2018-09-15T09:55:27+03:00

Генерал-майор Павел Золотарев: Зачем России бряцать оружием? Мы просто учимся хорошо защищаться

Наш корреспондент, побывавший на маневрах "Восток-2018", беседует в эфире Радио "Комсомольская правда" с известным военным экспертом, ведущим научным сотрудником Института США и Канады РАН [видео, аудио]
Поделиться:
Комментарии: comments78
Десантники на полигоне Цугол в рамках основного этапа маневров «Восток-2018».Десантники на полигоне Цугол в рамках основного этапа маневров «Восток-2018».Фото: Министерство обороны РФ
Изменить размер текста:

- Товарищ генерал, сейчас на востоке страны проходят самые крупные в истории России маневры, в них принимает участие около 300 тысяч военнослужащих, более 1 тысячи самолетов, вертолетов, до 36 тысяч танков, бронетранспортеров, других машин, до 80 кораблей и судов обеспечения. Как вы считаете - почему эти учения проводятся именно сейчас и конкретно на востоке?

- Как военный человек, считаю: выбор места очень логичен. Потому что это регион, где у нас меньше всего сосредоточено войск.

А потом - давайте оглянемся на историю. Мы уже сталкивались с ситуациями, когда в этом регионе возникал вооруженный конфликт, и мы вынуждены были решать задачу переброски войск.

Видео с военных учений "Восток-2018".Александр ГАМОВ

- Вы что имеете в виду! Бои весны - осени 1939-го на Халхин-Голе в Монголии, где участвовала Красная армия, или пограничный конфликт СССР с Китаем на острове Доманском в 1969-м?

- Я имею в виду, в том числе, Русско-японскую войну. Она, кстати,числится проигранной, хотя на самом деле мы только заканчивали тогда мобилизацию и переброску войск, и нас уговорили заключить мирный договор. А Япония к этому моменту уже выдохлась.

- Это 1904 год.

- Да, 1904-й - 1905-й.

Так что, - возвращаясь к сегодняшнему дню и к "Востоку-2018" - все очень логично: поставлена задача быстро, четко и слаженно перебрасывать войска в этот регион. В Европе у нас - развитая дорожная сеть и так далее, а здесь хотя бы даже в этом смысле - такая сложная задача. Это - насчет выбора места проведения маневров.

Что же касается их масштабов... Это очень логично и примечательно вообще-то, что, помимо учений тактического, оперативно-тактического уровня, мы, наконец, имеем возможность (это все-таки достаточно дорогое удовольствие) проводить маневры такого масштаба. И слава Богу...

- И к маневрам этим (а начались они 11 сентября и продлятся еще до 17-го) привлекаются не только соединения армии, флота, авиации, а именно - органы и силы военного управления. Как раз то, о чем вы говорите…

- Органы военного управления – штабы различного уровня.

- А меня, знаете, сначала что заинтересовало? Там, на полигоне "Цугул", были две палатки, где сосредоточились 92 военных атташе.

- Ну, на учениях - нормальная практика...

- А когда Верховный Главнокомандующий Вооруженными Силами России Владимир Путин, уже после завершения основного этапа маневров, выступал на полевом смотре войск, он сказал, что наша внешняя политика "направлена на созидательное сотрудничество со всеми странами, которые в этом заинтересованы, именно поэтому на этих учениях присутствует 87 наблюдателей из 59 стран мира"...

- Что говорит об открытости нашей. Мы, в том числе, по международным документам в рамках "РоссияНАТО", имеем даже определенные обязательства на сей счет.

Владимир Путин наблюдает за ходом учений "Восток-2018". Фото: REUTERS

Владимир Путин наблюдает за ходом учений "Восток-2018".Фото: REUTERS

- Перед этим Путин сказал: "Мы - миролюбивое государство"...

- И для всех открыты. Вот и пригласили гостей... Чтобы кто-то не думал: вот его не позвали, наверное, к нему отношение соответствующее. Для всех! Хотя... Любая армия должна учиться воевать.

- Что еще меня поразило. Взяли порядка 170 журналистов иностранных из всех СМИ, и с полигона на полигон в течение нескольких дней их возят.

- И в этом - ничего удивительного...

- У меня такое ощущение, что очень уж большое внимание на маневрах к присутствию военных гостей. Говорят, на каком-то другом полигоне ракеты-невидимки были. Не получится ли так, что мы их к секретам каким-то своим допустили?

- Нет, конечно. Другое дело, что они могут увидеть на этих учениях элементы нашей неорганизованности, если они есть.

- Не было там элементов неорганизованности!

- Мы про это не говорим просто, но всегда такое бывает. Военные атташе как специалисты могут это заметить. А секреты – конечно, нет.

- Там были военные из Китайской Народной Республики и Монголии, они вместе с нашим президентом сидели на этом наблюдательном пункте. И Путин сказал: «Хочу выразить особую признательность военнослужащим КНР и Монголии. У нашего боевого братства давние прочные традиции... В годы Второй мировой войны наши страны были союзниками, вместе противостояли агрессору, а сегодня решают общую задачу – вместе обеспечивают стабильность и безопасность на евразийском пространстве». То, что и Монголия, и Китай здесь объединены, может быть, даже впервые за многие годы, - вам не показалось это необычным?

- Нет, не показалось. С Монголией, думаю, вопросов нет. Ну, а с Китаем... тоже вопросов сейчас нет. Да, у нас были определенные территориальные проблемы в конце 60-х, которые вылились в вооруженные конфликты. А других проблем не было. Территорию КНР мы освобождали по окончанию Второй мировой войны, во взаимодействии, конечно, с китайскими силами.

- И еще такая вот цифра... От Народно-освободительной армии Китая в этих маневрах участвовало 3500 военнослужащих, свыше 600 единиц военной техники и 30 летательных аппаратов. Тоже впервые так много было на учениях военных из поднебесной, мне показалось. Это о чем говорит или может говорить?

- Дело в том, что, если брать соотношение сил в регионе, то, конечно, на стороне Китая здесь - численное превосходство колоссальное. Если бы на маневры прибыли их небольшие подразделения, это было бы нелогично и непонятно. А здесь - вполне адекватное присутствие.

Журналисты и военные наблюдают за просторами учений "Восток-2018". Фото: Александр ГАМОВ

Журналисты и военные наблюдают за просторами учений "Восток-2018".Фото: Александр ГАМОВ

- Во время полевого парада президент сказал, обращаясь к российским военнослужащим: «Наш долг перед страной, Родиной – чтобы быть готовыми отстоять суверенитет, безопасность и национальные интересы нашей страны, а если потребуется, то поддержать союзников». Это же не просто фраза, прозвучавшая именно на таких учениях, в присутствии военачальников из стран-союзников. Как это расшифровать нам, гражданским?

- Да не надо расшифровывать. Так и понимать. Если мы с ними совместно участвуем в маневрах, значит, в определенной мере можно говорить о союзнических отношениях. А иначе зачем вместе их проводить?

- Тогда, Павел Семенович, скажите, какой сигнал с этих учений, с "Востока-2018", звучит в адрес Запада, где периодически, как говорили в 60-е годы, бряцают оружием, и откуда все чаще мы слышим агрессивные заявления?

- Думаю, наши военные никаких сигналов Западу не посылают, они выполняют свои задачи на учениях.

- То есть, специально оружием не бряцали и не бряцают?

- Нет, конечно. Да и задача другая - показывать, как одно стреляет, другое стреляет... Как летает, как двигается. Маневры такого рода, как я уже сказал в начале нашей беседы, - прежде всего, наша учеба... Отработка взаимодействия. Ну, а дальше... Пусть все, кому это интересно, смотрят наши возможности.

- Ну, а политические какие-то сигналы с "Востока-2018" в эти дни могли же прозвучать?.. Я вот слетал туда, посмотрел вблизи на наши силы, на нашу мощь, на министра обороны Шойгу, на Верховного Главнокомандующего Вооруженными силами России Путина, и мне как-то спокойнее стало.

- У военных же несколько иные задачи, чем у журналистов. Что же касается политических сигналов и прочего - это не ко мне...

- Спасибо вам за ответы.

- А "Комсомолке" - за вопросы.

Павел Золотарев, ведущий научный сотрудник США и Канады, генерал-майор - о манёврах "Восток - 2018"

00:00
00:00

Понравился материал?

Подпишитесь на тематическую рассылку, и не пропускайте материалы, которые пишет Александр ГАМОВ

 
Читайте также