Незаметная цивилизация (С другого берега)

Когда я лет двадцать назад впервые ехала за границу, в Швецию, чего только себе не представляла. Один знакомый имел неосторожность сказать: «Попадешь в главный очаг цивилизации. Большего нигде еще не добились».

И я ждала встречи с чем-то этаким. Неземным. С летящими на высоте 200 метров стеклянными зданиями. Канатными дорогами над движущимися тротуарами. Тысячами сверкающих автомобилей, бесшумно мчащихся по городу на большой скорости.

«Города будущего» строятся в Скандинавии потихоньку...

Конечно, в результате я была здорово разочарована. Машин в городе было намного меньше, чем в каком-нибудь Новгороде, большинство ездило на работу общественным транспортом, который, правда, ходит как часы. Напротив дворца стояли мужики в сапогах и рыбачили. Чуть удивилась я лишь тогда, когда один из них выудил лосося — я думала, что это, может, реклама. Короче, цивилизация сразу в глаза не бросалась. Она настигала постепенно в самых неожиданных местах. Например, у помойки, где выяснилось, что мусор надо разделять на 15 видов, а не просто кидать в пакете в бак. Из-за того, в частности, что народ охотно отбросы сортирует, вредные вещества не попадают ни в воду, ни в почву, поэтому можно ловить рыбу и без страха есть грибы. В общем, цивилизация оказалась такими цепочками, пронизывающими все общество. Очень будничными. А чудес в чистом виде не наблюдалось. В маленьких офисах скромная икеевская мебель, в гостиных жилых домов— те же полки-самоделки, перемежающиеся с бюро и столами 19 века — войн не было, антиквариат дешев, и народ отоваривается в мебельных комиссионках. Виллы у шведов — одно название, что виллы. Часто выглядят они как одноэтажные деревянные бараки, даже забором не огороженные и не отягощенные тяжелыми шторами. Идешь по улице спального района — все насквозь видно: если что случится в доме — соседи заметят и помогут.

Еще смущал раньше вечный ответ на вопрос, почему не пристроили второй этаж: «Зачем нам ”кормить” лишние комнаты?» Медленно-медленно до меня доходило. Шикарные особняки дороги в обслуживании, каждый лишний метр — это расход электроэнергии, сил при уборке, материалов при ремонте. А внутри эти самые трехкомнатные бараки — волшебные шкатулки, где все устроено, разумно, функционально, современно, с минимумом вещей, большинство из которых - «умные».

«Города будущего» строятся в Скандинавии потихоньку, и не обособленно, а внутри уже имеющейся инфраструктуры. Например, первые виллы, оборудованные земляными насосами, постепенно «подтягивали» к себе остальные строения. Теперь оснащаются этими системами и многоэтажки: такая энергия в три раза дешевле обычной.

Недавно я попала как раз на фабрику всей этой незаметной цивилизации — в городок Вэкшье с 80-тысячами населения. Глушь, леса вокруг. Губерния Смоланд. И в эту географическую дыру валом валят делегации со всего мира — и члены правительств, и губернаторы. Народ там чудеса творит по собственному хотенью, и даже снизил с 1993 болше чем на треть выброс парниковых газов на душу населения. При этом экологическая «сдвинутость» никак не замедляет экономический рост.

Некоторые меры, предпринимаемые городом для «уменьшения нагрузки на природу и поступательного развития цивилизации», мне показались даже странными. Например, вводится налог на авиаперелеты жителей Вэксшье. Специалисты обсуждают, как эффективнее компенсировать выбросы углекислого газа самолетами. То ли это будет коммунальный фонд, то ли средства, выделенные на ”зеленые меры”, пойдут в общегосударственную копилку. В самой Швеции это не особо удивляет: каждый третий житель королевства отказался от авиаперелетов на короткие дистанции, пересев в поезд.

Из грязи — на энтузиазме

Когда-то Вэксшье был городом-мучеником, стандартным индустриальным центром районного масштаба. Деревья засыхали на корню от заводских выбросов, купаться в озере было нельзя — это была «мертвая» ядовитая вода. Еще в конце 19 века вся область стала стремительно пустеть, сотни эмигрантов потянулись в США. Если Швецию оставил каждый третий ее житель, то Вэксшье — практически каждый второй. Нищета гнала людей на поиски лучшей жизни. Отток населения продолжался и в 20 веке. В 60-е годы, когда дух нации был на подъеме, власти города и оставшиеся жители решили, что из вони и грязи надо выбираться.

Поджались с тратами до полного минимума и собрали деньги на очистку озера. Запустили в него рыбу и раков. Потом в прямом смысле пошли работать метлами и лопатами. Вычистили своими силами улицы до блеска, «прикрутили» выбросы производств. В 80-е решили отказаться от нефтепродуктов, теперь местная ТЭС работет на древесных отходах. Зола вывозится на места лесозаготовок, где сразу сажают или сеют новые сосняки и ельники.

В коммуне сложился целый кластер компаний, работающих в сфере энергосбережения и оздоровления окружающей среды. Это и современные вентиляционные системы, и разработка новых изоляционных материалов, и экологическое домостроение. На 80 тысяч жителей Вэксшье приходится 8.000 зарегистрированных компаний — вы такое где-нибудь видали?

Недавно мне решили показать самое последнее чудо города. Обещали, что на этот раз я, действительно, буду поражена с первого взгляда. Выходим из машины — торчит перед глазами какая-то киношная декорация. Здоровущий дом из досок, к которому и приблизиться страшно, поскольку высоты он для избы небывалой, в восемь этажей. «Это что?», - спрашиваю. Мне отвечают: «Ель в основном. Но паркет можно класть хоть дубовый, хоть буковый. Пойдем посмотрим».

Оказывается, жилой дом на 134 квартиры. Простилась я с жизнью и полезла. Лестницы — деревянные, лифтов нет еще, но шахта тоже вышла из леса. На уровне седьмого как в пролет глянула, так поняла что будет, если эта деревяшка вдруг... того...

Заходим в квартирку. Приятная. Запах — как в бору, и даже сильнее. Стены все двойные, между стен и под верхними досками пола — куча коробочек и кабелей. Электроника всякая. Благодаря этому, кстати, и звукоизоляция удивительная, как в старинных городских домах. Подогнано все тютелька в тютельку, прораб сказал, что потерь тепла — ноль. Из окна вид на озеро и толстого зайца у причала. А на деревянном балконе белка сидит и в уголок что-то упрятывает.

Я рабочих спрашиваю: «Что будет, если кто закурит?» Они смеются: «Нет, не загорится. Пропитка отличная». Начальник проектной группы Ханс Андрен мне говорит: «И не ходи ты на цыпочках! Все очень прочно, как в каменном доме. Подумаешь, восьмой этаж. Мы собирались куда солидней небоскребы строить, но это было бы намного дороже: по шведским правилам дома, высота которых превышает восемь этажей, должны оснащаться дополнительными лифтами и лестничными пролетами».

«А балки, - спрашиваю, - перекрытия?» Отвечают мне, что тоже дерево.

«Архитектор, - интересуюсь, - наверное, какой-нибудь знаменитый, лауреат иностранный?» Ханс говорит: «Не-е... Где ж такие деньжищи взять? Мы сами. Архитектор из бюро Вэксшье, строители тоже свои. Вспоминали, как деды строили, у нас раньше знатные мастера были. Лес тоже родной. Первый-то этот дом чуть подороже — проект, подгонка, да и приноровиться рабочим надо, технологий-то не было готовых. И все равно на 5 процентов дешевле панельных, а остальные типовые будут процентов на 15 меньше стоить. И в эксплуатации очень экономные. Тут даже вентиляция на три четверти ”возвратная”. И строительство гораздо быстрее идет, меньше затрат на энергию, и количество человеко-часов сокращается. Один этаж деревянного дома четверо рабочих поднимают за неделю, а панельного — бригада из 8 членов за две недели».

Срок эксплуатации еловых башен — сто лет (то есть больше, чем типовых панельных), но и потом их очень легко отремонтировать или разобрать на секции для утилизации. Местный университет провел анализ комфортности деревянного многоэтажного жилья, придя к выводу, что дерево опережает бетон по всем показателям вплоть до «полезности» воздуха, в котором не содержится микроскопических вредных частичек.

Не буду даже и писать, о чем я думала, выходя из этого дома. Уж сколько у нас-то этих лесов! Вот бы так обстроить жильем Пермь, да Архангельск, да...

И тут меня решили добить. «А мы, - говорят, - не только жилье. У нас идея была сюда к нам еще разных ученых привлечь, им тоже хотелось какое-нибудь гнездо науки свить посовременней. Но чтоб не разориться. Такой «Город будущего», и чтоб коммуне по карману».

«Ну, не из деревяшек же тоже?», - говорю. Они покатываются: «А из чего ж? Чем богаты...»

Короче говоря, и правда, отгрохали уже пять гигантских деревянных зданий. С виду — потрясающие. Изнутри — современные, оборудованы по последнему даже не слову, а дыханию науки. Вокруг опять зоопарк этот — сверху белки, снизу зайцы сигают. В кабинетах и лабораториях профессора сидят. Всего 2 000 научных сотрудников уже и 3 500 студентов. Международные конференции сплошные в планах. Не Сколково, конечно, но без единой кроны госдотаций.

Неподалеку еще строят восьмиэтажки «пассивного типа». В них жильцы сами себя будут обогревать. «Для поддержания в ”трешке” комнатной температуры достаточно электронагревателя мощностью в один киловатт, что соответствует одной горящей конфорке на плите. Всю остальную энергию дом дает сам», – говорят проектировщики.

Конечно, «деревянным городом» заинтересовалась вся Европа. Теперь и в Лондоне будут строить, и в разных городах Финляндии. В Хельсинки, например запланирован целый такой район с офисами, торговыми центрами, гостиницей и жилыми домами. И норвежцы засуетились, решили шведов переплюнуть, чтобы именно у них было самое высокое деревянное жилое здание в мире: двадцатиэтажное. Тоже предельно экологичное и «экономное».

На диктофоне у меня осталась одна запись, несколько слов, сказанных главой экологического отдела коммуны Вэксшье Сарой Нильссон: «Осуществляя массу планов, некоторые из которых поначалу кажутся безумными, мы твердо знаем: они не только улучшат качество жизни горожан, но и будут выгодны с экономической точки зрения».

Вот я и возвращаюсь к тому, с чего начала. А что, собственно, такое — цивилизация? И насколько ее успехи зависят от материального благополучия, госдотаций и прочих золотых дождей? Выходит ведь, что развивать ее можно практически голыми руками. Если имеется голова и сильное желание, конечно.