Звезды26 февраля 2021 14:23

Пятый день фестиваля искусств в Сочи: От какого русского слова произошла фамилия итальянца Капеццуты

Наш корреспондент продолжает башметить на мероприятиях
Винченцо Капеццуто на сцене фестиваля. Фото: Алексей МОЛЧАНОВСКИЙ

Винченцо Капеццуто на сцене фестиваля. Фото: Алексей МОЛЧАНОВСКИЙ

Некоторые злобные критики в черных перчатках считают, что фамилия симпатичного итальянца Винченцо Капеццуты произошла от одного всем известного русского слова. По мнению злобных критиков, Винченцо поет именно настолько плохо: не попадает в ноты, по-кошачьи подкатывает к ним и изображает «контратенор», хотя по факту никакой он не контратенор.

Но, вот беда, публике-то Винченцо страшно нравится. На январском концерте в столице нашей родины зал устроил такие овации, что Капеццуте пришлось бисировать еще полчаса.

Причем, я даже не знаю, что производило больший эффект: то как он поет, или как он эффектно вертит попой, или как артистично взмахивает ручками.

Между прочим, в прошлом Капеццуто был танцором, сделал себе шикарную карьеру, а потом вдруг, безо всякого воздействия извне, открыл в себе чудный высокий голос и начал выступать уже как исполнитель барочной музыки.

В прошлом Капеццуто был танцором, о чем то и дело он напоминает в своем блоге в соцсети.

Фото: Личная страничка героя публикации в соцсети

Вместе со своим ансамблем Soqquadro Italiano, который переводится как «итальянский кавардак», они заседают в архивах, находят редкие ноты, переиначивают их на современный манер и поют себе поют соловьями.

Я спросил у Винченцо, какие найденные ноты тянут на научное открытие. Он сказал, что барочных нот в архивах - располным-полна коробочка. Есть очень крутые композиторы, о которых никто слыхом не слыхивал. Но что касается личных предпочтений, то самое крутое из найденышей -это Dormite oh Pupille, композиция Петро Андреа Циани, органиста и композитора 17 века и дядюшки более известного венского композитора Маркантонио Циани.

Я послушал пупиллу, звучит и впрямь опупительно. Рекомендую.

Надо сказать, что бы там не мычали критики, Винченцо прославился не только в нашей стране. Его любят дамы повсюду. Например, есть такая всемирно известная американская беллетристика Донна Леон, автор венецианских детективов. Так она в один из своих бестселлеров вложила диск Капеццуты, где он поет песни венецианских гондольеров 18 века.

А вот Винченцо, похоже, действительно любит Россию. Только в Сочи он бывал уже раз пять, если не больше, не говоря уже о Ярославле, Екатеринбурге и прочих уголках наше родины, в том числе, труднодоступных.

Кстати, он признался, что из увиденного ему больше всего ему нравится Санкт-Петербург и Сочи, а меньше всего - Улан-Удэ. (Ну да, его можно понять).

Нельзя только понять, как он умудрился, несмотря на коронавирус, аж дважды в этом году попасть к нам. Итальянцев и испанцев вообще никуда не выпускают. По этой причине накрылся медным тазом вечер фламенко, запланированный на 25 февраля: Марину Эредию не выпустили за границу.

«Как вам удалось», - у Капеццуты спрашивали все СМИ и по нескольку раз.

Капеццуто не только радовал публику вокальным мастерством, но и активно подтанцовывал. Фото: Алексей МОЛЧАНОВСКИЙ

Итальянец отвечал просто и красиво: «Границы открывались именем маэстро Башмета».

В Сочи Капеццуто привез новую программу, совсем не такую, как в Москве. Называется «Музыка Магриба». Правда, есть подозрение, что с переводом что-то не так, потому что слово «Магриб» Винченцо не понимал, и когда журналисты спрашивали, почему программа называется именно так, - делал круглые глаза. Сильно подозреваю, что оригинальное название было "Музыка мигрантов", а не "Музыка Магриба".

А концерт был очень даже: звучало не только барокко, но и всяческие еврейские песни. И, как всегда у Винченцо, был еще изумительный видеоряд: настоящие мини-фильмы.

На московском концерте Винченцо еще и играл на необычном инструмент ифрейм: что-то вроде электрической стиральной доски, по которой надо стучать. В сочинской программе ифрейма не было, но зато Капеццуто свистел в сопелку и больше танцевал.

Жалко, что погода не позволяла выйти на пляж. Если судить по Инстаграмму певца, то он большой любитель фрустрировать пляжную публику акробатическими этюдами в белых плавках.

Я, кстати, спросил, часто ли его критикуют за пение, он сказал: да постоянно, но мне вообще пофигу. В барочной музыке, типа, все танцевали, пели, играли и никого ничего не смущало. Вон, Мерил Стрип тоже и поет, и пляшет и играет, а чем я хуже.

- А как вы к критике-то относитесь? - поинтересовался я.

- Да ну ее, вообще про себя ничего не читаю и не расстраиваюсь, - улыбнулся Винченцо. И разрешил: "пишите что хотите, придираться не буду".

Вот где-то я уже подобное слышал. Один современный отечественный классик, автор романа на средневековую тему, точно так же говорил, что ничего про себя не читает, в фейсбуке не смотрит, к критике равнодушен, ибо познал дзен и нирвану. А оказалось, что ничего он не познал, и смотрит, и читает, и очень даже ревностно на все обращает внимание.

Теперь посмотрим, правду ли сказал итальянец. Я написал, что хотел. Ждем результата.