2016-08-24T02:10:25+03:00

Оперетта как машина времени

В настоящем театре даже скептики становятся романтиками, неожиданно для себя поняла наш колумнист
Поделиться:
Комментарии: comments32
Глупость вся эта театральная критика, которая, небось, разнесла бы эту постановку как отсталую и непередовуюГлупость вся эта театральная критика, которая, небось, разнесла бы эту постановку как отсталую и непередовую
Изменить размер текста:

В том, что касается театра, я как бывший критик всегда считала себя здоровым циником. Ироничным скептиком. И когда решила сходить с папой в Московский театр оперетты, ничего хорошего от спектакля не ждала. "Фею карнавала", правда, я никогда до этого не слышала. Но кто сейчас вообще слушает оперетты?

- Ну, мы же пойдем на классику? - робко спросил папа. -Там все будет по-старому: занавес, декорации? Я же лет тридцать в этом театре не был. Это ведь тот же самый Кальман?

- Не бойся! Там и артисты будут петь те же самые! - пошутила я.

И как в воду глядела. Когда я увидела в программке "Феи карнавала" знакомые с юности имена - я вздрогнула. А когда на сцену в роли Примадонны, которую атакуют поклонники, вышла Светлана Варгузова, я решила, что вот прямо сейчас приду и напишу разоблачительный пост. Как пожилые артистки зажимают молодежь. Не дают им ходу, закупорив собой выход на сцену на десятилетия.

Но - увы! Все написали до меня. И кто?! Автор либретто. Потому что оперетта как раз про это и была: как пожилые артистки не хотят покидать сцену. Как крутится несчастный директор, чтобы и приме с ее высокими связями угодить, и молодую артистку публике показать. Мол, бывает, что не только те, кому за 70, хорошо поют, но и некоторые помоложе. Вот ведь незадача!

Будто про наше телевидение спектакль посмотрела...

Впрочем, в самой постановке никаких таких аллюзий - боже упаси! не было. Интрига с незаконорожденным сыном, певичками и графьями текла в своей полной незамутненности, без всяких там подтекстов. И я вдруг поймала себя на том, что по-детски смеюсь незатейливым шуткам. И радостно слежу за дуэтом Варгузова -Веденеев, который поет вместе уже сорок лет...

А потом вышел Герард Васильев. Подтянутый, седой. Все так же - в свои почти 80! - чертовски обаятельный. На этот раз - в роли не молодого повесы, а старого благородного графа.

И публика зааплодировала, закричала "Браво"! Хотя он еще даже не успел открыть рот. А потом он начал петь... .

И я поняла, что в театре никакой я не скептик. А чертов сентиментальный романтик. И у меня на глазах блестят слезы. А великолепный Васильевский баритон раскатистой бархатной волной накрывает зал.

И постаревшие вместе с кумиром поклонницы опять истошно кричат "Браво"! И Васильев берет и поет последний куплет арии на бис". И мой отец счастливо улыбается.

В антракте мы ели обязательные театральные бутерброды с рыбой, а я еще и пирожное. Папа с затуманенным взором вспоминал, как молодым неженатым капитаном дальнего плавания приезжал в Москву, а одна его знакомая заранее доставала в оперетту билеты. И они смотрели спектакль, а потом шли в хороший ресторан, и к ним присоединялись друзья, и сидели они до утра...

- Нет, ты не подумай! - говорит папа. - Я тогда с вашей мамой еще не был знаком! А с ней мы потом тоже на оперетты походили! Во Владивосток часто гастролеры приезжали, и мы иногда "Сильву" по два раза за лето смотрели...

... В зале рядом с ним сидит очень пожилой человек с палочкой. И когда падает занавес, и мы, отхлопав, собираемся уходить, спрашивает отца:

- Скажите, сколько вам лет? 86? Я на год моложе... Какое удовольствие я получил! Так давно не был, и вот...

- А я! Я тоже! Как в юности побывал! - говорит мой отец. И они с нашим соседом тихо смеются чему-то своему. "Желаю вам здоровья!" - говорит нам на прощанье сосед.

- А я вам желаю, чтобы мы встречались в театре, а не в очереди у врачей! - отвечает папа.

И мы выходим на улицу. Переглядываемся. И заскакаиваем в бар напротив: нельзя нарушать традиции!

И выпиваем пива, которого нам с отцом нельзя.

И я думаю: глупость вся эта театральная критика, которая, небось, разнесла бы эту постановку как отсталую и непередовую. Пусть будут и такие спектакли: где останавливается время. Вокруг дикими лианами выросла другая жизнь. А здесь законсервировалось прошлое. Мы глотнули его воздух - как воздух Парижа из банки. И смогли вернуться в молодость - каждый в свою.

И еще - в этой чудной картине: постаревшие поклонницы и поклонники четвертое десятилетие носят цветы своим кумирам, наплевав на их морщины - тоже ведь есть что-то правильное, основательное. Как лаг, на который можно опереться в наше болотистое время.

Если хотите прокатить своих родителей на машине времени - ей-богу, сводите их в оперетту!

Мы вот с папой следующий раз пойдем на "Сильву"...

ИСТОЧНИК KP.RU

Понравился материал?

Подпишитесь на еженедельную рассылку, чтобы не пропустить интересные материалы:

Нажимая кнопку «подписаться», вы даете свое согласие на обработку, хранение и распространение персональных данных

 
Читайте также