Политика27 июня 2011 14:35

Армия строгого режима

Журналисты «Комсомолки» побывали в самом настоящем дисбате

Дисбат - это звучит, согласитесь, сурово. Почти так же, как штрафбат времен войны, который бросали на самые безнадежные участки боев - чтобы кровью искупить проступки перед Родиной. В сегодняшнее мирное время в России осталось всего два дисциплинарных батальона. И кровью в них, конечно, никто ничего не искупает. Хотя слухи о тяжелых условиях пребывания в дисбате передаются в солдатской среде из уст в уста. Это теперь некое армейское исправительное учреждение строгого режима.

Во вторник Отдельному дисциплинарному батальону № 28 исполняется 25 лет со дня образования (до 1986 года это была дисциплинарная рота). Военный спецкор вместе с фотокорреспондентом «КП» побывали в нем накануне этого юбилея, чтобы понять - что из себя представляет нынешняя колония в погонах.

Недобор

- К нам солдат из соседних частей специально на экскурсию привозят, - усмехается замкомандира батальона по воспитательной работе майор Александр Ильченко. - Мы им показываем реальные условия, в которых осужденные отбывают срок. Как рассказывают потом командиры, после такой экскурсии бойцы свято чтут устав воинской службы и не горят желанием попасть к нам клиентами.

На самом деле 28-й Отдельный дисциплинарный батальон в Мулино (это Нижегородская область, знаменитый Гороховецкий полигон - самый большой в Европе) внешне похож на обычную воинскую часть. КПП, казармы, плац, спортгородок... И - колючая проволока, вышки, злобные собаки, системы заграждения как в тюрьме, три уровня защиты. По эту сторону дисбата - рота охраны (вольники), по ту - зона для лиц временного пребывания (осужденные). Пропасть между ними огромная, хотя и там и там - солдаты-одногодки.

Фото: Анатолий ЖДАНОВ

Смотрите фоторепортаж: Армия строгого режима

Солдат в роту охраны отбирают еще на стадии призыва - с устойчивой психикой. Нагрузки-то колоссальные. Сто караулов в год - норма. Едва ли не ежедневные занятия с осужденными - тоже не сахар. Не случайно солдаты и офицеры здесь получают надбавку «за особые условия службы».

- Сейчас у нас отбывают наказание за совершение преступлений 162 человека, - по военному четко докладывает и. о. командира батальона майор Виталий Юдаков. - Всего по штату 800 человек.

- Значит у вас недобор? Можно сообщить о вакансиях в дисбате? - спрашиваем майора.

- Всегда рады принять новых клиентов, - реагирует на шутку Виталий Анатольевич. - Здесь военный суд принимает решение, кто будет нашими подопечными.

Основной контингент в дисбате - осужденные по статье 335. Это неуставные взаимоотношения - «дедовщина», во всех ее проявлениях. Есть и «кража», «вымогательство», «незаконное оставление части», чуть реже «дезертирство».

В дисбате есть даже свой православный храм, а для мусульман - молельная комната...

Отказался мыть казарму...

Сергея Григорьева привезли в Мулино из Волгограда, где он служил в одной из частей ВВС. Паренек угрюмо смотрит из под насупленных век и еще, похоже, не до конца понял - куда он попал. У Сергея 232-я статья, часть 1 - двойное неисполнение приказа, 6 месяцев лишения свободы.

- За что срок получил-то? - спрашиваю его.

- Полы мыть в казарме отказался...

Григорьев родом из Абхазии, там мытье полов считается не мужским делом. Русский паренек перенял «законы гор» и теперь ему предстоит полгода обучаться «законам дисбата». Драить сортир ему должно показаться удовольствием...

Другая история у Валерия Бедризова, который провел здесь уже почти год. Он, сержант, отправил дневального по роте, солдата своего призыва, навести порядок в туалете. Тот послал его на три буквы.

- Не знаю, что на меня нашло тогда. Вспылил в общем и ударил его, - краснеет Валера.

Удар занимавшегося боксом сержанта был поставлен профессионально - у сослуживца разорвало селезенку. Бедризову дали два года дисбата...

До службы 24-летний парень успел закончить строительный техникум в Перми, поработать прорабом на стройке и возвести три жилых 17-этажки. Здесь, в дисбате, Валера уже заработал себе облегченный режим и имеет право выходить с территории зоны без сопровождающего автоматчика. Скорее всего через месяц-другой он получит право на УДО - условно-досрочное освобождение.

Во вторник Отдельному дисциплинарному батальону № 28, исполняется 25 лет

Фото: Анатолий ЖДАНОВ

Смотрите фоторепортаж: Армия строгого режима

- Работать дома буду по специальности, нужно возместить 100 тысяч рублей ущерба пострадавшему, - говорит Валера. - Жалею, что так произошло, но дисбат меня многому научил...

В чем же исправительная сила дисбата? Здесь не бьют, не издеваются, не бросают в выгребную яму, даже гауптвахта (аналог карцера) была в день нашего приезда свободна.

- Мы просто заставляем осужденных жить по уставу и каждую минуту заполняем занятиями, - говорит майор Юдаков.

Занятий много. Если это строевая подготовка - постоянная шагистика на плацу, да так, что перед глазами звездочки плывут. Если физподготовка - то до седьмого пота. Изучение устава - что бы каждая строка отскакивала от зубов. Плюс уборка казармы без намека на халтуру. За малейший отказ - гауптвахта, нахождение в которой не учитывается в сроке отбывания наказания - каждый день отдаляет освобождение. Сидеть никто не хочет, лучше уж безропотно все выполнять. Вот и выполняют - абсолютно все, даже «гордые и независимые» кавказцы.

С таким «собачьим конвоем» сбежать из дисбата точно не получится.

Кавказцев - почти половина

Представителей Северного Кавказа в дисбате - почти половина, 96 человек из 162. Большей частью это дагестанцы. Статистика на самом деле тревожная. В российской армии сейчас служит около миллиона человек. Из них кавказцев немногим более 20 тысяч - это 2%. В дисбате Мулино осужденных солдат-горцев 42%.

- У нас нет различий по национальному признаку, - подчеркивает майор Виталий Юдаков. - Здесь все и туалеты драят, и сало едят на одинаковых условиях. Дружба народов, так сказать, в миниатюре.

По четвергам осужденных навещают отец Георгий и отец Владимир

Фото: Анатолий ЖДАНОВ

Смотрите фоторепортаж: Армия строгого режима

На территории дисбата соседствуют православный храм и молельная комната для мусульман. По четвергам осужденных навещают отец Георгий и отец Владимир, а по пятницам мулла Мансур Хазрат. Церковь, кстати, здесь построили своими руками из подручных материалов. Но попасть в число верующих непросто, одного заявления, что ты не можешь жить без молитвы мало. В церковь разрешают ходить лишь тем, кто не имеет нарушений.

Даже подметание плаца - под дулом автомата.

Есть в исправлении дисбатом и свой немалый плюс - в военном билете не ставится отметка о судимости. Только запись в графе «последнее место службы» - в/ч 12801.

- После дисциплинарного батальона при устройстве на работу наши клиенты спокойно пишут в анкете «не судим», - говорит майор Александр Ильченко. - Кстати, лишь 5% бывших дисбатовцев попадают впоследствии в криминал. Остальные предпочитают жить по законам. Это тоже о многом говорит.

Смотрите фоторепортаж: Армия строгого режима