ЗДОРОВЬЕ23 июля 2021 11:40

«Знаешь, я бы не справилась без тебя, сынок»: история семьи, победившей Ковид

Пандемия коронавируса влияет не только на глобальное здоровье человечества или экономику, но и на психологию семейных отношений
Федор Аксеньев
Фото: www.shutterstock.com

Фото: www.shutterstock.com

Коронавирус разделяет и объединяет людей. В интернете круглосуточно ведутся баталии об эффективности вакцин, лекарств при COVID-19, в мессенджерах и соцсетях из аккаунта в аккаунт мигрируют рецепты лечения инфекции чуть ли не лыжной мазью. Радикально настроенные активисты докмеда вступают в интернет-рукопашную с антипрививочниками и ковид-диссидентами. Но есть и другие истории, когда болезнь объединяет семьи, заставляя преодолеть многолетние стены непонимания. Одну из таких историй читателя решила опубликовать редакция Комсомолки.

Мама заболела в начале июня. В свои 76 она энергичный и интересующийся жизнью человек, в курсе почти всех новостей – от коронавируса и напряженности в Афганистане до полета Ричарда Бренсона в Космос. У мамы отвод от прививки из-за аутоиммунного заболевания, но по одной только ей известной причине мама считала, что находится в полной безопасности. С тех пор, как началась пандемия, гости бывали у нее нечасто, но изолироваться в квартире было бы не в ее стиле.

Мама властная. Мы редко созваниваемся, но однажды утром она позвонила.

— Слушай, у меня что-то с кроватью. Ты не мог бы вызвать мастера? После сегодняшней ночи все тело ломит.

По голосу я понял, что дело не в кровати. В трубке было отлично слышно заложенность носа и скрываемый кашель. Я спросил, есть у нее температура.

— Откуда мне знать. Могу измерить давление, а градусника у меня нет.

В этом вся моя мама.

— Как долго у тебя кашель, мам? - спросил я.

— Ты поможешь с кроватью или нет? – она раздраженно процедила сквозь зубы.

— Скоро приеду, - завершил разговор я.

Через три часа я был у мамы с парацетамолом, арбидолом, спреем генферон лайт и аскорбинкой. Несмотря на то, что я привился еще в мае, продолжал, как и до прививки, пить арбидол профилактически. Мой лучший друг – врач по образованию, говорит, что этот препарат хорошо изучен и применяется не только у нас, но и в Китае. И если бы не арбидол, то ситуация с ковидом у нас была бы как в Индии.

Знаю, что противовирусную терапию нужно начинать с первыми симптомами, а у мамы явно шли не первые сутки болезни. Я вызвал врача. К девяти вечера температура поднялась до 39. Сбивали парацетамолом. Ночка была та еще. На следующий день пришел врач, взял ПЦР-мазок, никакой специфической терапии не прописал. Выдал какой-то назальный спрей, парацетамол и тот же уминофеновир. Сказал купить пульсоксиметр и отслеживать сатурацию. С КТ велел подождать и, уходя, добавил:

— Заметите ухудшение состояния или пульсоксиметр покажет гипоксию – вызывайте скорую. Но поверьте, сейчас ей лучше быть дома, чем в стационаре.

Мама заметно погрустнела, постарела. Ее вечная энергия, не всегда правда направляемая в позитивное русло, куда-то подевалась.

— Если дойдет до того, что её увезут в больницу, она не вернется, - подумал я. Поэтому битву с коронавирусом твердо решил вести на своей территории.

Каждый день я начинал с приготовления вкусного завтрака с музыки. Принес из дома мобильную колонку и ставил маме свои плейлисты, рекомендации и подборки в Спотифае. Мы обсуждали новинки, она подмечала, на какие композиции из ее молодости похожи те или иные треки. Мы пытались найти эту музыку.

Обложка фильма «Королевство полной луны».

Обложка фильма «Королевство полной луны».

На ноутбуке, который я также захватил из-дома, мы почти каждый день смотрели Нетфликс, HBO или старые фильмы. Я показал маме «Майти Буш», «Чернобыль», «Отчаянные домохозяйки», «Большую рыбу» Тима Бёртона по роману Дэниела Уоллеса, «Отель Гранд Будапешт» и «Королевство полной луны» Уэса Андерсона. Благодаря маме я, наконец, посмотрел «Унесенных ветром» и «Мосты округа Мэдисон». Я был поражен, что эту пронзительную картину снял ковбой Клинт Иствуд. Мы смеялись и плакали вместе. Много вспоминали детство, папу… Снова смеялись и плакали.

Я пообещал ей бросить курить. Она дала слово не дуться на меня по пустякам и обнимать при каждой нашей встрече. Единственное условие всему этому было её выздоровление.

Самыми тяжелым были первые четыре дня и ночи после начала нашей изоляции. Потом болезнь начала постепенно отступать, а силы возвращаться. Я понимал, что ковид коварен – рецидив и полный разворот может случиться и спустя неделю после улучшения. Поэтому не ослаблял хватку. Я был рядом все это время, мы пользовались одной аптечкой, вместе принимали арбидол, пшикали назальный спрей – я профилактировался, мама лечилась. С каждым днем ее жесты и голос становились все увереннее, она становилась моей обычной мамой – строгим, энергичным и полным энтузиазма человеком! Но кое-что в ней все-таки изменилось.

— Знаешь, я бы не справилась без тебя, сынок, - произнесла мама, когда я уезжал домой спустя пятнадцать дней и два отрицательных ПЦР-теста.

Конечно, я счастлив, что она выздоровела. Мы изолировались от мира на две недели, и это было лучшее время, которое я когда-либо проводил со своей мамой.