Общество20 июня 2013 2:00

Как академик Туполев и разведчик Иванов украли секретный экспонат британского авиасалона

Этим летом исполняется 50 лет знаменитому шпионскому «делу Профьюмо»
В разведке Евгений Иванов был настоящим асом.

В разведке Евгений Иванов был настоящим асом.

Интерес к дате огромен: и «Комсомолка», и многие другие газеты посвящают ей обширные статьи, а знаменитый композитор, автор «Иисуса Христа - суперзвезды» и «Кошек» Эндрю Ллойд Вебер ставит мюзикл об этом скандале. Главных героев и на сцене, и в жизни четверо. Это Стивен Уард - модный лондонский врач, художник и поставщик красоток для утех важных персон. Кристина Килер - одна из девушек в его «батальоне». Джон Профьюмо - военный министр, который спал с Килер и, как считается, выдавал ей важные государственные секреты. И Евгений Иванов - советский военно-морской атташе в Лондоне, а по совместительству разведчик, который добыл кучу секретной информации благодаря своим связям с Уардом, Килер и женой Профьюмо.

Неделю назад мы писали о том, как Юрий Гагарин невольно помог Иванову попасть в дом Профьюмо и добыть важную информацию. Вообще фигура этого разведчика заслуживает особого внимания. Ведь он не только сыграл главную роль в «скандале века». Он совершил (так и тянет написать - «провернул»!) еще немало интересных операций. Об очередном удивительном эпизоде работы Иванова в Англии рассказывает писатель Геннадий Соколов, друг, коллега и биограф легендарного разведчика.

Академик Андрей Туполев.

Академик Андрей Туполев.

Важная деталь

На сентябрьский авиасалон 1961 года в английском Фарнборо приехал Андрей Николаевич Туполев, корифей советского авиастроения.

Люди гражданские знают Туполева как создателя пассажирских самолетов «Ту». Ну а военным Андрей Николаевич известен как генерал-полковник, запустивший в серийное производство несколько поколений советских средних и тяжелых бомбардировщиков, в том числе и стратегических ракетоносцев.

Евгению Иванову было поручено сопровождать академика в Фарнборо. Дед, как называли Туполева люди из его близкого окружения, особенно тщательно осматривал новые английские реактивные транспортно-пассажирские лайнеры.

Вскоре он закончил осмотр выставленной техники и решил заглянуть в зал салона. Особо пристально Туполев вглядывался в отдельные узлы и детали. Иванов расспрашивал фирмачей об агрегатах, переводил ответы.

Неожиданно Дед остановился у одного из стендов. Его помощники тоже замерли, словно завороженные.

- Это же она, Андрей Николаевич, она самая! У нас из-за нее одна авария за другой. А у них - хоть бы хны. Нам бы эту детальку хоть на денек, Митрич уж разобрался бы, в чем здесь собака зарыта.

Туполев сухо выпалил:

- Самим соображать надо! Привыкли на чужое зариться!

Дед махнул рукой и отправился рассматривать следующий экспонат.

Это надо обмыть!

Иванов же подошел к стенду, чтобы посмотреть на объект вожделенного внимания. Под стеклом лежала лопатка турбореактивного движка. Оказавшись один, он вытащил из пиджака карманный армейский нож, ловко просунул лезвие в щель между стеклом и основанием стенда. Затем приподнял крышку, просунул внутрь стенда ладонь, моментально вытащил лопатку, сунул ее за пазуху и зашагал прочь. Подойдя к главному конструктору, он отвернул полу пиджака и показал Туполеву содержимое своего внутреннего кармана. Тот обомлел.

- Господи! Да как же это вы?!

Один из его помощников, вытянув шею, тоже заглянул Иванову за ворот. Он тут же ухватил Женю за руку и потащил из зала, приговаривая:

- Пошли отсюда! Скорей!

Делегацию вынесло из Фарнборо в считанные секунды.

- Женя, - торжественно обратился уже в машине к Иванову немного остывший от потрясения Туполев, - это дело надо обмыть. Останови нас где-нибудь, ну ты сам знаешь, чтобы выпить и закусить.

Убедившись, что за машиной не было хвоста, Иванов свернул с шоссе к придорожной закусочной.

- Дай я тебя хоть расцелую теперь, Женечка, - выговорил растроганный его поступком Туполев. Облобызал Иванова в обе щеки и послал своего московского помощника к бармену за выпивкой. Тот начал объяснять человеку за стойкой, чего от него хотят, но в этом деле не преуспел.

- Женечка, - попросил Иванова Дед, - помоги этому неучу объясниться!

Пришлось вмешаться в застопорившиеся переговоры.

- В Англии свои правила. Здесь наливают или «сингл», или «дабл». «Сингл» - это одна унция, «дабл» - две. Две унции - это около полста грамм.

- Все ясно, товарищ Иванов, - радостно заявил референт и, показывая бармену на пустой стакан, четко скомандовал: «Дабл, дабл, дабл».

Англичанин понял непривычный для него заказ и налил каждому из посетителей по тройной двойной порции водки «Смирнофф».

В Лондон вся компания вернулась в прекрасном расположении духа. Туполев, разгулявшийся после выпитого, обещал представить Иванова к правительственной награде.

- Женечка, дорогой, - уверял его захмелевший Дед, - твой главный шеф узнает об этом подвиге лично от меня, как только я приеду в Москву. Орден получишь.

Та самая лопатка, которую стащил Иванов. Она помогла нашим военным самолетам стать надежнее.

Та самая лопатка, которую стащил Иванов. Она помогла нашим военным самолетам стать надежнее.

Клептоманы от разведки

Никаких орденов Иванов не получил. По поводу своих «воровских замашек» Евгений Михайлович предпочитал не распространяться, зато любил вспоминать легендарного военного разведчика Николая Игнатьева. «Вот это был действительно клептоман от разведки! Не то что мы, грешные».

Будучи эмиссаром русского царя в Лондоне, полковник Игнатьев в 1856 году среди бела дня ограбил Британский музей. Там тогда выставлялся строго засекреченный новейший образец патрона. Русский разведчик подошел к стенду и, забрав патрон, пулей вылетел из музея, прыгнул в пролетку, примчался в посольство и скрылся в нем.

Нет, клептоманией от разведки страдал далеко не один Иванов!