2017-10-04T20:34:33+03:00

Валерия Ланская: «Бывает, что с температурой 40 ты все равно приползаешь играть спектакль»

О трудоголизме, пляжном отдыхе, актерских шутках за кулисами и третьем грибе в пятом ряду

00:00
00:00

Лера - настоящий трудоголик. Готова выйти на работу даже с температурой

Лера - настоящий трудоголик. Готова выйти на работу даже с температурой

Антонов:

- Друзья, это «Живой концерт» на радио «Комсомольская правда». Я – ее ведущий Михаил Антонов. Красавица, богиня, ангел, княжна Тараканова. Кто к нам только сегодня не пришел! И все это только один человек, это Валерия Ланская. Лерочка, привет.

Ланская:

- Привет.

Антонов:

- Мы должны были встретиться немножко раньше, но из-за недомогания общего, Лера немножко задержалась. Но, насколько я знаю, а я историю твоей семьи знаю лучше, чем свою. У тебя бабушка и дедушка – врачи, поэтому какой-то медицинский опыт есть. Я знаю, что для актрисы и актера театра и кино, для певицы самое страшное, это подвести коллег. Особенно, когда спектакли идут. А у тебя и «Времена не выбирают», и съемки.

Ланская:

- Каждый день спектакль.

Антонов:

- Расскажи нам, вот сейчас пора простудных заболеваний, ОРЗ, ОРВИ, как справляешься?

Ланская:

- Ужас. Я договорилась со своими партнерами, с которыми мы играем любовь, и мы честно едим лук. Вот так вот жестоко.

Антонов:

- Когда вы смотрите друг на друга и поете любовную арию.

Ланская:

- Мы не чувствуем уже ничего потому, что едим все, дружно. Потому что иначе не выжить.

Антонов:

- Реально помогает, просто сырой лук?

Ланская:

- Да, реально помогает. Потому, что это убивает все микробы, мне кажется.

Антонов:

- Говорят, что у таких людей, как ты, есть свой собственный фониатор, который работает с рядом людей. Потому, что мы знаем, что садится голос.

Ланская:

- Может быть, не все понимают, что такое фониатор. Это человек, который занимается именно голосовыми связками с вокалистами. Это важно.

Антонов:

- А у тебя было такое, когда голос сел?

Ланская:

- У меня персонального фониатора нет. Но в театре всегда сидит фониатор. Особенно, в театре оперетты. Там, где мы играем по два спектакля в день, каждый день. И бывает, что с температурой 40 ты все равно приползаешь играть. И ничего не смыкается, человек просто сидит за кулисами и между ариями тебе впрыскивает что-то, что тонизирует, связки, хоть как-то сомкнутся.

Антонов:

- Скажи, а было такое, когда ты просто теряла голос?

Ланская:

- Было, конечно. Это было накануне Нового Года. И мне надо было играть 31 декабря.

Антонов:

- У тебя глаза блестят, ты не плачь, пожалуйста.

Ланская:

- Нет, подмениться было невозможно и пришлось играть, и было очень тяжело. Потому, что я не могла говорить. И надо было петь. Я думала, что все, я не сделаю ничего: и не скажу, и не спою, и будет кошмар. Еще Новый Год и всем испорчу праздник. Но театр, сцена, это какая-то мистическая штука. Говорят, что это магия. Это правда. Потому что когда ты выходишь на адреналине на сцену…

Антонов:

- Приходишь весь в соплях, никакой…

Ланская:

- За кулисами уже все: ты не можешь встать со стула, ты не можешь одеться, ты еле-еле себе что-то накрасил, выползаешь к кулисам, к границам, еще шаг – и ты на сцене. Не можешь собраться, реально ты себе что-то говоришь, пытаешься настроиться, вспомнить слова. Ты делаешь этот шаг, и все. Все смыкается, худо-бедно: хуже, лучше, но работает. Появляются откуда-то силы и эмоции. И ты нормальный человек. Но стоит вернуться обратно за кулисы, все – ты опять падаешь, тебя опять нет. Что это такое? Какая-то мистика.

Антонов:

- Магия. Скажи. Пожалуйста, «Граф Монте-Кристо» был, сейчас «Граф Орлов». Как с графьями повезло, понеслось. Плюс еще работа в театре у Михаила Ефимовича Швыдкова, который был здесь совсем недавно. Очень тебя хвалил. Просто такие комплименты. Я их даже не повторю потому, что у меня не хватит таких деепричастных оборотов, которые Михаил Ефимович про тебя говорил. Давай вспомним, когда последние концерты, мюзиклы были «Графа Монте-Кристо»? Сейчас ты играешь «Времена не выбирают», сколько уже? Третий год пошел?

Ланская:

- Нет, второй.

Антонов:

- Это не на автоматизме? Вот чем хорош радиоэфир: вы приходите к нам в гости, мы садимся, мы разговариваем. Постоянно что-то новое. У вас четкая партитура, четкий сценарий. Шаг влево, шаг вправо… Вообще, возможна импровизация на сцене?

Ланская:

- Возможно. Если у тебя хорошие партнеры, а у меня хорошие партнеры, мне с ними повезло, то импровизация всегда присутствует. Конечно, в определенных, заданных рамках. Но придумать что-то новое, как сыграть ту или иную сцену. Те же самые слова. Но наполнить ее можно совершенно по-разному. И это интересно. Когда живой человек, ты с ним можешь импровизировать, это потрясающее ощущение.

Антонов:

- Актеры по-прежнему раскалывают друг друга? Стараются друг друга рассмешить?

Ланская:

- Столько бывает расколов на сцене, особенно, когда срабатывает какой-то ассоциативный ряд. И мы с человеком говорили за кулисами о чем-то: вспоминали или придумали какую-то шутку, а потом выходим вместе на сцену, и эта шутка всплывает. Это было столько раз.

Антонов:

- А как это? Ведь микрофоны у вас? Это хрюканье раздается, это что?

Ланская:

- Просто глаза сразу наполняются слезами, пытаешься сдержать как-то себя. Но это очень тяжело – сдержать смех.

Антонов:

- А вот кто из твоих партнеров самый смешливый?

Ланская:

- Их несколько. Мой любимый партнер и друг, Леша Франдетти, с которым мы не один спектакль сыграли и надеюсь, что еще сыграем. Сейчас мы тоже вместе работаем. Но каждый раз это что-то новое и прекрасное. И мы с ним все время колемся. Это правда. Мы очень много общаемся вне площадки, и все время появляются какие-то новые и новые шутки. И когда мы их переносим на сцену, очень тяжело сдержаться. И было не с ним, а с Игорем Балалаевым, когда мы играли «Монте-Кристо». Финал спектакля, самая трагичная сцена. Мы стоим на авансцене, прямо впереди, близко, близко к зрителям. И он рассказывает, как оно было на самом деле, почему мне сообщили, что он погиб, что меня обманули. Предали, что он на самом деле ждал и любил.

Антонов:

- Я напомню для тех, кто не видел, Мерседес – Валерия Ланская достойна ее пела, играла.

Ланская:

- А только что за кулисами он этот текст, который он говорит, мы прозвали его сказочка, потому что он рассказывает все события, произошедшие с ним за время спектакля, и он поменял эти слова за кулисами и придумал такую шутку, шуточную сказку. И мы вышли на авансцену, стоим, и он говорит, вроде бы правильные слова, а в голове прокручивается вот эта шутка: смешные, стебанные, порой с матом, с чем-то. И мы стоим оба и просто невозможно отвернуться, спрятаться за партнера - ничего. Мы стоим в лучах, и ужас, слезы льются, раскол, хрюканье, зритель ничего не понимает, ты пытаешься сыграть, то ты плачешь и хрюкаешь потому, что очень много трагизма и слез на почве того, что все очень плохо. А на самом деле… Это очень смешно.

Дальше Лера поет. А чтобы послушать это, нажмите кнопку «Слушать сейчас» в начале текста.

Примерно в таком виде Лера и пришла к нам на эфир Фото: Мила СТРИЖ

Примерно в таком виде Лера и пришла к нам на эфирФото: Мила СТРИЖ

Антонов:

- Обязан спросить тебя – ты трудоголик получается?

Ланская:

- Да.

Антонов:

- А какая у тебя самая большая пауза в жизни была, когда не то, чтобы работы не было, а просто не хотелось. Ведь есть люди, которые вынуждены работать, для того, чтобы существовать, жить, ипотека, в конце концов. Кредиты и прочее, прочее?

Ланская:

- Это не про меня. Да, ипотеки и кредиты, это все есть, но это не то, что стимулирует.

Антонов:

- Люди говорят, что если бы не надо было бы работать, я бы с удовольствием бы бездельничал

Ланская:

- Я не умею вообще ничего не делать. И мне кажется, что самая большая пауза была, ну, полдня, может быть. Может быть, день. По причине болезни.

Антонов:

- Я представляю, как ты в отпуске устаешь, где-нибудь у моря? Три дня – и все. Море видела, шведский стол попробовала.

Ланская:

- Я что-нибудь придумываю. Мне мои друзья и родственники, с которыми я еду отдыхать, сходят с ума, потому что я их куда-то тащу, посмотреть, что-то сделать, проехаться. Я не могу просто лежать и ничего не делать. Я была однажды на Мальдивах. Первый раз в жизни поехал на овощной отдых – просто полежать и восстановить силы. Я чуть не сошла с ума, мне было плохо, мне было реально плохо. Я не могла никуда пойти, это остров. Маленький и деться никуда нельзя. Придумывать какие-то экскурсии, лететь и ехать куда-то. Это жуткий геморрой. Это надо было планировать заранее. Интернета нет, ничего нет, и это, конечно, западня. Это был худший, наверное, отдых.

Антонов:

- А ты всегда была такой? Живчик, моторчик в одном месте?

Ланская:

- Да. Это с детства. Шило.

Антонов:

- Кто поджег верандочку, Лера и ее друзья, да? Лера. В своих интервью ты периодически говоришь о маме и всегда упоминаешь, что она сильная женщина, которая для тебя является примером. А ты чувствуешь, что действительно, вы некрасовские уже. Как Некрасов говорил, коня на скаку остановит, в горящую избу войдет, сейчас немножко интерпретировалась. Потому что ты абсолютно самостоятельная, ты зарабатываешь. Ты понимаешь, что вся ответственность за существование и за обеспечение семьи лежит на тебе. А мужики сплошь и рядом попадаются слегка женоподобные, слегка уставшие, слегка альфонсы и слегка нахлебники? Есть такое, действительно?

Ланская:

- Это правда. Как-то так случилось, что мы втроем в бабьем царстве: я, мама и сестра. И как-то справляемся сами. Тяжело, но так сложилось. И, надеюсь, что что-то изменится в нашей жизни. Что появится человек, на которого я смогу рассчитывать и быть в нем уверенной, что это действительно плечо, на которое я могу рассчитывать. Но, мне кажется, что мне будет трудно эмоционально научиться доверять и перекладывать какие-то обязанности на другого человека. Я настолько привыкла с детства рассчитывать только на себя и делать все за всех сама, что, даже если появится такой человек, мне кажется, что он появился, да…

Антонов:

- Сплюнем, пусть все будет. В твоем юном возрасте, а возраст у тебя действительно юный, ты можешь с этим даже не спорить, я подсчитал, уже порядка 20 фильмов и сериалов, несколько спектаклей, начиная от «Сатирикона», и мюзиклы, и прочее, прочее, прочее. И я все думаю, ты не торопишься жить, Лера? Есть такой анекдот: «Мальчики, у вас все такое вкусное…». Такое впечатление, что ты хочешь попробовать все. И это вкусное, и это вкусное. Вот не надо кусочничать.

Ланская:

- Мне часто задают такой вопрос. Да, мне все это интересно. Я не кусочничаю. Это можно было бы назвать так, если бы я все это делала поверхностно. А когда все, за что я берусь, я такой человек, я не умею бросать все на полдороги. Если я за что-то взялась. Я обязательно доведу это до конца. Если я взялась играть в мюзиклах, то я буду учиться петь, как профессиональная певица, танцевать, как профессиональные танцоры и играть драматически. Потому что меня этому учили в институте. Почему-то к мюзиклу относятся, как к легкому жанру, что это недоартисты. А, чего-то там поют. Это бред. Потому, что, на мой взгляд, настолько сложно быть ассом во всех вышеперечисленных стезях: и танец, и вокал, и актерство. Это не просто спеть. И чуть-чуть обозначить игру, там надо серьезно драматически проживать роль, жизнь и судьбу персонажа. Это очень сложно. Это полноценная драматическая история. Только помимо того, что ты играешь, ты еще и поешь, еще и двигаешься. И артистов, которые умеют все это делать очень здорово, единицы. Поэтому у нас создается такой клуб мюзикловых артистов, которые переходят из мюзикла в мюзикл.

Антонов:

- А в этом, кстати, вас и обвиняют. Когда говорят, посмотрите, кто там играет? Опять Дольникова? Опять Ланская? Опять Дыбский там играет?

Ланская:

- Найдите людей, которые будут делать это все на высоком уровне. Да, слава богу, появляются молодые артисты, которые умеют это делать или учатся. Но когда опять же, на тех же кастингах, хотят найти новое лицо и ставят их рядом с людьми, которые уже опытные в этом, и они сразу же проигрывают. Потому, что у них не хватает этого опыта.

Лера опять поет. А что вы хотели, это передача «Живой концерт»! послушать можно, нажав кнопку «Слушать сейчас» в начале текста.

Антонов:

- Лера, а никогда такого не было, что ты в один прекрасный момент задумалась и сказала: «А я – везунчик»? Это с виду, на самом деле, я понимаю, что с виду кажется, что все ей легко удается.

Ланская:

- Это так кажется. Потому, что я не раз говорила и повторюсь, что нет ни одной роли, которая бы мне просто за красивые глаза досталась. Нет. Если это кино, то это были через безумные кастинги, сложные пробы, бесчисленное их количество. Все время надо что-то кому-то доказывать. И я снилась больше, чем в 20 фильмах, и все равно нет такого. Что мне позвонят и скажут: «Лера, мы хотим вас снять в главной роли». Нет: «Мы хотим вас позвать на кастинг, мы хотим вас позвать на пробы». Все равно утверждает канал, для канала нужно снимать пробы и нужно доказать, что именно я заслуживаю той или иной работы.

Антонов:

- А как научиться воспринимать нормально отказы? Ведь отказы тоже бывают…

Ланская:

- Отказов очень много – безумное количество.

Антонов:

- Ведь у человека от отказа могут просто опуститься руки. Бывает так, что человек начинает лезть в бутылку и говорить: «Они меня недооценивают. Все они сволочи. У них все там куплено». А второе – я бездарь, у меня ничего не получается, мне мама в детстве… Лучше бы я пошел на юридический, как она советовала, а не лезла бы в этот шоу-бизнес. Как нормально воспринимать все это?

Ланская:

- Бывает и такое. В институте, когда я училась, и мне говорили, что это не так и это не то, это неправильно. У меня действительно обрубались руки, и мне казалось, что мне нельзя заниматься этой профессией. Потому, что, что бы я ни сделала, выйдя на сцену, это не так. И я уже боялась, априори, до того, как я вышла на сцену, я знала, что это будет неправильно, что мне опять скажут, что я виновата, что я что-то сделала не так. Это ужасно. Действительно, хотелось уйти. Но какое-то козерожье упорство одержало верх. И я решила доказать, прежде всего, себе, что я могу, я сделаю. И в какой-то момент получился отрывок, меня похвалили. И из-за того, что один раз похвалили, захотелось, чтобы похвалили еще раз. И ты уже начинаешь понимать, что не так, почему я была неправа, что у меня не получалось, из-за чего. И копание не закончилось и по сей день. Я все время смотрю, какие-то свои работы. Потому, что иначе, как учиться? Только глядя на себя со стороны. Как говорят многие, а я не смотрю, я не успеваю смотреть свои фильмы, мне не до этого. Я не могу на себя смотреть. Надо смотреть. Потому, что иначе, как ты поймешь, что ты сделал так, а что не так. Как ты будешь развиваться дальше, как ты будешь расти и учиться на своих ошибках? Мне кажется, что это необходимо, эта профессия уникальна тем, что ты можешь все время развиваться, будь тебе 70 лет и ты в профессии всю свою жизнь. И все равно есть, куда расти. Ты не можешь остановиться.

Антонов:

- А эта профессия опасна тем, что стоит на год выпасть – огромное количество таких примеров, когда человек выпадал на год: декретный ли отпуск, болезнь ли. Тьфу, тьфу, тьфу. Через год возвращался, а его уже забыли. Вот это сволочное отношение, когда ты не появляешься, не мелькаешь, снова приходится начинать все сначала.

Ланская:

- Да, конечно. Может быть, не с самого начала, но какие-то шаги назад, безусловно, приходится делать и снова доказывать, и снова привлекать к себе внимание. Это очень сложно, особенно в кино. Кино безжалостно. И действительно, ты выпал и на твое место сразу же появились другие: молодые, талантливые, красивые.

Антонов:

- Ты не пытаешься остановить молодых, талантливых и красивых, которые поймали. Ты ведь на съемочной площадке видишь, кто ловит звездную болезнь. Ты не хочешь к ним подойти и сказать: ребята, это всего лишь один сериал. И вас убьют в третьей серии. И это еще не говорит о том, что вы звезды?

Ланская:

- Сколько я общаюсь с народными артистами, с людьми, которые действительно что-то заслужили и успели доказать своей жизнью и своей работой то, что они есть на самом деле. Чем больше человек стоит, тем проще он, тем он адекватнее и с ним легко общаться. А люди, которые вспыхнули и стали звездами, себя полюбили и вдруг возвысили свои гонорары до каких-то неимоверных высот. Я иногда узнаю, сколько, кто получает, думаю, за что? Вот что человек сделал в своей жизни, что бы получать элементарно такие деньги? А там народный артист, который с ним снимается, получает в три раза меньше. На таком уровне, хотя бы. Я уже не говорю про человеческие какие-то качества: как с ними общаться тяжело, со звездами, так называемыми. Это бред.

Антонов:

- А тебе никогда не хотелось в репертуарном театре войти в труппу. Сидеть на ставке, на окладе?

Ланская:

- Я сидела семь лет.

Антонов:

- Это не только в «Сатириконе»?

Ланская:

- В «Сатириконе» и у Проханова я просидела. Я знаю, что это такое. Я благодарна ему за то, что он разрешал мне совмещать с какими-то другими проектами. С тем же «Монте-Кристо» в театре оперетты, с кино и т.д. Я знаю театры, тот же «Сатирикон», где не разрешают этого делать. Ты сидишь и скачешь третьим грибом в пятом ряду. И получаешь от этого удовольствие.

Антонов:

- Но говорят, что, зато, сатириконовский гриб. А что с эстрадой?

Ланская:

- Я не хочу. Мне это не нужно.

Антонов:

- А что это были пробы такие?

Ланская:

- Я не пробовала, зачем? Я выступаю в каких-то сборных концертах. Но я не отношу себя к эстраде. Нет. Я же пою, как поющая артистка в мюзиклах. Я даже в мюзиклах себя не очень считаю. Все-таки драматическая актриса, которая чуть-чуть умеет петь, мне нравится петь.

Антонов:

- Мы уже слышим, как ты умеешь петь. Я напомню, что это живой концерт у нас сегодня.

Лера поет.

Антонов:

- Я посмотрел в твоем репертуаре совершенно потрясающий, великолепный винкс. Это что такое?

Ланская:

- Это было ледовое шоу, точнее, оно есть. Илья Авербух вместе с моей мамой и хореографом Еленой Масленниковой поставили сказку…

Антонов:

- Это вот эти винкс, куклы?

Ланская:

- Да, куклы девчачьи, игрушки и по одной из их историй сделали ледовое шоу. Точнее, это, итальянская история.

Антонов:

- Винкс, они итальянские по происхождению.

Ланская:

- У них было ледовое шоу. Его перенесли в Россию. И Илья Авербух его модернизировал, переделал на свой лад и сделал с нашими фигуристами, спортсменами и звездами. Я просто спела, а Ира Слуцкая открывала под меня рот.

Антонов:

- Так же у тебя в репертуаре, понятно, адажио Альбиони, здесь без вопросов. «Жетем», насколько я понимаю, это Лара Фабиан. И совершенно потрясающе из детского мюзикла «По щучьему велению», это что?

Ланская:

- Это тоже ледовая история.

Антонов:

- Мне просто интересно, кого? Щуку? За кого ты пела?

Ланская:

- Марьюшка, конечно, я ждала своего Иванушку. И мы с Лешей Ягудиным катались, и я как раз там открывала рот под себя.

Антонов:

- Самое удивительное, друзья, в этом году Валерия Ланская снялась в огромном количестве сериалов и фильмов, которые мы увидим. Один из фильмов меня привлек только потому, что я сам папа. И надо этот фильм ребенку показать. По крайней мере, по названию, мне кажется, это «Снежная королева». Обратите внимание, я сегодня уже говорил о юном возрасте Леры. Но она сыграла в этой тайне «Снежной королевы» маму. Маму Герды. Хочется спросить, сколько было Герде в этом фильме?

Ланская:

- Герда – маленькая девочка, ей лет 12-13.

Антонов:

- Но маму зовут русским именем Ольга. Что это такое?

Ланская:

- Это сказка. Причем, прекрасная. Снята на камеру 3D. Ходит поверье, что именно на камеру 3D – не переводят потом в формат 3D. Снимают просто на цифру, а потом конвертируют. А именно снимают на камеру только Бондарчуки. Сняла этот фильм Наталья Сергеевна Бондарчук. Буквально недавно мы закончили съемки этой картины. Мне кажется, это будет прекрасная детская сказка с хорошей музыкой, которую написал Ваня Бурляев, сын Натальи Сергеевны Бондарчук. И он же сыграл моего мужа, папу Герды. Секрет, кто сыграл саму снежную королеву. Мне кажется, что они решили сделать это сюрпризом. Но потрясающее кино, снимала американская команда операторов, на американские камеры. Это сопроект, нескольких стран.

Антонов:

- Мы говорим, что полтора года не снималась, здесь все активно. Очень хочется не сглазить сейчас. Работы много не бывает, хотя всех денег не заработаешь.

Ланская:

- Дело не в деньгах, дело в любви к моей работе.

Антонов:

- Что еще не охвачено тобой? Поэзия? Может быть, педагогика, уже пора с молодыми заниматься?

Ланская:

- Я в этом году начала новую ступеньку в своей жизни. Я открыла свой творческий центр, свою компанию под названием «Фриланс». И пять лет я вынашивала один проект и идею спектакля, который безумно хотела реализовать, это Лев Николаевич Толстой, «Воскресение». Спектакль называется «Спасенная любовь». Я очень хотела ее сыграть много лет. Не знаю, возраст, все. Но когда я прочитала и увидела, что ей 27, а почему нет? Почему не рискнуть. Я поняла, что ждать, пока мне ее предложат, можно всю жизнь. И решила сделать это сама. И нашла режиссера, который помог мне написать инсценировку. Нашла артистов, постановочную команду, художников и т.д. И мы сделали спектакль на пять человек, драматический спектакль. Поехали на фестиваль, собрали призы. Мне дали продюсерский дебют и лучшую женскую роль на фестивале «Амурская осень». Что было безумно приятно. И сейчас под эгидой этой компании я делаю еще один спектакль, «Питер Пен», как продюсер. Я уже не буду там играть, хотя и тот я продюсировала от и до: расписывала сметы, договаривалась со спонсорами, искала деньги много лет. Действительно это очень сложно. Сейчас мы делаем новогодние детские каникулы. На мой взгляд, это потрясающая история, актуальная всегда и везде.

Антонов:

- Лерочка, а кого ты пригласила? Кто играет. Ты сказала «Фриланс» называется, эта компания. Пять человек на сцене, это «Воскресение». Я надеюсь, что мы и его еще увидим, этот спектакль. Это не антреприза.

Ланская:

- Это независимый спектакль.

Антонов:

- Это просто независимый спектакль. Потому что антреприза, это два знаменитых актера, сопутствующий состав…

Ланская:

- Комедия положений.

Антонов:

- Минимум декораций и комедия положений. А у тебя далеко идущие планы. Насколько я понимаю. А вот это вынашивалось, как давно?

Ланская:

- Пять лет.

Антонов:

- В какой момент ты почувствовала, что ты сама можешь режиссировать?

Ланская:

- Я не режиссирую. Я нахожу, естественно, режиссеров, которые мне помогают ставить.

Антонов:

- Итоговый результат ты принимаешь?

Ланская:

- Да, конечно, результат принимаю я. И я, безусловно, участвую в процессе постановки, предлагаю что-то, особенно когда я играла и играю в «Воскресении».

Сейчас в «Питере Пене», несмотря на то, что я там не играю и не режиссирую, я принимаю очень активное участие и в декорациях, и в костюмах, и во всем: в написании песен, аранжировок, текстов и подборов артистов, этим занимаюсь я.

Антонов:

- Как попасть в труппу? Нужно ли для этого просто с тобой дружить?

Ланская:

- Нужно со мной дружить. Я собираю вокруг себя людей, которым я доверяю, в которых я не сомневаюсь, в их профессионализме. Я перепробовала себя уже в разных проектах. В разных компаниях. И я понимаю. что дефицит профессионалов во всех сферах: в декорациях, костюмах, музыке. Дефицит. Тех людей, которым я могу доверить что-то. Я знаю, что вот этот человек сделает от и до хорошо. И я могу не думать об этом.

Антонов:

- Задачу поставила, и он выполнил.

Ланская:

- Я уже принимаю конечные результаты, я знаю, что этот результат будет хорошим. Нет таких людей. Реально, проблема их найти. Не знаю, где они. Мне легче сделать самой за всех, я сама контролирую и костюмы, и декорации, и музыку, и сметы, и все договоры. Все я делаю сама. Я еду на дачу для того, чтобы поставить бои, нужны какие-то палки, завтра репетиция. Я еду в 7 утра на дачу, ломаю грабли свои, лопаты, тащу эти палки. Мою их в туалете перед репетиционным залом, чтобы было, хоть чем-то драться. Но это делаю я. Такие сейчас у нас условия. Снимая, арендуя репетиционные залы, это все ужас, адский ад.

Антонов:

- Ты всегда знаешь, к кому обращаться.

Друзья, Валерия Ланская была сегодня. Это живой концерт. Лерочка, знаешь, чтобы 2013, раз в 80 был лучше 2012-го. Пусть все получится, спасибо тебе за то, что ты есть. Приходы к нам еще, ты волшебная. Ты – настоящее украшение нашего эфира, да и вообще нашей страны.

Лера снова поет.

<<Самые интересные эфиры радио "Комсомольская правда" мы собрали для Вас ЗДЕСЬ >>

Слушайте также

ОБРАТНАЯ СВЯЗЬ
Московская студия 8-800-200-97-02
+7 (967) 200-97-02 +7 (967) 200-97-02
СЛУШАЙТЕ ТАКЖЕ