2016-08-24T02:54:50+03:00
КП Беларусь

Поэт Генадзь Буравкин: «Рыгор остается №1, никто не может занять его место»

"Так получилось, что мы шли по жизни почти синхронно: учились вместе, женились друг за другом, вместе творили, а затем и болели…" - вспоминает для "Комсомолки" спадар Генадзь про близкого друга Рыгора Бородулина
Генадзь Буравкин: "Рыгор остается №1..."Генадзь Буравкин: "Рыгор остается №1..."
Изменить размер текста:

Дядька Рыгор, как любя называют Бородулина поклонники, ушел внезапно. В тот день, 2 марта, в Прощеное воскресенье, он два часа общался с писателем и издателем Валерием Дубовским. А ближе к шести вечера Рыгора Бородулина не стало...

Поэт Генадзь Буравкин, который много лет дружил с Рыгором Бородулиным, говорил с ним накануне. В последнее время они часто созванивались, шутили, как повелось еще с юности.

- Так получилось, что мы шли по жизни почти синхронно: учились вместе, женились друг за другом, вместе творили, а затем и болели… - вспоминает спадар Генадзь про близкого друга. - Бородулин - это целый мир. Больше всего впечатляет яркость Рыгора национальная и яркость его языка.

- Спадар Генадзь, вы с ним шли по жизни плечо к плечу: были не только однокурсниками, друзьями, соседями, но и земляками. Спадар Рыгор всегда был острым на язык?

- Да. Поначалу, правда, он этого не показывал. Было ясно, что Рыгор может пошутить, но что он настолько искрометный в каждый момент жизни - этого мы не видели. То ли он стеснялся, считая талант излишне заметным, то ли просто скрывал его по скромности.

Рыгор и Генадзь дружили с юности, с тех самых пор, как познакомились и стали любимыми поэтами университета.

Рыгор и Генадзь дружили с юности, с тех самых пор, как познакомились и стали любимыми поэтами университета.

С 9-го класса Рыгор записывал в тетрадку самые оригинальные и неповторимые белорусские слова. Мы дружили всю жизнь, но об этом я узнал лишь в минувшем году, когда он выпустил свою уникальную книгу «Вушацкі словазбор”…

«Для нас это было сродни чуду, а для него - обыденная жизнь»

- Шло время, мы смелели в отношении друг друга. Рыгоровы штучки, Рыгоровы хохмочки, Рыгоровы «хулиганства» - все это стало настоящим явлением. Рыгор стал первым. И никто не претендовал на это место.

- Вряд ли у кого бы так получилось!

- Конечно, это уникальный дар Рыгора - играть со словом. Другое дело, что мы изначально понимали: случись литературное соревнование - другие поэты Бородулину проиграли бы. Были коллеги, которые пытались с ним состязаться: кто-то всерьез, а кто-то шутя, но до Рыгора, безусловно, им далеко.

- Слово внезапно вылетало из него, а о реакции окружающих он не задумывался, - вспоминает Юлия Буравкина, жена спадара Генадзя. - Рыгор порой и сам смеялся, что «ради красного словца не пожалею ни мать, ни отца».

Спадар Рыгор с женой Валентиной Михайловной и внучкой Доминикой.

Спадар Рыгор с женой Валентиной Михайловной и внучкой Доминикой.

- В этом был он весь: Рыгор настолько любил и настолько глубоко ощущал слово, что иной раз не мог сопротивляться сиюминутному поэтическому напору, - поддерживает супругу спадар Генадзь. - Это творилось с ним ежесекундно, и при этом он не утомлялся. Казалось, что всему есть предел, что выдохнется, но нет: он всю жизнь продолжал удивлять своим талантом. Для нас это было сродни чуду, а для него - ежедневная будничная жизнь: он будто дышал этим...

- Наверное, были и те, кто обижался на дядьку Рыгора за его острый язык?

- Да уж - бывало оё-ёй! - я по себе сужу. Сколько было поводов для обид, если бы я не знал Рыгора и его характер! Ругались порой смертельно! Он не упускал возможности сказать что-то яркое, острое, иногда - обидное, но по сути правильное. Однако я всегда знал, что это у Рыгора не от злости, и не это главное…

С Рыгором дружить было непросто, но мне удавалось: оттого что знал его с юных лет, знал местность, в которой он жил, знал его маму. Я не придавал слишком уж большое значение его остротам и подковыркам. Хотя и мне бывало обидно за какие-то шуточные сравнения…

«В дружбе Быков не давал нам с Рыгором почувствовать неравенство»

- Особенно близок - душевно и духовно - нам с Рыгором Василь Быков. Василь - не то что мы, молодые! - был уже серьезным и опытным. То, что мы с Рыгором понимали только спустя какое-то время, Василь благодаря своей мудрости ухватывал одним лишь росчерком пера.

Рыгор Бородулин и Генадзь Буравкин - друзья, коллеги, земляки.

Рыгор Бородулин и Генадзь Буравкин - друзья, коллеги, земляки.

- А как Василь Быков реагировал на задиристость талантливого, но молодого Рыгора Бородулина?

- По отношению к Быкову Бородулин не позволял себе того же, что в отношении нас, ровесников. Рыгор чувствовал дистанцию: и в жизненном опыте, и чисто возрастную. Быков был мудрее, в том числе литературно. У нас тоже жизнь была нелегкой, но Рыгор различал нашу молодую дурашливость и серьезную жизненную позицию Василя.

Но Василь со своей щепетильностью и внимательностью никогда не давал даже повода подумать о неравенстве между нами. У него была четкая установка: в дружбе все равны. Для Василя это был закон.

Три классика белорусской литературы – Генадзь Буравкин, Василь Быков и Рыгор Бородулин (слева-направо). Друзья по жизни держались вместе (в больнице, 2003 год).

Три классика белорусской литературы – Генадзь Буравкин, Василь Быков и Рыгор Бородулин (слева-направо). Друзья по жизни держались вместе (в больнице, 2003 год).

- Спадар Генадзь, вы с таким самозабвенным восхищением говорите про своих друзей!

- Геннадий всю жизнь защищал Рыгора, всегда ценил и за его талант многое прощал… Когда я прочитала «Ксты», меня будто пронзило: «Где он взял эти слова, из каких глубин?..» - делится переживаниями спадарыня Юлия. - Ген, а расскажи, как вы с Рыгором «калючую хвалю» писали!

- Мы с Юлей уже были женаты, а Рыгор - еще нет, - вспоминает молодые годы спадар Генадзь. - И, как все студенты, мы были очень бедные. Рыгор жил без отца (он погиб), мой отец был небогат.

Мы были настолько бедные, что я, третьекурсник, выступал в Оперном театре со своими стихами в лыжном спортивном (!) костюме. Тогда это не удивляло - лучшего у меня не было…

Мы познакомились и подружились по-земляцки, с первых дней после поступления в университет. Каждый уже имел свои поэтические пристрастия. Меня называли «дарагая нецалаваная» - благодаря стихам, которые я посвятил Юле: “…і нічога не знаеш ты, дарагая, нецалаваная”.

А Рыгор в составе студенческих отрядов съездил на целину, и у него появились стихи про кухню Насти:

- Не! Не ўсім надарылася шчасце

Есці боршч, прыгатаваны Насцяй.

Не ўявіць вам, што гэта за боршч!

Хай чатыры порцыі ты знішчыш —

Яшчэ ў місцы выскрабаеш днішча

I абавязкова просіш больш.

Вот Рыгора все и называли “кухня Насці”...

Мы шли по жизни рядом. Скажу честно: Рыгор, конечно, был более заметен, но в этом для меня не было никакой обиды. Может, в какие-то моменты мне хотелось другого, но Рыгор - поэт №1. И для профессионалов это очевидно.

“Рыгор навсегда остается для меня прогрессивным и демократичным”

- Так про “калючую хвалю” расскажете? - тихонько переспрашиваю я, видя усталость поэта и в то же время понимая, что спадар Генадзь может говорить про друга бесконечно.

- Когда мы закончили БГУ: Рыгор - филфак, я - отделение журналистики, - перед нами встала куча всяких бытовых вопросов.

Так получилось, что Рыгор начал работать в газете, а я пришел на белорусское радио. Нам страшно не хватало денег. В это время одним из руководителей радио был Рыгор Васильевич Коновалов. Он и разрешил нам выпускать сатирическо-юмористический радиожурнал “На калючай хвалі”: «Калі ты хочаш узняць настрой - на нашу хвалю сябе настрой!”

Передача была уникально популярной. Чем она брала? Во-первых, мы выбирали материалы неплохого литературного уровня, а во-вторых, брали острые факты из жизни, которыми с нами делились слушатели. Иногда мы выезжали прямо на место событий.

Помню, в то время шла борьба со стилягами. И самое интересное, что до сих пор сохранилась одна наша с Рыгором песня, которая сейчас ожила в программах Змицера Войтюшкевича:

Я па броду крочу днём і ноччу, з чувіхаю.

І цыгаркай яркай проста ў вочы ёй пыхкаю…

Для нас это была своеобразная учеба, развитие.

Творили мы с Рыгором в нашей с Юлей съемной квартире, мы тогда уже поженились. Рыгор нередко ночевал у нас.

- Это было что-то, смеялись до коликов, навзрыд - из Рыгора и Генадзя лились фееричные перлы! Если бы можно было вернуть время назад и снять все на пленку… - грустно улыбается спадарыня Юлия.

- Да, случались в наше работе и такие моменты, как речь - приветствие пионеров на партийном съезде. Было, не вычеркнешь, - вспоминает спадар Генадзь. - Но ни мне, ни Рыгору за это не стыдно - поэтический продукт был нормального качества…

Рыгор Бородулин и Генадзь Буравкин с художником Алексеем Марочкиным.

Рыгор Бородулин и Генадзь Буравкин с художником Алексеем Марочкиным.

Аркадзь Кулешов, великий поэт, писал о коммунистах, о четырех заложниках, но на таком поэтическом и человеческом уровне, что нельзя не снять шляпу. Да, время было такое: и в тюрьмах сидели, и возводили огромные стройки, и создавали великие произведения. Это тоже все было в то время, и не надо зачеркивать одно в угоду другому.

Но мы никогда не воспевали культ вождей. По своим взглядам и убеждениям Рыгор всегда был и остается для меня прогрессивным и демократичным - этого у него не отнять.

Не хочу и не буду говорить о Рыгоре слово “был”. Он остается с нами. И будет долго жить рядом с Янкой Купалой, Максимом Богдановичем, Василем Быковым…

ИСТОЧНИК KP.RU

Еще больше материалов по теме: «Рыгор Бородулин: народный поэт Беларуси»

Понравился материал?

Подпишитесь на ежедневную рассылку, чтобы не пропустить интересные материалы:

 
Читайте также