Сегодня 1 Ноября
Погода

2°C


В беби-бокс для подкидышей сдали первого младенцаКомментарии: 12

Спасут ли «приёмники» для подкидышей от убийства новорожденных

Гости – психолог Наталья Московкина; акушер-гинеколог Татьяна Гурская; президент фонда «Колыбель надежды» (по скайпу) Елена Котова. Ведущие – специальный корреспондент регионального отдела «КП» Наталья Желдак и Елена Афонина.

Афонина:

– Мы попытаемся выяснить, спасут ли беби-боксы от убийства новорожденных. А такие случаи продолжают и продолжают пополнять криминальные хроники. Наши пермские коллеги напоминают нам о том, что на балконе одной из квартир пожарные (в квартире случился пожар) нашли тела двух новорожденных младенцев, но погибли они не в результате возгорания. Девочек, появившихся на свет с разницей в год, утопила в ведре собственная мать. Причем женщина эта отнюдь не принадлежала к маргиналам, у нее были еще дети. Просто нищета, что называется, довела. Так вот, что же это такое, беби-боксы? Давайте посмотрим и послушаем.

«Еще мамонтенок из всеми любимого мультика недоумевал, как могут быть потеряны дети. Но суровая действительность говорит об обратном. Теперь новорожденных матери-кукушки могут бросать в специальный ящик.

За моей спиной находится Святоекатерининский кафедральный собор. Именно на территории этого храма появится очередная колыбель спасения. Противники проекта считают, что число отказников резко начнет расти. Ведь женщин не будут ни разыскивать, ни возбуждать уголовное дело. Общественники же, наоборот, признают, что беби-боксы это порой единственный шанс, чтобы спасти жизнь младенца. Церковь относится к беби-боксам положительно. Специальные контейнеры появились на Кубани и в Пермском крае. Возможно, скоро беби-боксы появятся и в других городах России».

Желдак:

– В беби-бокс, который установили в Сочи, подкинули первую малышку. Ей 2 недели всего от роду. На самом деле этого события ожидали, врачи и журналисты там дежурили круглыми сутками, когда этот сейф только установили. Я не думаю, что это повод для радости. Девочка абсолютно здоровая, говорят, была очень голодная, но при этом очень симпатичная, с голубыми глазами.

Как работает беби-бокс? Когда подкинули младенца, срабатывает сигнализация. Внутри в инкубаторе определенная температура, определенная влажность. Врачи слышат сигнал и забирают младенца. Сейчас оформляют необходимые документы, и после этого девочку отдадут куда-то в детский дом.

Афонина:

– Татьяна, скажите, что, раньше было большой проблемой оставить ребенка в роддоме, отказаться от него? Для чего эти беби-боксы, по вашему мнению, нужны сейчас в современной России?

Гурская:

– Вы знаете, отказаться от ребенка достаточно сложно было. Потому что это преодоление психологического барьера для любой женщины – подойти к врачу и сказать: я отказываюсь. Они были и будут в определенном количестве, ничего не меняется в этой ситуации, к сожалению. Но, видимо, психологически было очень сложно. Поэтому акушеры-гинекологи часто сталкивались с ситуацией, когда мама старалась убежать из родильного дома, оставив ребенка, без каких-либо комментариев по этому поводу. Я думаю, что для таких детей, для таких мама беби-боксы должны быть. Потому что право на жизнь имеет каждый родившийся ребенок. А это один из вариантов спасения его жизни.

Афонина:

– Для того чтобы положить этого ребенка в беби-бокс, его нужно родить не в больнице, иначе почему ты не оставляешь его там, значит, эти женщины уже находятся в довольно сложных, стесненных обстоятельствах. И если эта проблема напрямую касается регионов, где уровень жизни не столь высок, где, может быть, один родильный дом на огромное количество сел, поселков, деревень и прочее, то каким образом эта проблема будет решаться там? У меня, например, вопросов больше, чем ответов.

Гурская:

– Проблема подброшенных детей не решится никогда. Мы предоставляем еще один вариант спасения жизни. Обстоятельства бывают разные. Иногда эти мамы рожают в родильном доме, они с детьми уходят. Когда они приходят домой и понимают, что делать они ничего не могут с этим ребенком, им не на что его содержать… Сейчас вот нам рассказывали о том, что нашли трупы детей на балконе. Эти дети уже были дома. Ведь в беби-боксах нигде не написано, что это должен быть ребенок какого-то определенного возраста. Там речь может идти о месячном ребенке, 2-месячном ребенке и т.д. Ребенок ни в чем не виноват. То, что маме нечем его кормить, это проблема мамы, а не этого ребенка. Я думаю, что лучше оказаться в этом беби-боксе, нежели выброшенным с балкона.

Желдак:

– Сейчас, допустим, три точки в Сочи, где она может оставить. Туда надо приехать еще. А как правило, неблагополучные мамочки не поедут куда-то за сотни километров.

Гурская:

– Если у мамочки стоит выбор между тем, чтобы ребенка выбросить на помойку, убить либо куда-то отвезти, где ему спасут жизнь, наверное, с точки зрения нормальной матери, скорее всего, все-таки выберут последний вариант, где ей вопросов не зададут, куда она придет и оставит этого ребенка.

Афонина:

– Я не случайно начала с пермской истории. Там ведь ужас в чем? В том, что это были два ребенка, рожденные в разные годы. Мать их топила в ведре и оставляла на балконе, потому что выбросить руки не доходили. В данном случае, если с одним ребенком она это сделала, это может быть состояние аффекта, ужаса, паники и т.д. Но это целенаправленные действия по отношению и к другому ребенку. Я подозреваю, что эта женщина, даже если бы были беби-боксы, туда бы его не понесла.

А так выглядит беби-бокс изнутри клиники в Перми
А так выглядит беби-бокс изнутри одной из пермских клиник...
Фото: Алексей ЖУРАВЛЕВ

Московкина:

– Да, беби-боксы предназначены для совершенно определенной группы женщина, которые, с одной стороны, понимают, что ребенок им не нужен, они не смогут ребенка прокормить, еще какая-нибудь ситуация, не смогут жить с этим ребенком с тем человеком, которого они выбрали. Но они понимают, что жизнь ребенка должна быть спасена. Вот для таких женщин беби-боксы. Но согласитесь, что у нас есть еще большая группа женщин, которые не ценят жизнь ребенка. Вот, пожалуйста, пермский случай. Для них ребенок это нечто им принадлежащее, и они могут с ним управляться, как они хотят. Управляются известным образом. Детей находят, вытаивают из-под снега, обнаруживают в помойных ведрах, на помойках и т.д. Для этой группы женщин беби-бокс ничего не значит. Ей проще швырнуть своего ребенка, сунув его в пакет, на помойку, чем идти или тем более ехать куда-то, чтобы сохранить ему жизнь и положить его в беби-бокс.

В обществе настроения разнятся относительно беби-боксов. И представители разных конфессий по-разному относятся. Католики сразу это приняли и как бы благословили это, а иные конфессии это не принимают. Психологи также разнятся в своем отношении. Но мне по своей деятельности приходится чаще сталкиваться с теми мамами, которые не ценят жизнь, социально дезадаптированы, они не могут принять адекватного решения. И их дети чаще всего, даже если они остаются жить в семье, оказываются в безысходном положении, в абсолютно проигрышном положении. Их не кормят, ими не занимаются, и гораздо лучше было бы, чтобы такие дети попали в беби-бокс.

С другой стороны, о беби-боксах надо говорить, чтобы хоть какую-то толику вот таких мам, которых уже вряд ли удастся исправить, даже проведя с ними значительную психологическую работу, чтобы эти мамы все-таки были мотивированы хотя бы на беби-боксы.

Афонина:

– Вы знаете, даже отношение на Западе разнится, к беби-боксам относятся по-разному. Вот 10 лет назад они появились в Германии, потом по всей Западной Европе распространились, в Японии, они есть в Канаде. Однако есть страны, например, Голландия и Швеция, которые выступают категорически против этих беби-боксов. Как вы думаете, почему это происходит? Казалось бы, западные ценности, о которых мы можем только мечтать, чтобы отношение к человеческой жизни было такое, как на Западе, ценность человеческой жизни, защита человеческой жизни и т.д. Однако и там всё по-разному.

Гурская:

– Наверное, когда наш уровень жизни будет такой, как в Голландии, у нас будут просто невостребованными эти беби-боксы.

Желдак:

– Там они востребованы. Есть статистика – там так же бросают детей.

Гурская:

– Мы никогда не найдем какой-то один вариант – беби-боксов ли, регистрации детей, оставления их в родильном доме, чтобы это воспринималось всеми однозначно. Этот беби-бокс, с моей точки зрения, для определенной категории людей. Пусть в этом боксе будет один ребенок в год, и чем меньше их там будет, тем лучше. Если при этом мы не будем их находить на помойке. Но до тех пор, пока мы этих детей будем находить на помойке, мы должны сделать все возможное, чтобы сократить этих «помоечных детей». Ведь беби-боксы для тех женщин, наверное, которые оставляют своих детей в метро, в тепле, чтобы ребенок не погиб. Если она будет знать, что есть беби-бокс, тогда она, наверное, найдет возможность приехать в эти беби-боксы.

Афонина:

– Мне кажется, сейчас у нас сложилась определенная дилемма. С одной стороны, говорят, что беби-боксы хороши, потому что они спасут жизни младенцев, которых оставляют в метро, чтобы подобрали, отнесли куда надо. И есть те, которых выбрасывают в выгребные ямы. Вот детишек, которых выбрасывают в выгребные ямы, спасти в этом случае невозможно бби-боксами.

Желдак:

– Ну хорошо, принесла она его в этот сейф, положила. А что дальше? Ребенок идет в детдом. Какие у нас детдома? Да, на данном этапе его спасли. А что дальше с этим ребенком будет? Я поднимала статистику по детдомам. В Ульяновске больше 150 детей за последние месяцы сбежали из детдомов, потому что с ними там обращались просто жутким образом – и били, и условия жизни у них были ужасные. Я к тому, что мало просто установить этот сейф. Нужно дальше какие-то шаги, какие-то действия предпринимать, чтобы спасать этих детей.

...и снаружи
...и снаружи
Фото: Алексей ЖУРАВЛЕВ

Гурская:

– Это один маленький этап.

Желдак:

– Но почему-то не говорится ничего, что будут делать дальше. Сейчас все говорят, что вот мы установили один сейф, потом три, сейчас мы установим еще два. А что дальше?

Гурская:

– Мы должны, наверное, улучшать жизнь детей в детских домах. А дальше, когда эти дети покидают детский дом, мы должны улучшать их жизнь. И так далее. Это то, ради чего все мы, наверное, живем. Но если сейчас речь идет именно о беби-боксах, так давайте говорить о них, что они не будут вредны, скажем так.

Московкина:

– Тут встает такой вопрос. Если те мамы, которые где-то родили, принесли в беби-бокс своего ребенка, они уже это совершили. А есть другая группа родителей, которые еще колеблются.

Афонина:

– Есть мамы, у которых очень сложный момент перестройки всей жизни под ребенка. Женщина, у которой начинаются психологические проблемы, когда ей хочется с этим ребенком хоть что-то сделать, чтобы он не орал, когда невозможно больше находиться с ним, в эти сложные, переломные психологические моменты… Она не готова с ним расстаться, чтобы его в выгребную яму, или как одна сумасшедшая мамаша попросила своего брата, чтобы он на трассу вынес сверток с ребенком и положил под колеса автомобиля. Она берет ребеночка, несет его в беби-бокс, закрывает крышку и оставляет. Через неделю, может быть, она одумается, может быть, уже придя домой, одумается.

Гурская:

– Она одумается, придет в то место, где ребенка положила, пройдет ДНК и получит своего ребенка.

Желдак:

– И что, любая мамочка, которая будет испытывать стресс, может его сдать – забрать, сдать – забрать? Может быть, лучше на эти деньги организовать какие-то курсы.

Московкина:

– На самом деле все это есть. Только нужно, чтобы это эффективно работало. Ведь нужно работать с будущей мамой и с молодой мамой.

Афонина:

– Попробуем связаться с Евгением Филипповым, главным врачом перинатального центра сочинской больницы № 9. Мы заранее позаботились о том, чтобы его комментарий прозвучал в нашем эфире.

Филиппов:

– Поздним вечером в понедельник, 28 ноября, в 22.47 в наш перинатальный центр, где установлен беби-бокс, была положена девочка. Дежурный медперсонал, когда увидел, что в беби-боксе лежит маленький сверток, спустились вниз, открыли. Девочка возраста 2-3 недели, весом 3,5 кг, рост 54 см. При внешнем осмотре девочка здорова, активна. Медперсонал, учитывая, что она оказалась очень красивой, эта девочка, назвали ее Алиной.

Афонина:

– Мы бы хотели, чтобы на телефонную связь с нами вышла президент фонда «Колыбель надежды» Елена Котова. Елена, давайте начнем с того же самого вопроса, который мы и адресовали нашей аудитории. Как вы считаете, беби-боксы могут спасти от убийства новорожденных, или с появлением беби-боксов отказников станет еще больше?

Котова:

– Дело в том, что беби-бокс в принципе начал реализацию той идеи, ради чего он создается. Так как это небольшое количество по общей статистике убийств детей происходит, на эту проблему никто не обращал внимания. И беби-бокс должен стать неким катализатором, который поднимет общественность и защитит женщину, которая рожает детей. И покажет, что в обществе есть проблема. Беби-бокс, конечно, это не таблетка от всех социальных проблем. И мы должны еще одну вещь запомнить. О том, что у каждого ребенка есть не только мать, но и есть отец. Ни один ребенок не появляется на свет только благодаря матери. Беби-бокс надо рассматривать как запасной выход, который должен быть в каждом помещении, вообще в нашей жизни – запасной выход. Возможно, он не должен срабатывать каждый день, и не должно быть много там детей. Но и в помойках детей тоже не должно быть. И для того чтобы ребенка не положили в беби-бокс, нужно маме оказать максимально помощь, нужно маму беречь. Я считаю, что беби-бокс должен быть, но перед ним должна быть осуществлена максимальная поддержка. Почему у беби-бокса три лесенки? Для того чтобы было 20 секунд, чтобы еще подумать. Почему у беби-бокса указаны все телефоны, куда она еще может обратиться. Мы стали настолько злы и агрессивны по отношению к женщинам, убийствам, мы только обсуждаем факт. А причина? Мы забываем о ней. И беби-бокс это инструмент. Если ей никто не помог, в обществе не создали для нее таких условий для воспитания ребенка, пусть тогда, конечно, положит в беби-бокс. Но мы должны не забывать еще одну вещь. Возможно, иногда беби-бокс работает тем спасительным инструментом, когда женщина, положив ребенка в беби-бокс, ему спасла жизнь, оказавшись сама в такой трудной жизненной ситуации, что не могла по-другому справиться. Но при этом из мусорного ведра она никогда не сможет вернуть себе ребенка, а из беби-бокса она это может сделать, объяснив и доказав в суде, что она этим поступком спасла в тот момент ребенку жизнь.

Афонина:

– Вопрос нашей аудитории: спасут ли беби-боксы от убийства новорожденных? Проблема абортов – это еще одна большая проблема, но не в рамках этой проблемы мы будем ее обсуждать. У них просто не доходят руки. Где гарантия, что у нее дойдут руки, чтобы пойти и отнести ребенка в беби-бокс?

Гурская:

– Никакой гарантии никто давать не может. Беби-бокс еще один способ дополнительный. Да, женщина может сделать аборт, а может не сделать. А дальше что? Она рожает этого ребенка. Хорошо, если она рожает в родильном доме, у нее хватает сил и мужества понять и принять решение, сказать: я не могу этого ребенка сейчас забрать. У нее здесь есть выбор. А если она его забрала его с собой домой, она куда его должна отдать, в детский дом? Чтобы стать осуждением всех соседей? Она этого, естественно, делать не будет.

Желдак:

– Если она его оставит в беби-боксе, она не станет осуждением всех соседей?

Гурская:

– Это вариант. Я считаю, что когда беби-боксам будет год, мы должны будем с вами собраться в этой студии и решить, а что же мы сделали этими боксами. Ведь только те женщины, которые будут нести туда детей, они ответят нам на вопрос, по правильному пути мы идем или не по правильному.

Звонок, Светлана:

– Я бы хотела сказать, что женщины, как правило, подобные поступки совершают в состоянии аффекте, когда у них гормональная перестройка идет на таком высоком уровне, что они просто элементарно не могут с ней справиться. Эта проблема решается очень легко. Раньше она решалась через психдиспансер. Называлось это «послеродовая депрессия». Я сама была в этой ситуации и скажу, что диспансер мне не помог, он только усугубил ситуацию. Когда я второго ребенка рожала, я знала, как с этой ситуацией справиться. Это очень легко делается при определенных усилиях над собой. Но другое дело, что пока дети в нашей стране являются объектом манипуляции, особенно дети без родителей, детдомовские, это проблему совершенно не решит, будет только усугублять.

Афонина:

– А не будет ли здесь определенного финансового лукавства? Я с ужасом представила себе ситуацию, что женщина зарегистрировала ребенка, взяла на него свидетельство о рождении. Ей выделили материнский капитал. А далее она переезжает в другой город, подбрасывает ребенка в беби-бокс, затем живет прекрасно с этим материнским капиталом. Отчета о ребенке нет никакого, деньги у нее на руках. Это же можно вообще бизнес устроить.

У нас в родильных домах раздаются брошюры, висит какая-то информация: уважаемые мамочки, если вдруг вы понимаете, если вам сложно или еще что-то… Или женщина должна это сама, выпучив глаза, бегать и искать, куда ей этого ребенка девать, если она понимает, что тупик, дальше она с ним не может быть?

Гурская:

– В родильных домах не висит информация о том, куда ребенка сдать в кризисной ситуации. Потому что родильный дом это медицинское учреждение, которое оказывает какой-то комплекс услуг. Другое дело, что сейчас в составе родильных домов появляются психологи, которые с такой категорией женщин работают. И мне кажется, это немножко индивидуальная информация. Точно такая же женщина может сказать: а что вы мне здесь развесили объявления, куда я должна деть своего ребенка? Я пришла его родить себе. А если женщина обращается, то психолог работает с такими женщинами, начиная с родильного дома. И юристы работают.

Афонина:

– В таком случае те, кто идет около перинатального центра, могут сказать: простите, а что вы тут мне беби-бокс под нос подсунули, что я должна мимо него каждый день ходить и смотреть, как я могу своего ребенка отдать?

Звонок, Николай:

– Я учился в академии, там выступал психолог. Он сказал: от стресса лекарства лучше не придумали, чем алкоголь в небольших дозах. Но нам категорически запрещено эти вещи озвучивать, потому что народ потом начнет лечиться массово. То же самое, считаю, и эти беби-боксы. Это преступление – даже говорить о них, а не то, что расставлять их. Таких матерей не должно у нас быть, и мы должны все передачи, всю жизнь нашу вести к тому, чтобы этих матерей и отцов, которые бросают своих детей… Я сам лично воспитываю двоих детей без матери. Поэтому я категорически против. Мало того, что у нас аморальная молодежь, они теперь будут знать, что можно ребенка бросить.

Афонина:

– Речь идет об ответственности. С появлением подобных легких способов избавиться от ребенка пропадает, может быть, единственная морально-этическая грань, которая еще сдерживала женщину от того, чтобы пойти на этот шаг. Да, сложно, да, мучительно, да, трудно, но я это сделаю, потому что… Дальше женщина находила какие-то аргументы, и ребенок у нее оставался. Да, она его вымучивала, вытягивала. Здесь, когда мы снимаем всякую ответственность за ребенка, потому что говорим, что у него счастливое, замечательное будущее, его даже могут устроить в чудесную приемную семью, женщина говорит: слава богу, теперь я могу его сдать. Как вы думаете, чего здесь больше, минусов или плюсов?

Московкина:

– Определенная доля женщин, может быть, так и подумает. Но мне хотелось сказать, что у нас очень часто беременная женщина оказывается одинокой. Тем более женщина, которая находится в сложной жизненной ситуации, которой некогда даже посмотреть по сторонам. Она варится в своем котле, в своих жизненных неприятностях. И вот тогда, может быть, она и не задумывается о таких вопросах, для нее первым станет избавиться от излишней нагрузки. Но у нас одна большая проблема – отсутствие информации. Я не согласна с Николаем в том, что нельзя говорить о том, что есть такие возможности для женщины, находящейся в кризисной ситуации. Нужно говорить, и говорить не только об этом. У нас ведь созданы очень хорошие условия в социальной системе в России для женщин, именно которым трудно справиться со своими детьми, со своей семьей (может быть, муж неблагополучный). У нас существует целая сеть кризисных центров, у нас прекрасные женские консультации. Но люди не знают, куда обратиться. Я не согласна с вами, Татьяна, что женщины будут возмущаться той информацией, которая в роддоме будет висеть: вам можно опустить ребенка в беби-бокс. Как преподнести этот материал. Ведь можно написать: если вам трудно, если вы находитесь в безвыходной ситуации. Тогда те женщины, которые с радостью ждут родов, они пропустят эту информацию мимо.

Афонина:

– Давайте встретимся через год и посмотрим, что будет дальше.

 

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ НА KP.RU:

В Перми открылся беби-бокс, где мать может оставить нежеланного ребенка

В сочинском беби-боксе оставили первого подкидыша

 

Вернуться к архиву
Вернуться на главную
Комментировать 12
Оставить комментарий
О модерации
Уважаемые читатели!

Ваши сообщения будут опубликованы только после проверки их модератором. Модерация осуществляется круглосуточно без выходных.

Комментарии могут быть опубликованы, если они не содержат:
— Призывов к насилию, межнациональной розни и прочим нарушениям закона
— Оскорбление или уничижение России, ее символов и первых лиц.
— Ненормативной лексики
— Личных оскорблений или проявлений неуважения в адрес авторов материала, других посетителей форума, иных лиц, а также «Комсомольской правды»
— Ссылок на какие-либо страницы в интернете
— Рекламы товаров или услуг, адресов или телефонов и т.п.

Администрация сайта оставляет за собой право удалять любые сообщения с форума без объяснения причин. Администрация сайта не несет ответственности за содержание сообщений. Мнение автора сообщения может не совпадать с мнением редакции.

  • Как пользователь социальной сети
Теперь для комментирования материалов на сайте KP.RU необходимо авторизоваться. Для этого просто нажмите на значок любой социальной сети (Одноклассники, ВКонтакте и т.д), где у вас есть страница.
Загружается...