2017-04-24T19:13:41+03:00

Почему прибалтийские страны пугают весь мир российской военной угрозой

Обозреватель «КП» Галина Сапожникова поговорила с профессором кафедры европейских исследований факультета международных отношений Санкт-Петербургского госуниверситета Николаем Межевичем о сценариях возможной войны
Поделиться:
Комментарии: comments100
Mилитаризация Литвы, Латвии и Эстонии – это часть некоего тайного плана, который действовал, начиная с 1991 годаMилитаризация Литвы, Латвии и Эстонии – это часть некоего тайного плана, который действовал, начиная с 1991 годаФото: REUTERS
Изменить размер текста:

Для чего мы, журналисты, пишем о будущей войне, делая мысль о этом обыденной, лично я не понимаю – но по инерции продолжаю делать это вместе со всеми.

В самом деле, сложно эту войну не замечать, если планета напоминает одеяло, которое постоянно рвется – то со стороны Сирии его потянут, то Кореи. Прибалтика тоже не отстает, отрабатывая у самых границ России бреющие полеты и уличные бои. Как будто все включились в соревнование за право взорвать мир первым. Не дремлют и теоретики – свой вклад в копилку всеобщего полета в бездну внес и профессор Санкт-Петербургского государственного университета, президент Российской ассоциации прибалтийских исследований Николай Межевич, который в соавторстве со своим калининградским коллегой Юрием Зверевым, написал по заказу Российского Совета по международным делам научную работу с интригующим названием - «Россия и Прибалтика: Сценарии безопасности в условиях политической напряженности» - которая читается как детектив. Жить становится не легче, но однозначно интереснее…

- Почему это вы, Николай Маратович, три гордых независимых страны, которые, по их мнению относятся к Северной Европе, старомодно называете Прибалтикой? Само это слово вызывает там нервный чес.

- Реакция не до конца понятная. Есть официально устоявшийся и ни у кого не вызывающий вопросов термин «государства Причерноморья», и все страны с этим соглашаются, потому что выходят к Черному морю. А термин «Прибалтика» воспринимается в Таллине, Риге и Вильнюсе иначе. Считать себя Северной Европой у них никаких оснований нет. Потому что в основе северной модели лежит любовь к человеку, выражающаяся во всем - начиная от качественной, своевременной медицинской помощи до социального патронажа государства в широком смысле слова, и уважения даже к беженцам, которые прибыли непонятно откуда, а не жили здесь три-четыре поколения люди, как те русские в Латвии и Эстонии или поляки в Литве, которых притесняют только на том основании, что они разговаривают не на титульном языке.

Профессор кафедры европейских исследований факультета международных отношений Санкт-Петербургского госуниверситета Николай Межевич Фото: Галина САПОЖНИКОВА

Профессор кафедры европейских исследований факультета международных отношений Санкт-Петербургского госуниверситета Николай МежевичФото: Галина САПОЖНИКОВАtrue_kpru

- Ну а нам-то какое до них дело? Пусть они себя хоть Приафрикой назовут. А также Приамерикой, Принорвегией или Пришвецией. Почему эти республики начали вдруг соревноваться за право притянуть военный конфликт на свою территорию?

- Не вдруг. Это накапливалось годами. Даже вступление в НАТО не означало одномоментного разового перехода к сценарию активной конфронтации. Каждое правительство, каждый министр обороны, каждый министр иностранных дел делали в этом направлении маленький шаг. А в совокупности эти шаги привели наши отношения к наиболее проблемному направлению для российской дипломатии. Когда проявляют силу Соединенные Штаты Америки - это все-таки объективное сочетание экономических, политических и военных возможностей. Я не оправдываю американскую политику, но она, по крайней мере, сбалансирована с точки зрения ресурсов. В случае с Эстонией, Латвией и Литвой мы видим гигантские пропагандистские амбиции и воинственную риторику, перед которой отдыхает американская – и при этом отсутствие как возможностей самостоятельно осуществлять военную политику, так и экономического потенциала. Даже для обеспечения собственной безопасности, не говоря уже о том, чтобы кому-то угрожать. Это необычная ситуация для мировой политики.

В прифронтовые государства деньги не вкладывают

- Каждый раз из стран Балтии я возвращаюсь в недоумении, потому что воевать там никто категорически не хочет. Люди хотят удить рыбу, строить дачи, делать ремонты в квартирах и жить спокойной обывательской жизнью, а газеты при этом полны фотографиями военной техники. Можете ли вы объяснить логику прибалтийских государств? Зачем они делают вид, что на них вот-вот нападут и вызывают страх у потенциальных инвесторов - если на самом деле все не так плохо?

- Действительно, существует противоречие - потому что вообще-то в прифронтовые государства деньги не вкладывают. Я думаю, что накапливающиеся проблемы в экономике Эстонии, Латвии и Литвы имеют в том числе и это происхождение. Но с военной подготовкой, а точнее – квазивоенной, это игра не в войну, а в войнушку - здесь произошло следующее: период, когда когда страны Балтии достаточно неплохо решали экономические проблемы, закончился. А дальше надо было объяснять людям, почему они не живут как Финляндия и Швеция. И каждое правительство находило убедительный аргумент: потому что рядом находится Россия, которая угрожает.

Выгрузка британской техники в Эстонии Фото: REUTERS

Выгрузка британской техники в ЭстонииФото: REUTERStrue_kpru

- А почему «большие» европейские страны им подыгрывают, соглашаясь с тем, что вот-вот начнется военная операция и понимая при этом, что она не начнется?

- Им все прощают, во-первых, потому что они маленькие. Во-вторых, пострадали от Советского Союза и от Российской империи. В слово «пострадали» я, разумеется, вкладываю всю возможную иронию. Тем более, что цифры показывают, что с точки зрения демографии самыми лучшими годами для эстонцев, латышей и литовцев были советские годы. А самые страшные - 25 лет восстановленной независимости. И когда население начинает об этом задумываться, ему тут же включают красный сигнал: во всем виноваты Россия и Путин.

- В фантастическом фильме BBC о перспективах войны в Прибалтике есть одна разумная фраза кого-то из мировых управленцев: «Стоит ли начинать войну за территорию размером с пару районов европейской столицы?» А вы - верите в вероятность того, что НАТО будет с пеной у рта биться за пресловутую пятую статью своего устава - что любого члена альянса надо защищать?

- Пятая статья не предполагает вмешательства в ситуации, когда, например, какой-нибудь пьяный кайтселийтчик (Кайтселийт - добровольная военизированная организация в Эстонии- Г.С.) пройдет свою половину моста, разделяющего Россию и Эстонию, и выстрелит из автомата в сторону российских пограничников. А если предположить, что с той стороны тоже найдется молодой солдат с не очень крепкой нервной системой и выстрелит в ответ? Так вот, эта статья не распространяется на провокации, которыми богата современная политическая жизнь. Недавние военные учения в Нарве со стрельбой на расстоянии 200 метров от российской границы - это, конечно, провокация. Как и военный парад эстонских вооруженных сил на Петровской площади, который был виден с российского берега без оптического прицела. Что бы сказали нам, если бы мы перенесли военный парад с Красной площади в Ивангород? На определенном этапе у меня сложилось ощущение, что это не Вашингтон инициирует Таллин, Ригу и Вильнюс, а Таллин, Рига и Вильнюс инициируют Вашингтон. То есть не собака виляет хвостом, а хвост собакой.

Палата номер шесть

- Но попытка подстроить инфраструктуру под натовские стандарты началась задолго до того, как страны Балтии получили приглашение в НАТО. Здание посольства США в Риге, например, выглядит как настоящий командный пункт около аэропорта…

- Это так: посольство США в Латвии выполняет те же функции, что когда-то выполнял штаб Прибалтийского военного округа, только архитектура другая. Все как полагается: соответствующие средства связи, оборудование, штат.

Воевать никто не хочет, но все может произойти само собой Фото: REUTERS

Воевать никто не хочет, но все может произойти само собойФото: REUTERStrue_kpru

- Вы хотите сказать, что милитаризация Литвы, Латвии и Эстонии – это часть некоего тайного плана, который действовал, начиная с 1991 года?

- Прибалтика талантливо угадывала еще не высказанные желания Вашингтона в военно-политической сфере и демонстрировала себя в качестве многовековой жертвы. На определенном этапе это стало давать результаты. Когда стало ясно, что Россия не останется навсегда в ситуации 1992 года, многих за океаном это начало смущать.

- Мы знаем массу прекрасных, умнейших, адекватнейших литовцев, латышей и эстонцев, которые все эти 25 лет молчат. Будет ли это «молчание ягнят» когда-нибудь прервано? Надежды есть – вот совсем недавний пример: в Прибалтике собираются строить Rail Baltica – железную дорогу, которая экономически совершенно себя не оправдывает. Нет там такого количества грузов, чтобы по этой дороге перевозить. В Эстонии противники Rail Baltica, эстонцы, обратились к русским: давайте вместе с нами выйдем на пикет и будем протестовать. Русские, которых неоднократно обманывали, сказали следующее: мы, конечно, не против, как всегда с вами встать в одну шеренгу. Но давайте начнем с того, что вы 9 мая принесете цветы к «Бронзовому солдату» и поклонитесь ему, а потом посмотрим.

- Случай с Rail Baltica - это клиника. Окупаемость у этого проекта - века. Понимают ли это люди? Понимают, но пропаганда непрерывно раскручивается, один ужас вытесняется другим. Есть политические силы, которые предлагают развивать отношения с Россией в режиме Финляндии, у которой весьма сильная и разнообразная армия, но при этом есть желание торговать и сотрудничать. В Прибалтике этот вариант не проходит: недавно депутат латвийского Сейма, сказал: я не пользуюсь лифтом, потому что электроэнергию поставляет Москва, и обогащать ее таким образом не собираюсь. По идее, надо было бы вызвать врачей, связать руки сзади, надеть смирительную рубашку. Но нет, это стало нормой.

Воевать никто не хочет

- В работе «Россия и Прибалтика: Сценарии безопасности в условиях политической напряженности», которую вы написали в соавторстве со своим калининградским коллегой – заведующим кафедрой Балтийского федерального университета Юрием Зверевым - вы выделили три сценария возможной войны. Итак: как все это будет выглядеть?

- Самый первый сценарий – это ситуация «ни мира, ни войны» - констатация того, что происходит сейчас, когда одна сторона провоцирует другую, а вторая сторона поддерживает свою боеготовность. Это может продолжаться и три года, и пять лет, и больше. Это самый реалистичный сценарий, мы условно назвали его «Брестский мир» и оценили вероятность больше чем в 90%.

Второй сценарий – возникновение реального военного конфликта. Воевать никто не хочет, но все может произойти само собой. И в этом смысле натовский контингент на территории балтийских стран – это как раз гарантия того, что в случае возникновения конфликта подключится НАТО. Потому что, если погибнет пьяный участник добровольной военной дружины, это одна ситуация. А если солдат или офицер регулярных подразделений НАТО - совсем другая.

- При этом если этот пресловутый солдат НАТО убьет мирного гражданина, он будет неподсуден...

- Потому что заключены соответствующие договора о том, что уголовное, административное и практически любое право национальных государств на военнослужащих не распространяется.

- А где этот локальный конфликт может все-таки произойти – в латвийском Даугавпилсе или эстонской Нарве, где последние два года пасутся толпы иностранных журналистов?

- Для развития туризма это хорошо - хоть какая денежка, но идет. Живут там люди небогатые. А если серьезно - они вовсе не являются сторонниками российской внешней или внутренней политики, хотя и говорят на русском языке. Им бы, чтобы нормально работала система здравоохранения, чтобы ребенок учился на русском языке...

- …И чтоб за отопление заплатить денег хватило…

- Абсолютно точно. Потому что, когда в Даугавпилсе, втором городе (!) Латвии однокомнатная квартира стоит 7 тысяч евро и никто не хочет ее покупать - это это говорит о государстве лучше любой статистики. На самом деле второй сценарий, о котором я говорю – случайный конфликт - страшный и опасный. Чтобы нашим военным добраться из Петербурга в Калининград, нужно лететь вдоль Балтийского моря. Самолеты быстрые, море маленькое, между островом Тютерс в Финском заливе и эстонским островом Вайндлоо всего 16 миль. Крылом задеваешь или одно, или другое. Формально можно сделать это поводом для военного инцидента. А дальше раскручивать по цепочке.

От великого до смешного

- А хороший сценарий у вас есть?

- Есть. Назовем его «Хельсинки-3». Все не то, чтобы забыли прежние обиды, но договорились о мерах военной безопасности, о предотвращении столкновений на суше, на море и в воздухе. Проводится взаимное инспектирование военных объектов и баз. Приняты предложения по разоружению и снижению конфронтации в пропаганде. Организовываются совместные культурные программы. Но вероятность этого сценария сегодня пока минимальна – 2-3 %. Пока ничего не получается. Даже те инициативы о предотвращении инцидентов в воздухе, которые совместно выдвигали президент России и президент Финляндии, в Таллине, Риге и Вильнюсе воспринимаются как инициативы московские и тоже кладутся под сукно.

- В своем докладе вы отмечаете, что все будет зависеть от политики новой американской администрации. Видите ли изменения к лучшему?

- Очень осторожно можно говорить о том, что в Эстония, Латвия и Литва в числе приоритетов новой американской администрации не находятся на прежнем месте. Внимание к Китаю чуть больше, чем к Эстонии, Латвии и Литве вместе взятым. Это вызывает безумное беспокойство в министерствах иностранных дел этих трех государств. Начинается попытка б\у хвоста раскрутить свою очень-очень большую и авторитетную собаку постоянными разговорами о том, что «русские идут», или уже пришли, или никуда не уходили. Фотография госпожи Грибаускайте – президента Литвы с мечом, или министра иностранных дел Эстонии Свена Миксера в очках и в бронежилете - это смешно, но все-таки прежде всего грустно. А уж потом смешно…

 
Читайте также