4

Дмитрий Потапенко: У нас предпринимательство уничтожается как класс

Предприниматель Дмитрий Потапенко вошел в «Правое дело»Предприниматель Дмитрий Потапенко вошел в «Правое дело»Фото: Владимир ВЕЛЕНГУРИН

Известный предприниматель рассказал Радио «Комсомольская правда», зачем решил вступить в ряды «Правого дела» [аудио]

Дмитрий Потапенко: У нас предпринимательство уничтожается как класс
00:00
00:00

Рыбка:

- Я приветствую в нашей студии предпринимателя и теперь члена высшего совета партии «Правое дело» Дмитрия Потапенко. Добрый вечер. Вы такой несчастный, потому что вас все правым делом допекают регулярно?

Потапенко:

- Да нет, просто уже поздно.

Рыбка:

- Ну, потерпите, давайте сейчас у микрофона про правое дело несколько реплик… Вы чуть ранее сказали, что вы не в курсе – в высшем вы совете «Правое дело» или не в высшем… Вам как будто бы даже почти брезгливо говорить про политику и про всю суету, которая вокруг «Правого дела» перезапущенного происходит… Почему так?

Потапенко:

- Дословная моя цитата – это «я неточно знаю название своей должности, потому что в этом задачи нет». Я понимаю, что это является новостным поводом, но в моем понимании я понимаю, что новостного повода нет от слова «совсем», поэтому его, понятно, надо отработать с точки зрения СМИ, но, как человек, неплохо работающий сам в СМИ, я понимаю, что повода нет, можно было бы уже успокоиться…

Рыбка:

- Так, может, не стоило и ввязываться в эту историю?

Потапенко:

- Нет, минуточку, это из другой оперы. Это механизм. При чем здесь? Нет, мы понимаем, что есть некий новостной повод и его надо отработать, но я говорю, что суеты именно по поводу реинкарнации поменьше, а больше по делу и все встанет на свои места.

Рыбка:

- Хорошо, по делу. Ваша задача, которую перед вами ставил Борис Титов, когда приглашал участвовать в этом механизме?

Потапенко:

- Разочарую. Что такое «Правое дело»? Борис Титов и люди, которых он вокруг себя собрал, сказал – парни, вот у нас есть возможность определенная, которую мы можем реализовать. Что мы будем делать? Это командная такая история, когда каждый берет какой-то кусок и что-то делает. Поэтому задача, вот эти штампики, которые я слышу сплошь и рядом по отношению к партии, я всегда говорю – партия это механизм. Общественное движение – это механизм. Государство – это механизм. И вот до тех пор, пока мы не уберем из головы сакрализацию вот этих всех печатей и названий, а будем использовать это как механизм, вот только в эту секунду мы начнем строить сами государство и, собственно говоря, государство начнет работать, потому что мы будем его не сакрализировать, а использовать.

Рыбка:

- Нет, я эту историю до дна все равно вскребу. В момент, когда Титов говорит – ребята, есть возможность, он что имеет в виду? Ему кто-то дал отмашку? Ему сказали – Борис Юрьевич, есть возможность, займитесь, пожалуйста. Что вот для него сигнал, что сейчас мы запускаем…

Потапенко:

- Для него сигнал – его работа. Он работал очень долго. Если мы посмотрим, он работал бизнесомбудсменом.

Рыбка:

- Ну и сейчас работает?

Потапенко:

- Да, продолжает работать. Я не знаю, с точки зрения юридических казусов, имеет ли он право совмещать возглавляемую им партию «Правое дело», общественную организацию «Деловая Россия» и омбудсменство, но, судя по всему, имеет право, значит, пусть возглавляет.

Рыбка:

- Нет, но все равно. Вы сказали – его деятельность послужила для него сигналом.

Потапенко:

- Толчком. Конечно. То есть, мы видим, с одной стороны, у нас уничтожается предпринимательство как класс, у нас появляется избирательный некий цикл и по-моему, совершенно логично, что человек же не сидит, ему никто ж – господь Бог ему сверху не дает задач. Вот любой предприниматель, он же не просто так сидит на попе ровно, он же открыл, например, там одну палаточку и сидит на этом. Кто ему дает вот этот сигнал, что надо открыть вторую палатку. Кто? Он сам считает. Борис Юрьевич мальчик половозрелый, он в состоянии сам принять решение, что он будет делать дальше. А потом сказать – пацаны, а чего это, а давайте и вы ко мне.

Рыбка:

- Добро Титову на это нужно от самого главного пацана сверху?

Потапенко:

- Значит, когда я всегда слышу такие фразы – вот проекты Кремля – и у нас регулярно эти проекты Кремля вешаются на всех, от самых ярых оппозиционеров до самых непримиримых, примиримых или там людей, которые приходят к власти, мы живем в стране, которая прямо или косвенно управляется из администрации президента. Нужно ли ему на это добро? Ну, пока ему добро такое не нужно. То есть, чтобы это сделать, можете это сделать и вы…

Рыбка:

- Тогда хронологически это странно выглядит. Потому что вот было это «Правое дело», которое после предыдущих выборов парламентских где-то там плескалось, полоскалось… будучи прохоровским, не прохоровским, вообще непонятным. И вот за несколько месяцев до того, как перезапускается электоральный цикл, как это называется, всплывает Титов и хочет перезапустить «Правое дело». То есть, на протяжении всех этих пяти лет у предпринимателей этих проблем как будто не было?

Потапенко:

- Нет, проблемы были. Услышьте меня. Вы очень четко разрисовали механизитическую и очень логичную, то есть, правильную логику. Зачем было раньше брать эту партию, именно партийный механизм, когда не было… ну, хорошо, ты в партию каким-то образом там вошел, регорганизовываешь ее, но нету, собственно говоря, избирательного цикла. Зачем? Чтобы что?

Рыбка:

- Чтобы подойти к избирательному моменту готовым, прокачанным…

Потапенко:

- Вот, собственно говоря, все сейчас и происходит на ваших глазах.

Рыбка:

- То есть, можно прокачаться до необходимого уровня, чтобы своих людей в итоге в парламенте получить за там оставшиеся пять месяцев?

Потапенко:

- А почему бы и нет? Если вы посмотрите, люди, которые приехали, я вот вам могу привести пример Дагестана, так у них там такое количество людей, которые от партии «Правое дело» входят в местный парламент… То есть, всем только на это смотреть и молиться.

Рыбка:

- Вот даже в региональных каких-то парламентах праводельные эти все ребята к Титову как относятся? Вот тот факт, что их партию берет под себя этот человек? Насколько готовы там к этому?

Потапенко:

- Прошел съезд. Все противоречия, которые были, насколько я себе видел по съезду, на мой взгляд, они были разрешены. Понятно, что они всегда были, есть и будут, и они должны остаться, но ключевая задача-то не взять Титовым партию под себя, а «арбайтен, арбайтен, нохан майн арбайтен». Потому что все зависит от того, как мы будем работать. Если мы не будем работать, а просто будет взята партия, она на фиг не нужна.

Рыбка:

- 21-й наш слушатель пишет: «Лукавит Потапенко. Титов – очередной Прохоров по указке Кремля. Я о нем думал лучше». Вас не атакуют прежние почитатели за то, что вы с Титовым связались?

Потапенко:

- Я тогда вынужден их огорчить, с Титовым я тогда связан очень давно, потому что в центре общественных процедур по борьбе с коррупцией у Титова в качестве эксперта я, наверное, последние четыре года. Поэтому я, конечно, поздравляю людей, которые вот там «по указке Кремля», но, простите, я надеюсь, об Алексее Навальном – это тоже по указке Кремля?

Рыбка:

- Ну, конкретно в этом тексте нет, но 21-й, возможно, подумывал о подобном.

Потапенко:

- Ну, тогда у нас все по указке Кремля. Тогда кто не по указке Кремля? Как только этот человек скажет, кто не по указке Кремля, мы тут же…

Рыбка:

- А вы таких не знаете? Из тех, кто себя числит оппозиционерами…

Потапенко:

- Еще раз говорю. Мы живем в феодальном государстве. Хотим мы этого или не хотим, прямо или косвенно, на нас на каждого есть папочка и, соответственно, раз мы сами допустили то существование того феодального государства, которое с помощью нас же было и построено, то мы дышим через раз ровно так, как нам разрешают. Всем причем. Независимых в таком подходе нет от слова «совсем». Потому что на каждого можно чего-то нарыть и из каждого можно чего-то сделать. Второй вопрос возникает сразу. Если все это осознавать и понимать, вот 21-й, собственно говоря, тогда лапки кверху – и не чирикаем!

Рыбка:

- Конечная цель тогда реформировать… нет, совершенствовать феодальное государство или избавиться от феодального государства и…

Потапенко:

- Хотя перевести его в состояние на начало капитализма.

Рыбка:

- Что признак вот этого начала капитализма?

Потапенко:

- Признак начала капитализма – это сокращение влияния…

Рыбка:

- …государства на предпринимателей?

Потапенко:

- Нет. Не государства, а именно феодалов, потому что государство влиять с помощью законов должно, а оно не влияет с помощью законов, оно влияет с помощью именно как раз вот то самое, что у нас нету равенства всех перед законом. Феодалы влияют через законы на граждан. Вот первым основное, что и граждане, а предприниматели-то это всего лишь частный случай гражданина, почувствуют, что исполняются законы и перед законами равны все.

Рыбка:

- И вы, и Титов в комментариях по поводу «Правого дела» говорите, что не только все-таки на предпринимателя ориентируетесь, на граждан иной формации тоже?

Потапенко:

- Конечно, это же очевидно. Экономически активных граждан. И их, кстати, достаточно много.

Рыбка:

- Сколько? И опять – признак экономически активного гражданина?

Потапенко:

- У нас большое количество людей, которые не ходят на выборы, но они, например, работают на государственной службе и по формальным признакам – ну, государственная служба она же феодальная зачастую служба – но их это тоже не устраивает. Потому что они понимают, что эффективность той компании, в которой они работают, пусть она и трижды там государственная, она практически отрицательная. То есть, она не нулевая, она отрицательная. И они, тем не менее, приходят к нам. Точно такая же ситуация с людьми, которые находятся в так называемой партии власти. Потому что партия власти, которая изначально – кстати, там предпринимателей существенно больше, чем у нас, кратно больше – ну, потому что она исполняет фактически функцию крышевания. В данном случае, они приходят к нам, потому что понимают, что, если не будет жесточайшей конкуренции, не будет развития страны.

Рыбка:

- …Вы ни слова не сказали про идеологию, а в прежних любых интервью по этому поводу вы опять так брезгливо говорили – идеология, ярлыки, никуда это не годится… Но, если оглянуться вокруг, рядовой гражданин, который не предприниматель, ему вот эти все механизмы неинтересны, ему идею подавай. То есть, ему про Крым расскажи, какой он замечательный и наш – и человек играет в эту игру.

Потапенко:

- Иллюзорность абсолютная. Человек играет в холодильник. Человек играет в экономику.

Рыбка:

- С холодильником и жрачкой все печальнее и печальнее, а человек по-прежнему играет в идею.

Потапенко:

- Еще раз говорю, он играет, когда его спрашивают. А когда он приходит домой и садится около холодильника, он сам себе находит симулякры, которые ему объясняют, почему так. Другое дело, что это все очень конечно. И когда он все-таки приходит к выводам, что все так по причине определенных действий в области экономики, он начинает задумываться – а что бы можно поменять? И вот он старается менять. Мы стараемся менять эту всю историю.

Рыбка:

- С того берега предложения о переменах не могут прийти? Говоря о том береге, я имею в виду парламент, те, кто уже глубоко во всей этой политической истории. Почему от вас этот избиратель, этот гражданин будет ждать решения?

Потапенко:

- Он не будет ждать. Логика как раз организации, партии или движения – это а) строительство и б) мы идем снизу вверх, а не сверху вниз. Я всего лишь – вот вы говорите про должность, я должность не помню, а функция моя – это, условно говоря, координация и абсорбация лучших практик и только потом это донесение доверху.

Рыбка:

- Как доносить доверху? Просто вот буквально приносить людям тексты, объяснять на досках с маркерами и всем прочим как это работает?

Потапенко:

- Именно так. Что такое партия или движение? У партии есть возможность, если она получает какие-то там избирательные бюллетени и, соответственно, получает в Думе некое представительство, вносить законопроекты. Это то, чего нет ни у одного общественного объединения… Именно поэтому люди этого общественного объединения трансформируются в партию.

Рыбка:

- Тогда придется коллаборацией какой-то заниматься внутри парламента? Но вы же, очевидно, не будете там большинством?

Потапенко:

- Мы будем там меньшинством, единицами, мы будем понимать, что мы будем огребать по максимуму, потому что из тысячи предложений…

Рыбка:

- Тогда какой прок аккумулировать вот эту информацию и инициативы законодательные выносить?

Потапенко:

- Исходя из этой логики, - лапки кверху и не чирикать! Тогда вообще никуда не надо дергаться. Но мы несколько просто из другого теста. Мы будем дергаться. Мы будем огребать и от наших сторонников, и от наших противников, и из тысячи будем проводить одну инициативу. Но это подход предпринимателя. Предпринимающего.

Рыбка:

- Если единицы какие-то этих кресел вы получите, вы в такое кресло сядете? Вы в депутаты пойдете?

Потапенко:

- Для меня это не является самоцелью. Еще раз говорю – для меня это механизм. Здесь я получил тяжелейшее, ну, не знаю, даже местом работы условно назвать нельзя, потому что место работы оно оплачиваемое, а здесь…

Рыбка:

- Тяжелейшее бремя, сверх того, что прежде тяготило?

Потапенко:

- Да. Ну, поскольку вот сейчас одно дело там даже в рамках своей там какой-то разбросанной структуры я взаимодействовал со своими орлами, а теперь у меня, по сути дела, регионы с людьми, с которыми надо уметь договариваться, уметь консолидировать их идеи и складывать их в большой паззл, это крайне непростая работа.

Рыбка:

- Александр, добрый вечер.

Александр:

- Добрый вечер. Ну, во-первых, экономики без политики не бывает – это аксиома.

Потапенко:

- Ну, классик говорил – экономический базис, а потом политическая надстройка. Ну ладно, не суть, давайте.

Александр:

- И второй вопрос – просили назвать не кремлевских. Вот комитет 25 января, Алексей Снегуров, сегодня задержан. Прокомментируйте как-нибудь.

Потапенко:

- Я просто этого человека не знаю.

Рыбка:

- Как и я, к сожалению.

Александр:

- Ну, это довольно известный блогер.

Потапенко:

- К сожалению, мы этого человека не знаем и не знаем оснований его задержания, но еще раз говорю – ограничивать человека в его волеизъявлении не имеет права никто.

Рыбка:

- Не про экономику, а чуть пошире если этот вопрос задать. А те, кто на улицы выходит с протестами, вот они интересны «Правому делу» в том или ином виде?

Потапенко:

- Услышь меня! Вот подход категорически неверный. Не «Правому делу», а интересно ли этим людям формировать повестку через «Правое дело». Вот я сказал два слова. А вы из нас изначально делаете такого же дракона. Вот в чем наша основная проблема? Вот мы механизм извращаем. Еще раз говорю. Если эти люди, которые вышли на улицу, понимают, что через «Правое дело» они могут чего-то добиться, то – пожалуйста. А если мы им бесполезны, то…

Рыбка:

- Кому-то могут отказать во вступлении в «Правое дело»?

Потапенко:

- Я, наверное, не могу это допустить, хотя я могу это предположить… Ну, я в партию-то не принимаю и не исключаю…

Рыбка:

- Азамат нам пишет на смс-портал. «Не должно быть частного бизнеса, должно и обязано быть все государственное».

Потапенко:

- Имеет на то законное право.

Рыбка:

- Писать – да. Но примерить на Россию такую историю…

Потапенко:

- А у нас подобная история была. Я не знаю, жил ли он при советской власти, но все равно, тогда тоже были и частные лавочки. А если Азамат хочет, чтобы была такая же партноменклатура, как тогда, которая обслуживалась в четвертом управлении по медицине, в «Березках» и выезжала за границу, а он, как раб, жил бы здесь и максимум, куда бы он мог выехать – это курорты Краснодарского края – ну, если он хочет к этому вернуться, я только могу ему сказать – значит, так тому и быть! Телевизор «Рубин» будем покупать раз в пять лет – почему бы и нет? А машину – раз в семь лет…

Рыбка:

- Валентин, здравствуйте.

Валентин:

- Добрый вечер. Я из Перми. Я уже устал слушать по всем каналам от наших верхушек – народ дебил, народ какой-то непонятный у нас, недостойный народ, надо менять народ. Как это так? Российский народ дал столько умов миру и топтать основу основ…

Рыбка:

- Мы услышали вас, Валентин. Вы слышали, чтобы с верхушек кто-то в последнее время говорил бы – «Народ – дебил»?

Потапенко:

- Я не слышал. Но я всегда прошу ссылочку на человека…

Рыбка:

- Хорошо. Партия ваша ориентируется на экономически активного гражданина, а неэкономически активный гражданин – вот, может, это он дебил?

Потапенко:

- Если вы посмотрите ответы на всяческие каверзные вопросы в моих последних интервью… ну, у нас есть 146 миллионов, они разные, они все очень разные. И они все достойны зарабатывать. Вот у нас Азамат как бы высказал свое мнение – и он имеет на это законное право. Вот до тех пор, пока не будет того, чтобы каждый имел законное право высказать это и найти своих сторонников, в том числе, и Азамат имеет право создать свою партию и отстаивать свои интересы или сделать свой механизм, который позволит ему отстаивать свои интересы, вот до того момента в обществе ничего происходить не будет. Поэтому, Азамат, - создаете новую партию, сто тысяч собираете подписей и – вперед.

Рыбка:

- Вячеслав, здравствуйте.

Вячеслав:

- Здравствуйте. Мне очень приятно слышать вас в эфире… особенно то, что ваш сегодняшний гость – он в оппозиции и очень хорошо спорит с властью действующей. Мой вопрос состоит в том – верите ли вы на самом деле, что у нашей страны еще есть шанс избавиться от этих всех кровососов во власти и создать великую страну?

Потапенко:

- Для меня, уж вы простите, вера – это производное опыта. Вот вы наблюдаете за моей деятельностью достаточно давно. Я использую различные механизмы донесения информации. Когда-то в свое время, когда господа предприниматели регулярно говорили, что о нас плохо пишут СМИ, я написал такой пост у себя в Фейсбуке – это лет пять назад. Я говорил – парни, если мы от слова «предпринимать», тогда оторвали наши пушистые пятые точки и пошли делать. И вот пять лет я уже в эфире. И вот даже программа, которая была на радио «КП», была признана лучшей программой о предпринимательстве Агентством стратегических инициатив. Давайте работать.

Рыбка:

- Вы медийными историями занимаетесь, а на предпринимательство у вас время остается? Вот абсолютно утомленный человек сидит сейчас передо мной… Вот на что вы потратили сегодня день, помимо медийных каких-то историй?

Потапенко:

- Медийные истории не капитализируются совсем и Дмитрий Потапенко в медийной истории не пересекается с Дмитрием Потапенко в рабочем режиме. Я потратил день на отсмотр объектов, я потратил время на отсмотр еще одного проекта по производству… Я посмотрел шесть предложений по площадям на закрытых территориях по столовым. Я сделал несколько скайп-советов директоров с разными регионами. Ну, те вещи, которые я вынужден делать. А медийка – это из другой оперы, она не пересекается и никак не капитализируется.

Рыбка:

- По трудозатратам персональным что больше отбирает?

Потапенко:

- Вот когда ты говоришь про слово «утомленный», то есть, физически я могу отвечать на вопросы, как на Селигере я на них отвечал 12 часов. Меня утомляет, что, знаешь, скукотища… вот давайте выберем какую-то другую тему, кроме того, что есть «Правое дело» и есть некий Потапенко.

Рыбка:

- Но вы многократно повторяете, что есть инфоповод.

Потапенко:

- Я понимаю, что это правила игры СМИ, но я жду две недели, когда это все спадет и я буду рад…

Рыбка:

- Поговорим о деле. Все, поперек «Правого дела» вопрос от Сергея из Ставрополя. «Товарищ Потапенко уже несколько лет пытается заработать сверхприбыль у нас в Ставрополе. Задушил две местные сети – все бабла ему мало». Есть интересы в Ставрополе у Дмитрия Потапенко?

Потапенко:

- Я не знаю, кого я там душу именно в Ставрополе…

Рыбка:

- Но есть какие-то направления в Ставрополе?

Потапенко:

- Есть, но я не очень понимаю, кого мы там душим. Скорее всего, это, как обычно, какая-нибудь история сетевая, когда идет рассказ о том, что приходят проклятые федералы и душат местных индивидуальных ребят. Я вынужден огорчить. Мелкий магазин никакой не конкурент АШАНу.

Рыбка:

- А как так грамотно договориться с владельцами этого местного магазина, чтобы он не расплакался, не обанкротился и вообще петлю на шею не накинул? Да, приходят федералы со своей сетью… и вот человек в обиде остается.

Потапенко:

- Он может только обижаться на себя. Знаете в чем проблема? Это старая когорта предпринимателей, которые считают, что маленьким…

Рыбка:

- Что земля поделена и…

Потапенко:

- Что поделена и что сюда больше никто не имеет права… Ребята, это и есть конкуренция. Мы работаем за клиента. Это единственное, за что мы работаем.

Рыбка:

- Но если на политическом уровне вы стоите за предпринимателя, но вот этого конкретного торговца с одним магазином… ну, вы его обижаете.

Потапенко:

- Минуточку, где его обижают…

Рыбка:

- А на каких условиях к нему приходят тогда? Или вообще с ним разговора не ведут федеральные сети?

Потапенко:

- А зачем они должны? Подождите, это разные сегменты, они не пересекаются. Мы ни в одной стране мира не видим бюргера, который в 50 метров впихнул невпихуемый ассортимент лиддла и считает, что ему лиддл конкурент. Вот в том-то и проблема, что мы застряли во времена 16 века с точки зрения понимания предпринимательства. Маленький магазинчик как раз очень хорошо паразитировать должен, а для этого надо уметь формировать ассортимент, как раз на трафике крупного ритейлера. А для этого нужно уметь делать…

Рыбка:

- То есть, нужно сесть под боком у крупного ритейлера с таким ассортиментом, который тот не может никому предложить.

Потапенко:

- Точно, коллега.

Рыбка:

- А есть такие примеры? Действительно, открыл ритейлер свою крупную контору и чтобы рядышком сел какой-нибудь армянский дядечка и открыл что-то свое?

Потапенко:

- Армянский дядечка не может открыть. Но давайте посмотрим на «Вкус вилл», посмотрим на «Избенку»…

Рыбка:

- Они же тоже сетевые?

Потапенко:

- Они не просто сетевые, они в другом формате. Это логика. Еще раз говорю, палатки тоже могут быть сетевые. Это бредятина, это сети непересекающихся форматов.

Рыбка:

- А вот они всех этих ритейлгрупп и прочих преуспевают вот со своим этим подходом иным?

Потапенко:

- Абсолютно. Они расширяются. Только сетевой формат дает возможность заработать. Никакой единичный объект никогда не дает заработать. Единичный объект должен развиваться в сеть, только тогда вы что-то заработает, иначе это – про самозанятость. Это не про предпринимательство.

Рыбка:

- Штаты санкции накануне продлили. Давайте, вот вираж такой…

Потапенко:

- Слушай, вираж какой-то на последнем издыхании, что называется. Но это совершенно очевидно, собственно… Штаты никаких санкций-то нам и не вручали, собственно.

Рыбка:

- Но мы под этими санкциями десятилетие ближайшее живем…

Потапенко:

- У нас нет никаких санкций, еще раз говорю, у нас санкции введены против чиновников и это их личная половая драма, собственно говоря. Против страны и против меня персонально никаких санкций не вводили. И против граждан, в том числе.

Поделиться:
Подпишитесь на новости:
4
 

Читайте также

ОБРАТНАЯ СВЯЗЬ
Московская студия 8-800-200-97-02
+7 (967) 200-97-02
СЛУШАЙТЕ ТАКЖЕ

Новости 24