Писатель Алексей Слаповский отказался от читательской премииКомментарии: 9

Стартовала «Читательская премия Имхонета». Меру признания авторам определяют их поклонники, используя самые настоящие деньги. В списках жюри две номинации: «писатели» и «журналисты», всего 69 человек. Один из номинированных на премию писателей – Алексей Слаповский – в своем ЖЖ написал о своем несогласии и попросил вычеркнуть его из списков, объясняя это тем, что не хочет, чтобы его опускали до уровня уличных музыкантов и вообще его «коробит подобная форма материальной благодарности». О правах сочинителя, правилах и этике премии мы беседуем с Александром Долгиным, профессором ГУ ВШЭ, создателем и управляющим Имхонета.

— Всякий раз, когда в обществе назревают крупные перемены, вызванные к жизни техническими изобретениями, возникают новые правила, затрагивающие интересы разных групп. Те вынуждены перестраиваться (что само по себе накладно), при этом кто-то теряет, а кто-то выигрывает. Соответственно расценивает нововведения как вредные или полезные. При этом человек подсчитывает собственные потери или дивиденды, а публично высказывается так, будто судит с позиций общественной пользы или морали.

«Читательская премия Имхонета» тестирует ключевое правило современной жизни, а именно – перспективы нового порядка оплаты за культуру. Суть в том, что потребители культуры, в частности читатели, получают возможность напрямую заплатить деньги автору. При этом возникает ряд этических вопросов. Один из них и прозвучал из уст Алексея Слаповского: не зазорно ли писателю, человеку одухотворенному, брать эти деньги?

У меня есть пять или шесть аргументов:

1. В обычной жизни и отношениях между людьми принято дарить друг другу подарки и – непременно отдаривать. Если рассматривать связку автор-читатель через призму взаимности, то почему настаивать на одностороннем порядке взаимоотношений? Односторонней взаимности не бывает! Автор дарит читателю свои сочинения, тот вправе чем-то ответить. Точно такой же монетой он ответить не может – к примеру, написать художественный панегирик. Так почему не использовать монету, которая имеется у него в распоряжении?! Это прямой и честный сигнал. Гонорар – от слова «честь»! Вообще, практики взаимности очень давние. У наших предков повсеместно считалось опасным не отдарить, потому что тогда в тебе поселялся злой дух – «хау». Не вознамерился же наш номинант-отказник поселить в своей пастве этот самый вредный дух…

2. Второе связано с первым. Смотрите, какое возникает неравенство: автор транслирует свои воззрения в послушные мозги обывателей, но им отказывает в этом праве. Т.е. стремится иметь все плюсы публичной фигуры, и не иметь минусов. Но, позвольте, так и политик запретит о себе говорить. Артисты отменят галерку с ее свистом и тухлыми помидорами, футболисты – телекамеры!

3. Как известно, в иные времена труд литератора был профессией, а в иные нет. Есть авторы, где-то работающие и параллельно пишущие, а есть только пишущие. Последним необходимы патроны и меценаты, в качестве которых издавна выступали состоятельные поклонники. Но сегодня у многих людей есть свободные деньги, и что такого унизительного в народном патронате? Чем это в корне отлично от прошлой системы персональных пожертвований? Разве что существенно меньшим объемом личной зависимости от конкретного донатора. Так это для писателя лучше.

4. Коробит ощущение, что кормишься с рук читателя? А чьи деньги поступают автору от продажи книг, выложенных на прилавке? Разница одна: в составе кассовой выручки есть деньги от разочарованных читателей – жертв современной системы торговли. Им вообще-то книга не понравилась, но назад ее не сдашь и сумму по чеку не вернешь. И чем, скажите, эти деньги, возможно, поступившие от людей, введенных в заблуждение, лучше тех, которые пришли от истинных почитателей данного автора?

5. По-человечески понятно, почему автор стремится избежать света рампы. Но в случае с «Читательской премией Имхонета» это свет мягкий, щадящий. Премия устроена так, что учитываются только позитивные голоса – голоса поклонников. Никакого хамства, резких суждений – только цифры. То, что измеряется на выходе – это можно назвать «силой любви» аудитории. Обычно жесткие и злокозненные деньги маркируют положительные эмоции, силу воздействия на людей и меру их признательности!

6. И последнее. Когда читатели вроде как ставят автору оценки (что и без имхонетовской премии вовсю практикуется в сетях третьего поколения) и даже когда их суждения звучат в денежной форме – они ведь оценивают не столько автора, сколько качество своего личного времени, проведенного за чтением его книг. Так стоит ли человека лишать этой замечательной возможности – отрефлексировать свое время?!

Почему, если один номинант не хочет участвовать, взять и не исключить его из списков?

А как быть с почитателями, которые проголосовали за него? Вот, в самом деле, унижение! Как быть с теми, кого пользователи собственноручно добавляют в «Номинанты читателей», не найдя своих фаворитов в экспертном списке?

Т. е. писатель не может отказаться от номинирования?

Нет. Но может по-перельмановски отказаться от самой премии. Как вариант, переадресовать деньги на благотворительные цели.

А что будет, если номинант отказывается от премиальной суммы, но не жертвует ее никому?

В этом случае деньги будут возвращены его поклонникам на мобильный телефон. Неслучайно условием голосования является регистрация.

Может быть, сама схема голосования рублем непривычна – новое всегда пугает…

До сих пор обмен между автором и творцом происходил обезличенно. Функцию посредника, а главное, всю его меркантильность и грехи покрывал торговец, торгаш. В интернете обезличенное превратилось в личное. Скорлупа вокруг автора разгерметизируется. Это может ранить душу. Кстати, как ее может ранить и плохое произведение.

Однако перемена правил торговли в культуре необходима. Произведения оцифровываются и утекают в интернет. С удешевлением электронных читалок проблема будет обостряться. Что на деле значит призыв «наладить борьбу с пиратством настоящим образом», прозвучавший в блоге? Усиление полицейщины в культуре? Писатель призывает сажать людей за то, что они его незаконно прочли?!

Давайте не будем морализировать раньше времени. Просто опробуем иной способ обращения с деньгами: не традиционная схема «плати, а потом бери», а прямо противоположная: «бери, и если понравилось, плати».

Прецедентов и опытов с этой схемой становится все больше – почему? Она сулит некие выигрыши?

Благодаря постоплате со всеми участниками культурного поля происходят положительные подвижки. Это тема серьезного разговора – намечу пунктиром лишь некоторое пункты.

Нынешняя ситуация в культуре, в частности на книжном рынке, прямиком ведет к тому, что экономисты называют ухудшающим отбором. Издатели, в адрес которых в блоге Алексея Слаповского звучит призыв позаботиться «о продвижении качественной прозы», заинтересованы в прямо противоположном: выбрасывать бесконечно широкий (и недорогой в производстве) ассортимент, из которого читатель наобум что-нибудь да купит. Производителю легко ввести потребителя в заблуждение, поскольку последний часто не в состоянии загодя определить качество товара. Это ситуация провала рынка, описанная Дж. Акерлофом на примере подержанных автомобилей, за что он получил Нобелевскую премию.

Постоплата приводит к возникновению добротной обратной связи между производителями культуры (писателями) и потребителями. А это – преграда многим негативным процессам в культуре. Если в распоряжении сообщества потребителей окажется инструмент быстрой отбраковки некондиции, а производители, зная, что их уловки будут раскрыты, утратят стимул генерировать культурный спам, эфир расчистится от бесконечного притока халтуры. Благодарственная схема позволяет сконцентрировать спрос на том, что действительно заслуживает внимания, а не дробить его между охотниками за кошельками. Выигрывают от этого и добросовестные производители, и потребители.

Образуется и экономический выигрыш: в результате сокращения цепочки посредников в разы уменьшатся розничные цены произведений при одновременном росте вознаграждения авторам. Ведь сегодня в розничную цену товара зашита не только дорогостоящая логистика, но и покрытие убытков от массы неликвидов. Постоплатная схема обнуляет эту часть затрат. Так что платить за понравившийся продукт не только нормально и приятно, но в стратегической перспективе еще и выгодно.