2016-08-24T03:33:23+03:00

Глава МВД Татарстана: «За два года в республике обезвредили 6 крупных террористических групп»

Корреспондент «Комсомолки» поговорил с главой МВД Татарстана. Артем Хохорин рассказал об экстремизме, громких делах и будущем полиции [эксклюзив "КП"]
Поделиться:
Комментарии: comments6
Артем Хохорин: Пусть медленно, но полиция постепенно становится другойАртем Хохорин: Пусть медленно, но полиция постепенно становится другой
Изменить размер текста:

- Проблема экстремизма в этом году стала, как никогда актуальной. Покушение на духовных лидеров, предотвращенный теракт, ликвидация террористов. Ситуация в республике действительно непростая?

- По-моему, вопрос риторический. Причем, эта проблема возникла не сейчас, и не в последние два-три года. Мы пожинаем плоды процесса, начавшегося тринадцать лет назад с диверсий на нефтепроводах в Кукморском районе. Потом были подрывы газопровода в Бугульме, взрывы на линиях электропередачи, подготовка к терактам на тысячелетие Казани, боевое столкновение сотрудников милиции с радикальными исламистами в Нурлатском районе, взрывы в Чистополе и на Высокой Горе... Все эти годы мы в рамках данных нам полномочий совместно с другими силовыми структурами противодействовали распространению экстремизма. Только за последние четыре года в республике за совершение преступлений экстремистского и террористического характера были осуждены более 80 человек. Увы – наших усилий оказалось недостаточно.

Наибольшую опасность представляют последователи салафизма. Но если раньше салафиты старались не привлекать к себе внимание, то теперь они открыто и активно участвуют в акциях протеста и стараются диктовать свою волю - это наглядно иллюстрируют митинги, которые они пытаются проводить в Казани.

Отдельная зона риска - представители радикально настроенной молодёжи, прошедшие специальную подготовку и получившие опыт ведения боевых действий. Жители Татарстана уже проявились в вооруженных столкновениях на стороне международных террористических организаций не только на Северном Кавказе, но и в Афганистане, Пакистане, Йемене.

Сейчас некоторые из уехавших возвращаются - идеологически обработанные, обученные владению различными видами огнестрельного оружия, минно-взрывному делу. Только за последние два года выявлена и пресечена деятельность шести вооруженных групп, действовавших в Казани и Чистополе, участники которых вели целенаправленную подготовку к совершению масштабных террористических актов.

По нашим данным, ряд уроженцев Татарстана сегодня участвуют в боевых действиях на стороне международной террористической организации «Талибан» в афгано-пакистанской зоне.

- Как продвигается поиск оставшихся на свободе участников «банды Мингалеева»?

- Мы работаем, без комментариев.

- Сколько по Вашим данным в Татарстане так называемых экстремистов/ваххабитов?

- Точную цифру называть вам не буду, но на учете – сотни человек, и, возможно, это только верхушка айсберга. Мы постоянно выявляем новых сторонников, и эта работа не прекращается ни на минуту.

- Вы согласны с утверждением, что на смену ОПГ пришли ОПЭГ (организованные преступные экстремистские группировки)?

- ОПГ, организованные преступные группировки никуда не делись. Да, собственно, мы никогда и не заявляли, что ликвидировали организованную преступность полностью. Процесс борьбы с ОПГ идет постоянно - вот сейчас, например, будет передаваться в суд дело так называемой «банды Фрола», продолжается рассмотрение в суде дела по ОПГ «Перваки». Здесь нельзя давать слабину: слишком быстро на зачищенной территории прорастают новые группировки.

Нельзя сказать, что экстремисты сегодня сменяют привычные «классические» ОПГ. Некоторые просто маскируются под исламистов и, прикрываясь идеологией радикального ислама, на самом деле занимаются банальным криминалом – рэкет, вымогательства, «крышевание», грабежи. Но есть и настоящие джамааты, порой достаточно многочисленные. За их действиями явно просматривается последовательное выстраивание четкой структуры. И действительно имеет место исламизация ряда организованных преступных формирований. Как пример можно привести группировки «БЭМовские» в Нижнекамске, «Байлангаровские» в Кукморе, часть группировок «Савинка» и «Новотатарские» в Казани, в которых ряд участников попали под влияние салафитов. Постепенно образовались автономные группы, по своей структуре и действиям не отличающиеся от других организованных преступных группировок, но с принципиальной разницей – члены группировки являются мусульманами, придерживаются салафитского течения в исламе.

- Как криминальные авторитеты «перекрашиваются» и становятся салафитами?

- Как правило, во время отбывания срока в местах лишения свободы. Один агитатор-экстремист за время своей отсидки может качественно промыть мозги, минимум, двум десяткам заключенных. Чтобы избежать подобного, необходимо содержать религиозных экстремистов под стражей отдельно от остальных. Мы сейчас подготовили соответствующий пакет предложений в Госсовет республики, чтобы тот, в свою очередь вышел с законодательной инициативой.

- Как строится работа полиции после громкого скандала в ОП «Дальний»?

- Полиция Татарстана хуже работать не стала, это точно. Но надо отдавать себе отчет - быстрого перехода к идеальному формату полиции, не будет, это просто нереально. Главное сегодня – коренным образом изменить стиль взаимоотношения общества и полиции, а для этого необходимо, чтобы личный состав полностью, без исключения, опирался в своей деятельности на профессионализм, самосознание, чувство ответственности. Никакого субъективного отношения, никаких двойных стандартов, только - строгое следование закону. Вот эта психологическая перестройка, привитие нового менталитета и является самым сложным, самым длительным этапом, хотя задача выполнима.

Пусть медленно, пусть с трудом, но полиция постепенно становится другой. Один из новых конструктивных шагов - Концепция новой имиджевой политики министерства республики, принятая нами несколько месяцев назад. В качестве ориентиров определены максимальная «прозрачность» деятельности МВД, усиление общественного контроля, борьба с коррупционными проявлениями, формирование системы информационной безопасности, а также механизмов оперативного реагирования на критику. Немаловажное значение придается внешнему виду сотрудников, их поведению и манере общения с гражданами.

Жестко, но вполне оправдано, мы подходим к изучению кандидатов, оформляемых на службу. Они, образно говоря, просеиваются сквозь мельчайшее сито разнообразных проверок.

Широко используем современные специальные психофизиологические методы изучения кандидатов. Сегодня к сотруднику полиции предъявляются требования на сто процентов, тогда как в других государственных и общественных структурах подобных требований нет. Я не говорю, что эта планка завышена, она – правильная, но набрать 18 тысяч идеальных сотрудников достаточно сложно. Если бы мы формировали отряд космонавтов из ста человек – тогда да, тогда конечно, но нам-то нужны тысячи…

Тем не менее, отсеиваем жестко: из почти двух тысяч граждан, изъявивших желание служить в полиции в этом году, были приняты на службу только 585. Отсев – 70 процентов!

Да, сегодня мы испытываем кадровый голод: помимо жесткого сокращения, через которое мы прошли в прошлом году, ряд подразделений имеют некомплект - в том числе те, кто непосредственно работает с населением, как говорится «на переднем крае», где каждый сотрудник на счету.

Но даже в этой ситуации я считаю – пусть лучше будет некомплект, чем закрывать вакансии кем попало. Слишком дорого всё это потом обходится.

Ещё одно наше нововведение - приказ «Об организации работы с сотрудниками, относящимися к группе психолого-педагогического внимания», который закрепил порядок и форму профилактических мероприятий с, так называемой, «группой риска». В эти группы входят нарушители дисциплины, те, кто был замечен в злоупотреблении спиртным, сотрудники, склонные к конфликтам, как на работе, так и в быту, в общем, все те, кто вроде бы справляется со служебными обязанностями, но находится «на грани». Задача руководителей - в течение ближайшего времени определиться: либо они расстаются со своим «слабым звеном», либо ручаются за своих сотрудников головой. И теперь, в каждом случае ЧП по личному составу служебная проверка выясняет еще и то, состоял ли нарушитель в группе риска. Если состоял, его руководитель тоже отвечает по полной программе.

Наш принцип – никакой поблажки к нарушителям. Только за последние пять месяцев выявлено собственными силами более 50 фактов грубых нарушений служебной и личной дисциплины. Все виновные уволены со службы или находятся на стадии увольнения. В числе привлеченных к дисциплинарной ответственности - более шестидесяти руководителей самого различного уровня, от начальников отделений полиции до начальников отделов внутренних дел.

Артем Хохорин с оптимизмом смотрит в будущее татарстанской полиции

Артем Хохорин с оптимизмом смотрит в будущее татарстанской полиции

- Выполнены ли те обещания о преобразовании отдела №9 и насколько качественно сегодня налажена работа в этом участке?

- Коллектив отдела полностью прошел переаттестацию, по результатам которой практически четверть сотрудников была уволена из органов внутренних дел. Часть перевели на более низкие должности, часть – распределили по другим отделам. Но были и такие, которые смогли доказать, что достойны оставаться в своих должностях – нельзя из-за преступления нескольких человек мазать одним цветом всех.

Конечно, работа отдела № 9 у нас в зоне особого внимания. Туда прикомандированы сотрудники из других подразделений казанского гарнизона, новый начальник Алмаз Садыков поставил перед коллективом цель – сделать отдел лучшим. Надо сказать, что сегодня до этого еще далеко, но девятый отдел далеко не самый худший по показателям в работе.

В плане строительства дело тоже сдвинулось с мертвой точки. В конце текущего года будет готов проект нового здания, и в 2013 году начнется его строительство.

- Еще одно громкое дело – «душитель одиноких бабушек». Что это за неуловимый преступник такой, что его не могут задержать сотрудники полиции сразу нескольких регионов Приволжского округа?

- Любой маньяк, конечно, является психически нездоровым человеком, но это никак не умаляет его интеллектуальные способности. Он тщательно шифруется, старается не оставлять следов. Чем мы сейчас обладаем? Примерным описанием внешности, видеозаписью плохого качества и результатом геномной экспертизы… Мы ищем иголку в стоге сена, и, к сожалению, этот сценарий характерен для многих серийных преступлений. Чикатило, Головкин, Сливко – на их поимку уходили десятилетия.

Другой вопрос, если бы все граждане страны проходили процедуру дактилоскопической и геномной экспертизы, если бы подобный банк данных был сформирован, раскрывать подобные преступления стало бы в десятки раз проще. Но это дело далекого будущего, а пока мы работаем практически по методам 70-х годов прошлого века.

- Работа участковых сегодня вызывает много вопросов у жителей. Случай с домом №25 по улице Химиков, когда за год там дважды были ликвидированы террористы тому подтверждение. Наверняка «нехороших квартир» у нас ни одна, и ни две. Почему участковые так плохо работают? Что делается, чтобы изменить эту картину?

- По работе участковых в отношении дома на Химиков мы проводили собственное тщательное разбирательство. Конечно, организация работы участковых – огромная проблема. Сегодня в Казани реальный некомплект участковых – 28 процентов, даже с учетом прошедшего сокращения. Грубо говоря, участковых в Казани сейчас в два раза меньше, чем было в 2005-м году. Работа участкового – адская, и в эту службу идти не хотят, невзирая ни на какие зарплаты и надбавки. Из сотни должностных обязанностей участкового три основных – это участие в раскрытии преступлений, работа с лицами, находящимися под административным надзором, а также постановка на собственный профилактический учет и рассмотрение жалоб и заявлений граждан. А этих сообщений в 2012 году было зарегистрировано 560 тысяч! Человек не может работать больше 24-х часов в сутки, не потому что он ленив, а потому что сутки такие короткие…

Тем не менее, рук опускать никто не собирается, и УВД Казани поставлена четкая задача: укомплектовать штат участковых до конца года – а это подобрать около ста кандидатов.

- Госдума вскоре примет антитабачный законопроект и, по всей видимости, за его исполнением должны будут следить все те же участковые? Неужели они действительно будут наказывать тех, кто курит в подъездах или, к примеру, детских площадках?

- Чтобы наказывать, должна существовать норма, определяющая ответственность за нарушение данного закона. Если такая ответственность будет в законе прописана, то да – полиция будет действовать в рамках данных законом полномочий.

Благодарим за помощь в подготовке интервью пресс-службу МВД Татарстана.

ИСТОЧНИК KP.RU

Понравился материал?

Подпишитесь на еженедельную рассылку, чтобы не пропустить интересные материалы:

Нажимая кнопку «подписаться», вы даете свое согласие на обработку, хранение и распространение персональных данных

 
Читайте также