2018-04-02T12:33:25+03:00

На Рублевке только заборы элитные

В редакцию пришло письмо: «Прочитали книгу Оксаны Робски «Casual» о жизни богатеев с Рублевки. Хотим вам рассказать о последних простых людях из деревни Жуковка. Приезжайте!» И мы поехали
Поделиться:
Комментарии: comments1
Старожилы Жуковки вспоминают дни, когда к соседям можно было сбегать за солью.Старожилы Жуковки вспоминают дни, когда к соседям можно было сбегать за солью.
Изменить размер текста:

Начитавшись модных книжек и глянцевых журналов, мы ожидали увидеть этакий образцовый европеизированный поселок, по которому среди ухоженных газонов бродят сплошные Оксаны Робски с дамскими сигаретами в длинных пальчиках.

Разумеется, все дамы должны быть в белых штанах, как на обложке самой модной книги сезона «Casual», посвященной страданиям российско-рублевской буржуазии. Книгу эту мы взяли с собой в качестве путеводителя. И почти сразу поняли - не пригодится, нет в ней правды местных характеров. Потому что первые белые штаны мы увидели не на красавице миллионерше, жертве ботокса и липосакций. Они были на чумазом жителе Востока. Даже на Черкизовском рынке сочетание белых штанов, синей куртки от китайского спорткостюма, черных востроносых туфель и шапки-петушка цыганской работы смотрелось бы негламурно. Первый встреченный нами абориген спокойно брел по колено в грязи среди высоченных заборов, помахивая пакетом с макаронами.

Второй был в тюбетейке. На улицах Жуковки мелькали цветастые восточные халаты, рваные телогрейки и клетчатые баулы. Это кипела настоящая, не приукрашенная жизнь «поселка миллионеров».

Мы поняли, почему бытоописательница местных нравов Оксана Робски категорически отказалась составить нам компанию. Нечего здесь показывать, кроме разбитых вечным строительством дорог, толп гастарбайтеров и бесконечных глухих высоченных заборов.

«Зря вы папу лицом кверху закопали!»

Нашему провожатому, боевому летчику Василию Воробьеву, накануне исполнилось 90 лет. Он самый старый житель поселка - его семья переехала в Жуковку в 1924 году! А через три года в поселке стали давать землю под дачи самым уважаемым гражданам нового государства, и Жуковка стала приобретать элитный статус.

Впрочем, при советской власти Василий Георгиевич мог и так претендовать на участок в районе Жуковки, Горок или Барвихи. Войну он начал под Харьковом, потом Сталинград, летал на По-2. Потом перешел в штурмовую авиацию и войну закончил с шестью орденами.

- Раньше жители были попроще, - рассказывает Шура. - Площадь видели у детской площадки? Там раньше «стекляшка» была. Удивительный магазин. В витрине всегда стояли две шестилитровые банки с черной и красной икрой. И Галя Брежнева (дочь генсека. - Ред.), всегда в него заходила за чекушкой. Выпьет и кричит: «Зря вы папу вверх лицом закопали! Надо было лицом вниз, чтобы не переворачивать, когда вы лет через десять его в ж...у целовать будете!» Охрана дождется конца этой сцены, Галю в машину погрузит и на дачу везет. Отсыпаться.

Потом, по словам местных, брежневскую дачу приватизировал первый мэр Москвы Гавриил Попов. Жизнь забила ключом: началась смена элит. Вместо полярников, летчиков, генералов, конструкторов в поселок стали переезжать барыги, политики и чиновники.

«Меня обещали убить, если я отсюда не перееду»

Наша машина ползет по улицам-ущельям. Заборы вокруг - высоченные. Василий Георгиевич решил показать нам дом, с которого начиналась Жуковка. Утыкаемся в заборы, проводник растерянно оглядывается - не узнает местности. Машина ползет по грязи мимо детской площадки. С трех сторон она окружена темно-коричневым 6-метровым забором. Навстречу катит малыш на электромобиле, за ним бежит мужик в камуфляже, с пистолетом на боку.

Мы не нашли первого дома - уперлись в тупик. Камера над очередным забором разворачивается в нашу сторону. Василий Воробьев рассказывает нам дикую историю. Где-то за этими заборами была могила первого председателя Жуковского поселкового совета. Председатель погиб, и жители решили похоронить его в сосновом бору. Когда земля стала раскупаться, на участок «с обременением» тоже нашлись покупатели и всеми правдами и неправдами его освободили от могилы.

- Председателя нашего все любили. Мужик был жесткий. Когда выделяли участок художнику Илье Глазунову, он сопротивлялся до последнего, и только Брежневу перечить не посмел. А Илья Сергеевич быстро стал здесь своим. Пойдемте, покажу его домик.

- Я его еще с Ленинграда знаю! До сих пор белок у него кормлю. Мне много раз обещали: повесим, убьем, подожжем, задавим... Но я отсюда никуда не уеду. Я здесь на заливных лугах еще с отцом косил. Щучата после паводков в траве оставались, нас отцы их заставляли собирать и в речку выпускать, чтобы рыба не переводилась. Куда я с родной земли?

Рай за заборами

Упорство последних старожилов нам не очень понятно. Любой человек среднего достатка клюнул бы на объявление «Купим участок за любые деньги». А ими в Жуковке все заборы увешаны. Спросили у Воробьевых:

- Вам не предлагали землю продать? Сумасшедшие деньги ведь дают!

Смеются. Заходят к ним риэлторы каждый день, а иногда и три раза в день. Предлагают от 100 тысяч за сотку до 500. Только не припомнят они разбогатевших на «золотой» землице.

- Люди, здесь миллионные особняки настроившие, деньги эти не зарабатывали. Невозможно столько честно заработать. Их можно только украсть или отнять. Они привыкли к этому, и участки «покупали» у простых людей так же, как и свои состояния сколачивали.

Старожилы, поначалу изумленно смотревшие на бешеное освоение их поселка «кошельками», думали, что захотят олигархи жить цивилизованно, как на обожаемом ими Западе. Облагородят все вокруг, проложат дороги, построят магазины, осветят улицы.

Но не получился у олигархов рай для всех. И ничем элитная Жуковка не отличается от остальной России - те же ямы на дорогах, пылевые смерчи, грязь, кучи мусора на перекрестках, глухие заборы до небес... Но, говорят, и за заборами «рай» тоже не особо получается.

Для Жуковки распространенное явление, когда выкупается участок в двадцать соток, а на нем ставится дом площадью в 600 квадратных метров. Оставшейся земли еле хватает, чтобы заасфальтировать стоки у водосточных труб. И приходится детям миллионеров играть на потрескавшемся и просевшем асфальте, который небрежно уложил нанятый задешево гастарбайтер.

Понравился материал?

Подпишитесь на тематическую рассылку, и не пропускайте материалы, которые пишет Дмитрий СТЕШИН

 
Читайте также