2016-07-14T10:30:19+03:00

Кумиры в интернете

Олег Скрипка хотел бы петь для лосей и домашних животных , ав детстве лидер «Воплей Видоплясова» мечтал открывать звезды и новые частицы

00:00
00:00

Гость – Олег Скрипка, лидер группы «Вопли Видоплясова». Ведущая – Наталья Антонович.

Антонович:

– Я вам расскажу сегодня о кумирах молодежи, юности, современного времени. Интернет приносит нам в жизнь очень много всего. И, кроме этого всего, что вы просто получаете информации, большую часть жизни занимает музыка. Сегодня у нас в гостях «Вопли Видоплясова» и Олег Скрипка. Это кумиры молодежи 90-х. Естественно, у нас у всех есть вопрос – чем живет эта группа? Олег, расскажите, вот как бы вы продолжили фразу «Если бы я не был музыкантом…» – вот кем вы себя ощущаете сейчас? Художник, инженер?

Скрипка:

– Если бы я не был музыкантом, я был бы ученым.

Антонович:

– В какой сфере?

Скрипка:

– Математика, физика.

Антонович:

– Как Перельман, от миллиона бы не отказались?

Скрипка:

– Нет, ну не так круто, как Перельман… Он же открывает какие-то формулы, а я в детстве зачитывался научно-фантастическими романами и хотел открывать там какие-то новые частицы, или звезды, или что-то такое.

Антонович:

– Бином Хикса? Это андронный коллайдер.

Скрипка:

– Да, наверное. Но параллельно у меня была музыка. Но на нее я серьезно не обращал внимания, просто наяривал рок на гитаре и на баяне. И получалось так, что Советский Союз мне дал образование, я закончил технический вуз, работал на войнуху, разрабатывал спутниковую систему, был передовым сотрудником. А потом СССР обвалился и я пошел по стезе музыки. Я на работе зарабатывал одна зарплату в месяц, а, играя с концертом «ВВ», я за один концерт получал в три раза больше. Кроме того, что это приносило удовольствие, это приносило и материальные блага.

Антонович:

– А сама группа «Вопли Видоплясова» как организовалась? В университете или на работе?

Скрипка:

– Я встретился на конкурсе художественной самодеятельности, играл в институте, а у нас был театр студенческий, который назывался «Вымя». Как бы это такой спектакль был шуточный и в этом спектакле был рок-ансамбль, который состоял из полкового барабана, двух балалаек и одного баяна. Я на баяне играл и он был одноименным, он тоже назывался ансамбль «Вымя». Потому что мы были вчетвером, мы были как «Битлз»… А мы были очень популярны, мы собирали десятки тысяч людей. А горком комсомола тогда был, вот мы от руки писали гуашью афиши – ансамбль «Вымя», приходите на концерт – они зачеркивали и писали «Время». Короче, они пришли на мой ансамбль, и они очень прониклись, мои будущие коллеги. А я жил в Киеве, я жил в общежитии №5, улица Металлистов, и они ко мне пришли в общежитие и говорят – давайте группешник сделаем. Юра Сдоренко и Саша Пипа. И мы посидели в общежитии, поиграли на гитарах, решили создать коллектив, – это было 25 лет назад.

Антонович:

– Какое увлечение у вас? Спорт, бильярд? Что-то не касающееся музыки, работы…

Скрипка:

– Я знаю секрет счастья. Мне не надо быть двуличным. Просто люди имеют увлечения, потому что они занимаются нелюбимой работой, и потом они имеют увлечения. У меня увлечение – музыка, я однопрофильный человек, я занимаюсь любимым делом. Мне не надо иметь хобби… То есть я занимаюсь музыкой во многих ее проявлениях. От игры рок-н-ролла, джаза до каких-то музыкальных спектаклей, до продюсирования огромных фестивалей, которые связаны с музыкой. Или просто там какие-то маленькие вечеринки организовать с хорошими музыкантами, поиграть вместе на сцене.

Антонович:

– А любимый музыкальный инструмент у вас какой?

Скрипка:

– Любимый инструмент – гитара.

Антонович:

– Вот не угадали мои оппоненты, сказали, что аккордеон.

Скрипка:

– На аккордеоне играют слабо и очень редко. Я играю на баяне, хуже играю на аккордеоне и на гармошке, ну губной гармошке играю. На гитаре играю, на сопилке, на трубе, играю на саксофоне и на фортепиано. На скрипке не играю вообще. Я сочиняю рок-музыку, а рок-музыку все-таки лучше сочинять на гитаре. На баяне я сочинял еще в музыкальной школе, когда я заканчивал, у меня были уроки композиторства. А так я на гитаре сочиняю музыку, и аранжировки делаю на гитаре. И потом, когда я прихожу в коллектив и показываю новую песню, я ее показываю на гитаре.

Антонович:

– Ваш новый клип называется «Песня», расскажите, как вы его снимали.

Скрипка:

– Вообще коллектив существует много лет. У нас есть определенные долгострои, мы же из Советского Союза. «Песня» была написана в 80-х годах еще, а только сейчас вышла в эфир. И клип мы снимали тоже очень много лет. Мы первую часть сняли в Москве, а вторую часть сняли в Киеве. Идея такая, что мы бегаем по лесу – ну вот есть такое спортивное ориентирование, да. А есть еще туристы разные и люди, которые занимаются любовью в лесу, и они мешают зверям жить в лесу, эти все люди. И потом, в конце, мы выбегаем на такую опушку и играем на сцене рок-концерт для зверей. А публика – звери. И этим клипом я хочу сказать, что, люди, остановитесь, вы губите природу. Моя инициатива социальная очень огромная. Она о том, что надо остановиться петь музыку для людей, потому что люди музыку уже не воспринимают, потому что они находятся в культурном коллапсе. Поэтому я организовываю фестиваль, который называется «Зверовидение».

Антонович:

– Это в пику Евровидению?

Скрипка:

– Да. И петь для зверей для лосей.

Антонович:

– А отборочный тур? Лоси не эсэмэсят ведь?

Скрипка:

– Они не эсэмесят, но они очень благодарные слушатели, у них не замусоренный мозг. Мы объявили как бы такую инициативу – «Зверовидение» – и стали получать очень много отзывов позитивных. То есть люди действительно очень любят животных, они за них рады. Но есть люди, которые тоже хотели бы попасть на концерт, на «Зверовидение», и вот они стали спрашивать: а можно ли с домашними животными приходить на концерт? Я подумал, что домашние животные пускаются, и тогда, таким образом, мы можем хозяев пустить на концерт…

Антонович:

– То есть если у тебя есть хомячок или рыбка, ты берешь и попадаешь на концерт, да?

Скрипка:

– Да. А если ты плохо с хомячком обходишься, тогда все, ты пролетаешь.

Антонович:

– Философия музыки какая? Если в 90-х это был кич, революция, вообще был какой-то фейерверк, то что сейчас? О чем поют «Вопли Видоплясова»?

Скрипка:

– Народная песня – она ж всегда актуальна. Она не заангажирована какой-то политической конъюнктурой или вообще социальной конъюнктурой, есть временные какие-то события, которые нас тянут в какие-то стороны, а есть межвременные ценности. Но, может быть, внутреннее такое понятие есть – любовь, весна, день рождения – то есть, они общепонятные и общеценные. И вот иногда бывают настолько ценные, что люди даже их не замечают. Вот отними у человека, допустим, сало – и все, как потом можно существовать дальше? Никак. Поэтому мы настолько к этому привыкли, что мы даже не обращаем на это внимания…. А иногда даже тебя поведет на какую-то конъюнктурку, ты начинаешь об этом петь, а через 2-5 лет это выглядит уже несерьезным…

Антонович:

– А чем можно испортить музыку? Вот фильм можно испортить плохой игрой актеров или там плохим сценарием. А вот музыку?

Скрипка:

– Фильм, во-первых, портится плохим монтажом. Любой гениальный клип и любую гениальную песню можно плохим монтажом испортить. А песню можно испортить плохим сведением в студии. 99% удачи песни, если она хорошо написана, можно испортить плохой студийной работой. Особенно это касается живой музыки, которой я занимаюсь. Здесь живые барабаны, живая гитара, живой баян – там нет синтетики. Синтетика – она, как фастфуд… Чтобы дать хорошее ощущение живых звуков, надо хорошо это совместить. Мы постоянно находимся в потоке – поиска студии, записи, поиска звука, поэтому у нас альбомы так редко выходят.

Антонович:

– Вашей группе 25 лет. У вас сейчас готовится большой гастрольный тур.

Скрипка:

– Мы находимся в гастрольном туре. Мы часть европейской России проехали весной. Мы были во многих городах, где мы никогда не были – это Ижевск, Псков, Казань. Теперь мы едем за Урал, где будут Иркутск, Томск, Омск, Красноярск, Новосибирск.

Антонович:

– А когда же Москва?

Скрипка:

– Мы в Москве довольно часто и москвичи избалованы. Я вот люблю выступать в Москве, потому что у нас куча фанатов… даже иногда как бы неудобно повторять песни в очередной раз, надо уже менять программу. А вот здорово приехать в город, в котором мы никогда не были. Настолько приятные ощущения, когда вот стоит человек, я видел таких людей, вот он реально в оцепенении, он даже не может хлопать, он не может реагировать – он оцепенел. Вот я на него действую, как Снежная королева. Я думаю, может, ему не нравится или ему плохо, а потом, после концерта, приходит этот человек и вот такую стопку дисков несет… То есть, у него все наши официальные и пиратские альбомы, все, что выходило от нас, у него все есть, он все собрал на подпись, он знает, когда и где мы были. В общем, человек вот смотрит в глаза и говорит – я вас ждал 15 лет. Представляешь? Очень важны такие встречи. Это ж есть прямой адресат, которому мы играем.

В Москве мы хотим сделать такую штуку. Мы объявили юбилейную акцию, которая называется «Народный трибьют». Мы объявили, чтобы фанаты исполняли наши песни. Они и так их исполняют, так пусть сделают это достоянием общественности. Многие из них это делают очень интересно. По крайней мере, три делают с душой и с огоньком.

Антонович:

– А как это можно сделать?

Скрипка:

– Как угодно. На мобилку записать, на вэб-камеру, на что угодно. И поставить в интернет. Есть сайт www:25.ru или на наш официальный сайт. И все. И будет у нас хит-парад этих каверов. И, допустим, если мы будем выступать в Иркутске, а где-то поблизости человек находится, который хороший кавер сделал, он приедет на концерт, придет с нами на сцену и споет эту песню… А потом будет конкурс и самый лучший исполнитель получит Айпэд-2.

Антонович:

– Я думаю, что на самом деле спеть с вами – это уже мечта любого человека, который является вашим фанатом. Расскажите какой-нибудь прикольный случай на концерте. Может, что-то было такое запоминающееся?

Скрипка:

– Ну, были очень страшные такие случаи. Очень страшные. Я помню, еще при СССР мы во Львове выступали. Признаюсь, мы выпили чуть-чуть до концерта и так что-то у меня все ходит ходуном, ой, думаю, я больше не буду пить, а потом понимаю, что как-то сцену ведет. И мы повыскакивали все со сцены, а барабанщик уже за барабанами и он так ушел, сложился вместе со сценой. Декорации на него сложились и он вместе с барабанами ушел вниз.

Антонович:

– Я вот расскажу вам случай, который произошел у нас с вами в Краснодаре в 1998-м или в 1999-м году. Я пришла на концерт, мне было 19 лет, я стояла в первом ряду и так на вас смотрела. Вы наклонились, меня поцеловали и вас ударило током.

Скрипка:

– Это был Хэллоуин, я помню это.

Антонович:

– Да, микрофон был не заземлен. Вы знаете, я тоже на всю жизнь запомнила этот поцелуй… Это был самый яркий поцелуй в моей жизни, я готова в этом признаться…

Скрипка:

– Так вот оно из-за чего все? Но мы реально могли погибнуть. 220 лупануло нормально.

Антонович:

– Зато – искры из глаз. И столько приятных воспоминаний. Спасибо вам за этот поцелуй – это было очень романтично. Какой у вас самый большой повод для гордости в жизни?

Скрипка:

– Повод для гордости – это то, что коллективу 25 лет и мы в строю, у нас много поклонников, у нас такая перспектива и мы записываем альбом, и для каждого человека, для каждого музыканта важно насладиться результатами своей работы и важно, что ты кому-то нужен и важна перспектива…

Антонович:

– Что для вас дом?

Скрипка:

– Ну, это как для мобилки подзарядка. Раз – зарядился, и все. Ты ж не можешь вечно колесить в турах и искриться на сцене, стреляться током при поцелуях и тому подобное. Тебе надо дома отдохнуть, зарядиться, поесть домашнего борща, встретиться с друзьями. Ну, не знаю, кто что любит. Попарить ноги в тазике, допустим… А потом снова поехать и иметь вот как бы социальную такую активную излучающую позицию.

Антонович:

– Вы довольно успешно снимались в кино и снимаетесь сейчас. Что для вас кино в вашем творчестве? Есть ли какие-то новые задумки для съемок фильма?

Скрипка:

– Во-первых, я очень люблю музыку, но и кино тоже. Причем, я довольно всеядный киноман… Я люблю голливудское кино, современное российское кино, старый советский кинематограф, современное английское кино, тайваньское кино, мексиканское… Я люблю мультики современные. Естественно, я мечтал сниматься в кино. Я водворил свои мечты. По своей работе я снимаю клипы. И каждый клип я превратил в маленький кинематограф. Я стал активно внедряться в этот процесс, я его изучил. Я его и режиссировал, и сценарии писал для этих коротких метров. Но меня просто завораживает этот процесс, я его очень люблю. Это действительно чудо-кино, это реально чудо. И мне повезло, меня начали приглашать в большой кинематограф, начиная от мюзиклов новогодних до комедий. Вот сейчас я в парочке кино снялся, это сериал и большой метр. Мне это очень нравится. Каждый раз я удивляюсь, что вот эта магия тебя настолько завораживает… Кино очень сильно отличается от театра. Ты вот в кино сидишь и ждешь, ждешь, а потом пять минут – раз, что-то изобразил – и снова сидишь ждешь, ждешь. В театре все полтора часа надо быть в тонусе…

Антонович:

– А в театре тоже играете?

Скрипка:

– Играл. Я в музыку пришел из театра. Это были импровизационные альтернативные андеграундные театральные студии, в 80-х годах это было очень модно в Советском Союзе… У меня был такой опыт театрально-танцевальный, я работал в театре в Париже и работал в театральном фестивале даже как продюсер, работал в хореографическом театре – танцевал, играл и пел у такого знаменитого хореографа французского Филипп Де Куфле. Я у него два сезона работал в двух разных спектаклях. Довольно недавно я работал в классическом театре украинском имени Ивана Франко – «Наталья Полтавка» – это классическая постановка такая. Даже в Москве мы играли в Малом театре и играли в Питере.

Антонович:

– Ну у вас очень много фанатов, я в их числе. А сами вы фанатом чего-либо являлись?

Скрипка:

– Я не люблю экстрима, не фанатею. Я не строю себе кумиров и идеалов. Это свойство моей натуры, у меня никогда такого не было. Я слушаю музыку, которая мне нравится. Вот я, допустим, очень люблю, как певца, Роберта Планта. Очень люблю как исполнителя. Я всегда понимал, что это просто человек, у него есть такой дар. Но я не обожествляю этого человека, я от него не требую каких-то божественных проявлений, кроме того, что он божественно делает то, что он умеет делать очень хорошо – петь. Сама природа вокала, сам тембр мне очень нравится. Вот именно тембр. Вот Элвис Пресли, Стинг, Джо Дассен.

Антонович:

– А с кем вы вместе выступить хотели бы? Может, какой-то проект совместный сделать?

Скрипка:

– Допустим, с певицей Шаде я бы попел. С такими очень талантливыми, теплыми людьми. Там с Робертом Плантом было бы здорово. Или, допустим, вот есть такой гуру современной народной музыки Питер Габриэль, у него куча проектов. Естественно, в каком-то из проектов Питера Габриэля принять участие мне было бы очень здорово. Даже если не непосредственно с ним, то в каком-то протуберансе его проектов. Он создал целую глобальную моду на народную современную музыку. Вот когда мы начали играть там у себя на кухне музыку альтернативную, такая была богиня эпатажа, еще не были леди Гаги, еще даже не было Агузаровой, а была очень популярна Нина Хаген, такая немецкая исполнительница из Восточной Германии. Она в таких образах космических, очаровательных и сексуальных, выступала, и вот она приезжает в Киев и мы, может, сделаем какой-то совместной небольшой проект. Для меня это тоже такая мечта детства. То есть, для меня это такая дива была, абсолютно недоступная. Вот она приезжает в Киев и мы будем выступать вместе на одной сцене.

Антонович:

– Есть ли какое-то вранье, какое про вас писали журналисты, что наиболее для вас запомнилось. Есть ли что-то такое, какая-то обида?

Скрипка:

– Ну, для того, чтобы вранья не было такого обидного, надо самому сочинять вранье и запускать в интернет. Я признаюсь, мы сочинили вранье. Мы поехали в Израиль, в Иерусалим, проехались к Мертвому морю. Такая была теплая поездка, хорошая, и как бы вот сама рука потянулась за пером, чтобы соврать. Настолько хотелось поделиться, что так тепло нас встретили… Короче, мы написали про Израиль такое, что мы пошли купаться в Мертвое море, и наш басист, короче, начал тонуть и мы его спасли, откачали… Потом его исследовали израильские медики, потому что это первый человек в мире, который начал тонуть в Мертвом море. Его записали в израильскую книгу Гиннесса. Вот это все вранье.

Антонович:

– Отлично. Теперь мы знаем правду. Музыка – как политический инструмент. Можно ли повлиять музыкой на ситуацию в Украине сейчас? Может быть, вы хотели что-то попытаться изменить?

Скрипка:

– Вообще что угодно может быть инструментом политическим или террористическим. Вот даже одного моего знакомого недавно с удочкой в самолет не пустили. Поэтому, естественно, музыку могут использовать кто угодно и как угодно. Во-первых, музыка – есть очень сильный инструмент культурного влияния, духовного влияния. Самое главное для здравого человека – это культурно развиваться. Слушать больше хорошей музыки, читать больше хороших книг или там знать больше хороших людей… И музыка – она же дает внутренний комфорт нам. Чем более рафинированный этот внутренний комфорт, тем более сложна вот эта внутренняя кристаллическая решетка, которая у нас внутренняя матрица. И, естественно, музыка дает эту матрицу. Это же способ манипулирования даже людьми в хорошем понимании, надвербальный. А люди вербально существуют, ментально только там, говорят, на 3-7%. Все остальное – это какие-то глубинные процессы, в которых музыка имеет непосредственное влияние. Особенно не текст, а сама мелодия, конструкция, ритмическая основа. Для политической конъюнктуры, ясно дело, что люди используют эту музыку и со временем мы понимаем, что как бы можно музыкой помочь какой-то определенной политической силе прийти к власти. Но со временем мы понимаем, что этой политической власти не музыка нужна и она занимается не культурой, она занимается своими задачами. И каждый человек занимается своими задачами. Со временем ты понимаешь, что музыкант должен заниматься музыкой все-таки. Потому что музыка и есть самый сильный инструмент влияния на людей.

Антонович:

– В 90-е, например, мы не могли купить или достать ваши кассеты. Денег не было или еще там что-то. Мы ходили и переписывали их друг у друга и это все распространяли. Сейчас у нас есть интернет, можно где-то купить, можно где-то скачать. Как вообще вопрос авторских прав решается? Вы выкладываете музыку в сеть бесплатно?

Скрипка:

– Вопрос авторских прав у нас никак, как и у всех других. Ну, на Украине, по крайней мере. В России, говорят, с этим построже. Но, я думаю, все равно, скачать можно все и везде – бесплатно. Поэтому мы не паримся. Вот у меня есть официальный сайт, где можно скачать всю нашу музыку вэвэшную, мою сольную, все можно бесплатно скачать. Это так есть и не надо с этим бороться…. Как в те времена просто на бобинах нас переписывали и мы именно поэтому стали популярными в 80-х годах. Потом в 90-х годах просто была пиратская сеть. Если людям нравится, абсолютно моментально на огромных просторах, непонятно. Если это регламентировать и делать какой-то механизм, ну, ты не сможешь с такой динамикой так быстро все это производить, а как бы пираты – они все очень быстро копировали. Естественно, что не сохранялись сборники, качество страдало, качество обложки страдало, но зато популяризировалась музыка очень быстро. Сейчас такое же свойство имеет интернет. И, слава богу, таким образом рок-музыка и выживает. Потому что эстрада владеет СМИ, она в них инвестирует, она себя популяризирует… Так бы рок-музыка бы вымерла, если бы не было вот этого механизма свободной скачки и, кстати, это не только у нас, это во всем мире сейчас происходит. Сейчас происходит бум развития хорошей музыки, в том числе. Потому что маленькие какие-то коллективы имеют возможность просто сняться и выложить свои клипы, себя популяризировать через интернет и тогда они уже начинают в клубах выступать и т.д. Может, возвращаются вот эти 90-е года? Как бы такой «камбэк» легкий.

Антонович:

– Ну да, в Ютубе, например, многие выкладывают и благодаря этому становятся известными. Скажите, у вас есть какие-то социальные сети? Может, вы ведете Твиттер или Фейсбук? Кроме своего сайта.

Скрипка:

– Естественно, я человек для другого времени, для меня это все ново. Я не могу так быстро это освоить. Тем более, у меня на это очень мало времени. Но, я так понимаю, что, перемещаясь активно в социальные сети, безусловно, для артиста это самое первое – это общение со слушателями. Естественно, я буду это изучать, вести какие-то свои блоги, Твиттеры. Мне надо просто разобраться, что это такое. Но если сравнивать меня со своим папой, мой папа не умеет эсэмэски отправлять. Поэтому – будем учиться.

Антонович:

– Ну и последний вопрос. Правило жизни Олега Скрипки? Пожелайте что-то своим фанатам, молодежи, людям, которые посмотрят эту передачу.

Скрипка:

– Один совет – это вот я всегда делаю то, что я хочу. Я слушаю то, что я хочу и не слушаю ничьих советов.

Слушайте также

ОБРАТНАЯ СВЯЗЬ
Московская студия 8-800-200-97-02
+7 (967) 200-97-02 +7 (967) 200-97-02
СЛУШАЙТЕ ТАКЖЕ