доходят до России. Фото: Дарья АСЛАМОВА

Молдавские вина больше не доходят до России.Фото: Дарья АСЛАМОВА

«Этот завод открылся еще в советское время, в 1959 году, - рассказывает Ольга. - Я уже в те годы работала здесь. Это было неплохое время: люди вкалывали по две-три смены, и вина отсюда уходили вагонами на весь СССР. Нас торопили: давай, давай! Всех устраивало обычное дешевое столовое вино 9-10 градусов. После перестройки завод приватизировали и полностью модернизировали, и новый хозяин вложился в дорогое оборудование и в собственные виноградники. Мы перешли на выпуск высококачественных вин. И сделали это вовремя. В России появился средний класс, люди стали пить хорошие французские и итальянские вина и научились разбираться в качестве. Их уже не устраивали подделки и дешевки. Это было счастливое время и для нас, технологов. Мы знали, что делаем прекрасную продукцию, и люди ее ценят».

Ольга, заведующая лабораторией винзавода "Дионнисос-Мерень". Фото: Дарья АСЛАМОВА

Ольга, заведующая лабораторией винзавода "Дионнисос-Мерень".Фото: Дарья АСЛАМОВА

Мы спускаемся в подвалы завода, и от холода у меня начинают стучать зубы. «Сейчас согреетесь», - с улыбкой говорит Ольга и наливает мне из бочки бокал отличного Каберне-Совиньен. От его аромата кружится голова, а от первого глотка тепло разливается по жилам. Вино великолепно! (Уж я-то в этом разбираюсь!)

«До 2006 года, пока Россия не ввела эмбарго, мы продавали в Москву 300 тысяч бутылок высококачественного вина в месяц! Наши вина знал покупатель, нас любили и ценили».

«Ну, а сейчас? Ведь вам открыт рынок Евросоюза, за который Молдавия так боролась!»

«Вы поймите, обыкновенный покупатель в Европе приходит в магазин и, прежде всего, интересуется привычными итальянскими, французскими, испанскими винами, которые к тому же часто дешевле нашего вина. Редкие знатоки вдруг захотят купить бутылку молдавского вина, или кому-то захочется экзотики. Нет, вы не думайте, все, что мы сейчас производим, мы продаем, но хозяину, конечно, пришлось уволить людей и сократить производство». «Сколько здесь сейчас работает людей?» «Тридцать человек, - вздыхает Ольга. - Но если Россия снова откроет рынок, то мы готовы!»

Когда-то на заводе Дионисос-Мерень выпускали вот такие советские вина. Фото: Дарья АСЛАМОВА

Когда-то на заводе Дионисос-Мерень выпускали вот такие советские вина.Фото: Дарья АСЛАМОВА

Надежда умирает последней. В заводском магазинчике за сто рублей (на наши деньги) я покупаю бутылку того самого прекрасного Каберне. Мы открываем его с подругой в Москве на моей кухне, но его аромат навевает на меня только грусть. «Ты чего?» - удивляется приятельница, услышав мой вздох. «Ты не понимаешь. Я видела столько чудесных бутылок вина, которые некому пить. Из-за глупости молдавских политиков. Это преступление! Ах, как бы мы его выпили всей Россией!»

ПОЧЕМУ ЗАТИХЛА МОЛДАВСКАЯ РЕВОЛЮЦИЯ?

«Я же говорил: ребята, не торопитесь. Вот приедет Нуланд, Нуланд всех помирит, - смеется журналист Валерий Демидецкий. - Стоило Виктории Нуланд, помощнику госсекретаря США, завести печеньки в Бухарест, как в Молдове все затихло. Все наши лидеры революции понимают, что после того, как Нуланд одобрила новенькое молдавское правительство, их упакуют в тюрьму и надолго. Если завтра пророссийские силы берут штурмом парламент, то кто за них заступится? Международное сообщество скажет: нельзя громить парламент. Вот если бы это были проевропейские силы, то это была бы борьба за свободу и демократию. А если пророссийские, то это террористы, как в Донбассе. Россия, конечно, заявит протест против арестов, но не высадит воздушный десант, чтобы освобождать героев революции.

Но у нынешнего правительства есть одна большая проблема: они не могут вытащить экономику из дерьма без российского рынка. Они поехали в Румынию просить денег, которых у нее нет, но их должны дать американцы. А дальше что? Посмотрите на того же Порошенко, когда он хочет встретиться с Обамой. Это встреча беременной женщины, у которой растет живот, с мужчиной, который не хочет на ней жениться. В глазах у Обамы тоска: ну, вот опять она. Москва сейчас в хорошей, выгодной ситуации. Мол, вы взяли Украину, вы ее и кормите. А ведь самое худшее еще впереди. Сейчас украинцы, по слухам, покупают гражданство Молдовы за 7000 евро. Здесь безвизовый режим с Европой и нет войны. Весь север Молдовы заполнен молодыми людьми с Украины, которые косят от армии. Снимают дома или квартиры по пять-шесть человек, а родители им возят жратву через границу. Молдаване смотрят на все это с ужасом и очень боятся смуты.

Как на Украине давно не видели европейских лидеров, так и мы их видели в последний раз, когда подписывали соглашение с ЕС. Потом они про нас забыли. Им нечего нам сказать, им стыдно смотреть нам в глаза. Поматросили и бросили. В качестве воспитателей в детском саду выступают послы европейских стран.

А впереди — весна. Сады, огороды, очистка территорий. Людям надо выживать, а значит, надо ехать заграницу. Зимний сезон заканчивается (в Москве зимой не строят). Значит, по весне рабочие потянутся в Россию. Какая уж теперь революция? Настоящих буйных мало.

Но проблема в том, что в Молдове нет традиции коалиционного правления. У нас каждая коалиция заканчивается, извините, задницей. И новая коалиция кончит, я думаю, тем же. Эта страна беременна диктатором. Когда-то коммунист Воронин держал Молдову десять лет, а потом сломался, или его сломали. А теперь нужен новый сильный лидер. Мы просто устали от дураков».

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

Как Европа «кинула» молдован

ГАСТАРБАЙТЕРСТВО РАЗРУШАЕТ СЕМЬИ

Небольшое молдавское село Селиште. Наша машина буксует в непролазной грязи. Водитель с сожалением смотрит на мои замшевые сапожки и говорит: «Ты бы хоть калоши взяла. Здесь тебе не Москва».

Машина въезжает в чистый хозяйственный двор, и моя обувь спасена. Нас встречает русско-молдавская семья, Ольга и Федор Горбуляки, немолодая, но очень симпатичная пара. Гости мы незваные, но молдаване всегда славились свои гостеприимством. В теплой кухне, где жаром дышит славная «голландская печь», я быстро согреваюсь. Из погреба несут кувшин домашнего вина («чистый сок»), на стол ставят знаменитые молдавские яблоки с головокружительным запахом. «Наши яблоки червячки с удовольствием едят, а вот итальянскими они побрезгуют», - смеются хозяева. (подробности)

ЧИТАЙТЕ ДРУГИЕ РЕПОРТАЖИ АВТОРА

Молдавский оппозиционер Игорь Додон - «КП»: Америка хочет слить нас с Румынией. а мы хотим назад. Не в Россию, а в СССР!

Наш спецкорр Дарья Асламова встретилась в Кишиневе с одним из лидеров молдавских протестов — главой Партии социалистов

В Молдове тихо, как на кладбище. Еще бродят люди в палаточных городках, но протесты стихли. Революция замерла, а скорее всего, затаилась. Есть люди, готовые к борьбе, есть ненависть, есть страстное желание свергнуть власть, но нет приказа от вождей. От трех лидеров, которые никак не могут прийти к единому решению. Никто не хочет крови. Но часики тикают. И каждый лишний день добавляет легитимности выбранному тайно в ночи правительству. Достаточно было визита помощника Госсекретаря США Виктории Нуланд в Бухарест, поддержавшей «шестиминутное правительство» (его выбрали ровно за шесть минут, ночью, в тайне от народа), контролируемое олигархом Владимиром Плахотнюком, - как Евросоюз тут же заткнулся, и Бухарест, еще сутки назад кричавший о купившем все и всех олигархе, поспешил поздравить Молдову с новой легитимной властью. Все как в старом анекдоте про выборы в лесу: а потом пришел лесник и всех разогнал. (подробности)

Кишиневский оппозиционер Ренато Уcатый: революция - это праздник. Возьму с собой 4000 девушек!

Наш спецкор Дарья Асламова передает из Кишинева, где самый экзотичный политик нынешней Молдовы готовится к битве с властями

«Все! Иду в последний бой! Или они меня, или я их!»

Ренато Усатый, самый экзотичный политик нынешней Молдовы, готовится к решительной битве с властями. Это крупный, шумный человек с бешеной харизмой, весь кипящий идеями и таким, хм, креативом, от которого даже я, женщина не робкая, и то краснею. Почти все российские знаменитости у него в друзьях. Любит гульбу, яркие события, которые сам же и создает, и широкие жесты. Закупает десятки тысяч роз и дарит их женщинам на концерте. Шьет ризы бедным сельским священникам и вывозит больных детей в лагеря на море. Помогает слепым и нищим. В Молдове у него просто бешеная популярность. Ему явно тесен его отнюдь не маленький кабинет. Ему размахнутся хочется так, чтобы перевернуть всю маленькую Молдову. (подробности)

Протестующие в Молдавии: раз в году и мамалыга взрывается

Наш спецкор Дарья Асламова передает из палаточного лагеря возле парламента Кишинева

Молдаване — люди сознательные и ответственные с практичной крестьянской жилкой. Даже парламент они брали аккуратно, через бюро пропусков. Дверь им тоже жалко было ломать. Ведь ломать — не строить. А среди протестующих — немало профессиональных строителей. И вот представьте: множество возбужденных, жаждущих справедливости мужиков пятнадцать минут выкручивали ручку хлипкой двери, которую можно было вышибить одним ударом ноги. Также дисциплинированно, но шумно дыша от возмущения, по приказу лидеров «революционеры» покинули парламент. (подробности)

Поделиться:
Подпишитесь на новости:
143

Читайте также