Премия Рунета-2020
Россия
Москва
+28°
Boom metrics
Звезды28 июня 2022 17:15

Иван Морозов выложил 45 тысячи франков за «Ребенка с кнутиком»

28 июня в ГМИИ им.Пушкина открылась выставка «Брат Иван. Коллекции Михаила и Ивана Морозовых»
За «Ребенка с кнутиком» Морозов выложил 45 тысячи франков.

За «Ребенка с кнутиком» Морозов выложил 45 тысячи франков.

Фото: Анастасия ПЛЕШАКОВА

Эту выставку уже назвали главным культурным событием года. Не только потому, что это одна из лучших в мире коллекций художников-импрессионистов. 67 работ из Эрмитажа, 63 – из Третьяковской галерии и 103 – из ГМИИ им. А.С. Пушкина - собрание новейшего европейского и русского искусства: полотна Дени, Сислея, Писсарро, Ренуара, Моне, Синьяка, Майоля, Гогена, Матисса, Пикассо, Васнецова, Коровина, Левитана, Шагала, Кустодиева, Серова, Виноградова, Сурикова...

Не потому что в таком составе эти работы встретились впервые за сто лет, хотя некогда составляли единое целое.

И даже не потому, что это "та самая выставка", которую Россия чуть не потеряла и которая могла надолго застрять в Париже. За возвращением домой следила вся страна. И это возвращение было организовано усилями «тяжелой артиллерии» во главе с Татьяной Голиковой и Сергеем Лавровым, Владимиром Булавиным и Ольгой Любимовой. Сотрудники Министерства иностранных дел РФ, Федеральной Таможенной Службы, Министерства культуры провели свою спецоперацию, о которой они из скромности не спешат рассказывать.

Фото: Анастасия ПЛЕШАКОВА

Эту выставку обязетельно нужно посетить не только для расширения кругозора или по эстетическим соображениям, но и для того, чтобы оценить, какими устремлениями жили русские миллионеры в начале ХХ века и чем они отличались от нуворишей сегодняшних.

Михаил Морозов собирал свою коллекцию в порыве и со страстью. Его младший брат Иван был педантом и отличался более вдумчивым подходом. Его коллекция должна была стать, с его точки зрения, идеальным, выверенным до мелочей музеем, который он собирался открыть в Москве. Для всеобщего обозрения. Но помешала революция.

Как сказала директор ГМИИ им.Пушкина Марина Лошак, «Брат Иван. Коллекции Михаила и Ивана Морозовых» не просто очень хорошая выставка, а фактически неслучившийся музей.

Исключительность коллекции еще и в том, что в ней на равных присутствует французское и русское искусство.

В Белом зале ГМИИ воссоздан Музыкальный салон почти как в особняке Ивана Морозова на Пречистенке (сейчас в этом особняке размещается Российская академия художеств): с монументальной живописью Мориса Дени и скульптурами Майоля. Дени писал панно на тему возвышенной любви Психеи и Амура конкретно по заказу Ивана Морозова в качестве свадебного подарка его супруге Евдокии Сергеевне.

Фото: Анастасия ПЛЕШАКОВА

«Ах, как много розового. Какая стыдная живопись, могли воскликнуть современники Морозова. Но ведь смотрится восхитительно хорошо», - комментирует монументальную роспись куратор выставки старший научный сотрудник — хранитель ГМИИ им. А. С. Пушкина Алексей Петухов. - Это был хороший тон заказывать картины».

Кстати, установленные в доме Ивана Морозова панно в январе 1909 года осмотрел и оценил сам Дени. И был доволен. Он стал первым современным французским художником, прибывшим в Россию по приглашению своих московских заказчиков. По его рекомендации Морозов дополнил первоначальный заказ «вставными» живописными панно и керамическими вазами самого Дени и четырьмя скульптурами его друга Аристида Майоля: к 1912 году ансамбль сложился полностью. Они дружили. В дальнейшем Дени помогал Морозову расширять коллекцию.

Иван Морозов собрал 18 картин Сезанна. Свою коллекцию из 11 полотен «французского таитянина» Поля Гогена он собирал по примеру другого выдающегося русского коллекционера Сергея Щукина, у которого в особняке был «гогеновский иконостас». Они соперничали. Но благодаря Щукину и Морозову мы имеем лучшее в мире собрание Гогена. Если Щукин обожал Матисса и Пикассо, то Иван Морозов – Боннара и Дени.

Морозов не торопясь и методично: «служенье муз не терпит суеты» приобретал работы в галереях арт-дилеров и парижских салонах. В основном покупал у Амбруаза Воллара, одного из самых значительных торговцев произведениями искусства. Иногда ждал по году-два, охотился за шедеврами и не жалел денег на них.

Фото: Анастасия ПЛЕШАКОВА

Не меньший интерес он проявлял к русскому искусство. Кто-то скажет, что русский импрессионизм вторичен по отношению к французскому. Это так. Но «Портер хористки» Константина Коровина столько же прекрасен как портрет Жанна Самари Ренуара.

На выставке в Пушкинском музее в едином пространстве французский художник Боннар ведёт диалог с русским художником Ларионовым. И «Бульвар Капуцинок» Константина Коровина не менее прекрасен, чем «Бульвар Капуцинок» парижанина Клода Моне. А «Девка» Филиппа Малявина такая же экзотичная, как и таитянки на картинах Гогена. И это не подражание, а параллельные дороги, которыми шли художники.

Впервые на выставке представлены архивные материалы, документы и, что самое интересное, - счета: что и почём покупал Иван Морозов.

Фото: Анастасия ПЛЕШАКОВА

В своем гроссбухе он столь же скрупулезно, как выбирал картины, записывал их цену. За двух Моне отдал 50 тысяч франков. В то время годовой доход среднестатистической французской семьи был три тысячи франков. За «Ребенка с кнутиком» выложил 45 тысячи франков. По тем временам (по нашим тем более) - одна из самых дорогих картин Ренуара. Словно предчувствовал, что труды его рано или поздно будут оценены потомками. И подарил нам праздник, который продлится в Москве до 30 октября.