Спорт

Драматический финал футбольного матча Грузия - Россия: Инсульт у Котэ Махарадзе

Легендарный телекомментатор воспринял как личную трагедию скандал на тбилисском стадионе, где матч не был доигран из-за отключения электричества. Наши корреспонденты ушли из дома Котэ за полчаса до беды...

После матча сидим в доме Котэ Махарадзе и Софико Чиаурели. На террасе накрыт роскошный грузинский стол, и взгляд мечется между графином с зеленой тархунной водкой и сухим вином янтарного оттенка, блюдами с наливными яблоками и тяжелыми виноградными гроздьями. Очаровательная Екатерина из нового поколения Махарадзе-Чиаурели выстраивает на наших тарелках большие кавказские хребты из острых восточных салатов, выстилает ущелья ломтиками хачапури и воздвигает башни из куриного рулета... - Попробуйте этот салат, - энергично настаивает Катя, - его делала сама Софико. В семье Махарадзе любят острые блюда. Поживешь здесь лет десять - обязательно заработаешь гастрит. Но зато очень вкусно. Все разговоры только о сегодняшнем футболе. Котэ вспоминает, как год назад он был в гостях у «Комсомолки» и вел церемонию награждения голкипера сборной России нашей премией «Джентльмен года». Говоря тосты, поднимал бокал с водой, где плавали ломтики льда. Хлопает калитка, и во дворе появляется взволнованный внук Чиаурели, сотрудник местного бюро одной из московских телекомпаний. - Только что московские информагентства передали, что грузинские болельщики забросали камнями автобус с российскими журналистами, - сообщает он. Застольные разговоры смолкают. А он растерянно продолжает: - Самое интересное, что я сам ехал в этом автобусе, но об обстреле узнал только из ленты новостей! Откуда это берется? - А откуда берется Панкисское ущелье? Кто все это придумал? - взрывается спокойный до этой минуты Котэ. И потом очень эмоционально и с горечью он и Софико говорили о том, что стало с Грузией и Россией, с тех пор как две братские республики перестали называть себя братскими... Спустя небольшое время нам позвонили из редакции. Надо было срочно перегонять материал в номер. Мы извинялись, что так и не смогли толком погостить. Котэ огорчился: - Вы толком даже поужинать у нас не успели. Затем выбирает на столе самые красивые грушу и персик и вручает беспокойным гостям на дорогу. - Вы только, пожалуйста, напишите все так, как увидите своими глазами, - просит, провожая нас до ворот, Екатерина. - Очень обидно, когда о Грузии пишут неправду... Мы ушли, а через несколько минут в доме Махарадзе случилась беда - Котэ ударил инсульт. Уже утром мы узнали, что «Скорая» отвезла его в реанимацию 9-й больницы города Тбилиси. Что Котэ находится без сознания и к нему никого не пускают, кроме Софико. ...Накануне матча сборных Грузии и России двери дома Коте Махарадзе на Анджапаридзе, 16, не закрывались. Как нам рассказал ученик Котэ - комментатор первого грузинского телеканала Джамлет Хухашвили, в пятницу Котэ принял 22 корреспондента различных СМИ. Мнение человека, который олицетворял нашу общую историю, интересовало всех и даже спикера Российского Совета Федерации Сергея Миронова. Кстати, галантный спикер засыпал Софико Чиаурели комплиментами. Знаменитый фильм с ее участием «Ищите женщину» он смотрит на своем видаке как минимум раз в неделю. Софико от души расхохоталась. ВРЕМЯ СОБИРАТЬ КАМНИ Кто забросал российских футболистов? Заместитель министра внутренних дел Грузии Зураб Хажалия в отличие от руководителя пресс-службы МВД Грузии Пааты Гомелаури подтверждает тот факт, что автобус с российской сборной по футболу был закидан камнями при выезде с территории стадиона «Локомотив». По словам представителей Федерации по футболу и Департамента спорта Грузии, от хулиганов пострадали и машины, принадлежащие этим ведомствам. Они считают, что действия хулиганов не были направлены именно против российской сборной. Полиция располагает видеоматериалом, на котором зафиксирован этот инцидент. Запись изучается. По факту возбуждено уголовное дело по статье «хулиганство». Очевидцы инцидента утверждают, что камнями в основном бросались мальчишки. Когда одному из них сделали замечание, тот ответил, что вот тот дяденька заплатил ему за это два лари. ЗА ДВА ЧАСА ДО ИНСУЛЬТА Котэ МАХАРАДЗЕ: Это никчемная игра «Матч века» Котэ смотрел вместе с нашим корреспондентом Поначалу Котэ был не в духе. Смотрел на экран без привычного интереса, был немногословен. - Играют две никчемные команды, - наконец вынес вердикт мэтр, комментировавший самые яркие победы советского клубного и национального футбола. - В Грузии и России есть люди, которые готовы бомбить друг друга. Я тоже сторонник бомбардировок. Но с одной оговоркой - пусть бомбардировке подвергнутся только ворота команд Грузии и России, и только футбольными мячами, - шутит маэстро. К середине первого тайма Котэ оживился: - Я впервые вижу сборную Грузии, которая показывает достойный футбол. Очень нравится Арвеладзе - на нем строится вся игра. А с тех пор как на поле вышел Деметрадзе, наши атаки стали осмысленнее и острее. Впрочем, Россия пока не играет так, как умеет. На стадионе гаснет свет. Российский комментатор Виктор Гусев выдает в эфир красивую фразу: «От высокого напряжения в отношениях между Грузией и Россией полетел трансформатор». Котэ с доброй иронией замечает: - Ну наконец-то и он сказал в эфире что-то удачное. Проходит 45 минут, но игра так и не возобновляется. Махарадзе тяжело переживает: - Стыд и позор! Как такое может быть на глазах у всего мира, в присутствии самого президента?! Такие вещи случайно не происходят. Может быть, это диверсия? - Ну что ты переживаешь?! - волнуется Софико. - Как я ненавижу этот футбол. Раньше очень любила, а теперь терпеть его не могу. - Правда-правда, - подтверждает с очаровательной улыбкой Котэ. - Я теперь уже на стадион не хожу - смотрю на дому. Мне тяжело там по лестницам подниматься. А здесь ни шума трибун, ни энергии футбольного театра. Софико посмотрела на меня и сжалилась. Говорит: сходи как-нибудь. А то ты без футбола чахнешь у меня на глазах. Раньше со стадиона приходил бодрым и молодым... В это время со стадиона приезжают гости, и мы в том числе. Количество отпрысков семьи Махарадзе на один квадратный метр неуклонно повышается. - Я ведь президент рода Махарадзе, - рассказывает Котэ Иванович. - Как-то мы проводили перепись, и выяснилось, что нас, Махарадзе, в Грузии около восьми тысяч. Махарадзе - небогатый род, бедные дворяне, куда нам тягаться со Стюартами и Бурбонами... - А еще нас с Котэ называют театром Ватикана в Тбилиси, - продолжает тему Софико. - Это один местный театральный острослов так выразился. В том смысле, что здесь сами по себе, как государство в государстве. У нас театр прямо на дому. - Кризис не отбил у людей охоту ходить по театрам? Нам рассказывали, что пенсия здесь всего-навсего семь долларов, или 220 рублей? - А вы знаете, что самое большое количество премьер - 20 - у нас пришлось на период междоусобной войны? - парирует Котэ. - Грузины - это особый народ... Софико горько вздыхает: - И все-таки времена сейчас тяжелые. Раньше я не могла себе представить, что грузинка будет просить милостыню. И вот когда я первый раз увидела грузинку в старой шляпке с вуалью, в перчаточках, с дрожащей протянутой рукой, - Софико артистично показала, как собирала подаяние эта женщина, - вот тогда я расплакалась навзрыд. Было видно, что когда-то это была гордая женщина и жила она богато, а теперь вынуждена унижаться... ВЗГЛЯД С 6-го ЭТАЖА Мужчины не плачут, мужчины огорчаются... «Мужчины не плачут, мужчины огорчаются», - почему-то именно эта фраза из хорошего советского фильма вспомнилась наутро после «выключенного» матча Грузии с Россией и нашей поздней вечерней встречи с Котэ Махарадзе и Софико Чиаурели. Мы хотели сказать Котэ «до свидания» перед прощанием с Тбилиси, а наутро узнали, что любимый актер и комментатор попал в больницу с инсультом. У советского футбола, который уважали в Старом Свете, было несколько ярких символов. Котэ - один из них. Свет, выключенный посреди официальной битвы двух сборных бывших братских республик, - это уже символ иной эпохи. Чуждой и ему, и нам, тем, кто любил ТОТ футбол, настоящий. «Может, это кто-то свыше нажал на небесный выключатель?» - спросили мы у Софико Чиаурели. И мудрая Софико печально и понимающе улыбнулась, покачав головой. На новеньком стадионе «Локомотив» в столице Грузии люди жгли газеты и газ из зажигалок. Топали ногами, нагнетая грохот водопада, требуя оплаченного дорогого зрелища. Нервные сержанты и генералы в освещенной дизелем зоне у раздевалок команд утрачивали признаки любезности в общении с прессой. Грузинские журналисты-патриархи говорили нам, что не помнят на стадионах Тбилиси подобного за свою долгую репортерскую жизнь. И сравнивали опустившуюся на арену тьму с испанским инцидентом, когда мрак помешал игре самого «Реала». Таксисты на все лады обсуждали с седоками версию о том, что запасной дизель-генератор на самом дорогом стадионе столицы сгорел из-за некоего разгильдяя, забывшего долить машинное масло. И только большой актер, любимый народом комментатор, сидя в своем знаменитом доме перед огромным телеэкраном, не притопывал ногой. Не рассуждал о стрелочниках, которых кинутся искать с фонарями. Он мудро и устало шутил, как позже стало понятно, через силу. То, что ему тяжело и на душе, и на сердце, он старался не показывать при гостях. Котэ, который редко ходит на стадион, продолжает любить футбол на расстоянии, как любят воспоминания молодости. Для Махарадзе, как и для миллионов соседей с Севера, настоящая игра, расцвет которой на пространствах бывшего Союза остался в прошлом, несмотря на бардак, царящий на полях и в головах, все равно занимает важный уголок в сердце. И без игры нет жизни. У телекомментатора и актера уже было два инфаркта. Его сердцу не могло стать легче от случившегося субботним вечером в Тбилиси. Он как настоящий кавказский мужчина и глава клана Махарадзе держал удар, продолжая оценивать игру, не боясь показаться банальным перед чужими. А мы в который раз пожалели, что не увидели в Тбилиси футбола, который показывали под этим небом игроки Чивадзе и Газзаев и который блестяще комментировал остроумный Котэ. Мужество и красота были составляющими игры номер один, и мы все наивно ждем возвращения этих качеств, теряя надежду и находя вновь.