Хабенский и Пореченков теперь белогвардейцы

Жить Турбину - Хабенскому, сидящему на кромке перекошенного мира (справа), осталось считанные минуты...

Постановка Сергея Женовача

В ролях: Константин Хабенский, Наталья Рогожкина, Михаил Пореченков, Александр Семчев, Валерий Хлевинский и др.

То, что Женовач раздал главные роли в спектакле талантливым звездам бандитско-ментовских сериалов, многие сочли намеком на модернизированное прочтение Булгакова. Те, прежние белогвардейцы, мол, вымерли, теперь речь о новом мире, новой стране и новом поколении героев. Но это... вовсе не так.

Хабенский и Пореченков оказались настоящими белогвардейцами - живыми персонажами, которые будто и не исчезали. Семчев - трогательным и возвышенным Лариосиком. Юнкерская массовка - личный состав батальона Почетного караула 154-го отдельного комендантского полка Московской военной комендатуры - горячими бестолковыми мальчишками, которые были и будут всегда...

А удивительные декорации, которые ни разу не пришлось менять за все семь картин, кажется, вместили в себя мир. Металлическая сцена перекошена, как сама жизнь, под углом градусов в 25 - 30. Слева, внизу, на маленьком пятачке - стулья, стол, кресло Елены, рояль, напольные часы со спящим маятником, старинное зеркало в деревянной раме, умывальник, ученическая парта, распятие в человеческий рост, повернутое к залу спиной. Выше - три телеграфных столба с оборванными проводами, похожие на кресты.

Внизу чудит Лариосик, поются застольные песни, кокетничает с Еленой; там блестяще произносятся классические юморные реплики, от которых зрители, хохоча, складываются пополам.

Наверху объясняются Елена с Тальбергом, когда тот собирается бежать из города. Наверх на негнущихся ногах, боком, шатаясь, поднимается смертельно раненный полковник Алексей Турбин - Хабенский, чтобы мешком лечь на металлическую вафельную платформу. Наверху вырывается из Мышлаевского - Пореченкова монолог о России, которая, хоть ее кверху ножками, как стол, переверни, все равно останется самой собой.

Он мог бы стать ура-патриотической попсой, этот монолог, но сделан был так, что зрители выдохнули, только когда он окончился, и грохнули аплодисментами. Ура-патриотам так не хлопают, - во всяком случае, во МХАТе.

...Чем ближе спектакль к финалу, тем гуще стена света, отделяющая неширокую сцену-платформу от всего, что находится за ней. Герои обнялись кружочком, держатся друг за друга посреди этого противоречивого мира, высокого и низкого, задорного и страшного...

«Белую гвардию» ставят во МХАТе уже в четвертый раз

По мнению Сталина, в 20-х годах «Дни Турбиных» демонстрировали «всесокрушающую силу большевизма».

В постановке конца 60-х колесо истории перемалывало все живое, как жернов кровавой мясорубки.

В 80-х Николай Скорик сделал дипломный спектакль Школы-студии МХАТ, где открылись таланты Брусникина, Майоровой, Козака, Феклистова.

Теперь спектакль назвали «Белой гвардией», хотя он имеет куда большее отношение к пьесе, чем к роману: подчеркнули масштаб...