2016-12-01T16:31:40+03:00
Комсомольская правда

Евгений Трефилов: Спорт - это как наркотик. Подсел и вынесут только вперед ногами

..

Легендарный главный тренер женской сборной по гандболу, выигравшей золото Рио, рассказал Радио «Комсомольская правда» о чемпионате Европы, женской логике и управлении гневом [аудио]

Его женская гандбольная сборная подарила самые яркие моменты на Олимпиаде-2016. Мы вместе с ней были в ту ночь, когда в полуфинале разбили Норвегию, и радовались, когда забрали заслуженное «золото» в финале с Францией. «Комсомольская Правда» подводит итоги уходящего года, и называет его лучшим тренером Евгения Трефилова. Наставник женской сборной России по гандболу в студии радио «КП» рассказал, почему на него не обижаются спортсменки, вспомнил террориста Брейвика, и отказался писать справочник по женской логике.

Про тумблеры у человека и мужские разговоры за гаражами

- Ровно три месяца прошло с того памятного финала. В вашей жизни что изменилось?

- Многое. В аэропорту прихожу – узнают. Прихожу в магазин – узнают. Даже в таких местах, в которых бы не должны узнавать, узнают. Поэтому очень многое изменилось. Я, конечно, всем благодарен, спасибо большое, но я не знал, что это так тяжело. Спрятаться не удается нигде. Но это надо, скорее всего, привыкнуть. Знаете, вот когда готовят – я всегда слежу за монаршими семьями, вот я слежу за английской семьей, там всех этих мальчиков готовят, чтобы они представляли страну, надо к этому тоже готовиться. Для меня это слишком такой обвал сразу пошел… тяжеловато.

- Это потому что кто вас хоть раз по телевизору видел, тот не забудет никогда! Вот если бы девчонке сказал парень: «У тебя лицо как КАМАЗ, а ты прешь и не забиваешь», она бы обиделась. А когда это это Трефилов, она говорит об этом с восхищением! Вот как у вас это получается?

- Я знаю этих девушек с пеленок и иногда мама приводит девочку, а ей еще лет 13-14. А потом она выходит замуж, у нее уже двое детей, а я до сих пор маму в ней не вижу. Она со мной больше проводит времени, чем в своей семье. Она выходит замуж, у нее появляется муж, у нее появляются проблемы какие-то, и с этими проблемами она все равно приходит сюда. На некоторые слова они просто не обращают внимания. Я уже догадываюсь, но остановиться уже не могу…

- Вы говорите, что у них мужья появляются. Они не приходят по-мужски с вами поговорить?

- Были всякие случаи. Ну, я ж заканчивал педагогический вуз. У нас был фестивальный микрорайон, новый и новая школа. А представляете, что такое новая школа? Со всего города туда все это сваливают. И там такие классы были серьезные, жуликоватые. А, я, например, какую-нибудь даму с уроков выгоняю. И там хор этих товарищей - поддержка ее - встречают меня между гаражами. Вот так и разговаривали. А вы - мужья говорите. Ну прибегали. Ну поговорили. Ну дальше что?

- Без последствий?

- Ну как без последствий. К сожалению, вот сколько раз себе говорил: все, закончилась тренировка – выключайся. Но такого тумблера нет у человека. Ночью встаешь и начинаешь думать. Вся ерунда, которая случилась днем или лет пять назад, лезет в голову обязательно. Это плохо. Здесь у меня недостаток большой. Но спорт -- он как наркотик. Вот подсел и вынесут только вперед ногами.

- Какие еще недостатки у тренера олимпийских чемпионок?

- Есть еще один. Мужчина, который работает постоянно в женском коллективе женственнее становится. Нет, нет! Не то, что вы подумали! Я сразу и читателей предупреждаю, и вас – я в этом вопросе не поменялся! Нет - я про другое! Мужчина в женском коллективе становится немного базарным. Это женское влияние. Отпечаток. Попадешь среди волков, будешь по-волчьи выть. А в женский коллектив попадешь, будешь по-женски скоро выть.

Журналист "Комсомолки" Андрей Вдовин и главный тренер женской сборной России по гандболу Евгений Трефилов. Фото: Иван МАКЕЕВ

Журналист "Комсомолки" Андрей Вдовин и главный тренер женской сборной России по гандболу Евгений Трефилов.Фото: Иван МАКЕЕВ

Про тяжелые браки спортсменок и плач в раздевалке

- У вас сейчас в команде нет наверное трети тех, кто выигрывал Олимпиаду. Вы обиделись, что они ушли?

- Я все-таки их должен понять. Им по 30 лет – ни семьи, ни кола, ни двора, - они должны завести семью, а для женщины это самое главное. Вы никогда не замечали, как женщина приезжает в гостиницу или на сборы, что у нее первое? Она первым делом достает свою косметичку. Косметичка полчемодана занимает. Потому что они какие-то вот, знаете, домашние все. Вот у нее этот набор должен быть всего, чего мужчина, по-моему, и не знает даже, откуда чем выдирать что. А они все это раскладывают. Им нужен свой дом, свой уголок, и в этот мирок не залазь, понимаешь!

- А вы пробовали?

- По дурости пробовал. По молодости пробовал. Я знал и их мужиков, и их любовников, и третьих любовников, и лез со своими нравоучениями туда… Вот часто спрашивают – вы такое влияние оказываете? Уже не оказываю. Но раньше оказывал. Но я заметил одно. В тот промежуток времени, когда обычные девушки знакомятся, взрослеют, Спортсменки все время на тренировках, за высоким забором. И потом мы выскакиваем за этот забор и сразу – раз, и вляпались! Первый брак он тяжелый у них, почти у всех. Нет, вру, конечно же, есть очень счастливые, есть очень хорошие мужья, но у большинства что-то не так. Потому что промежуток, когда ты взрослеешь, он просто отсутствует. В это время она была на тренировке… А в это время бог раздавал мозги.

- Вы, возможно, единственный человек в мире, кто мог бы написать справочник «Женская логика».

- Я?! Да непонятная у них логика! Я на днях выезжаю на машине, а она сдает задом, телефон зажала ухом и плечом и в это время руками что-то делает – типа обрезает или ногти, или пилочкой работает. Я еле увернулся. Подхожу, начинаю с ней разговаривать, она: а что тут такого? Их трудно понять. Потому что эмоции у них на первом месте. Вы знаете что они делали после победы над Норвегией? Рыдали! Все! Я впервые видел свою команду, которая после такой игры плачет! Я захожу: вы кого сегодня похоронили?

Про Розу Люксембург и кирпичи за спиной

- Давайте тогда не про слезы. Вот все говорят, что хоккей -- жесткий спорт. Но когда мы смотрим женский гандбол, там такие моменты бывают, что «мама дорогая!».

- Я сразу предупреждаю: уважаемые дамы, вы пришли в мужской вид спорта и все ваши синяки – это все ваше! Все, девчонки! Все, мои дорогие! Как только пришла Роза Люксембург, как пришли наши революционеры, вы попросили свободы. Получайте свободу, забивайте костыли на шпалах, ремонтируйте нам дороги, асфальтом укатывайте – все, ваша свобода закончилась! Вначале вы одели наши брюки, теперь вы залезли в штангу, теперь вы залезли в бокс! И чего вы хотите? Вы сами просили этого. Ну, получите! (смеется)

Евгений Трефилов: "Я сразу предупреждаю: уважаемые дамы, вы пришли в мужской вид спорта и все ваши синяки – это все ваше! " Фото: Иван МАКЕЕВ

Евгений Трефилов: "Я сразу предупреждаю: уважаемые дамы, вы пришли в мужской вид спорта и все ваши синяки – это все ваше! "Фото: Иван МАКЕЕВ

- Вы могли бы работать за границей?

- Нет. Я не националист. Я такой же русский, как и вы все. Ну, не знаю, поскреби, может, там татарин выглянет, как говорил Высоцкий. Но мне там скучно. У них все по полочкам. Мы, если с вами работаем, то можем работать до конца. Если мы гуляем, то мы гуляем тоже до конца. Если у нас любовь, то до дуэли на пистолетах. Вот у нас ограничитель этот, знаешь, - скользит. Он может быть выше, ниже, но ограничитель у русских быстро сбивают. Второй момент – они все время улыбаются. Идут и улыбаются. Ну, здорово! Но кирпичину-то за спиной не держи! А мне кажется, что он с кирпичом идет. Но лучше быть более откровенным, чем вот так прятаться под одеялом, ночью, грызть подушку и желать убить человека. Вся их толерантность заканчивается в Норвегии – 130 или сколько он там положил, мужичок? (Андерс Брейвик - прим ред.). Вот и вся толерантность. Поймите правильно, мы должны быть достаточно открыты, но достаточно сдержаны.

- Вы, Евгений Васильевич, и сдержаны?!

- Моя бабушка говорила – если в 20 лет ума нет, то его и не будет. Так и здесь. Достаточно трудно сдержаться. Понимаете, вот все тренеры хотят выиграть. Все, без исключения. Если он говорит, что он не хочет выиграть, ему там делать нечего. А каждый кует эту победу по-своему. Человек приходит к тебе в перерыв, у него пульс под 180, у него глаза, как у вареного судака где-то наверху торчат! Ему нельзя много говорить, ему надо четко поставить задачу. Четко! И желательно вдолбить в него – вот ты должен это, это и это... Я видел таких. Тренер молодежной сборной по баскетболу, женщина, ходила с таким талмудом, фишки двигала, все так красиво. Но концовка игры была такая! Она этот талмуд тягала в руке, размахивала им и орала, как резаная. Вот мне больше импонирует, может быть, поведение Знарка (главный тренер сборной России по хоккею - прим. ред), чем остальных. Хотя он во многом, может быть, тоже неправ. Нельзя такие жесты.

Про веру и гимн СССР

- Люди, которые родились до 1980 года, часто гимн России поют с другими словами, чем там сейчас. Вы - тоже?

- Я считаю, что у нас один куплетик-то лишний, мы прибавили. Он длинный получился. Вот тот гимн, который я слышал в Советском Союзе, я родился под него, вот под такой колокол колхозный, возле клуба. Он в шесть утра, в 10 вечера - опять. Так что когда мы начали танцевать польку-бабочку непонятно было. А что для меня гимн? Я столько раз его слышал, но вот как он начинает играть, мне хочется обязательно ножки подтянуть, спинку выпрямить и подтянуться чуть-чуть. Вот это для меня гимн.

- Есть вещи, которых вам не хватает с тех времен?

- Как вот родился я в 50-х годах, таким я остаюсь. И меня достаточно трудно переделать. Но я очень плохо воспринимаю людей, которые меняют походку. Сегодня те, кто ломал эти церкви в 1960-х и попов гонял, стоят со свечкой. Но, ребята, не надо так быстро перелицовываться! Не может такого быть. В институте какой предмет был? Атеизм! Преподавали? Преподавали. Ну и что ж, ребята, вы все поменяли? Вот и я сейчас на Олимпиаду ехал - патриарх благословил, вот этой кисточкой меня по лбу треснул – и всем стало легче. Нет, я верю. Я - крещеный человек. Я верю, что-то выше нас есть. Но прямее надо идти по жизни, не шарахаться. Плохо у нас, давайте говорить – плохо. Не надо, конечно, ложится сразу и помирать, но говорить об этом надо. Иначе мы никуда не двинемся. Иначе будет опять Советский Союз, когда говорили «голодуха, голодуха», а в холодильник, к кому ни заглянешь – от мяса до черной икры припрятано на Новый год.

- И все-таки Евгений Васильевич, наверное только вы, тот кто выиграл с женской командой Олимпиаду, сможете ответить на этот вопрос: «Как заставить женщину сделать то, чего она делать не хочет»?

- Бес-по-лез-но! Мужики, на собственно опыте – бесполезно! У меня бабушка рассказывала: одна жена мужа обзывала все время «Крючком». У него фамилия такая была, или еще что. И она постоянно: «Крючок, Крючок», а он бесится. И что он только не делал, и гонял ее, и бил - сто лет назад нравы были понимаете какие. И до такой степени довел ее, что она умирает, и вот понимает руку из последних сил, палец загибает и показывает ему! Так что, мужики, переделать женщину невозможно! Лучше отойдите, осмотритесь и ее грузите на себя больше, чем увезете!

Поделиться: Напечатать
Подпишитесь на новости:
 

Читайте также

Новости 24