Фильм «Борат 2»: как всегда, ничего святого

Кинообозреватель «КП» Стас ТЫРКИН — о сиквеле знаменитой комедии Саши Барона Коэна о Борате

Полное название фильма — «Доставка потрясающей взятки американскому режиму на благо некогда славного народа Казахстана» (Delivery of Prodigious Bribe to American Regime for Make Benefit Once Glorious Nation of Kazakhstan). Сюжет новой отчаянной провокации Саши Барона Коэна, выпуск которой приурочен к грядущим в ноябре выборам в США, этим, собственно, и исчерпывается. Работающему в каменоломнях Гулага Борату «президент Назарбаев» делает предложение, от которого тот не может отказаться. Чтобы вернуть лидеру своей страны уважение на мировой сцене, Борат должен подарить вице-президенту Америки Майклу Пенсу шимпанзе. Но с обезьяной выходит накладка, и Борат решает преподнести Пенсу собственную дочь Тутар — все же это лучше, чем сидеть на цепи в клетке, а именно так проводят время все казахские женщины.

В нарочитом косноязычии заглавия (первый фильм, снятый 14 лет назад, назывался «Борат. Культурные уроки Америки на благо славной нации Казахстана») уже содержится издевательство — над ломаным английским, на котором изъясняется главный герой, но, конечно, это наименьшая из шпилек Барона Коэна. Казахстан вообще не является целью его атак. И хотя казахстанское руководство, как и 14 лет назад, не в силах не обижаться на безответственного комика, сиквел, как и первый фильм о Борате, издевается над Америкой в гораздо большей степени, чем над Казахстаном. О котором ни комик, ни его западная аудитория по-прежнему ни бельмеса не знают и не очень хотят знать. Отправившись снимать в какие-то полуразрушенные румынские деревни, использовав в качестве статистов местное население, пустив за кадром музыку Горана Бреговича, уже использованную в фильмах Кустурицы, авторы вполне внятно заявляют: нарисованный ими Казахстан не имеет ничего общего с реальным. Не даром в заключительных титрах само слово «Казахстан» взято в кавычки. На месте казахов могла бы быть любая другая нация, просто потешаться над сравнительно малоизвестной в мире бывшей республикой СССР куда проще, чем над любой европейской.

Впрочем, кому и чему только не достается от Коэна в этом фильме. От Мелании Трамп до канадского премьера Трюдо. От Фейсбука до Холокоста. Чего стоят кадры сборищ типичного трамповского электората, требующего расправы над «предателем Обамой» и журналистами, с которыми, по мнению электората, желательно поступать «как в Саудовской Аравии». Снятый документальным способом американский «рэднек», друг Бората, с пеной у рта доказывает ему, что семья Клинтонов, и особенно Хиллари, пьет кровь младенцев. Впрочем, не обходит «Борат 2» и других «простых американцев» — они привносят в его мокьюментари достоинство и практическую смекалку нормального человека.

Сделанный методами «партизанского кино», фильм содержит несколько суперпровокационных сцен с участием реальных политических игроков действующей американской администрации. Изменяющий внешность от сцены к сцене Барон Коэн и исполнительница роли его дочери, 24-летняя болгарская актриса Мария Бакалова проникали на съезды, пресс-конференции и собрания республиканской партии — снятый таким образом материал вошел в картину. В одной из сцен Коэн в гриме «Макдональда Трампа» предлагает свою дочь реальному вице-президенту Пенсу. В другой под видом интервью консервативному телеканалу им удается заманить бывшего мэра Нью-Йорка Руди Джулиани в спальню гостиничного номера, где подставить его по полной программе, засняв происходящее скрытыми камерами. «Она слишком стара для тебя, ей всего 15!», — кричит врывающийся в спальню Борат.

В первом фильме Борат приезжал в «величайшую страну мира» с целью жениться на Памеле Андерсон. Он путал лифт с гостиничным номером, умывался водой из унитаза, стирал трусы в реке Гудзон и угощал гостя сыром из молока собственной жены. В сиквеле Барону Коэну удается превзойти самого себя: он в прямом и переносном смысле гадит под башней Трампа и умудряется пройтись по всем самым болевым точкам текущей повестки — тут и аборты, и отрицание Холокоста, и ковидная эпидемия, разворачивающаяся прямо сейчас.

Причина всеобщего возмущения этим бесстрашным фильмом (я объединяю продолжение с его предшественником, занесенным британским журналом Sight & Sound в список величайших в истории кино) — сам жанр, в котором он снят. Напрочь забытый сегодня жанр политической сатиры. Скука политкорректности давно обрыдла всем, но пусть кто-нибудь по ту или эту сторону океана попробует назвать вещи своими именами. Во времена, когда никто даже не мечтает сбросить ярмо политкорректности, Саша Барон Коэн под маской своего героя регулярно предпринимает такие эксперименты. Насколько далеко его публика готова зайти в своем желании упиться чужой непочтительностью, — это другой вопрос. Веселящегося до упада от какого-то одного гэга зрителя может возмутить до глубины души гэг следующий. Но сатира не может существовать без полной свободы слова, которая означает произнесение вслух того, что кому-то (точнее, лично тебе) может сильно не нравиться.  

И новый, и старый «Борат» — своеобразная лакмусовая бумажка, по отношению к которой проявляют свои комплексы целые страны и нации, любое общество и каждый его член. Власти Казахстана, разумеется, можно понять: первый «Борат» был куда более популярен в мире, чем созданный в Голливуде по заказу Назарбаева первый «казахский» блокбастер «Кочевник». И играючи разрушил все его усилия по пропаганде казахского государства. Никто не запрещает трясти кулаками и грозить возмездием и в этот раз (тема возмездия заранее высмеяна в новом фильме), но самая здоровая реакция по отношению к этой художественной провокации — от души посмеяться над собственными комплексами вместе с нахальным и абсолютно свободным ее автором и, не обижаясь, тут же забыть.

Комментарии