Премия Рунета-2020
Россия
Москва
+1°
Boom metrics
Происшествия31 октября 2007 22:00

Трое солдат сбежали из подмосковного госпиталя, задушив медсестру

Одного из них поймали, двое все еще в бегах
Источник:kp.ru
Надежда Кириллова проработала в госпитале много лет. И всегда жалела молодых солдат. Фото Хайырбека ЭМЗЕЕВА.

Надежда Кириллова проработала в госпитале много лет. И всегда жалела молодых солдат. Фото Хайырбека ЭМЗЕЕВА.

Эта история сразу напомнила другую, трехлетней давности. Тогда, в ноябре 2004 года, из военной части в Солнечногорске сбежали братья-близнецы Дмитрий и Александр Опарины («Комсомолка» подробно рассказывала об этом). «Ушли» от офицерской «дедовщины» с автоматами, по дороге убили двоих милиционеров. Позже один из братьев, Александр, застрелился во время задержания. Дмитрий сдался, его судили. Отправили на обследование и... обнаружили психическое заболевание, признали невменяемым.

На этот раз беглецов больше, мотивы их поступка пока неизвестны. Но похожего много - снова есть жертвы, и снова солдаты с проблемной психикой.

...В окружной клинический военный госпиталь Московского военного округа в Подольске трое 19-летних солдат попали из разных подмосковных частей. Курсант Алексей Смирнов (призван из Волгоградской области), водитель-механик Николай Тимофеев (из Ульяновской) и пулеметчик Юрий Буланчик (из Пермского края) лежали в одном отделении. Психиатрическом. Для больных «в пограничном состоянии». Последние двое - с предварительным диагнозом «синдром эмоционально-волевой неустойчивости», Смирнов (тут дело посерьезнее) - с «транзиторным эмоционально-неустойчивым расстройством психики».

- Подобные синдромы возникают в подростковом возрасте, - разъяснил нам психиатр-криминалист Михаил ВИНОГРАДОВ. - Их должны были выявить еще в военкомате. С такими психическими нарушениями в армии служить не должны.

Как пациенты договорились и спланировали побег, еще предстоит выяснить следствию. Пока известно лишь, что бежали они в среду около двух часов ночи. Прямо в больничных халатах.

Путь дезертирам преградила 53-летняя медсестра Надежда Кириллова. Но парней было уже не удержать. Втроем скрутили беззащитную женщину, затащили в санитарную комнату и задушили. А потом забрали из ее нетугого кошелька 500 рублей (все, что было), прихватили ключи (отделение-то закрытое) и вырвались на улицу. Там, как предполагают, перемахнули через забор.

Убитую Надежду коллеги нашли почти сразу. Но пока звонили в милицию, пока выяснили, что трое пациентов исчезли, прошло время.

Одного из них, Алексея Смирнова, впрочем, скоро поймали. Нашли на Курском вокзале утром в среду. Домой парень собирался рвануть...

Сейчас дезертира допрашивают с участием сотрудников ФСБ. Выясняют детали побега, действия каждого из солдат, предположительное местонахождение остальных беглецов.

А родные медсестры Надежды Кирилловой все никак не могут поверить в то, что ее больше нет. Муж (недавно отметили серебряную свадьбу) и дочери-студентки Кира и Маша в шоке перебирают фотографии.

- Она обожала свою работу, - плачут девушки. - Солдат всегда жалела, переживала, что из-за «дедовщины» в частях у ребят психика ломается. Вот так - она их жалела, а они ее не пощадили...

Трагедия эта, повторим, не единичная. И остаются вопросы. Главный: как вышло, что психически нездоровых мальчишек вообще призвали в армию? Или комиссия поставила неправильный диагноз? Или знали, да скрыли - план-то по призыву надо выполнять? А если приходили в армию здоровые пацаны, то кто виноват в том, что после недолгой службы они угодили в психушку с соответствующими диагнозами? К сожалению, у нас нет пока ответов на эти вопросы, мы продолжим наше расследование.

ЗВОНОК ВОЕННЫМ

Алексей СОРОКИН, комиссар Камышинского райвоенкомата Волгограда:

- Если у Алексея Смирнова и было психическое расстройство, то получил он его уже на службе. Он прошел двойную медицинскую проверку. Сначала в Камышине, потом в Волгоградском областном военкомате. Мама Смирнова ни разу не обращалась к нам с жалобами. Если у военнослужащего что-то не ладится в армии и он жалуется родителям, то мамочки обычно тут же к нам приходят. Просто надо выяснить: почему он бегал? Видимо, были причины?

Денис Андреевич, замполит в/ч 83320:

- Алексей служит под моим началом 4 месяца. Он замкнутый, необщительный. Не раз привлекался к дисциплинарному взысканию за незначительные нарушения. За ним числится также самовольный уход из части. Было решено отправить его на военную медицинскую комиссию. Сами подумайте, может ли психически здоровый человек совершить столько проступков? Для обследования Алексея Смирнова и положили в госпиталь.

ВЗГЛЯД С 6-го ЭТАЖА

Армейский стресс

Тут сам собою напрашивается вопрос: что же в армии происходит? А вот что. За последние годы из войск были комиссованы более 8 тыс. человек с явными признаками психических заболеваний. Экспертиза показала, что около 6% новобранцев попали на службу из-за недогляда врачей призывных комиссий (и это только официальные данные!). То есть медицинский брак. А в войсках у ребят болезнь прогрессировала. Остальные уволенные приобрели психболячки уже на службе. Постоянные стрессы, командирские нагоняи, «дедовщина» - лучшие «дрожжи» для того, чтобы даже у нормального человека поехала крыша. Психологи провели углубленное обследование младшего офицерского состава одной из подмосковных дивизий (лейтенанты - капитаны). Итоги были сенсационными - почти у каждого третьего были обнаружены симптомы... паранойи и других отклонений. Но стоит солдату признаться, что у него «не все в порядке» с головой, зачислят в симулянты. И лишь когда человек пытался покончить с собой или расстрелял сослуживцев в карауле, начинают вспоминать, что боец-то давно «подавал сигналы»...

Что делать? Рецепт один. Чтобы психопатов в армии не было, нужно на порядок улучшить качество проверки призывников. Пока же у нас гребут в армию всех, кроме безруких и безногих. Нужен тотальный контроль за психологической ситуацией в войсках. А в частях необходимы комнаты психологической разгрузки. Они уже появились у летчиков и подводников. Но в остальной армии стрессов на службе не меньше.

Виктор БАРАНЕЦ, военный обозреватель «КП»

ЧТО ГОВОРЯТ РОДИТЕЛИ

Коля жаловался: «Мама, нервы на пределе!»

С мамой одного из беглецов, Николая Тимофеева, мы встретились в его селе Красная Река Ульяновской области.

- Коля не доучился в школе, пошел работать на лесопилку, - говорит Вера Арсентьевна. - Тогда-то и стал жаловаться на здоровье. Нервным был. Сердце болело, дважды в больнице лежал. Из армии писал часто. Нравилось ему: «Не зря я ушел сюда. Стану здоровее и, возможно, наберусь немного ума...» А потом все изменилось. Жаловаться начал, что у него конфликты с кем-то, нервы на пределе. А когда я узнала, что его уже пять раз водили к психиатру, написала письмо командиру части. Просила дать Коле несколько дней отпуска, чтобы отдохнул и успокоился. И спрашивала: может, с таким здоровьем вообще служить нельзя? Его после этого в госпиталь тот и перевели. Коля на днях звонил оттуда, сказал, что все в порядке, скоро выписка.

Алексей уже дважды пытался бежать

По словам отца Алексея Смирнова, как призвали его сына, он до сих пор не может понять.

- У Лешки сердце больное, - делится Юрий Алексеевич. - А в 15 лет он во дворе упал, головой ударился сильно. Его даже на учет к психиатру поставили. Из части письма он тяжелые писал. О том, что капитан заставляет солдат воровать рельсы, потом их сдают на металлолом, а деньги военное начальство делит между собой. Все, что есть у призывников, тоже отбирают. «Я отсюда все равно убегу. Находиться в этой ж... невозможно. Отсюда можно убежать через «дурку», ребята многие так делают», - вот его слова. И два раза уже пытался бежать, но его возвращали! Попытка выбраться через больницу была третьей.

Мама Алексея срочно выехала к сыну.

- Утром позвонила какая-то женщина, кажется, диспетчер, - рассказала нам по телефону Светлана Юрьевна. - Она сказала, что увидела Лешу на станции в больничном халате и тапочках. Он признался, что сбежал, и дал мой телефон. Но со мной говорить не мог, у него была истерика. Женщина сказала, что он рыдает, в часть возвращаться отказывается и объяснить, что же случилось, тоже не хочет. Только твердит: «Они думают на меня, но я этого не делал».

Юрий Буланчик в школе начал спиваться

Мать Юры плачет, узнав о побеге сына: парень рос неплохим, в средней школе занимался спортом, получал грамоты. А в старших классах пошли тройки и компании, где сын стал не на шутку прикладываться к бутылке. Кое-как окончив школу, Юра решительно отказывался работать и учиться. Мать, работающая в пункте приема металлолома, звала его к себе кочегаром. Когда пришел срок идти в армию, мать была счастлива, что сына призвали. Однако дружить с зеленым змием юноша не перестал даже на службе. А две недели назад Буланчика вернули в часть из самоволки.