2016-07-14T10:30:19+03:00
1

Дмитрий Маликов: «Я очень либеральный папа. У нас в семье мама злой следователь, а я добрый»

О мужской руке в «Спокойной ночи» и глазированных сырках из детства [эфир на радио КП]

00:00
00:00

Дмитрий Маликов стал новым ведущим «Спокойной ночи, малыши!» Фото: Аца КОШТЭ

Дмитрий Маликов стал новым ведущим «Спокойной ночи, малыши!»Фото: Аца КОШТЭ

Бондарева:

– Здравствуйте!

Коробатов:

– Добрый день! У нас в гостях Дмитрий Маликов. Певец, музыкант и композитор. С недавних пор еще и ведущий программы «Спокойной ночи, малыши!».

Маликов:

– Здравствуйте!

Бондарева:

– Дима, как настроение? Маликов:

– Отличное.

Бондарева:

– «Спокойной ночи, малыши!». Рад такому назначению?

Маликов:

– Это не назначение, а предложение. Оно было несколько неожиданным. Потом я подумал, в конце концов, это же дети… И все, что касается детей, для меня свято. И поэтому если есть возможность что-то сделать в этом отношении, тем более, в последнее время я, наряду со своими песнями и инструментальной музыкой, стал давать и мастер-классы в музыкальных школах, все больше обращать на это внимание. И если есть возможность рассказывать детишкам о музыке, об архитектуре, о культуре, об истории, быть ответственным за наше подрастающее поколение, я считаю, что я не имел права отказываться от этого. Мы сняли уже несколько передач. Очень хороший коллектив, интересная задача. Она связана, в первую очередь, с энергетикой. Ты должен быть честным и чистым внутри. По-доброму настроенным.

Бондарева:

– Детей не обманешь.

Маликов:

– Да. И нужно очень правильно формулировать свои мысли. Это своеобразный тренинг. Как только ошибаюсь, сбиваюсь, появляется слово-паразит, приходится сразу переписывать. Это еще и организует.

Есть некое ощущение чего-то правильного и хорошего. И внутреннего очищения.

Бондарева:

– А насколько лет себя ощущаешь сам?

Маликов:

– Иногда делаю дурацкие поступки. И не могу понять, что я уже взрослый и ответственный мальчик. Видимо, накладывает свое профессия. Я с 18 лет стал знаменитым артистом. И от некоторых вещей меня жизнь оберегала. И я всегда жил в иллюзорном мире. А сегодня, когда приходится принимать ответственные решения, немножко страшно брать на себя ответственность.

Все когда-то заканчивается. И всему своя пора.

Бондарева:

– А педагогического образования у тебя нет?

Маликов:

– Нет. Но со сцены все эти годы я говорю и рассказываю людям, чему-то их учу, рассказываю, что они не знают. И поэтому опыт актерский… Я снимаюсь в кино, пишу музыку для кино. К камере я привык. С камерой я хорошо знаком. И в этом отношении у меня проблем нет. Конечно, есть специфика. С детьми надо быть особенно внимательным, аккуратным и добрым.

Бондарева:

– Согласна.

Коробатов:

– Вам предстоит укладывать баиньки малышей нашей огромной страны. Расскажите, какой вы папа в семье?

Маликов:

– Я очень либеральный папа. У нас в семье… Мама злой следователь, а я добрый. Мама занимается, в основном воспитанием Стефании. А я ее балую. Хотя, когда я остаюсь с ней один на один, я какие-то вещи говорю ей, стараюсь объяснить… Не противореча маминым воззрениям, но я имею свою точку зрения на все вопросы. И, надеюсь, что она меня слушает. У нас все женщины в семье, и жена моя, и дочка, и собака, и старшая дочка… Конечно, мне тяжеловато приходится.

Я – человек творческий. Сильно занят. И у меня в голове все время музыка. С одной стороны, я в семье. С другой, отстранен немножко. В силу своей натуры. Если ты погружаешься во все это полностью, то быт заедает. Для меня главное, чтобы в голову приходили красивые мелодии.

Бондарева:

– А чему учишь Стефанию?

Маликов:

– Я ее учу, чтобы она была добрым, порядочным, умным человеком. Чтобы она знала себе цену. И, с одной стороны, чтобы была простой в общении, с другой, девушка должна уметь держать дистанцию, потому что она не должна быть доступной в женском смысле слова. В женщине должна быть загадка. Она должна быть личностью, в первую очередь. Многогранность и интеллект – это очень важно для женщины. Она не должна быть простушкой. Это самое главное, чему я ее учу.

Я все время повторяю ей, что она должна найти свое дело в жизни. Пусть в маленькой своей области, но надо быть звездой.

Бондарева:

– Первое сентября уже прошло. В какой класс пошла Стефания?

Маликов:

– В седьмой класс. Я сегодня не смог ее проводить. У меня много дел. Эфиры на радио и на телевидении. Она сказала, что уже большая… С мамой справится.

Коробатов:

– Дима, продолжит ли Стефания артистическую династию Маликовых?

Маликов:

– Не знаю насчет музыкальной династии, но артистическую, надеюсь, продолжит. В ней есть задатки. Она любит сцену.

В последний раз я был в этой студии чуть меньше года назад. Накануне своих концертов фортепианных в Кремле. У меня проект «Пианомания Классик», где мы с оркестром и большим хором, с великолепным балетом Гедиминаса Таранды исполняем шедевры классической музыки и немножко мои произведения. Я приходил, рассказывал об этом. У меня остались теплые воспоминания о том эфире. И она со мной выходила на сцену. У меня есть композиция… Меня спрашивают, какая музыка у меня ассоциируется со Стефанией. Я написал свою мелодию. И назвал ее «Стефания». Ей она очень нравится. И мы выучили ее в четыре руки. Я начинал один, потом Стефания выходила под умиленные улыбки зала и играла вместе со мной финал. Ей это очень нравилось.

Надеюсь, что у нее впереди интересное будущее. Ей нравится рисовать, танцевать. Играть на рояле не очень нравится. Но посмотрим.

Бондарева:

– Не заставляешь ее так же, как тебя заставляли?

Маликов:

– У меня на это нет сил. Я считаю, что заставляй – не заставляй, важно, чтобы ребенок сам тянулся. Только если он проявит талант в этой области, есть смысл серьезно продолжать этим профессионально заниматься. Если нет, то на уровне знания нот и элементарных вещей, чтобы в компании блеснуть ноктюрном Шопена.

Бондарев:

– А кто тебя привел в музыкальную школу?

Маликов:

– В пять лет родители привели в школу при консерватории. И я прошел там всякие тесты на слух, на ритм. И бабушка меня начала возить. Школа находится на «Библиотеке имени Ленина». И пешочком, с двумя пересадками… Бабушка меня водила. По дороге у нас был такой универсам. И мы его называли «экимяновский», потому что там жил папин хороший знакомый и композитор Экимян. И когда мы проходили, если я хорошо занимался, мы заходили туда с бабушкой и она мне покупала… Это один из немногих магазинов, где были глазированные сырки. Она покупала. Это было мое любимое лакомство, потому что больше ничего не было толком. И еще зеленые бананы, которые дозревали в духовке. А в классе восьмом-девятом, когда я поступил в училище, меня уже девушки провожали из школы. Поклонницы. Вместо бабушки.

Бондарева:

– Ты родился в семье артистов. Кому ты подражал. Отцу или матери?

Маликов:

– Я им не подражал. Я подражал своим героям, чье творчество любил. Питер Гэбриэл, Джордж Майкл… Родителям не подражал. Они меня брали на гастроли. Они мне дали школу жизни. Они, как и я, очень много путешествовали. Даже больше, чем я.

Коробатов:

– Последнее время «Спокойной ночи малыши!» вели женщины. Что нового ты должен привнести в передачу?

Маликов:

– Последние несколько лет там не было сильной мужской руки. Ее я и хочу привнести. Там достаточно много программ, которые связаны с поделками, с умением забить гвоздь, научить этому детей. Сбить скворечник, сделать самолетик. Это одна часть. И вторая, главная, я бы очень хотел, чтобы было много программ о музыке. Вообще, программ гуманитарной линии. Передача, которую мы сняли, она была о симфоническом оркестре. Я рассказывал, кто такой дирижер, что такое дирижерская палочка и для чего она нужна. И такие вещи очень полезны. В итоговой форме с замечательными куклами, которые очень интересные люди в жизни. Они мне очень помогают. Когда я общаюсь с куклами, то я уже забываю, что это люди… Начинаю общаться с ними. Степашка со мной с самого детства. По-моему, с 71-го года он существует. Практически с года моего рождения.

Бондарева:

– Передача уже идет почти полвека. 47 лет. Ты раньше смотрел ее?

Маликов:

– Смотрел.

Бондарева:

– Помнишь, кто был ведущим?

Маликов:

– Не 47, а почти 49. Следующий год будет юбилейный. Это одна из трех передач, которая придумана на советском телевидении. КВН, «Что? Где? Когда», и «Спокойной ночи, малыши!». Это три мощных бренда.

Масса планов. Готовится юбилейный тур по России с благотворительными целями. Поскольку я занимаюсь с детьми и даю мастер-классы, то здесь это все увязывается в одну цепочку. Это одна из причин, почему я согласился на ведение этой программы.

Оксана и Анечка остаются. У нас была пресс-конференция совместная. Они посмотрели пилотный выпуск и им понравился. Сказали, что, на их взгляд, я достаточно органичный. Они помнят свои первые эфиры и как им было тяжело. Они всячески меня поддерживали.

Коробатов:

– Вопрос от родителя. Не секрет, что детских песен новых нет. Мы живем старыми запасами, поем старые колыбельные и так далее. Может, новая работа – это повод внести свой посильный вклад?

Маликов:

– В том числе. Я еще об этом не думал, но предчувствие меня не обмануло. У меня выходит сейчас цикл прилюдий. Правда, они не детские. Но был День защиты детей 1 июня, я написал для моей дочки пьесу. Точнее, песню. И мы ее вместе исполнили, она называется «Классная». Про классную учительницу. И она выступила по телевизору, спела ее. И я с этой песни начал цикл детских песен. И, может, сейчас будет хороший повод написать что-то для «спокойных ночей», хотя это очень трудно. Та песня, которая у всех в голове, она великолепна. И исполнена много раз. Может, сделать ремикс, более современную трактовку. Буду пробовать.

Бондарева:

– Мы воспитывались на добрых советских мультиках. 12 сентября будет нововведение и будут показывать старые советские мультики. Как ты думаешь, для детей нового поколения понравится это нововведение?

Маликов:

– Мне трудно сказать. Они ведь дети. Они как чистый лист бумаги. И что в них положишь, то и впитают. Мультфильмы замечательные. Понятно, что сейчас большой выбор телеканалов, продукции, они смотрят в кинотеатре и смотрят замечательные голливудские мультфильмы, которые сделаны динамично и здорово. Но в старых наших мультиках есть мастерство, доброта и тепло, которые дети должны почувствовать. Например, «Ну, погоди!». Волк плохой. Он курит. И ничего страшного в этом нет. Все понимают, что он плохой.

Коробатов:

– Перейдем к вашему другому проекту «Битве хоров». Мы внимательно следим. Знаем, что кастинги уже завершились. И с удивлением обнаружили, что в вашей команде только девушки. Чем вызвано такое повышенное внимание к прекрасному полу? И, кстати, серьезный разговор с женой уже был?

Маликов:

– Она готова мне помогать. Все, что касается музыкальной части, это на мне. Но визуальная часть тоже присутствует в этом проекте. И, мне кажется, она должна быть яркой. Сегодняшний шоу бизнес – это, во многом, внешний эффект. И девушки у меня очень симпатичные, молодые, активные, позитивные. У нас складывается одна хорошая и добрая команда. И, какой бы ни был результат, хотя каждую неделю один хор будет отсеиваться, мне бы хотелось верить, что все девушки приобретут неоценимый опыт. И станут профессионалами. И, во-вторых, они обретут себе друзей, потому что наверняка у них станутся хорошие и теплые отношения на долгие годы.

Бондарева:

– А какие песни будете исполнять?

Маликов:

– Там есть определенный список песен. Каждый наставник выбирает. Это советские, русский, российские песни. Популярные. У нас выбор не такой большой, мы не очень сильно экспериментируем. Может, я бы расширил этот список, но я не продюсер этой программы. Я работаю с тем материалом, который дается.

Наша задача из предложенных песен сделать конфетку.

Коробатов:

– Вы себя ограничили. У вас только женские голоса.

Маликов:

– С одной стороны. С другой стороны, легче. У нас преимущество. Мы выделяемся на фоне других хоров, смешанных. И дело не только в голосоведении мощно. Дело в образе, в командной составляющей. У нас есть очень хорошие голоса. Завтра я поеду на пробные записи. Несмотря на то, что программа будет в прямом эфире, все равно у девушек есть хореография, студийная работа. Все это – комплекс. За два месяца они получат много всего. Главное – приобретут неоценимый жизненный опыт.

Бондарева:

– Расскажи немножко о фестивале света. Ты там композитор. Делал церемония открытия, а теперь закрытия.

Маликов:

– Церемония открытия была в прошлом году на Красной Площади. В этом году это будет делать французская компания. А я с нашими ребятами из Питера, режиссером Василием Сазоновым, мы делаем церемонию закрытия в Парке культуры. Надеюсь, что будет нормальная погода. Приглашаю вас. Это будет незабываемое зрелище.

Я все лето пишу эту музыку. Она практически готова. Мы пока не решили, буду ли я сам ее исполнять. Там все очень четко должно быть связано… И в рамках этого фестиваля у меня будет еще одно мероприятие – мультимедийная презентация моего фортепианного альбома «Панацея». Альбом, который у меня полностью готов. Он 1 октября выходит в свет. И у меня есть возможность сделать современные и самые последние технологические вещи, которые существуют у нас на сцене, в интертейменте. Это и голография, и маппинг-проекция, световые последние достижения. Я считаю, что моей фортепианной музыке очень это будет к лицу. Сегодня людям тяжело воспринимать в чистом виде музыку. Они должны слушать не только ушами, но и видеть что-то глазами.

А новая пластинка у меня выйдет 1 октября. Будет презентация, о которой я рассказал. А 15 сентября у меня будет клип на инструментальную композицию. Этот клип снял замечательный режиссер Игорь Шмелев, известный многим по знаменитому клипу «Мачете-нежность». И у него миллионный просмотр в интернете. Надеюсь, что на вашем телевидении этот клип прозвучит, потому что инструментальная музыка, к сожалению, обделена эфиром телевизионным радийным. Она живет сама по себе. И мне очень не хватает эфирной поддержки.

Бондарева:

– Хорошо.

Коробатов:

– Сейчас все говорят, что рентабельной может быть только попса. Вы бываете на гастролях с фортепианными концертами. Насколько они востребованы?

Маликов:

– Они успешны и востребованы. Но, безусловно… Люди хотят развлечений, понимаете? Им нужно подавать, если говорить о массовом потребителе, в виде шоу. Что я и делаю. Просто это шоу дорогое и сложное. И возить его по стране без финансовой поддержки, общественной поддержки, без административного ресурса, как мы сейчас говорим, невозможно. Потому что я противник дорогих билетов. Да и люди по дорогим билетам особо не хотят идти. Цены должны быть демократичными, а расходная часть должна кем-то или чем-то покрываться.

Бондарева:

– Музыка воспитывает эстетическое начало. Ты проводишь благотворительные концерты.

Маликов:

– Да. И мое новое амплуа тоже позволяет больше быть связанным с благотворительностью. У меня есть фонд. Вот как я придумал распространять инструментальную пластинку? Я делаю специальный сайт, посвященный этому альбому. Рассказываю, что такое панацея, есть возможность отправить в качестве рецепта эту мелодию, потому что музыка лечит наши души. Иногда даже наши тела. И эту музыку можно будет бесплатно скачать с моего сайта. Я готов ее отдать всем людям бесплатно. А если вдруг сочтет это несправедливым и захочет заплатить, я тоже даю такую возможность перечислить любую сумму на счет моего благотворительного фонда. Он занимается помощью детям с ограниченными слуховыми и зрительными возможностями. Я выбрал именно это направление. Всем помочь очень трудно. Я хочу, чтобы дети могли слышать музыку. Мы вставляем слуховые импланты, пока дети маленькие, слуховые аппараты, которые позволяют восстановить слух и развить его до нормального состояния. Даже если ребенок рождается в этом отношении недоразвитым.

Коробатов:

– Каждый к благотворительности приходит по-своему. Какой был путь у вас?

Маликов:

– Часто я это делал как частное лицо. И продолжаю делать. Просто об этом не говорю. Не афиширую. Я выбираю конкретного ребенка и связываюсь с ним, помогаю. Просто так получилось, что есть некие ресурс, мой личный, моих контактов, отношения ко мне, авторитета и так далее, который позволяет сделать больше, нежели помощь одному ребенку. Поэтому появилась идея этого благотворительного фонда. Нашлись люди, которые с большим опытом работы в благотворительности, мы пообщались и нашли точки соприкосновения. И мы работаем. Я не знаю, сколько это продлится. Пока есть возможность, пока перечисляются деньги, пока есть возможность помогать, надо это делать.

Коробатов:

– А скольким вы уже помогли?

Маликов:

– Это десятки людей. Фонд называется «Проникая в сердце». У нас работает сайт. Там четкая отчетность. Часто наш фонд выступает организатором каких-то дорогостоящих операций. У нас нет на это, моет, денег. Но мы находим благотворителей, кто готов перечислить эти деньги. Они перечисляют их нам. Мы, соответственно… Или они перечисляют их на медицинское учреждение, а мы готовим ребенка, доставляем. Часто организациям просто нет возможности и времени этим заниматься. А желание помочь есть.

Бондарева:

– А детки какого возраста? Ты сам приезжаешь в эти центры?

Маликов:

– Часто и сам приезжаю. У нас есть детский дом в Сергиевом Посаде. Большой. На фоне его хотелось бы построить реабилитационный центр, потому что количество детей, которые нуждаются в реабилитации, порядка 80 тысяч в стране. А детский дом вмещает 200-300 человек. Есть такая программа, когда ребенок с родителями приезжает на два-три недели, с ним специально занимаются.

Возраст от самых маленьких до 10 лет. Если нужно, и старше. На этом помощь не ограничивается.

Бондарева:

– А как на это реагирует начальство этого центра?

Маликов:

– У нас несколько встреч, сохраняются контакты. Мы общаемся. У них периодически возникают какие-то пожелания, просьбы которые мы стараемся выполнить. Это не разовая акция. Посильная помощь все время.

Бондарева:

– Есть ли планы на ближайшие пять лет?

Маликов:

– Строительство реабилитационного центра стоит 300 миллионов рублей. Здесь не обойтись без помощи Минздрава и других серьезных структур. Это большой государственный проект. Мы просто может поступить как помощники, как организаторы, как соучастники этого проекта.

Для меня пластинка эта важна. Я посмотрю, какой будет резонанс. Сколько мы денег соберем. Есть идея провести на телевидении марш со сбором средств путем смс, может быть. Такие вещи практикуются. Копеечки складываются в неплохие суммы.

Коробатов:

– Читал, что музыка, которая будет звучать в этом альбоме, якобы облает терапевтическим эффектом.

Маликов?

– Да. Так и есть.

Коробатов:

– Можно расписать? Эта композиция от зубной боли, это от простуды, от это сердечной.

Маликов:

– У меня так все и написано. В основном это не конкретные боли. А эмоциональные. Слушать, когда у вас тревожное состояние, а эту лучше перед сном… Такие вещи.

Бондарева:

– Настоящий терапевт.

Коробатов:

– А какая вас музыка успокаивает?

Маликов:

– Тишина. И звуки природы.

Бондарева:

– Ты часто выезжаешь на природу?

Маликов:

– Я очень люблю. Буквально вчера вернулся из Барнаула. И просто так жалел и переживал, что много дел здесь… И надо было быстро возвращаться… Там же Алтай. А я никогда на Алтае не был.

Бондарева:

– Понравилось?

Маликов:

– Барнаул – это город. До Алтая ехать три часа. Хочется побывать… У меня есть композиция «Алтай». Я там не был, она мне приснилась.

Бондарева:

– Бывает… А как приходят идеи? Понятно, что душу вкладываешь…

Маликов:

– Только душу вкладывать не получается. Надо много и серьезно работать. Для того, чтобы что-то сочинить или написать, надо садиться к инструменту и сочинять. Иногда за день все идет в корзину, а иногда ты можешь сочинить несколько хороших мелодий.

Нужно себя настраивать на творчество. Но конкретный результат может прийти, а может и не прийти. Это очень ускользающая вещь…

Бондарева:

– Это приходит по вдохновению?

Маликов:

– Сидишь играешь, играешь, играешь… И вдруг тебя сами пальцы и голова ведет в такую сторону… О, вот это хороший кусочек, надо успеть его зафиксировать. Потому что его еще нигде не было. Я пишу сразу на диктофон. Диктофон всегда со мной. А потом я уже решаю, что это может быть. Кино, мотив песни, инструментальная композиция.

Коробатов:

– В каком статусе, в какой ипостаси люди вас встречают с большим энтузиазмом?

Маликов:

– В ипостаси поп-музыканта. Но, зная меня, как поп-музыканта, если я им исполняю инструментальную и классическую музыку, они меня за это еще больше уважают.

Бондарева:

– Талантливый человек должен быть талантливым во всем.

Маликов:

– Это не вопрос таланта. А вопрос бренда.

Бондарева:

– Дима, а какая у тебя аудитория?

Маликов:

– Надеюсь, что многочисленная.

Бондарева:

– И бабушки, и дедушки…

Маликов:

– Некоторые бабушки выросли на моих песнях. Да.

Сейчас я буду воспитывать новое поколение. Я теперь общероссийский папа. Хочется, чтобы наша страна гордилась не только тем, что у нас много нефти и газа. У нас колоссальное культурное наследие. И надо это передавать нашим детям. С самого раннего детства.

Бондарева:

– И у тебя есть уникальная возможность делать это собственными руками.

Маликов:

– Знаете, как Спиваков сказал… «Красота спасет мир. А кто спасет красоту?». Красоту тоже надо спасать.

Бондарева:

– Пришли ли какие-то задумки после первых программы?

Маликов:

– Пока я втягиваюсь. Есть желание что-то подумать над музыкальной заставкой. Но эта программа и хороша своими традициями. Тем, что там любимые куклы, они качественные и хорошие. Замечательные актеры с ними работают, которые любят детей и любят свою профессию. Может, там в студии немножко тесновато, какие-то есть технологические моменты, я бы совершенствовал ситуацию… Думаю, со временем, может, смогу быть в этом отношении чем-то полезным.

Я втягиваюсь. И, прежде чем делать выводы, надо, чтобы посмотрели люди. Первые эфиры. Там была какая-то оценка… Я волнуюсь. Вдруг что-то не понравится.

Коробатов:

– Сколько времени уходит, чтобы снять один выпуск?

Маликов:

– В среднем час. Сам разговор короткий. Но редакторы, режиссеры очень внимательно следят за тем, чтобы это было сделано качественно. И на уровне энергетики, и на уровне слов. Надо донести до детей в простых выражениях достаточно сложную, бывает, информацию.

Бондарева:

– Работаете вы одной командой и друг друга понимаете с полуслова?

Маликов:

– Да. И атмосфера царит демократическая и творческая. И детская. Но не всегда. Когда выключается камера, тогда бывают всякие шутки… Но это за кадром, чтобы себя взбодрить.

Бондарева:

– А была ли до этого роль ведущего?

Маликов:

– Иногда вел концерты. Но там есть своя специфика. Там много импровизации. А на телевидении я никогда ничего не вел, кроме как интервью. Но поскольку опыт большой работы с камерой, то в этом отношении мне не сложно И, потом, детская аудитория, она очень лояльная, добродушная. И сами темы, о которых мы говорим, они мне знакомы.

Просто главное – найти форму и вписаться в эту историю. Надеюсь, что у меня получится.

Коробатов:

– А Маликов-старший как-то напутствовал вас?

Маликов:

– Это еще одна грань личности. И мои родители «за». Говорят, что им кажется, что я стану еще добрее после этой программы. Жизнь ведь такая стрессовая… И все мы срываемся. Особенно часто это бывает на наших близких. В том числе на родителях.

Родители у меня в активной жизненной фазе. И отец работает. «Самоцветы» живут и здравствуют. Радуют своим творчеством разные поколения, в том числе и молодежь. Но, конечно, больше свое поколение. Поколение 50+, условно говоря.

Мама мне помогает с административной работой. У нас тандем.

Бондарева:

– Хотим пожелать тебе удачи и творческих успехов! Спасибо!

<<Самые интересные эфиры радио "Комсомольская правда" мы собрали для вас ЗДЕСЬ >>

1

Слушайте также

ОБРАТНАЯ СВЯЗЬ
Московская студия 8-800-200-97-02
+7 (967) 200-97-02 +7 (967) 200-97-02
СЛУШАЙТЕ ТАКЖЕ