Премия Рунета-2020
Россия
Москва
+8°
Boom metrics
Звезды28 ноября 2005 22:00

Юрий ШЕВЧУК: Дружу только с молодыми. Мечтаю о дочке

Разговор с лидером «ДДТ» по случаю 25-летия творческой деятельности
Мальчики из «ДДТ»  с девочками - Танечкой и Олечкой.

Мальчики из «ДДТ» с девочками - Танечкой и Олечкой.

С Шевчуком мы пообщались сразу после его возвращения с грандиозного тура по стране.

Год для «ДДТ» особенный, юбилейный - 25 лет в строю. Поэтому задача была довольно сложной - как можно меньше говорить о круглой дате. А также о борьбе с попсой, отношениях с Киркоровым и прочих радостях нелегкой шевчуковской жизни. Кажется, получилось.

- Как физическое состояние? Я тут поднял наше интервью 1998 года. Вы тогда сказали, что можете на кулаках 60 раз отжаться...

- И сейчас могу.

- Форму как-то поддерживаете?

- Да, я готовился к этим гастролям. Полностью прекратил употреблять алкоголь. Я ведь не как Борис Борисыч - стою и пою. Или как Славик Бутусов. У меня очень много динамики, пластики моей какой-то, мягко скажем, своеобычной, нелепой. Я перед гастролями пробегал 8 - 10 километров, готовился. И вот поехали мы в этот тур - от Владивостока до Калининграда, в Белоруссии были, Украине, Молдавии. Проехали городов 50 - 60. Немало. А в Крым приехал и заболел - да так, что чуть не помер. Воспаление легких. Акклиматизация, что ли? Каждый концерт давался тяжко. Но ничего, выжил. У нас ведь концерты идут не меньше трех часов, публика иначе нас со сцены не отпускает. Группа физически поиздержалась так, что мне даже неудобно было перед музыкантами - я же должен о людях думать.

- А вы за ними как-то следите по части режима?

- «Сухой закон» у нас. Не курит почти никто. Группа сейчас, знаете, на каком этапе? Копим энергию. Перед концертом в гримерке тишина. Концентрация на концерт. Если раньше жизнь была в гримерке, то сейчас на сцене. Доросли до этого, слава Богу.

- Когда в последний раз вы были недовольны концертом?

- Позавчера в Киеве. Позапозавчера в Минске. В Бресте... Всеми концертами я недоволен. Хотя иногда говорю ребятам: ну ничего...

- А идеальный концерт у вас был когда-нибудь?

- Никогда.

- А очень хороший?

- Был. Во Владивостоке, бесплатный. Собрали сто тысяч - весь город пришел. В Минске был классный концерт. Подъезжаю к залу - пятитысячник такой. На улице больше желающих попасть на концерт, чем внутри. Мне, кстати, в Белоруссии многое нравится. Там между людьми деньги не стоят. Там деревни какие, вы посмотрите! Не убитые, как у нас, в России. Я там не видел людей с банками пива в руках. Но видел влюбленных, держащихся за ручки.

- Кстати, в песне «А мог бы» первые строки не на белорусском языке?

- Нет, это такой праязык, не русский, не украинский, не белорусский. Наши девочки - Танечка и Олечка - очень хорошо фольклор знают. А Костя Шумайлов это вплел в музыку.

«Устал я от повествований»

- У вас ведь повествовательных песен сейчас совсем нету, да?

- Да.

- А как же вы можете быть уверены, что человек правильно понял, что вы сказали?

- Я так сейчас существую, и вот такие строчки из меня прут. Не знаю, что с этим делать. Не пишутся повествовательные песни. Может, я устал от них. Может, я к ним вернусь на новом этапе.

- А может, просто с вами сейчас ничего такого не происходит, как было, когда вы столкнулись с Чечней?

- Очень многое происходит, но я другой стал. Мне все-таки не 30 лет. И в словах я, может быть, другое чую... Но вообще-то не готов я на этот вопрос ответить. Надо подумать, я потом непременно отвечу.

Классика по второму кругу

- Как поддерживаете связь с внешним миром - Интернет, телевизор?

- С Интернетом никак не связан. По телевидению - новости, канал «Культура». Телевизор, только когда очень устаю. Я обычно в тур с собой беру несколько книг и живу с ними. Правда, иногда после концерта нет даже сил читать. Но я из этого положения нашел выход. Я набрал кучу аудиозаписей русской классики на дисках в MP3 - и такое это наслаждение! Хорошие актеры читают. Я многие вещи сейчас как бы по второму кругу прохожу: «Братья Карамазовы», «Театральный роман». Рекомендую всем, кто читать не любит.

- А чего рекомендовать? Соберите команду, выберите книжку поучительную, сделайте запись... Кого бы, кстати, себе в команду взяли?

- Так давайте вместе сделаем. Илью Черта из группы «Пилот» возьмем - хороший чтец. Да много ребят. Я ведь сейчас все больше с молодыми дружу.

- Что так? Идеологические расхождения или просто наобщались со сверстниками?

- Думаю, всего понемногу. Было рок-движение какое-то, были «мы вместе». Правда, как было остроумно замечено, «но только не знаем, в каком». И вот мы из этого общего места выбрались и оказались абсолютными индивидуалистами, у каждого свои заморочки, свои Тибеты. А у молодых пацанов есть задор, есть чувство идеального, которым мы отличались в свое время.

- То есть, доведись сейчас клип снимать типа «Осени», молодых бы себе друзей набрали по аллеям ходить?

- Безусловно. Тогда, понимаете, мы на одном поле цветы сажали, а сейчас на разных.

- Но считаете ли вы своим долгом слушать музыку, которую пишут ваши...

- ...коллеги? Самое главное - я их всех люблю. Мы же из одной чашки хлебали. И все эти воспоминания, это «родство по юности» никто ведь не отменял. Слушаю, конечно, их музыку.

Гибель Европы

- За зарубежным роком следите?

- Много чего слушаю, но имен не запоминаю. Мне сейчас несколько французских групп нравятся.

- Давно были во Франции?

- Весной.

- И как вам события, которые там недавно в пригородах Парижа имели место?

- Гибель Европы. Первые страницы.

- Ну и что делать будем?

- Думаю, наши царедворцы попрут в сторону Азии. А мне Европа больше нравится, чем Восток. Хотя и Восток я очень уважаю.

- Восток ведь разный бывает.

- Верно. Но я знаю, что наших «челноков» в Харбине бьют уже. И это печально. Я проехал сейчас по Дальнему Востоку, видел, сколько леса по Амуру вывозят.

- Ладно, тогда давайте так: вы - артист?

- Я себя артистом не считаю.

- Да бог с ними, с терминами. Не считаете ли вы своим первейшим долгом обо всем этом говорить, петь?

- На каждом концерте я об этом говорю.

- Ну это я с вами общаюсь, кое-что знаю. А как простой слушатель догадается, что Юрий Юлианович Шевчук на данный момент до такой степени обеспокоен гибелью Европы!

- Согласен. А вот это, может, и будет следующий альбом. Про гибель Европы, гибель Владивостокской республики. Сейчас период накопления происходит. А вот в феврале закончу с концертами, возьмусь...

- Как вам, кстати, песня Газманова «Сделан в СССР»?

- Так это же моя «Рожденный в СССР». Украл песню. Мне сразу все так сказали.

Строем к Богу не ходят

- Вы ведь человек религиозный?

- Да. Мы вчера уезжали из Киева, заехали в Киево-Печерскую лавру, была встреча с митрополитом, он нас иконами одарил, прошли по пещерам, чуть на поезд не опоздали.

- А есть какая-то разница между человеком религиозным, набожным и верующим?

- Есть.

- Вот вы - кто?

- Я просто верующий.

- И стараетесь избегать внешних проявлений этого?

- Я считаю, что мирской человек не имеет права проповедовать - возьмем нашего Костю Кинчева. Строем к Богу не ходят. Это уже ближе к крестоносцам, это другое.

- А может, вы себя просто недостаточно авторитетным считаете в этой сфере?

- Естественно, я же грешник.

- А не было мысли: вот сейчас выйду к людям да как обращусь, и как они все проникнутся...

- Да что ж я - больной, что ли?

- Позвольте поинтересоваться вашими потребительскими предпочтениями - что вам из материального мира наиболее интересно: одежда модная, техника?

- Нет, я не модник. А из техники - гитары, студии, вот это для меня важно. Остальное все ерунда.

- За рулем ездите?

- Практически нет. Я люблю пешком. Я сейчас переселился на Моховую. Мне до работы пешком 20 минут.

- По секциям таэквондо уже не ходите?

- По секциям нет, так - на балкончике. Или пробегусь с удовольствием, до хорошего пота. Завтрак, потом на работу. Нормально.

Детский вопрос

- Как сынишки поживают?

- Сынишка Петька сейчас работает со мной, с группой «ДДТ». Он не поступил в университет.

- Он ведь, насколько я знаю, в нахимовском учился...

- Кадетское военно-морское училище в Кронштадте. Но по военной линии дальше не пошел, оказался гуманитарием.

- Теперь армия?

- Скорее всего. Мы его готовим к армии. У меня есть друг, пятикратный чемпион Европы по рукопашному бою. Петька в армию придет нормальным чуваком. Не хочу, чтобы его там сломали. Но если вдруг выкажет жажду к учению, как Ломоносов, тогда, может быть, дам ему отсрочку. У него время еще есть до призыва.

- А вот, допустим, придет Петя и скажет: «Батя, несмотря на подготовочку, боязно мне в армию идти. И ты, как отец, должен меня отмазать».

- Да, вопросик... Эта тепличная жизнь и знание, что папаша о тебе всегда позаботится, они ломают детей страшно. Сын должен пройти какое-то горнило, проверку на вшивость. Иначе что, всю жизнь я его буду опекать? Вот моя мама, суровая женщина, за что я ее обожаю, когда меня выгнали из института за то, что я декана на дуэль вызвал, отправила меня на Колыму. Ящики по 12 часов в морском порту грузить: мука, цемент, вира, майна. В бригаде всем деньги платятся поровну. А я еще был волосатый, что их раздражало страшно всех. Когда они бухали во время обеденного перерыва, я читал книжки. И они мне: «Что, студент, умным хочешь быть?» А я за словом в карман не лез. И часто получал. Но зато и бился до последнего. И говорил им, чтобы раззадорить: «Вот вы на этих ящиках и помрете, а я буду жить как человек».

- А младший сын как?

- Нормально, живет в Берлине. Я теперь дочку хочу родить, не знаю от кого. Потому что детей должно быть трое. Я на каждом концерте говорю: размножайтесь, друзья, размножайтесь. Это я на китайцев насмотрелся. Сколько попса поет о любви? А население страны уменьшается. Что ж это за любовь такая? Это как первые три месяца в армии - одно насилие.

- Значит - дочку?

- Да. Вы теперь еще возьмите и объявите конкурс в «Комсомольской правде»...

- «Роди дочку от Шевчука»? Это, кстати, по-нашему.

- Нет, конкурса не надо. А размножаться надо.