Екатерина Винокурова и Олег Матвейчев. Выборы в Госдуму на финишной прямой

Заключительный перед выборами выпуск программы «Госдума-2016: перезагрузка» на Радио «Комсомольская правда»
Заключительный перед выборами выпуск программы «Госдума-2016: перезагрузка» на Радио «Комсомольская правда»

Заключительный перед выборами выпуск программы «Госдума-2016: перезагрузка» на Радио «Комсомольская правда»

Яковлев:

- Это программа «Госдума-2016: перезагрузка». Более чем полгода к нам в студию приходили ведущие политики, лидеры политических партий, ведущие политологи, и мы обсуждали выборы. И сегодня наш выпуск заключительный перед выборами, которые состоятся совсем скоро, 18 сентября 2016 года. Для вас работаю я, Александр Яковлев. Представлю наших сегодняшних гостей. Олег Матвейчев - политолог, профессор Высшей школы экономики, и Екатерина Винокурова - специальный корреспондент znak.com. Спасибо, что пришли к нам в гости. Скажите, как вам в целом предвыборная кампания 2016 года?

Винокурова:

- На самом деле эту кампанию многие уже окрестили самой скучной кампанией последних 10 лет. Я с этой оценкой все-таки склонна не согласиться. Потому что очень во многих округах кипят страсти. С другой стороны, я бы в этой кампании выделила совершенно трагическую для меня как для человека либеральных взглядов историю, которая случилась с оппозицией. Потому что в итоге оппозиция подходит в наихудших, наверное, из возможных форм к этим выборам.

Яковлев:

- Оппозиция вообще или либеральная оппозиция?

Винокурова:

- Либеральная оппозиция. Партии «Родина», «Патриоты» я даже не готова обсуждать всерьез. С другой стороны, надо сказать, что я не считаю, что результат предопределен. Я, например, ждала все-таки неприятного сюрприза для «Единой России» в целом ряде регионов, в том числе в Москве. Потому что в Москве мы видели совершенно безобразную, с одной стороны, кампанию с привычным привлечением бюджетников, с приписыванием себе чужих заслуг. Как, например, у меня в округе кандидат Антон Жарков пришел прямо под выборы и начал похваляться тем, к чему он не имел вообще никакого отношения. С другой стороны, благоустройство, вся так называемая урбанина, из-за которой у нас каждый дождь – это теперь потоп, возможно, станет неприятным сюрпризом для партии «Единая Россия» на этих выборах.

Яковлев:

- Олег, как вам эта избирательная кампания?

Матвейчев:

- Кампания, конечно, не такая, как была в бурные 90-е годы, которые я прекрасно помню, в которых я сам участвовал в качестве политического консультанта. Действительно сказывается практически с 3-го года отсутствие в выборах одномандатных округов. Люди разучились и делать агитацию нормальную (потому что убогая сейчас агитация была). Люди разучились общаться с людьми, потеряли много навыков, которые тогда были. Политтехнологи, кстати, тоже стали слишком примитивные технологии, условно говоря, использовать. Поэтому первый блин, что называется, комом. Следующие кампании, наверное, будут интереснее. Но, с другой стороны, есть еще объективная составляющая в этом вопросе. Закон, который принимали, о том, что депутаты и Госдумы, и Заксобраний субъектов не могут иметь заграничных счетов, привело к тому, что очень много людей бизнеса ушли из политики. И сейчас бюджеты избирательной кампании очень низкие. Такие суммы, которые раньше тратились (несколько миллионов долларов) на одномандатный округ, как это было, сейчас такого даже близко нет. Соответственно кампания в таком кризисном жанре проходит, когда не хватает денег, когда все делается по минимуму. Поэтому что же ожидать какой-то бурной агитации, если все делают всё по минимуму? Поэтому, может быть, немного скучновато, нет какой-то большой интриги, хотя определенная интрига все-таки была. Это борьба за повестку дня, что у нас возобладает – патриотические темы, внешнеполитические темы или тема внутренней экономики. Сейчас люди имеют проблемы с ЖКХ, рост безработицы определенный из-за кризиса. Вот что из этого возобладает, это интересно.

Яковлев:

- В экспертных кругах очень часто можно было услышать ставший уже знаменитый тезис – легитимность, открытость, конкурентность. Получилось реализовать на практике этот тезис?

Винокурова:

- За легитимность у нас назначена ответственной Элла Александровна Памфилова, глава Центризбиркома. Я хочу отдать ей должное, потому что в какие-то острые ситуации она вмешивалась. Я лично ей благодарна и не стесняюсь выражать благодарность за то, что она, как могла, постаралась исправить ситуацию с чудовищным совершенно законом, который приняли депутаты Госдумы без обсуждения с журналистским сообществом. Потому что депутаты в марте, без предупреждения, под покровом ночи буквально приняли закон, который ограничивает право журналистов присутствовать на избирательных участках. Например, у нас на войну теперь журналисту отправиться проще, чем на избирательный участок, потому что он якобы должен работать за два месяца до назначения даты выборов в редакции.

Я как председатель профсоюза журналистов обратилась к Памфиловой с просьбой разработать постановление, регламентирующее так, чтобы мы не стали крепостными, заложниками просто одного места работы, как захотели депутаты. И Памфилова пошла нам навстречу, она сделала все, чтобы аккредитации можно было получать как можно проще. Потому что депутаты совершенно точно хотели как раз, наоборот, полной делегитимации выборов.

Теперь о тех, кто работает на делегитимацию выборов, так как Памфилова, конечно же, работает на обеспечение легитимности. Больше всего вреда, я считаю, легитимности этих выборов сейчас наносят ура-патриотические телеканалы, ультрапатриотические блогеры и пр. Мы берем для примера ассоциацию «Голос», которая занимается много лет мониторингом выборов, и которую всегда под выборы начинают мочить на тех же федеральных телеканалах, что приводит только к тому, что приходит больше наблюдателей, все понимают, что это кинцо настолько погано, ужасно сделано, что это просто гнусная ложь, что затевается действительно какая-то фальсификация выборов, и давайте пойдем в «Голос», чтобы бороться.

Что сделала Памфилова. Элла Александровна решила поступить по-умному и начала сотрудничать с «Голосом». И сейчас проект «Голоса» «Карта нарушений» теперь они делают совместно с Центризбиркомом, оперативно реагируя на все сигналы с мест. Но при этом происходит совершенно обратная штука на федеральных телеканалах. То есть НТВ снова показывает про «Голос» всякую дрянь, НТВ сыплет псевдоразоблачениями про оппозицию, в итоге на самом деле только подогревая повестку и делегитимизируя выборы. Потому что если вашего оппонента, дорогие мои единороссы, мочат с федеральных телеканалов, то большего доказательства, что выборы нечестные, неконкурентные, нелегитимные, даже и не надо. Это такая забавная рассогласованность, мне кажется.

Матвейчев:

- У каждого есть свои плюсы и минусы, как у кандидатов, так и у организаций. И в агитации, естественно, это используется. Если, например, видят такой минус, как иностранное финансирование «Голоса», то они его озвучивают, потому что считают, что таким образом они эту организацию дискредитируют.

Что касается вообще ответа на вопрос. Легитимность выборов, конечно, будет обеспечивать Центризбирком, и он обновился за последние годы, теперь там не просто какие-то учительницы, которых раньше привлекали в качестве председателей и членов комиссий, а профессиональные члены комиссий, делегированные партией, прошедшие учебу, им даны определенные права, их теперь даже ГАИ не может остановить и т.д. Конечно, этим людям не хочется совершать уголовных преступлений. Поэтому за комиссии я совершенно ответственно могу говорить, что они сработают на совесть, и все установки (и гласные, и негласные) им даны, чтобы подсчет был честным и все было зафиксировано.

Что касается конкурентности, здесь смотря с чем сравнивать. Вот у нас был «круглый стол» недавно, там были французы, американцы, англичане. Они говорили: вот у нас в Америке, например, на выборах все знают, что такие-то штаты за демократов, такие-то – за республиканцев, а реально конкурентными являются 20% штатов. То же самое с французской системой и т.д. И у нас получилось примерно то же самое. Если говорить про округа, где-то 20% конкурентных округов, в остальных округах уже понятно, кто будет победителем. Плохая это конкурентность? Смотря с чем сравнивать. В принципе какая-то конкурентность есть. Партии вроде бы все на теледебаты были допущены, мы увидели таких одиозных даже личностей, которых лично я бы не пускал ни в какие эфиры, но мы их увидели и по телевизору, и везде. Это тоже говорит о конкурентности определенной и открытости.

Что касается журналистов, которых нужно допускать на участки. Конечно, журналисты могут и должны быть, наблюдать процесс выборов. Просто там нужно правильно их права и обязанности прописывать, чтобы они не мешали подсчету голосов или еще что-то. Понятно, что по сравнению с предыдущими выборами сделано много для конкурентности, открытости и легитимности.

Яковлев:

- Если говорить о прогнозах, по крайней мере, о голосовании по партийным спискам, как вы считаете, сколько партий пройдет, то есть преодолеет 5-процентный барьер, и какие партии смогут преодолеть 3-процентный барьер, который дает госфинансирование?

Винокурова:

- Для начала я хотела уточнить. Мы говорим только о списках или с учетом округов? Это важный момент.

Яковлев:

- Давайте сначала о списках.

Винокурова:

- Например, единороссы освободили один округ по договоренности с партией «Родина» для Алексея Журавлева, и формально один мандат у «Родины» будет.

Что касается списков, я не хочу делать прогнозы. Потому что я помню, как в 2011 году до самого последнего дня все говорили, что «Справедливая Россия» не пройдет. Но она поймала тогда фактически весь протестник и в итоге прошла, да еще и с 15%. Сейчас, на мой взгляд, вопросом является попадание партии, которой лично я очень симпатизирую и очень ее уважаю, это партия «Яблоко». Прогноз я бы делать не стала. Я считаю, что вопрос с партией «Яблоко», попадание или непопадание, вопрос с попаданием или непопаданием «Справедливой России» я все-таки считаю, без учета округов, а именно партийный список. КПРФ, ЛДПР, «Единая Россия», они преодолевают барьер однозначно.

Матвейчев:

- Я могу поточнее попытаться сказать, потому что у меня целый ворох разных социсследований из разных регионов. Я озвучивать по закону сейчас не имею права сами социсследования, но свой прогноз могу сказать. «Единая Россия» будет в районе 45%, может быть, даже повыше, к 50 будет подбираться. На втором месте все-таки КПРФ, несмотря на то, что некоторые социологи дают второе место ЛДПР, я думаю, что у нас избиратели-коммунисты очень хитрые, скрывают от социологов, как от врагов народа, информацию.

Яковлев:

- Обычно такое происходит с ЛДПР. Потому что социологи рассказывают, что ЛДПР всегда вырастает по сравнению с соцопросами.

Матвейчев:

- Совершенно верно. Но сейчас ЛДПР в прострастве легитимизировалась, Жириновский на всех телеканалах, радиоканалах и т.д. Поэтому тот момент в 90-е годы, что неприлично было признаваться, что ты за ЛДПР, он ушел, сейчас это вполне себе респектабельная партия, да и сам Жириновский немножко поменьше стал чудить, и к нему относятся уже как к мудрому пожилому человеку. А вот КПРФ, там есть такая озлобленность против власти, а социологи почему-то считаются избирателями КПРФ какими-то агентами власти, поэтому они им не признаются даже под пытками о том, за кого пойдут голосовать. Поэтому второе место, я думаю, в районе близко к 20% будет у КПРФ. ЛДПР наверняка не меньше 15 возьмет. Что касается эсеров, то не вижу, что у них какой-то большой потенциал, они на грани преодоления 5-процентного барьера, но, наверное, преодолеют.

Что касается 3-процентных барьеров, то наверняка его преодолеет Партия пенсионеров, просто потому, что пенсионеры купятся на название. Есть такая часть людей, которая купится. Касательно «Яблока», «Родины» очень большой вопрос. Есть, наверное, шанс у них тоже. Я просто лично не уверен, что они пройдут.

Яковлев:

- Тот факт, что мы возвращаемся к смешанной системе голосования. Я напомню, по сравнению с прошлыми и позапрошлыми выборами, когда было исключительно голосование по спискам, в этом году половина депутатов по партийным спискам, половина – одномандатники. Как это повлияло на ход предвыборной кампании? Вообще можно ли говорить о некой такой фундаментальной перезагрузке?

Винокурова:

- Олег вначале совершенно справедливо сказал, что у наших политиков потерян навык общения с избирателем. Сейчас людям, которые идут по округам…

Яковлев:

- То есть фраза «вы страшно далеки от народа» актуальна?

Винокурова:

- Абсолютно актуальна. И на самом деле я бы хотела тут упомянуть об одном моменте, что я наблюдала 3 года назад в Екатеринбурге ситуацию, когда оппозиционный кандидат победил, несмотря на вал чернухи, несмотря на то, что у него был очень маленький бюджет. Он выиграл при всех самых неблагоприятных обстоятельствах. Я говорю сейчас о Евгении Ройзмане, к которому мы можем относиться как угодно, но он, например, как раз имел опыт работы именно в одномандатном округе, и он применил очень простую технологию. Он с избирателями общался, что-то для них делал между кампаниями. И в итоге получил совершенно закономерную реакцию, что дядя Женя нам помогал, теперь мы за него проголосуем. К сожалению, наши политики, хотя все прекрасно знали, что будут выборы на 50% по округам, нарезку какую-то в принципе все равно можно было прикинуть, мало кто из них сообразил, что на округ надо заходить вообще-то не под выборы, а заранее. Я столкнулась в регионах с очень интересной реакцией людей, что у людей вызывают безумную агрессию политики-одномандатники, которые заходят под выборы и начинают что-то пытаться им рассказывать. Они наталкиваются на страшную агрессию.

Матвейчев:

- Не могли эти политики быть уверенными в том, что они пойдут по тому самому округу. Потому что если мы говорим о «Единой России», те ввели процедуру праймериз. Человек, допустим, был не уверен в том, выиграет ли он праймериз или не выиграет. Уже только из-за этого приходилось им притормаживаться.

Что касается агрессии. Видимо, человек на человека не приходится. Я сейчас наблюдал несколько регионов. В зависимости от того, как выстраивает человек общение с избирателями. Если человек говорит о каких-то вещах, больше касающихся тем всей страны, идеологических каких-то тем, может быть, ценностных даже каких-то тем, агрессия, как правило, не возникает, даже если люди придерживаются каких-то других ценностей. Но если человек сам себя затягивает не в госдумовскую проблематику, а в проблематику бытовую, то тогда люди, вспомнив об этих своих проблемах, начинают всё этому человеку предъявлять.

Яковлев:

- После съезда «Единой России» самой обсуждаемой темой в интернете стало непосредственное участие в выборах человека, который по должности является администратором политической системы, Вячеслава Володина. Многие посчитали, что это одна из главных сенсаций вообще этой избирательной гонки. Олег Анатольевич, как вам это участие Володина в выборах?

Матвейчев:

- Были определенные признаки того, что он собирается это сделать. Он действительно говорил много о том, что в политике вообще не имеет быть человек, который не умеет общаться с избирателями, который сам не проходил одномандатные выборы. Но политологи рассматривали его заявление, что он имеет в виду свое прошлое, что он несколько раз по одномандатному округу побеждал, двигался, и он таким образом показывает. Но то, что он на будущее нацелился, это стало неожиданностью. Как бы показывает пример, как сказали, играющий тренер. Плюс, возможно, у него есть какие-то другие планы, которых, конечно, никто нам не раскрывает, и даже близкие ему люди задавали ему вопросы, он, естественно, на них не отвечал. Но то, что он активно сейчас работает по округам… Я был в Волгограде недавно, видел там его поездки, встречи, слышал отзывы, он очень неплохо общается с народом. Так что ведет такую полноценную кампанию, как самый настоящий депутат.

Винокурова:

- Я с Олегом абсолютно согласна. На самом деле решение о том, что Володин пойдет на выборы, не было принято, как многие пишут, в ночь перед съездом партии «Единая Россия». Об этом на самом деле, видимо, он начал задумываться и обсуждать, наверное, с марта. Но, как совершенно справедливо заметил Олег, никто не воспринимал, что это действительно будет обсуждаться, что это всерьез. Решение не было неожиданным. Это первое, что я хочу сказать.