2016-12-09T08:00:14+03:00

«После того как к папе в тюрьму пришел Сталин, его освободили»

70 лет назад, в ночь с 6 на 7 декабря, недалеко от станции Обь произошла крупная железнодорожная катастрофа. Вывод, который сделала государственная комиссия, был беспрецедентным для того времени: никто не виноват [эксклюзив «КП», часть 1]
Поделиться:
Комментарии: comments18
Таким паровозом ФД20 управлял Николай Скулкин в ту злосчастную ночь 7 декабря 1946 года.Таким паровозом ФД20 управлял Николай Скулкин в ту злосчастную ночь 7 декабря 1946 года.Фото: Андрей КОПАЛОВ
Изменить размер текста:

...1946 год. Что можно сказать о том времени, если специально не вчитываться в учебники истории? Первый послевоенный год, первая сталинская пятилетка... Почему-то сразу всплывают кадры из фильма «Место встречи изменить нельзя». Классика жанра: добрый и злой следователи борются с бандой «Черная кошка». Или вот свежий пример: недавняя картина «Ленинград 46». О том, что достойный советский человек волею обстоятельств не может найти себя в мирной жизни. Все двери заперты на мощные советские засовы, и в итоге литератор-филолог от Бога превращается в криминального авторитета. Зыбко, бездушно в городе Ильича в 1946 году - в подворотне могут посадить на перо, на рынках - ничего, у спекулянтов и барыг - все. Секретарь райкома водит дружбу с отпетыми урками и при случае готов, как сейчас сказали бы, «лоббировать их интересы». Но это наше, современное восприятие отдельно взятой судьбы человека в конкретный, не самый простой отрезок времени. Историки про 1946 год добавят: в стране началась новая волна репрессий, намертво закручивались гайки в среде авиаторов и тех же литераторов. Жукова ссылают в Одессу бороться с бандитами.

Конечно же, в газетах той поры об этом - ни слова. Номер главной областной партийной газеты «Советская Сибирь» за 6 декабря 1946 года: «Электросварщик Новосибирского паровозного депо тов. Сигарев за 11 месяцев выполнил норму четырех лет сталинской пятилетки. Ноябрьское задание он завершил на 4.157 процентов. У стахановца немало последователей. На 2.700 процентов выполнил ноябрьскую норму сварщик тов. Гемакин, 2.706 процентов - строгальщик тов. Голобоков, на 2.011 процентов - слесарь тов. Краснослободцев, на 2.090 процентов - котельник тов. Ковалев, на 1.960 - кузнец тов. Кузнецов и на 1.206 процентов - слесарь тов. Мельников».

А вот что газета пишет 7 декабря 1946 года. На 2-й полосе - статья подполковника Матросова о разгроме немцев под Москвой осенью 1941 года, а на 3-й - речь В. М. Молотова на заседании комитета № 1 Генеральной Ассамблеи ООН 4 декабря. В конце выпуска международные новости, а также афиша и объявления. В оперном театре в тот день давали «Корсара», а в «Красном факеле» - «Раскинулось море широко». В кинотеатре им. Маяковского в субботу можно было посмотреть фильм «Два бойца», а в «Октябре» (ныне «Победа») - «Концерт на экране». Единственный некролог в газете был посвящен кончине старейшего работника системы сберкасс, главного контролера-ревизора, члена ВКП(б) Ивана Давыдовича Давыдова

Немногие знали о том, что случилось минувшей ночью в 14 километрах от города.

И только в конце месяца в главной идеологической цитадели - газете «Правда» - вышла большая статья о том, насколько трудной выдалась холодная зима 1946/47 года для работы на железной дороге, и была упомянута сложная ситуация на Томской железной дороге, где и разбился поезд… Читая между строк, становится понятно, что случилось непредвиденное, из ряда вон...

«ОРГАНИЗОВАННО ПРЕОДОЛЕТЬ ЗИМНИЕ ТРУДНОСТИ НА ТРАНСПОРТЕ»

«…А между тем именно райкомы, горкомы и обкомы партии имеют возможность непосредственно на месте, наиболее объективно, не считаясь с узковедомственными интересами, разобраться в положении дел на дороге в целом и на отдельных ее участках, определить, в чем кроются недостатки, и помочь их устранить. Партийный контроль особенно необходим на узловых станциях, на пунктах массовой погрузки и выгрузки, на всех решающих участках, от которых зависит работа транспорта в зимних условиях. Неправильно поступили Омский и Новосибирский обкомы партии, не оказав своевременно помощи железнодорожникам, когда на Омской и Томской магистралях сложилась тяжелая обстановка...»

В 1946 году с 6 на 7 декабря в 3 ночи по местному времени на станции Обь потерпел катастрофу курьерский поезд № 6. По разным источникам, погибли свыше ста пассажиров... Фото: Андрей КОПАЛОВ

В 1946 году с 6 на 7 декабря в 3 ночи по местному времени на станции Обь потерпел катастрофу курьерский поезд № 6. По разным источникам, погибли свыше ста пассажиров...Фото: Андрей КОПАЛОВtrue_kpru

ДРУГАЯ ПРАВДА

...Странное дело, первое упоминание об этой катастрофе появилось лишь... в 1993 году. В газете «Западносибирский железнодорожник» за подписью Евгения Ковалева была опубликована статья «След забытой катастрофы». Если коротко, то история выглядит так.

«С 6 на 7 декабря в 3 часа ночи по местному времени на станции Обь (близ одноименного города, где расположен новосибирский аэропорт Толмачево) потерпел катастрофу курьерский поезд № 6. Он вышел точно по расписанию со станции Негорелое, расположенной на границе с Польшей. Благополучно миновав столицу Белоруссии Минск, поезд без осложнений проехал станции Москва, Омск, Барабинск. Дальше ему предстояло следовать в Китай до станции Маньчжурия. Благополучно поезд проследовал большую станцию Чулымская, промелькнула и исчезла в зимнем мареве станция Чик. Вдали первые светофоры горели зелеными огнями, а предвходной - желтым. Входной, запрещающий дальнейшее движение, ярко светил красным огнем. У этого светофора машинист остановил поезд. Дальше ехать запрещалось! Это был входной светофор станции Обь тогдашней Томской железной дороги. До Новосибирска оставалось всего 35 километров.

Как показало расследование, железнодорожники не успели сделать маневр и вынуждены были задержать поезд № 6 у входного четного светофора. А 18 часов назад молодой малоопытный машинист Инского паровозного депо Николай Герасимович Скулкин был вызван в поездку, но хорошо отдохнуть ему не пришлось. Паровоз у этой бригады был по тем временам мощный, современный - ФД20-1707. С Инской отправились с поездом, груженным кузбасским углем, и благополучно прибыли на станцию Чулымская. Отцепившись от поезда с углем, поехали в депо. Здесь бригаду встретил дежурный, приказавший быстрее подготовить паровоз в обратный рейс, так как на станцию прибывает порожняк и его срочно нужно доставить в Кузбасс, а других паровозов нет. У невыспавшегося перед поездкой машиниста Николая Скулкина буквально слипались глаза. Со станции Чик начался небольшой подъем, его легко преодолели, а через два километра - уклон. Поезд вроде бы покатился сам. Нервы у машиниста и его помощника расслабились, оба находились на работе без отдыха 18 часов! Ночь! Уснули! И с грохотом врезались в хвост стоящего курьерского поезда. Вагоны курьерского поезда были купейные, мягкие (четырехместные и международные - двухместные). Скорость грузового поезда при столкновении была около 50 километров в час. Все вагоны курьерского пострадали. Те, что были ближе к хвосту, очень сильно искорежены. Часть вагонов загорелись. Уцелел только передний багажный вагон и паровоз. Человеческих жертв было много».

Кстати, первый подробный рассказ Ковалева, который вы можете прочитать в оригинале на нашем сайте, потом благополучно растиражировал интернет. «Википедия», к примеру, сообщает, что всего на станции погибли 110 пассажиров, ущерб составил 200 тысяч рублей - но без ссылки на первоисточники.

Графика: Евгений ПРОКИНОВ

Графика: Евгений ПРОКИНОВ

«ДОМОЙ ПРИХОДИЛ В ПОЛНОЧЬ»

...Такое ощущение, что Ковалев чуть ли не был в составе комиссии по расследованию этого ЧП: детально, скрупулезно выписаны детали, казалось бы, мелочи. Тут тебе фамилии и машинистов, и помощников, и когда, каким светом в злополучную ночь горели светофоры... Откуда такая осведомленность? Как выяснилось, Евгений Гаврилович - матерый железнодорожник. Да выхода на пенсию работал машинистом-инструктором на станции Новосибирск-Главный, а еще раньше - в 1950 году - на станции Инская, той самой, откуда в ночь с 6 на 7 декабря выехал паровоз, управляемый машинистом Скулкиным. Скорее всего, о гибели на Инской поезда с дипломатами судачили еще долгое время, а Ковалев просто стал невольным свидетелем этих рассказов. Евгений Гаврилович Ковалев умер в 1996 году. Однако его дочка Флорида Евгеньевна Хропова, учитель математики, директор школы, согласилась вспомнить с нами то далекое время.

- Что вам отец рассказывал про аварию?

- Может, между собой с мамой они и обсуждали этот случай, но я не помню: маленькая еще была. Узнала я о той трагедии, когда отец начал писать свои очерки. Он мечтал выпустить книгу «Города начинаются с дороги», которую начал писать в 1970 году, когда вышел на пенсию. Даже в издательства обращался, но так и не получилось…

- Где Евгений Гаврилович работал в 1946 году?

- После окончания железнодорожного техникума в 1937 году попал в город Белово Кемеровской области: был дежурным, затем машинистом электровоза. А когда началась война, его направили на станцию Усяты Кемеровской области: в 1946 году он трудился заместителем начальника депо. Но, несмотря на свою должность, папа всегда мне говорил: «Дочь, где бы ты ни работала, с кем бы ни работала, к любому человеку относись одинаково, будь то техничка или сторож». И мне его слова в жизни потом так помогли…

- Какие в то время были условия труда у железнодорожников?

- Я родилась в 1939 году. Хорошо помню, что тогда зимы были суровыми. Все рабочие буквально сутками чистили рельсы от снега, исключений ни для кого не было… Такие вот условия труда… Вообще, папа был фанатом своего дела. Когда я училась в старших классах и его перевели в Новосибирск, он приходил на работу к 8 часам утра, а возвращался за полночь: начальник железной дороги собирал планерки в 12 часов ночи. Сначала их там похвалят-поругают, а уже потом все расходились по домам. Благо мы жили недалеко, на улице Омской…

- Поразителен интерес вашего отца к истории.

- Папа читал очень много газет, до сих пор его вырезки у нас хранятся. А еще, куда бы он ни приезжал, даже в отпуске в Одессе или Ташкенте, он ходил на железнодорожные станции, расспрашивал об их истории. Выяснял, когда станция была построена, когда проложили железную дорогу, когда по ней прошел первый электровоз. Поэтому, скорее всего, в основу его статьи легли факты, о которых он знал не понаслышке...

Евгений Ковалев очень любил свою работу на железной дороге, трудился 55 лет, пока не ушел на пенсию. Он был первым, кто подробно рассказал о том, что случилось на станции Обь. Фото: из личного архива

Евгений Ковалев очень любил свою работу на железной дороге, трудился 55 лет, пока не ушел на пенсию. Он был первым, кто подробно рассказал о том, что случилось на станции Обь.Фото: из личного архиваtrue_kpru

«НАШЕЛ СВОЮ МЕРТВУЮ ДОЧЬ У ИСКОРЕЖЕННОГО ВАГОНА»

Когда пришли в гости к Флориде Хроповой, дочке машиниста Евгения Гавриловича Ковалева, она нас огорошила:

- Представляете, мой муж, Юлий Евгеньевич, о той трагедии знает больше меня: он до вашего звонка мне об этом никогда не рассказывал, но его семья отчасти была связана с этой трагедией.

Как оказалось, в гостях у семьи Юлия Евгеньевича в день трагедии были товарищи его папы, Евгения Хропова. Их дети ехали в злополучном поезде…

- Итак, вечер 6 декабря 1946 года...

- Я тогда еще маленький был, но помню, что у нас дома были два папиных друга: один здешний, из Сибири, а второй из Москвы. Оба приехали по делам на военный завод. Мой папа, Евгений Иванович, тогда был заместителем директора завода. Так вот, папины друзья 6 декабря должны были встречать на вокзале Новосибирск-Главный своих детей, которые вместе добирались сюда на том самом поезде (у одного из мужчин был сын, у другого - дочка).

- Что было дальше?

- Мы собирались, но когда звонили на вокзал, чтобы уточнить время прибытия, нам говорили, что поезд опаздывает. Несколько раз так повторялось. И только под утро сказали, что произошла авария. Мужчины сразу же поехали туда…

- На место аварии друзей вашего папы пустили? Что они там увидели?

- Тогда мороз стоял страшный, температура была где-то под 40 градусов. Люди из вагонов выбирались на этот холод, многие замерзли насмерть… Но, несмотря на такой мороз и ночное время, помощь прибыла быстро - даже просто неравнодушные люди прибегали. Поэтому большинство пассажиров все же удалось спасти… Один папин товарищ нашел погибшую дочку около вагонов, сын второго - выжил. Потом он стал доктором физических наук, был директором одного из московских институтов…

...А вот что пишет Ковалев со слов очевидцев: «Машинист В. Л. Шолкин вспоминал: «Этим поездом ехал мой командир танкового полка, с которым воевал в 1941 - 1945 годах. Он отморозил руки. Ему их пришлось ампутировать... Раненых добивал мороз».

В гостях у Евгения Ивановича Хропова были друзья, родные которых ехали в Новосибирск на злополучном поезде… Фото: из личного архива

В гостях у Евгения Ивановича Хропова были друзья, родные которых ехали в Новосибирск на злополучном поезде…Фото: из личного архиваtrue_kpru

Окончание читайте в номере «Комсомольской правды» за пятницу, 9 декабря, а также на нашем сайте.

Уважаемые читатели! Если вам что-то известно от ваших родных или близких о крушении на станции Обь в 1946 году, пожалуйста, свяжитесь с редакцией по телефону (383) 289-91-00 или по электронной почте dmitry.bukevich@phkp.ru

Еще больше материалов по теме: «Страницы истории Новосибирска»

 
Читайте также