Премия Рунета-2020
Россия
Москва
+7°
Boom metrics
Общество24 января 2022 14:45

Москва простилась с другом Ахматовой и учителем Бродского Анатолием Найманом

Он был одним из последних людей, кто связывал нас с Серебряным веком
Анатолий Найман и Ахматова

Анатолий Найман и Ахматова

Фото: Личный архив

Сегодня Москва простилась с Анатолием Найманом. Многие видели знаменитую фотографию: в лесу, возле бревенчатого домика, стоит Анна Ахматова, с высокой прической из седых волос и какой-то тюлевой накидке поверх платья. А рядом с ней - кудрявый молодой человек в свитере, немного похожий на художника Модильяни.

Книга этого молодого человека стояла на полке в каждом советском доме: Анатолий Найман "Рассказы о Анне Ахматовой", изданные в 1989 году в мягкой обложке и предупреждением на второй странице: "Издательство далеко не всегда разделяет оценки и мнения, высказанные авторами...".

Анатолий Генрихович проявил себя во многих ипостасях. Поэт, переводчик трубадуров. Старший друг и учитель Иосифа Бродского (тот называл его "на вы" и по имени-отчеству: Анатолий Генрихович). И даже автор песен, которые исполняла Алла Пугачева (!).

Довлатов запечатлел его в своем "Соло на ундервуде" как толстейшего тролля. "Не прикасайтесь ко мне", - ругалась женщина в общественном транспорте. "Не бойтесь, я помою руки", - невозмутимо отвечал Найман.

"Вы поэт? ну тогда почитайте строчки три." - просил он начинающих и довольных собой авторов.

Его шутки обожала Ахматова и даже переняла одну из них: "я не ревную, мне просто противно".

Еще будучи совсем юным, он стал ее литературным секретарем. Они познакомились в конце пятидесятых. Найману было 23 года, он писал стихи и, как и все поэты, искал встречи с великой. Нельзя сказать, чтобы первая встреча сильно задалась. В его память врезалась вареная морковка, которую принесли Анне Адреевне в качестве завтрака, и то, что Ахматовой его стихи не понравились.

"Как черной рыбой пляшет мой ботинок", - прочел молодой поэт.

- Мы говорили "ботинкА", - сухо поправила Анна Андреевна.

Спустя несколько лет он снова читал ей стихи и снова попался на том же:

- И ходят листья колесом вокруг туфля.

- Мы бы сказали "туфли", - снова поправила Ахматова.

Найман засмеялся, попытался пошутить что-то насчет сапожных просчетов, но она шутки не оценила. Зато оценила другое. Аристократичный, подтянутый, интеллигентный. Как писал позже Довлатов, "в его движениях изящество юного князя".

И все это он воспитал в себе сам. Отец его был инженером, мать - врачом.

Он не мог ей не понравится. Вскоре молодой человек стал ее литературным секретарем. Обязанности были невеликие: ответить на письмо, куда-то сходить, что-то отредактировать. Он всегда порывался сделать больше, но Ахматова охлаждала его пыл:

- Запомните, одно дело в один день.

Главным результатом его работы стали знаменитые "Рассказы о Ахматовой", выдержавшие множество переизданий.

Книга Анатолия Наймана об Ахматовой

Книга Анатолия Наймана об Ахматовой

Фото: Личный архив

Кто-то из обиженных на Наймана (таких было много) назвал его "Рассказы" карикатурой и пасквилем.

- Почему все ваши герои - смешные, и только вы - несмешной? - пыталась поддеть его в "Школе злословия" Дуня Смирнова.

Из его книги действительно узнаешь много забавного и домашнего об Анне Андреевне.

"Бобик жучку взял под ручку", - шутила она, когда молодой Найман подавл ей руку, чтобы вести гулять.

"Это очень ваше», - говорила молодым поэтам, когда те просили сказать что-нибудь о их творчестве.

"У меня есть такой прием, - учила она молодого секретаря. - Я кладу рядом с человеком свою мысль, но незаметно. И через некоторое время он искренне убежден, что это ему самому в голову пришло".

Что она там положила рядом с Найманом и воспользовался ли этим автор или не взял чужого - история умалчивает. Но очевидно, что его рассказы писались под большим обаянием и не были ни пасквилем, ни карикатурой. Перечитывая их, удивляешся: так сегодня уже не пишут. Представьте себе двухсотстраничное эссе, не разделенное на главы, где мысль плывет свободно и легко.

В одном из последних своих выступлений Анатолий Генрихович говорил, что современная поэзия слишком самовыражается, а поэт чересчур хочет отличиться. В его "Рассказах" такого желания не было. Это взгляд, без сомнения, любящий, немножко из-за кулисы, но не приоткрывающего всех тайн.

Кстати, когда Наймана спрашивали, как относилась к нему Ахматова, он отвечал так:

"Лучше верить и попасть в ловушку, чем не попасть в ловушку и не верить. Так вот она в ловушку не попала".

Анатолий Найман

Анатолий Найман

Фото: Личный архив

"Он был самым язвительным человеком в Ленинграде. Говорил колкости даже Ахматовой", - предупреждал Довлатов.

На "Рассказы" Ахматова не обиделась (тем более, они были опубликованы после ее смерти). А вот другие обижались очень, даже когда имена не назывались, а маскировались под аббревиатурами вроде "Б.Б. и др". В этом Б.Б узнал себя филолог Михаил Мейлах, пришел в ярость и залепил Найману пощечину прямо в разгар Франкфуртской ярмарки, о чем написали все газеты.

К слову, это была не первая и не последняя пощечина.

Когда после очередного такого инцидента друзья подошли к нему, чтобы выразить сочувствие, он только улыбнулся:

- Надо же отвечать за свои слова. Вот я и отвечаю, правда, иногда бывает слишком больно.

Показательно его выступление на "Школе злословия". Кумушки-ведущие так и пытались поддеть Наймана. Мол, почему у вас и Кушнер такой-сякой, и вообще все такие-сякие. А сами-то вы кто? Тогда же прозвучало обидное слово "попутчик".

Но, что удивительно, Найман не обиделся, только смотрел своими красивыми глазами снисходительно-иронично. Его это не задевало:

- После какого-то возраста ты рассматриваешь свою жизнь как реинкарнацию предыдущей, - ответил он. - С высоты своего возраста ты всматриваешься в ту и, в общем, тебе дела нет до каких-то проправок к той жизни. Какая есть такая есть.

В его времена многие были знакомы с Ахматовой. В наше время он оставался один из немногих, кто связывал нас с Серебряным веком. "Он бы медиумом эпох", - справедливо написал о нем писатель Александр Иличевский, а поэт Дмитрий Веденяпин, сравнил Наймана с фехтовальщиком. Как фехтовальщик, наносил уколы, но и сам же их получал и не боялся этого. Ведь во всех своих книгах он говорил правду, такой, как он ее видел и чувствовал.

Кстати, до конца жизни он вел "сеанс фехтования" с Анной Каминской, неродной внучкой Ахматовой, которая, по его мнению, незаконно присвоила наследство Анны Ахматовой в обход ее сына, Льва Гумилева.

Каминская и Найман вели непримиримую вражду, приводя свои доводы на эту историю, свидетелей которой, кроме них, почти уже никого не осталось. Символично, что и умерли они с разницей в неделю, унеся это дело с собой.

Анна Каминская (неродная внучка Ахматовой) и Анна Андреевна

Анна Каминская (неродная внучка Ахматовой) и Анна Андреевна

Фото: Личный архив

- Со смертью невозможно смириться, - сказал как-то Анатолий Генрихович. - В смерти все-таки есть какая-то дикость - часто людям приходится умирать некрасиво: лежать, болеть…

Но ему была подарена красивая смерть.

Анатолия Генриховича позвали на встречу со студентами Вышки. А спустя неделю - пригласили туда же выступить на конференции. Найман с радостью принял предложение. Подготовил доклад по Мандельштаму, встал за кафедру - и, прочитав несколько строк, потерял сознание.

С кафедры его увезли в больницу. А еще через несколько дней его не стало.

Анатолию Найману было 85 лет.

Последнюю запись Анатолия Генриховича на встрече со студентами в Вышей школе экономики можно посмотреть здесь.

***

Красота — была, красота — была.

Красота в переводе на мой

означает “была”. И сожгло дотла.

Ноль без палочки. И не ной.

Пепел шелком лег, и дымок взвился,

и на кукольном лбу зола.

Красота — была, вот и правда вся,

как глагол в прошедшем на —ла.

Только юность — цель, только юность — дар,

остальное — бурьян-былье.

А она — разбой и потом пожар,

и до смерти помнишь ее.

А что вся цветной витраж и пуста,

так и жизнь ни добра, ни зла,

ни кола, ни двора. А она — красота.

Красота. Что значит — была.

Интересное