2016-08-24T03:26:32+03:00

Певец Митя Фомин в Омске: «Когда у меня плохое настроение – иду к парикмахеру»

Артист прямо из аэропорта приехал в пресс-центр «Комсомолки», чтобы пообщаться с журналистами
Поделиться:
Комментарии: comments1
Певец Митя Фомин в ОмскеПевец Митя Фомин в ОмскеФото: Николай КРИВИЧ
Изменить размер текста:

«Люди могут делать все ровно до того момента, пока они не заходят на территорию другого человека»

- Не так давно у вас был день рождения. Как отметили?

- День рождения у меня вообще-то в середине января. Но все, кого я люблю, в это время уезжают из Москвы. Поэтому обычно смещаю его празднование. В этот раз я отметил день рождения 29 января. Шумно, весело. В компании было человек 150. Праздновали в ресторане моего друга и артиста Иракли Пирцхалавы. Я пригласил группу «Торонто». Были все мои любимые друзья – Ева Польна, Слава, Таня Терешина.

- Что вам подарили, если не секрет?

- Все подряд – от значка до фотоаппарата. Если мы говорим о том, что ценно для меня как для артиста, то главное – все-таки не вещи, а признание и преданность всех тех, кто в меня верит, и тех, кому я интересен как исполнитель. Ведь были абсолютно разные времена. Было забвение, когда я ушел из Hi-Fi. Но есть люди, которые остаются с тобой несмотря ни на что – ни на то, что на тебя наговаривают, ни на то, как тебя поносят. Они есть, и такое ощущение, что в сложные времена они становятся дружнее. И вот это для меня самое ценное. Я получил очень много сообщений от людей, которых я даже не знаю.

- Говорят, вы радикально сменили имидж. С чем это связано?

- Да, у меня новая прическа. Вам придется поверить мне на слово. Я не буду снимать шапочку, хорошо? Не рискну это сделать, потому что проснулся сегодня в 7 утра и с тех пор еще не успел посмотреть на себя в зеркало. Я только что вернулся из США. Уезжал туда не в самом лучшем эмоциональном состоянии. Потом вспомнил, как впервые побывал в Великобритании. Мне тогда исполнилось 20 лет – я решил поменяться. В моем родном Новосибирске были некие запреты, которые не смел нарушить. Например табу – мужчины не могут красить голову. В Англии я обесцветился. Для меня это была настоящая революция, а там этому никто не удивился. И я понял, что это всего лишь эксперимент, ваше право быть другим. А еще это хороший психологический прием: когда я хочу поменяться – подстригаюсь. Это настраивает на совершенно другой лад. Так что я опять с новой прической и страшно доволен. С тех пор у меня прекрасное настроение, я понастроил кучу планов. Безусловно, перемены связаны еще и с тем, что сделал это в Майами, где всегда + 25, солнце и улыбающиеся богатые американцы. Там свобода.

- Она для вас важна?

- Я убежден, что все люди разные. И все имеют право на собственное волеизъявление, вероисповедание, сексуальную ориентацию. Люди могут делать все ровно до того момента, пока они не заходят на территорию другого человека. Такая толерантность к чужому мнению, к чужой индивидуальности – абсолютно нормальное право любого цивилизованного человека.

«Когда за границей говорю, что я из Сибири, это воспринимают как если бы я родился на Амазонке или в Гималаях»

- Вы говорите, что в Новосибирске приходилось преодолевать множество предрассудков и запретов. Как относитесь к родному городу сейчас?

- Это моя колыбель, мое становление. Это те люди, с которыми я вырос. Это мой мир, который я не могу назвать бедным, далеким или ущербным. Ведь многие думают: если ты не родился в столице, значит, у тебя все не очень хорошо. Нет. Когда я попадаю за границу, с гордостью говорю, что родился в столице Сибири. Мне говорят: «Чувак, ты крут!» Это воспринимают, как если бы я родился на Амазонке или в Гималаях. Но жить здесь невозможно. Я никогда не мог терпеть эту бесконечную зиму. Это же просто ледник!

- Каким было ваше детство?

- Я завидую самому себе, что родился у своих родителей, в своем городе. Я был исключительно счастливым ребенком. Мы выписывали миллион периодической литературы. У меня была роскошная коллекция автомобилей и военной техники, поля, уставленные какими-то солдатиками. Еще домашние животные. У меня не было ни одной свободной минуты, потому что мне надо было принимать роды у морской свинки, ухаживать за ежами, ужами, аквариумными рыбками. В детстве у меня всегда было то, что я хотел. И это несмотря на то, что у нас никогда не было денег, машины, своей дачи, мама не носила золото, у нее не было шубы. Она до сих пор, кстати, принципиально все это не надевает. И потом мои родители мне всегда давали свободу выбора. В Новосибирске я окончил прекрасный медицинский институт, который мне привил правильную систему координат. Но все-таки природа берет свое – я уехал в Москву поступать в театральный институт.

- Жалеете, что не бросили ВГИК?

- Страшно жалею! Тогда туда был конкурс 400 человек на место, а сейчас уже несколько тысяч, наверное. Поступил на актерский факультет к мастеру курса Иосифу Райхельгаузу, который является режиссером Театра «Школа современной пьесы». Ректором тогда был Алексей Баталов. Он даже в интервью Первому каналу сказал: «Знаете, у нас такой фантастический институт, что люди даже бросают медицинский и приезжают к нам поступать». Я ничего не бросал, но в историю попал. (Смеется.)

Почему не доучились в театральном?

- Слава и жажда денег взяли свое. (Улыбается.) И, получив предложение от своего будущего продюсера Эрика Чантурии работать в группе Hi-Fi, я поставил на чашу весов практическую сторону. И не пожалел ни секунды об этом. Это были десять лет, наполненные до краев. Напитки в этой чаше плескались самые разные. Это было, правда, интересно. Совмещать учебу во ВГИКе и участие в группе я не мог. Поэтому пошел в вуз попроще – институт современного искусства. Проучился там полгода, но и его пришлось тоже бросить. После дважды пытался стать студентом ГИТИСа. Но каждый раз меня как будто с этой колеи кто-то уводит. И я с завистью смотрю на актеров от Бога. Я хочу быть причастным к этому великому искусству. Во мне до сих пор живет мечта, что кто-нибудь меня позовет на какую-нибудь, хотя бы маленькую роль.

- Кстати, о ролях. У нас в Омске есть КВН и совсем недавно появился СТЭМ. Вот если бы вас пригласили там сыграть, вы бы согласились?

- Давайте попробуем. Гонорар мне навряд ли заплатят, я так понимаю? Но я думаю, это не проблема. Какие-то бонусы для себя все равно найду.

- Вы сложно переживали уход из Hi-Fi?

- Это было осознанное решение. Всему мерило – моя занятость. И если мы с вами встретились, и вас не один человек – вы из совершенно разных СМИ. Наверное, я представляю еще какой-то творческий интерес. Значит, я все делаю правильно.

«После недавних политических событий я передумал становиться депутатом Госдумы»

- Говорят, вы хотели стать депутатом Госдумы?

- Еще до того, как случились все последние события. Сейчас в этом шквале политических эмоций, которые сегодня в России одолевают каждого второго. Тут хочется побыть в стороне, потому что хочется понять, что на самом деле происходит. Такое ощущение, что кто-то в свое время открыл кран и дал некое право на свободу, на демократию и на прочие современные проявления политической независимости. Я отношусь с пиететом к нашему президенту и, более того, был благодарен ему за то, что занимаюсь тем, что хочу. Я хотел бы верить, что приношу государству и нашему народу хоть какую-то толику пользы, потому что вдохновляю людей своими песнями. Мне странно слушать критику от некоторых людей, выходящих на митинги. Где они были раньше – тогда, когда им давали заработать и когда не думали о том, чтобы митинговать. Ведь все те люди, кто сейчас занимается политическими амбициями, они достаточно свободны в своей жизнедеятельности. Они небедны, у них есть свобода передвижения, свобода слова. Мне кажется, надо быть благодарным тому, к чему Россия пришла сейчас. Я не выходил на эти митинги, потому что в это время я пел для тех, кому это нужно.

- Вы много времени проводите в США. Наверняка у вас там много друзей. Как вы восприняли нашумевший «закон Димы Яковлева»?

- Это острый вопрос, потому что я люблю путешествовать. У меня есть абсолютно все визы, чтобы ездить и наслаждаться миррой, другой культурой. Я, конечно, против этого закона. Потому что это абсолютно неравнозначный ответ. Я всегда все вопросы проецирую на себя. Если бы мне запретили въезд на территорию США, наверное, я бы узнал, почему это происходит. И уж точно не стал бы перекрывать въезд или выезд какому-то другому человеку. Но в нашей стране, к сожалению, процветает принцип с больной головы на здоровую.

- Приходилось ли вам сталкиваться с коррупцией?

- Да, безусловно. Музыка – это страшно коррумпированный бизнес. Там крутятся гигантские деньги. Но это не идет ни в какое сравнение с тем, что мы слышим в вечерних новостях о том, что где-то миллиарды украли. Мне кажется, все настолько, мягко говоря, обнаглели. И поэтому я понимаю желание некоторых людей уехать отсюда, из этой страны. Такое ощущение, что у нас с воровством борются как-то очень подотчетно, и еще когда кто-то с кем-то не поделился. В этом я вижу большую фальшь. К сожалению, пока мы будем вынуждены с этим мириться, потому что я просто как гражданин этой страны не могу влиять на это, пойти постучать в дверь и сказать: «Ребята, прекратите это делать!» Значит, надо ждать.

- Значит ли для вас что-нибудь 14 февраля? Как будете отмечать?

- Проведу этот день, работая. Буду выступать в спорткомплексе «Олимпийский» и в СКК в Петербурге на фестивале Big Love Show.

- Когда ждать ваш новый альбом?

- Он уже записан. По-прежнему работаю с Александром Сахаровым, Алексеем Романовым, которые написали для меня большинство песен. Таких, например, как «Огни большого города», «Перезимуем», «Восточный экспресс», «Ангел». В новом альбоме будет тот прежний, позитивный, легкий Митя Фомин, к которому привыкли и которого ждут. И он придет.

Понравился материал?

Подпишитесь на ежедневную рассылку, чтобы не пропустить интересные материалы:

 
Читайте также