Происшествия18 октября 2008 2:00

Нищая жизнь довела старика до самоубийства

68-летний пенсионер написал предсмертную записку об унизительно мизерных пенсиях, поджег себя и спрыгнул с крыши
Несчастный старик перед трагедией читал прохожим предсмертную записку, а люди равнодушно слушали...

Несчастный старик перед трагедией читал прохожим предсмертную записку, а люди равнодушно слушали...

Кадры, снятые прохожими в солнечный день в центре Новосибирска. Старичок в кепке, как у Ильича, и потертой курточке говорил, размахивая руками. О несправедливости, о том, как одиноко и трудно жить пенсионеру.

68-летний Игорь Царев ни к кому конкретно не обращался, не задирал прохожих. Он, как позже выяснилось, цитировал предсмертную записку, которую аккуратно набрал на компьютере, - три листа текста. А потом поднялся на крышу музея, облил себя бензином и бросился вниз. От обиды на государство - оно назвало старика мошенником.

«Да ваш Царев вор!»

Что толкнуло одинокого пожилого человека из глубинки на этот шаг? Предсмертную записку он кинул с крыши музея в толпу зевак. В ней рассказал, что все его мытарства начались в 2002 году, когда продал свою трехкомнатную квартиру в Новосибирске. Не от хорошей жизни - пенсия была 2000 рублей. Большую часть денег взял сын. А на меньшую Царев купил квартиру в городке Черепаново Новосибирской области. К тому времени он развелся с женой и был одинок.

Жилье в Черепаново пенсионер стал сдавать, чтобы было подспорье, а сам приобрел небольшой дом в деревне Ярки - это совсем дешево.

Дом - деревянная халупка на три хозяина. Туалет на улице. Но свои окна пенсионер нарядил в пластик - он всегда хотел жить хорошо. За эти окна сельчане считали Царева зажиточным. Припоминали еще «Оку» и компьютер...

- Да и хитрый он, - судачат соседи. - Допустим, скупал картошку у сельчан по 50 рублей, а в Черепаново продавал за 100. Скрытничал... Никогда не поделится, что на душе творится, только с дворнягой своим Диком ласковый был... А про себя нам рассказывал только, что спортсменом был, борьбой занимался...

Сам Царев изливал душу в другом месте. Писал заметки в районную газету «Черепановские вести». Рассказывал о хороших интересных людях. Одна из его статей называлась «Не будет шанса для тоски, если ты попал в Ярки». А еще пробивал в сельсовете блага для ярковцев - требовал починить дорогу и помочь местному хору...

А недавно и самому Цареву понадобилась помощь. Его дом стоял на клочке земли - Игорь Васильевич посадил там картошку. И как гром среди ясного неба прозвучала для старика новость, что на эту землю он не имеет права. Она принадлежит хозяину, у которого Царев купил дом. Простодушный пенсионер и не подозревал такого подвоха. И решил бороться - обратился в суд, прокуратуру и милицию. Закон был не на стороне Царева... Но в местном сельсовете ему в собственность предложили бесхозный участок: мол, в доме своем живи, а огород устраивай во-он там. Старик обиженно отказался. Он прикипел к своему (как думал до сих пор) участку.

- Где живу, там и хочу обрабатывать землю, - твердил он.

А тут грянула еще одна беда.

- Царев получал 1000 рублей субсидий как малоимущий из районного бюджета, - говорит глава сельсовета Нина ЛАПУХА. - Но выяснилось, что он подделал справку о том, что малоимущий. В результате «нагрел» государство на восемь тысяч рублей, восемь месяцев получая субсидию по тысяче рублей...

В сентябре 2008-го на Царева завели уголовное дело по статье «мошенничество».

- Ну маленькая же деревня, крохотная сумма, неужели нельзя было простить старика, решить дело миром? - спросили мы у главы сельсовета.

- Да если честно, нам самим его жалко было, он одинокий такой, хотели простить... да не успели, - вздохнула Нина Лапуха. - Дело почти сразу завели в Черепаново, а мы и не знали...

Милиция просто смотрела

Когда старик читал предсмертную записку возле музея, прохожие шли мимо - кто равнодушно, кто ржал этому чудику в лицо...

- ...Наш народ дурят и грабят, наживая капитал на простых рабочих... - не отвлекаясь, с дрожью в голосе говорил Игорь Васильевич.

А потом забрался по строительным лесам на самый верх, таща за собой канистру с бензином. В считанные секунды набросил на шею веревку, прикрепленную к крыше (видно, для верности, чтобы умереть наверняка, повесившись), облился из канистры, чиркнул спичкой и прыгнул вниз.

Еще один кошмар - в двух шагах от музея расположен стационарный пост милиции. Люди в погонах тоже все это видели. Почему они просто смотрели? Им-то по долгу службы положено остановить самоубийцу!

Вот какой ответ дал нам зам. начальника ГУВД по Новосибирской области Виктор КОШЕЛЕВ:

- Была неадекватная ситуация. Поднимись милиционер к пенсионеру, старик мог бы спрыгнуть быстрее. Мы думали, он выговорится и успокоится...

«Может, это осеннее обострение!»

Игорь Васильевич умер через пять дней в больнице.

- Он был в очень тяжелом состоянии, - рассказал «Комсомолке» Владимир ЗАХАРОВ, первый зам. главы администрации Центрального района Новосибирска. - Возможно, это осеннее обострение...

...Старик Царев погиб, когда в Новосибирске широко, с официальными мероприятиями и речами чиновников, отмечали Декаду пожилых людей... Понятно, о чем говорили в эти дни на официальных мероприятиях чиновники: мы, мол, заботимся о стариках, вы - наше все, уважаем, благодарны...

P. S. На днях прокуратура Железнодорожного района Новосибирска возбудила уголовное дело по факту смерти человека. Будут изучать: есть ли в этом вина чиновников. И нет ли следов преступления, которое называется «доведение до самоубийства»...

ВЗГЛЯД С 6-го ЭТАЖА

Если у старика есть пальто, он - богач?

Пенсионер Царев все подсчитал напоследок. Кроме одного пункта: сколько он зарабатывал на перепродаже картошки. И еще не внес в свой смертный реестр тысячу рублей, которую ему платили по поддельной справке.

Наверное, это нехорошо - обманывать государство. И закон велит (нравится не нравится, но это закон) платить налоги и не врать. Нечестность ради прибыли - уголовное преступление. И когда оно вскрылось, Царева решили наказать...

Государство - оно ведь тоже все подсчитывает. Например, кого считать малоимущим, а кого - нет. По бесчеловечной логике государства, получил на одну копейку больше, чем положено, - и ты уже не вправе рассчитывать на его помощь. Хотя копейка эта ни хлеба, ни надежды не прибавляет.

Именно наша суровая госмашина доводит самых обездоленных - одиноких стариков, сирот, инвалидов (список можете продолжить сами) - до последнего отчаянного шага. Не спорю: должна быть этакая ватерлиния, чтобы отделить тех, кому надо помогать, от тех, кто вроде в силах прожить сам. Вопрос ведь - по какой такой математике вычисляют необходимую человеку сумму выживания? В потребительской корзине, где значится минимум того, что необходимо, например, пенсионеру, написано: 3 пальто на 8,7 лет. Или 0,3 пальто на год. Ну и все остальное в таком же духе. И вот если ты не можешь на свой доход обеспечить такую роскошь, ты малоимущий. А если можешь, иди и выживай сам. Как знаешь. Это честно?! Справедливо?

Царев не вписался в логику государственных представлений о справедливости. Судя по его предсмертным подсчетам, ежемесячно у старика оставалось меньше 4000 рэ на еду, на неожиданные расходы, на рукав пальто, наконец. Мягко говоря, немного, да? Попрошайничать не пошел. Грабить - тоже. Попытался жить, как придумал. Потому что ответа на вопрос - а как же правильно жить на наши отечественные пенсии?! - никто не знает.

Может, государство все-таки заметит неточность в таблице своих навязанных людям правил? Войдет в их положение, не будет карать за их мелкие прегрешения? И кроме смешных прибавок к пенсиям, которые немедленно слизывает инфляция, предложит реальную помощь старикам?..

Наталия АНДРЕАССЕН