Президент США — Джон Гудман. Кадр из фильма «Диггер» (2026)
В российский параллельный прокат вышел «Диггер» двукратного лауреата «Оскара» за режиссуру Алехандро Гонсалеса Иньяриту («Сука любовь», «21 грамм», «Вавилон», «Бердмэн», «Выживший»). Это черная сатирическая трагикомедия, в которой обезображенный возрастным гримом Том Круз играет одну из лучших ролей за всю жизнь. А еще — один из самых катастрофических коммерческих провалов года: при бюджете то ли в $125, то ли в $160, то ли вообще в $180 млн «Диггер» в первый уикенд собрал в США всего $8 млн. Кинообозреватель «КП» Денис Корсаков рекомендует все-таки посмотреть картину (она хорошая) — хотя и не может понять, какие безумцы выписали 180 миллионов на почти артхаусное произведение и, главное, куда были потрачены эти деньги.
Диггер Рокуэлл — примерно самый богатый человек в США и в мире, живое воплощение капитализма. Не он ездит в Белый дом к президенту, а президент приезжает на консультации к нему в особняк. Одним пасмурным утром только что проснувшемуся Диггеру сообщают, что в Гренландии, практически в заповеднике, где он в бешеных количествах качает нефть, неприятности: по леднику пошла трещина. Она уже десять метров шириной. А еще через несколько минут Диггер узнает от пресмыкающихся перед ним консультантов, что на леднике произошел взрыв, огромная глыба оторвалась и направляется к Европе, — в результате, скорее всего, погибнут миллионы людей в Нидерландах, Британии и так далее. Тут-то и настает время президенту с его командой примчаться к Диггеру, чтобы вместе лихорадочно думать — что делать.
Выше пересказаны первые 25 минут фильма — то, что излагается и в трейлере. Дальше следует поворот, который раскрывать не хочется — Алехандро Гонсалес Иньяриту планировал его как приятный сюрприз для зрителя. Можно только сказать, что этот фильм больше похож на «Бердмэна», чем кажется поначалу. Что Том Круз играет в нем, строго говоря, одну роль, но все-таки две. Что и потом в «Диггере» будут неожиданные и красивые виражи.
Но в целом, прежде всего это старая добрая критика разлагающейся американской империи (престарелый президент, как выяснится, умирает от рака ануса: у него там «опухоль размером с енота»), американской военщины («Сначала бомбы, потом вопросы — вот наш подход!») и американского капитализма, который держится за свои позиции когтями и зубами. Пытаясь управиться с плывущей по Атлантике неприятностью, Диггер говорит: «Раз мы не можем контролировать природу, можно контролировать информацию!» (и предлагает врубить файерволл, который начнет фильтровать и уничтожать все сообщения с ключевым словом «ледник»), «Паника — это ресурс: спасаясь из горящего дома, не думаешь о том, кто забыл выключить тостер!» и так далее. Кульминацией станет десятиминутный пламенный монолог Диггера в… ну, в чем-то между ООН и британским парламентом: в зале, где собрались самые яростные его критики; смысл в том, что не только он виноват в случившемся, но и все те, кто с радостью пользовался его нефтью, наплевав на последствия.
Это совсем не плохое кино. Мнения американских критиков разделились примерно пополам: одни «Диггера» отчаянно хают, другие называют шедевром, слава к которому придет спустя годы. Наверное, в художественном смысле это не провал и не шедевр, но точно очень любопытная картина. Ее есть, за что критиковать — за то, например, что силы прекрасных актеров второго плана (Джон Гудман, Сандра Хюллер, Джесси Племонс) растрачены почти зря: их роли либо плохо, либо грубо выписаны, если Гудман еще вызывает в зале смех, то Хюллер не вызывает ничего. И все это чем-то смахивает на агитационные живые картины, всякие шествия, которые в 20-е годы устраивали в Москве комсомольцы: куклы жирных буржуев в цилиндрах, проклятия в адрес «гидры капитализма»… Видимо, именно поэтому режиссеру и понадобилась та специфическая обертка, в которую он упаковал свой сюжет (это как раз тот спойлер, о котором нельзя говорить, будете смотреть — поймете).
Вот только в тех шествиях была бодрость и надежда на скорое уничтожение гидры, а у Гонсалеса Иньяриту никакой надежды принципиально нет.
Только ленивый не сравнил «Диггера» с пятилетней давности фильмом «Не смотрите наверх» (кстати, Гонсалес Иньяриту поначалу работал над «Диггером» на Netflix, думал снимать в главной роли ДиКаприо — в конце концов там от проекта отказались именно со словами «Не смотрите наверх» у нас уже есть»). Если вы успели забыть, «Не смотрите наверх» — черная сатирическая комедия о гигантском метеорите, который летит на Землю и о котором стараются лишний раз не думать (вообще относятся к нему совершенно неадекватно); легко было разглядеть тут метафору глобального потепления. Но там еще чувствовалось что-то вроде призыва к людям: сделайте же с этим что-нибудь. Гонсалес Иньяриту на все махнул рукой. Никто ничего ни с чем не сделает. Катастрофа неизбежна, давайте уже как-то готовиться, что ли. Брать грязевые ванны, к земле привыкать.
Почему «Диггер» провалился в прокате, понятно: мрачная авторская сатира — не тот жанр, на который обычно ломятся зрители, даже «Бойцовский клуб» в свое время страшно грохнулся в прокате. (Очень громкий звоночек прозвучал, когда студия не пустила «Диггера» на Венецианский фестиваль: его страстно хотели там видеть, но создатели понимали, что на руках у них — не то, от чего придут в восторг все подряд, и явно убоялись негативных рецензий за месяц до выхода в прокат). Тома Круза любили молодым и красивым, мало кто жаждет видеть его на экране старым, морщинистым и жирным (каким, возможно, он и был бы в свои 64, если бы не следил за собой — а так его каждое утро гримировали по пять часов).
Но как, как чисто технически на этот фильм можно было потратить больше 15-20 миллионов долларов, на которые он выглядит (и в которые обошелся тот же «Бердмэн»)? Вот эти 125 (или даже 180) миллионов — куда они делись? Конечно, у Тома Круза большой гонорар (кстати, провал для студии будет тем более чувствительным, что он еще и с ходу заберет себе существенные проценты от сборов). Но не сто же миллионов долларов ему заплатили сразу, по контракту? Может, Гонсалес Иньяриту под шумок стибрил миллионов 80, чтобы построить бункер в мексиканской глуши?
Впрочем, это в последние годы была парадоксальная политика компании Warner Bros. — транжирить бешеные деньги на артхаусные по сути фильмы: хоть на второго «Джокера» ($200 млн), хоть на «Невесту!» Мэгги Джилленхол ($90 млн). Они выглядели на экране раз в пять дешевле и, к огромному изумлению продюсеров, проваливались со страшным треском. Но такого, видимо, больше не будет: через несколько дней после выхода «Диггера» Warner Bros. слилась, и не факт, что в экстазе, с компанией Paramount — теперь это одна студия под названием Skydance. Что, конечно, в каком-то смысле рифмуется с меланхолично-апокалиптическими умонастроениями Алехандро Гонсалеса Иньяриту.