Общество17 августа 2016 1:00

Почему присяжные впервые оправдали пожизненно осужденных

Как стало возможным освобождение членов банды «приморских партизан», убивавшей милиционеров? Часть 2
Кадры шестилетней давности - «приморские партизаны» в разгар «охоты» на милиционеров... Фото: youtube.com

Кадры шестилетней давности - «приморские партизаны» в разгар «охоты» на милиционеров... Фото: youtube.com

Продолжение. Часть 1

В предыдущей части расследования Владимира Ворсобина рассказывалось о народных мифах и легендах, окутавших «Дело приморских партизан», которые могли повлиять на присяжных. В этой части статьи - версии более приземленные. И жуткие.

Расстояние между Москвой и Владивостоком - не километры. Если бы. Москва и Приморье очутились на разных планетах. Как это было в веке XVII - полжизни с «материка» - сюда, полжизни - обратно.

Сейчас причина обидная, копеечно-шкурная. Обанкротили «Трансаэро», и у «Аэрофлота» «неожиданно» исчез конкурент. А такие подарки капиталисты реализуют четко. Ну а кто бы не озолотился? Вот и стоят нынче авиабилеты Москва - Владивосток около 80 тысяч рублей в одну сторону. В экономкласс. По более-менее удобоваримой цене билеты раскупаются заранее на несколько месяцев вперед. Так отодвинули русский анклав Дальний Восток еще дальше к Китаю, Корее и Японии. А значит, вырваться отсюда или прорваться сюда, на землю полупустую, но русскую, - удел редких и отчаянных.

Как мой упертый сосед по авиа-путешествию Москва - Магадан - Хабаровск - Владивосток (кривой керосинозатратный маршрут по странной логике оказался в два раза дешевле прямого). Бедолага выехал сутки назад из Нижнего Новгорода и где-то под Хабаровском не выдержал.

- Боже, от Владивостока мне еще пилить в Хасан! - стонал мужичок посреди XXI века, зеленея от усталости.

- А мне в Кировский, - вздыхаю.

Хотя мне с Кировским повезло. Дорогу на родину «приморских партизан» построили-починили, и ты эти 300 километров от Владивостока переносишь легко. От поселка к поселку, от городка к городку наблюдаешь, как меняются лица приморцев. Все меньше китайцев. Движения все медлительнее. Речи - прямее. Даже климат переворачивается - туман сменяется солнцем, дождливая плаксивость а-ля Петербург разрывается здоровым среднерусским ветерком…

И все вроде бы хорошо. А ты маешься. Пытаешься разгадать загадку о четверых мужичках, охранявших плантацию конопли под Кировском, а потом оказавшихся в братской могиле.

О «приморских партизанах», признавшихся в убийстве и указавших место захоронения.

О присяжных, отпустивших двоих обвиняемых на волю и решивших, что преступления… вообще не было.

Защитники «приморских партизан» перед оглашением вердикта присяжных. Они даже не подозревают, что через несколько минут сильно удивят адвокатский мир. И получат профессиональные награды за громкую победу над обвинением.

Защитники «приморских партизан» перед оглашением вердикта присяжных. Они даже не подозревают, что через несколько минут сильно удивят адвокатский мир. И получат профессиональные награды за громкую победу над обвинением.

Фото: Владимир ВОРСОБИН

ИСКУССТВО РАБОТЫ С ПРИСЯЖНЫМИ

По версии следствия, еще до знаменитой охоты на полицейских кировская банда занялась торговлей наркотиками. И в разборках ограбила и убила представителей конкурирующей фирмы, тупо прикопав их в лесу. Типовое, скучное приморское убийство, которое кануло бы без следа в ядреной криминальной хронике, если бы не бренд обвиняемых - «приморские партизаны».

Сначала я тоже, как и судья, грешил на ошибки следствия. (Суд, кстати, вынес частное определение о ненадлежащем качестве расследования, что, как и освобождение пожизненно осужденного «партизана», стало новой юридической сенсацией.)

В деле и правда ошибок тьма.

Потому выпущенный на свободу Алексей Никитин в интервью (читайте в следующем номере) с моими вопросами расправляется обидно просто:

- Алексей, один из главарей банды, Ковтун, указал на место захоронения. Как ж вы умудрились на свободу выйти? - пытаю его.

- Присяжные смотрели это видео. И что? - Никитин отбивается четко, натренированно, как на допросе. - Там в кадре вылезает какой-то дядя и заявляет: по GPS столько-то градусов долготы, столько широты. Мы сделали запрос в центр геодезии и картографии, нам официально ответили: заявленные координаты с местом захоронения не совпадают. Они в шести километрах от него. Получается, кто-то хочет свое дерьмо на других скинуть. И я это доказываю 6 лет!

Будь я присяжным, только бы поморщился: бывает, напутали следаки.

Но и дальше бред.

В могиле найдена лишняя нога. Прокуроры твердят: при раскопках нечаянно отрезана ковшом экскаватора, просто забыли это задокументировать.

Ладно.

Но эксперт пишет - «ступня 24,5 сантиметра». Это, извините, женский или детский - 38-й размер.

Позиция Следственного комитета - «ну опять ошибся эксперт».

Хорошо. Пусть уже подозрительно. Но предположим.

Дальше - родственники путаются в опознании разложившихся трупов. Например, брат убитого не опознает, сестра, сомневаясь, говорит, «он, наверное», указывая на зубные коронки. Мать убитого показывает на тело, которое вообще-то уже опознали чужие родственники…

- А генетическую экспертизу следствие почему-то не проводило! - победоносно улыбается адвокат одного из «партизан» Юлия Чебунина (защитник опытный, но оправдательный приговор у нее первый в карьере). - Я спрашивала присяжных, как вы думаете, почему? Родни же полсела, у экспертизы 99 процентов точности, ну что мешает?! Но прокурор ответил: «Следователь не посчитал нужным».

- Почему?

- А мне какая разница? - удивилась Чебунина. - Нет ни одного отпечатка пальцев в машине, на которой якобы возили трупы, ни одной капли крови. Все это проблемы следствия. Моя задача - опорочить доказательства обвинения. Более того, моей целью было вызвать негативное отношение к потерпевшим. Не к бабушкам, матерям, а к убитым (наблюдая мое изумление). А как же?! Опорочить! Упомянуть о противоправном поведении потерпевших (они ж все-таки были наркоторговцами) - это тактика защиты. Чтобы к потерпевшим не было жалости - они же, по сути, тоже преступники. Кроме того, как стоял вопрос для присяжных: имело ли место убийство всех четверых? Их же не делили - условно говоря, Иванов отдельно, Сидоров - отдельно. Обвинение было поставлено именно так.

- То есть неграмотно заданный присяжным вопрос…

- Все следствие было неграмотно! Опросный лист для присяжных - это переписанное обвинительное заключение. Если бы обвинение было на два трупа, то я не знаю, каким был бы приговор. А так… Ну в конце концов - были же свидетели, которые видели одного из «убиенных» на следующий день после «убийства»!

По словам адвоката, работа с присяжными - искусство интуиции. В отличие от судей на заседателей может повлиять даже такой пустяк… как дорогой перстень на пальце защитника или прокурора. И поэтому, мол, при их отборе (обвинитель и защитник имеет право завернуть любого кандидата) важно нащупать «своих».

- Я обычно спрашиваю: кто сторонник смертной казни? - рассказывает Чебунина. - Поднимают руки. Ага, наши противники. Исключаем также тех, кто был когда-то потерпевшим. Убираем врачей - они по своей работе часто сталкиваются с жертвами преступлений. Наши потенциальные сторонники - это обычно люди, которым интересно изучить, вникнуть в дело. Не просто спать в кресле и получать пусть маленькие, но деньги…

И тут Чебунина вспоминает:

- Кстати, в этом процессе я впервые в своей практике задала кандидатам в присяжные вопрос: «Вы признаете право на самооговор»? Ведь мой подзащитный, как и все обвиняемые, дал на следствии признательные показания. А у нас еще со средневековых времен по выражению досточтимого сталинца Вышинского: «Признание - царица доказательств».

- То есть это усыпило следствие… - начинаю соображать.

- А зачем утруждать себя сбором доказательств, когда у тебя есть признательные показания? - пожимает плечами защитник.

...и конец «кировской банды». На фото - подготовка захвата квартиры с преступниками. Фото: Виталий Аньков/РИА Новости

...и конец «кировской банды». На фото - подготовка захвата квартиры с преступниками. Фото: Виталий Аньков/РИА Новости

ИСТОРИЯ ОДНОЙ ЯВКИ С ПОВИННОЙ

Из Москвы видится странно. Почему присяжные не поверили, казалось бы, железобетонному аргументу следствия - явке с повинной?

От идеологической версии - дескать, сочувствие к убийцам полицейских - здесь с ужасом отмахиваются все. Погибли люди случайные, ни в чем перед убийцами неповинные. За шесть лет накал страстей спал, и героизировать их уже некому. Общественное мнение утвердилось: отморозки. Потому и молчали «партизаны» весь второй процесс, дабы не испугать присяжных.

- Что значит идейный?! ИГИЛ тоже идейная (запрещена в РФ. - Ред.), - ворчал знакомый следователь. - Тогда мы договоримся до абсурда - под идею можно что угодно подвести! Тут другая история...

Да, Карбышева, 4.

Будь я жителем Владивостока, тоже, наверное, поежился бы от этого адреса. Здесь находится следственная часть, плотно окутанная легендами. Место сакральное. После фразы «Окажешься на Карбышева» во Владивостоке, говорят, начинается и заканчивается добрая половина бизнес-конфликтов.

Здесь работает элита, гордость сыска, обеспечивающая своим профессионализмом чуть ли не стопроцентную раскрываемость. Причем так считают многие адвокаты. В минуты откровенности даже защитники мягко намекают, дескать, да, все клиенты отказываются от признательных показаний, мол, били их, мучили. И в большинстве случаев это, мягко говоря, не так.

Но, с другой стороны, не буду оценивать версию Никитина о том, как из него выколачивали явку с повинной (читайте его интервью «КП» в следущем номере). Но сама бумага - явка Никитина, которую он подписывал, действительно была испачкана кровью. Она фигурировала в деле, ее видели участники процесса, но скоро она чудесно исчезла вместе с тремя томами, которые не найдены до сих пор.

И для местных правозащитников Карбышева, 4, - это что-то вроде подвала пыток Малюты Скуратова.

По словам зампредседателя Общественной наблюдательной комиссии Приморского края по защите прав лиц, находящихся в местах принудительного содержания, Любови Терендиной, задержанным на руки наматывают тряпки, надевают наручники и бьют. Потом шутейная фраза: «Доктор, мы его теряем», - и удар электрошокером. Мы ездили в Москву, жаловались, все спустили сюда и дело заглохло…

- И дело ведь не в том, виновен человек или нет, - тяжело, с большими паузами говорит адвокат Виталий Береговский (обвинялся в участии в рейдерстве, в итоге - Карбышева, 4, инвалидность, оправдательный приговор суда). - Государству нельзя пользоваться незаконными методами, иначе оно как бы говорит нам: вы тоже это можете…

- Что с вами сделали?

- Котенок, - Береговский почему-то улыбнулся. - Смешное название, да? Надевают пакет на голову. Ты дышишь воздухом, который остается внутри, пакет прилипает, а его уголки торчат, как ушки котенка.

ОБЫКНОВЕННАЯ ЖИЗНЬ

Адвокат Виталий Береговский о пытках на Карбышева

Поселок Кировский.

Чистенький, зеленый. На вид - дремотно-благостный спокойный омут.

Сухонький мужичок с выколотыми перстнями на пальцах курит у автовокзала. Бритоголовый черный от загара паренек разглядывает меня, словно приценивается. Тетушка, черноглазая переселенка из Казахстана, переживает.

- Неужто всех освободили?!

- Только Никитина и брата Ковтуна, - успокаиваю.

- Беда! - шепчет она.

И торопится уйти.

СТАТИСТИКА «КП»

Всего по России в 2015 году по уголовным делам привлечено 936 797 человек.

Оправданы судьями - 4658.

Пожизненное лишение свободы получили 68 человек.

Суд присяжных оправдал 31 человека (в 2014 году - 52).

23 оправдательных приговора присяжных отменены.

Суд вернул на доработку следствию 12 057 «некачественных» уголовных дел.

Продолжение следует

Хроники преступлений «кировской банды» (версия следствия)

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Почему присяжные впервые оправдали пожизненно осужденных. Часть 1

Я уже хорошо поварился во владивостокском котле с прокурорами, следователями, адвокатами, свидетелями, криминальными репортерами, судьями… Уже вывихнул мозг лесоповалом норм, статей, фактов, фактиков, обманок, юридических ловушек и кровавых историй (подробности)