2017-11-01T12:55:41+03:00

В Челябинске Отец-одиночка воспитывает двух детей-инвалидов

Ему нужны деньги для реабилитации
Поделиться:
Комментарии: comments1
Изменить размер текста:

Шестилетний Андрейка все норовит залезть папе под мышку, ластиться, как котенок:

- Я тебя люблю! – мурлычет сын.

И отец кладет свою крепкую мужскую ладонь на сыновью макушку…

С некоторых пор Павел Васильевич должен любить сына вдвойне: мамка-то умерла!

Это горе свалилось на плечи железного отца в 2002 году. Когда, казалось, что вдвоем с женой они справятся с любой бедой.

А бед на семью Казаковых пришлось неоправданно много:

- Старшая дочка Леночка, сестренка Андрюшки, родилась весом 1 кг.900 граммов, - вспоминает Павел Васильевич. – Никто из врачей не мог поставить диагноз. Говорили даже, что она у нас лилипут…

Когда Лене исполнилось 6 лет, школа вынесла свой приговор:

- Не обучаема!

Страшно боясь за дочку, которая и сейчас, а ей 25 лет, не может зажечь спички, Казаковы хотели в подмогу ей родить братика или сестричку. Погибнет же бедолага! И не отреклись от этой мысли даже после двух выкидышей Татьяны.

В 2001 году Татьяна забеременела. А через 9 месяцев родился на свет Андрейка:

- Жена не любила врачей, все наши мытарства с больной дочкой, да еще эти ее выкидыши…Она нашла духовную акушерку, решили рожать дома, в ванной. Но повитуха опоздала, и роды принимал я…

И тут опять случилось страшное…Несколько минут Андрюшка не дышал, опоздавшая акушерка отхлопала пацаненка, но придавила радость новым диагнозом:

- Из-за длительной асфиксии (удушение) будут у малыша проблемы с движением…

В 8 месяцев, когда дети вовсю ползают, и пробуют ножки, Андрей сидел в подушках, заваливаясь на бок. Детские невропатологи добили семью новым диагнозом:

- Ходить не будет, это ДЦП!

Задуманный защитником, сын рос корявым деревцем, для которого рисовать, читать, ходить – было пределом счастья…

Казаковы – одни перед своей бедой – продолжали бороться. И в 2 года малыш сел, в 3 составлял слова. А в 5 лет – пошел. Но мама этого, увы, не увидела. Умерла от инсульта!

Отец держится

- Готовлю еду и уезжаю на работу (работает техником строителем), - рассказывает Павел Васильевич. - Отпускают после четырех. Еще дают 4 отгула в месяц. Хорошо, что не увольняют, я же и на больничных бываю по уходу за ребенком…И все время хожу по чиновникам, прошу денег.

Жизнь в новом режиме как каторга. Просители в наших офисах хуже коммивояжеров! Им отворот поворот или мотивированный отказ: «извините, в настоящее время нет средств»…

- Может, думают, мы богатые…- пытается оправдать людей Казаков, - Я же 15 тысяч получаю, не нищий… Лене инвалидность не дают: «задержка психического развития» - не тот диагноз. Андрею оформили инвалидность. Но по закону он может получать только одно пособие, по потере кормильца не полагается…

Прожить на 3600, даже с учетом папиной зарплаты – невозможно, ведь только одна ампула диспорта (модное лекарство, которым в косметических кабинетах расправляют морщины – прим.ред.) стоит 15 тысяч рублей. От этой инъекции спазмированные мышцы распрямляются и для Андрейки это эликсир жизни, живая вода. Первую ампулу Казаков выходил-выпросил у меценатов. Вторую заказал в августе (по линии управления здравоохранения области), но до сих пор не получил.

- Мне говорят, отдай детей в детдом. Там уход за ними будет. Но мы определяли Лену в интернат, она там совсем захирела, деградировала. Это мы дома научили ее читать. Как-то увозил их на месяц в Кусу. Больше не смог, забрал…

Вся история – «вопреки». Вопреки диагнозам врачей – выходили. Вопреки – обучили. Вопреки – до сих пор живы. От них отвернулись родственники. И сейчас, вопреки нашему равнодушию, отец борется за то, чтобы парализованный мальчик однажды пробежал перед домом и тронул ногой футбольный мяч. Это надо сделать для мамы, она просила, когда умирала…

ОТ РЕДАКЦИИ

Эту историю будто списали из Достоевского, но переложили на современный лад. Конечно, великая любовь к детям ломает горы. Но быть железным вечно – невозможно. Можно и надорваться. Как это случилось с Татьяной – хрупким существом, женщиной. Давайте поможем отцу не сломаться. Выстоять в битве с судьбой и… черствыми чиновниками. Пусть поймет, что со своим горем он не один! Конечно, можно сплавить детей в детдом, запить с горя – и каждый из нас его не осудит. Но Казаков несет крест. И предавать своих детей и память о жене - не может. Я представляю, как трудно просить помощи. Выдерживать вежливые отказы. И знать, что дети дома одни, без присмотра. Что, может, сейчас у Андрея мокрые штанишки, а Лена, горе луковое, отбирает у малыша игрушки…

Сейчас семье Казаковых нужен логопед и массажист, у Андрея впереди школа. Нужна сиделка и хлопотунья по хозяйству. На те несколько часов, пока отец на работе. Нужны деньги на две ампулы диспорта (это 30 тысяч рублей). И, это уже предел мечтаний, аппарат «Адели» или «Гравитон», которые называют костюмами для космонавтов. В них ребенок с церебральным параличом учится ходить. (это еще 15 тысяч рублей).

Если вы хотите помочь Павлу Васильевичу Казакову, позвоните ему по номеру: 8-906-870-47-76.

 
Читайте также