2015-02-04T03:27:56+03:00

Владимир Солоухин: Россия еще не погибла, пока мы живы, друзья!

14 июня прекрасному русскому писателю исполнилось бы 80 лет
Владимир Солоухин на родных владимирских просторах.Владимир Солоухин на родных владимирских просторах.
Изменить размер текста:

В начале перестройки довелось быть на писательском вечере. Менялись у микрофона литераторы, пока не остались в президиуме Белов, Распутин, Солоухин. Ясно, думаю, чья очередь, автора «Владимирских проселков». И... ошибся. Солоухин был последним. «Все, полный провал! Зал ждет достойного финала, а тут травки, иконы...» - переживал я за организаторов вечера.

А Солоухин спокойно подходит к микрофону. «Из неопубликованного. - И с привычным владимирским оканьем начинает: - Вся Россия расстреляна!»

Под какими истлели росами,Не дожившие до утра,И гимназистки с косами,И мальчики-юнкера?Каких потеряла, не ведаем,В мальчиках тех странаПушкиных и Грибоедовых,Героев Бородина.Россия - могила братская...

Это был достойный финал со шквалом искренних аплодисментов поэту.

Так состоялось для меня открытие знакомого, казалось бы, деревенщика Солоухина.

В 93-м я приехал к Солоухину в Переделкино. Брать интервью для самой демократической в ту пору газеты.

- Владимир Алексеевич, как к вам обращаться?

- От товарища, думаю, надо отказываться. Скомпрометировано. Помню, в деревне мужики ждали уполномоченных из района. «Товарищи едут!» Едут чужие люди с наганами хлеб отбирать, колхозы организовывать, в кутузку сажать. Господин - хорошее слово. Во всем мире принято. И в России было когда-то. Если мы сами себя почувствуем господами, это, конечно, войдет в обиход. Если же обращаться лично, уместнее «сударь», «милостивый государь». Еще в хрущевскую пору я предлагал ввести эти обращения.

- Тогда, сударь, позвольте полюбопытствовать, что вы делаете в Переделкине?

- Я пенсионер, милый сударь. Все основное уже написано. Но каждое утро все равно сажусь за стол.

- Пишете? Но это же сегодня не модно. Наши писатели, разделившись на правых и левых, глаголом жгут друг друга на баррикадах.

- Все это мелкая политическая возня. Писатель должен писать. Читаю интервью Юрия Нагибина. Нет, оказывается, никаких западников и славянофилов. Есть только фашисты и антифашисты из группы «Апрель». Это большевистская практика, ленинская. Наклеить ярлык и уничтожить. Просто сказать «духовенство» - было мало. Реакционное духовенство - можно расстрелять. Теперь самое ненавистное слово - патриот. Обязательно черносотенец, шовинист, фашист. Почему? Он просто любит свою Родину. И весь «Апрель», не знаю, перетянет ли одну повесть патриота Валентина Распутина?

Я в этой возне не участвую. Действую иначе. Вот написал повесть «При свете дня» о Ленине, фигура которого из-за полной непрочитанности его текстов до сих пор сохраняет ореол гения, великого вождя и учителя. Хотя население России для него было насекомыми, а интеллигенция, извиняюсь, говном.

Горбачев начинал перестройку, надеясь сохранить в чистоте коммунистическую идею и все свалить на Сталина. Но все тайное становится явным. Сталин был большевик-ленинец. Коллективизация - его рук дело, хотя задумывалась еще Троцким. Храм Христа Спасителя при нем разрушили. И еще множество церквей. Но, думаю, он понял, что мировой революции не будет. Фикция это. И тогда решил создать крепкую коммунистическую державу.

Чтобы отказаться от идеи мировой революции, требовалось отстранить всех интернационалистов. А у большевиков был один метод отстранения - расстрел.

Сталин у них отобрал власть, Россию вырвал из рук. И этого они ему простить не смогут никогда. Их самих нет. Но поднялись новые поколения. И они постараются взять реванш, вернуть позиции, которые занимали отцы, деды. Вот конкретный пример. Аркадий Гайдар был каратель, чоновец, расстреливавший крестьян в Хакасии. (Я об этом написал повесть «Соленое озеро».) А внук чуть в премьеры не пролез. Занимал бы пост Столыпина. От Столыпина до Гайдара?! Представляете?

- А не боитесь, сударь, что вас запишут в сталинисты? Это сейчас еще опаснее, чем даже патриот.

- Нет. Я - монархист. В 60-м году общее собрание московских писателей прорабатывало меня за перстень с портретом Николая II.

Я считаю монархию самым разумным способом государственного устройства. Стране нужен лидер. Вся разница - как он оказался у власти. Способов три. Первый - выборы. Но они сейчас зависят от денег, средств массовой информации, настроения толпы. Выбрали. Думает, четыре года просижу, ну восемь от силы. Все равно сменят. Чего особенно стараться-то для страны? Надо о себе позаботиться. Второй способ - захватить власть силой. Тоже не идеально. Постоянно будет мучить мысль, что кто-то захочет последовать примеру, устроит переворот. Третий способ - получить власть по наследству. Монарх будет заботиться, чтобы передать государство потомкам в лучшем виде. Не враг же он сыновьям.

- И конкретный человек у вас есть на пост монарха?

- Кроме монарха, должен еще быть народ. А вот народа у нас сейчас и нет. Путем красного террора, коллективизации, перестройки, демократической революции он превращен в раздерганное население, не способное к историческим деяниям. Надо сначала население сцементировать в народ, пробудив в нем национальное сознание. И тогда возникнет монарх.

- А как вы, сударь, относитесь к демократии?

- Это ширма, за которой группа людей, называющих себя демократами, навязывает населению свой образ мышления, вкусы, пристрастия. Демократия как цель - абсурд. Это лишь средство для достижения каких-то целей. Ленин, большевики до 17-го года все демократами были. А взяли власть - такую демократию устроили, до сих пор расхлебать не можем.

- Вся Россия расстреляна! А что впереди, Владимир Алексеевич?

- Произошло уничтожение могучего государства. Смертность уже выше рождаемости. Но, думаю, постепенно у народа появится ностальгия по государственной крепости. Не все потеряно, сударь!

Увы, интервью, отрывки из которого мы печатаем, так и не увидело свет в самой демократичной на ту пору российской газете, не боявшейся ругать режим Ельцина.

Умер Владимир Алексеевич весной 1997-го. Похоронили его в родной деревне Алепино на Владимирщине.

Россия - одна могила,Россия - под глыбой тьмы...И все же она не погибла,Пока еще живы мы.Держитесь, копите силы,Нам уходить нельзя.Россия еще не погибла,Пока мы живы, друзья.

ИСТОЧНИК KP.RU

Понравился материал?

Подпишитесь на тематическую рассылку, и не пропускайте материалы, которые пишет Евгений ЧЕРНЫХ

 
Читайте также