2017-09-05T10:29:12+03:00

Экспедиция "КП": Лодки викингов под Казанью

Спецкоры «Комсомолки» Дмитрий Стешин и Виктор Гусейнов встречают на берегу великой реки строителя копий старинных судов и временно пересаживается в его лодку со смешным названием “шняка”
Поделиться:
Комментарии: comments34
Путешествующим по Волге журналистам "КП" повстречался мастер по изготовлению деревянных лодок Александр Сидоров.Путешествующим по Волге журналистам "КП" повстречался мастер по изготовлению деревянных лодок Александр Сидоров.Фото: Виктор ГУСЕЙНОВ

Раритет из курятника

По ходу нашего движения к югу градус гостеприимства повышался. Как и в добрые-старые времена, гостей здесь встречали, выехав к ним навстречу. Казанец Рафаэль вообще отмахал сотню километров на своей утлой лодчонке, чтобы встретить нас границе Татарстана: накормить, заправить бензином, показать дорогу по сложнейшей путанице волжских проток, где можно напороться на рельсы от дореволюционного трамвая, едва скрытые водой… Когда эти места затапливало водохранилище, никто не думал, что в 21-ом веке вода будет стоять так низко. В самой Казани мы получили сообщение: «Живу на Волге в маленькой деревне, строю реплики старинных лодок. Нужно электричество, продукты, помыться, постираться – пишите. Александр Сидоров».

Поутру у закрытого казанского цирка нас ждал старенький, но ухоженный микроавтобус. Александр распахнул задние двери, как витрину – на спецстойке покоился странный лодочный мотор. Стешин нежно потрогал пальцами винт и услышал:

- Винт родной, не смогли сломать за столько лет…Этот мотор «Эвинруд» по ленд-лизу попал в Россию. Выпущен в 1939 году. На нем гоняли плоты по Волге. Потом лет 30 ездил дедушка, людей через Волгу возил. Умер дед, а родня закинула мотор в курятник. Сказали: «Не был бы он такой тяжелый, давно в металлолом сдали бы». Десять лет на него куры гадили.

Нос шняки украшает вырезанная из дерева медвежья морда. Фото: Виктор ГУСЕЙНОВ

Нос шняки украшает вырезанная из дерева медвежья морда.Фото: Виктор ГУСЕЙНОВ

Наш собеседник морщится, как от зубной боли.

- Много было возни с реставрацией?

Александр машет рукой:

- Почти сразу запустил. И он заработал так: «чух» - «чух»-«чух».Ну, думаю, сейчас заглохнет! А он оказывается, так и работает, не спеша, на 76-ом бензине! Поэтому столько лет и прожил – не спешил никуда. Я связывался с фирмой, которая его выпустила. Мне предлагали взамен новенький мотор прислать, а этот они хотели в своем музее оставить. Я отказался.

Выловлено с любовью

В шняке Александр занимает место кормчего за поставленной на попа бочкой и мгновенно преображается. Справа от него сияет медью табличка на двух языках - русском и английском: «На корабле слово капитана – закон». Стешину, который безуспешно пытался завести на нашей надувной лодке порядки, как на английском линейном корабле из эскадры Нельсона, этой табличкой откровенно любуется. Она ему по нраву.

Отходим от пристани на моторе-докатке, и Александр нас огорчает:

- Ветра нет, под парусом не получится походить. На шняке вообще больше под веслами ходили.

История у лодки суровая – сначала ее использовали викинги, для набегов. А с 11-го века чуть ли не по век 20-й – наши новгородцы и поморы. Потом про шняки позабыли. Даже всезнающий «Яндекс» настойчиво пытается исправить в поисковом запросе «шняку» на «шняГу».

Александр живёт тем, что своими руками строит реплики старинных лодок. Фото: Виктор ГУСЕЙНОВ

Александр живёт тем, что своими руками строит реплики старинных лодок.Фото: Виктор ГУСЕЙНОВ

Вода, как и железнодорожное купе, располагает к душевному разговору. И мы с удивлением узнаем, что наш кормчий – авиаинженер, причем, из династии самолетостроителей:

- На 22-м казанском заводе у меня почти вся родня работала. В войну там выпускали по самолету в сутки, а теперь ТУ-214 доделать не могут какой год. Я даже если б захотел - не вернулся бы туда. Мне на Волге хорошо.

- Волга кормит?

Вместо ответа кормчий достает из-под стола корзинку со снедью:

- Попробуйте-как моей рыбки.

И мы с Витей пробуем, и путаем осетрину с сомятиной – так уж она приготовлена. Что за рецепт?

- Рецепт простой – вишневая и яблоневая стружка. Но есть один секрет – коптить не спеша, с душой, без суеты. Обязательно – с чистыми мыслями, желая всем вокруг добра. Я серьезно говорю, не шучу, рецепт от вас не скрываю.

- А рыба откуда? – вопрос, на первый взгляд, совершенно дурацкий. Вместо ответа, Александр достает телефон и показывает красноречивое фото. На тележке для перевозки баллонов для сварки, лежат два сома – размером с эти самые баллоны.

- Ямы у меня на Волге заветные есть. Там сотнями лет сомы стоят. Не жадничай – и всегда будешь с рыбой – объясняет нам свою философию жизни кормчий-рыбак.

Шняка покачивается на глади "Волги". Фото: Виктор ГУСЕЙНОВ

Шняка покачивается на глади "Волги".Фото: Виктор ГУСЕЙНОВ

Боль мастера

- Лодку проще построить, чем зарегистрировать – говорит нам Александр. Действительно, водный транспорт пока обделен вниманием нашей бюрократии, и слабо «зарегулирован» законами. А те законы, что есть, зачастую противоречат сами себе. Правда, вектор движения понятен. Рано или поздно ГИМС – «Государственная инспекция маломерных судов» превратится в аналог ГИБДД. Всех заставят сдавать на права, а лодки регистрировать. Но пока на водах России царит флибустьерская вольница. Хотя гаечки постепенно закручиваются:

- Я шняку в Казани так и не смог зарегистрировать. Пришел, а там такое удивление на лицах: где вы ее взяли? Сами сделали? А если она потонет? Сотрудники – мальчишки, в теме разбираются слабо. Поднялся в филиал ГИМС, выше по течению. Там умудренные жизнью деды, они ее оценили. Ко мне с уважением – сейчас мало кто такое строит…

- Верфь у вас большая?

- Да какая там верфь, навес… Всю зиму строгаю там потихоньку. Вот делал лодку – сойма называется. Новгородцы на ней ходили, в Северной Европе рыбаки до сих пор используют. Я уж с ней расстарался – резьбой украсил, от души. Отправил в один финский кораблестроительный журнал – «мол, как вам?». Признания хотелось. Они отвечают: «Мы ее оценить не можем, это предмет искусства». Я спрашиваю: «Что значит – предмет искусства?». Они мне говорят: «Это то, что невозможно повторить». Я с ними через гугл-переводчик общался, но думаю, то что они хотели сказать – понял.

Эту сойму у Сидорова купили эстонцы, за 22 тысячи евро:

- Я уже потом узнал, что цена ей была 80 тысяч, а может быть и все 100. Но я не особо огорчился. Купил себе билет, и поехал туристом-дикарем по побережью Средиземного моря. Заезжал во все марины (стоянка маломерных судов – прим.корр.) и фотографировал интересные старые лодки. Тысячи фотографий сделал.

На деньги, вырученные от продажи соймы, Александр отправился в путешествие "дикарем" по побережью Средиземного моря. Фото: Виктор ГУСЕЙНОВ

На деньги, вырученные от продажи соймы, Александр отправился в путешествие "дикарем" по побережью Средиземного моря.Фото: Виктор ГУСЕЙНОВ

- Что в эту зиму будете строить?

И тут Александр вдруг сообщает, что нет особого смысла в том, что он построит очередную лодку:

- Когда отмечали 300-летие Петербурга, был парад старинных паровых судов. И все они пришли из Европы, ни одного нашего! Я хочу, чтобы как в Швеции или Финляндии, была верфь, где из поколения в поколение строили бы старинные суда. Чтобы детки там работали на летней практике. И кто-то из них остался бы и стал корабельным мастером. Вот что я хочу.

Александр мечтает передать кому-то своё мастерство, обустроить верфь, найти помощников. Фото: Виктор ГУСЕЙНОВ

Александр мечтает передать кому-то своё мастерство, обустроить верфь, найти помощников.Фото: Виктор ГУСЕЙНОВ

Наверное, это беда – когда владеешь мастерством, а передать его некому. И мы на прощание сказали Александру, что журналисты иногда бывают Дедами Морозами. Причем - в любое время года, даже в последний день лета. Опишем чью-то мечту, а потом все сбывается.

Примерное количество городов, которые корреспонденты "КП" планируют посетить по ходу экспедиции, и расстояния (в километрах) между ними по воде:

Тверь — 75 - Конаково — 40 - Дубна — 25 — Кимры — 125 — Углич — 115 — Рыбинск — 95 — Ярославль — 85 — Кострома — 310 — Нижний Новгород — 220 Козьмодемьянск — 50 — Чебоксары — 145 — Казань — 225 — Ульяновск — 220 — Самара — 455 — Саратов — 400 — Волгоград — 400 — Астрахань

Хотите подсказать самые интересные точки по маршруту экспедиции? Или, может быть, встретиться с нашими репортерами? Позвать их в гости? Ребята ждут ваших звонков и сообщений по телефону и WhatsApp: +7-917-514-32-38

А также писем на почту steshin@kp.ru и сообщений в комментариях к постам в пабликах "КП" в "Фейсбуке" , "ВКонтакте" и "Одноклассниках".

Экспедиция "КП" "Вниз по матушке, по Волге" (читать Главу 1, Главу 2, Главу 3, Главу 4, Главу 5, Главу 6, Главу 7, Главу 8, Главу 9, Главу 10, Главу 11, Главу 12, Главу 13, Главу 14, Главу 15, Главу 16, Главу 17, Главу 18, Главу 19, Главу 20, Главу 21, Главу 22)

О том, для чего все это, о составе и маршруте экспедиции читайте здесь

ИСТОЧНИК KP.RU

Понравился материал?

Подпишитесь на еженедельную рассылку, чтобы не пропустить интересные материалы:

Нажимая кнопку «подписаться», вы даете свое согласие на обработку, хранение и распространение персональных данных

 
Читайте также