2016-09-20T17:03:16+03:00

Сергей Нарышкин: Штамп «взбесившиеся принтеры» не соответствует действительности. Из 7100 внесенных законопроектов мы приняли только 2200

Председатель Государственной Думы VI Сергей Нарышкин созыва в гостях у Радио «Комсомольская правда»Председатель Государственной Думы VI Сергей Нарышкин созыва в гостях у Радио «Комсомольская правда»Фото: Виктор ГУСЕЙНОВ

В прямом эфире Радио «Комсомольская правда» мы поговорили с председателем Государственной Думы VI созыва о том, почему оппозиции не удалось пробиться в Думу, насколько обновится её состав и нужно ли нам повышать налоги для богатых [аудио]

Сергей Нарышкин: Штамп «взбесившиеся принтеры» не соответствует действительности. Из 7100 внесенных законопроектов мы приняли только 2200

00:00
00:00

Арсюхин:

- Это Радио «Комсомольская правда». С нами Сергей Нарышкин, председатель Государственной Думы VI созыва. В студии также Андрей Баранов – заместитель редактора отдела международной политики «Комсомолки», и Владимир Ворсобин – политический обозреватель газеты «Комсомольская правда» и я, Евгений Арсюхин, главный редактор радиостанции «Комсомольская правда». Говорить мы будем о выборах.

Сергей Евгеньевич, было такое мнение, ощущение, что вот это будут такие важные выборы, потому что будет перезагрузка Государственной Думы. У нас даже на Радио «Комсомольская правда» с января шла программа «Госдума: перезагрузка». Потому что на эту Думу очень много свалится разных внешних вызовов, внутренних вызовов, конечно, хотелось, чтобы туда влили свежую кровь и вложили свежие мозги. Доминирует «Единая Россия», есть КПРФ, есть ЛДПР. В чем заключалась в итоге, на ваш взгляд, перезагрузка Государственной Думы после этих выборов?

Нарышкин:

- Сами выборы прошли в формате перезагрузки, как вы говорите, по-новому, в выборах участвовало гораздо большее количество политических партий, чем это было 5 лет назад. Напомню, тогда 7, сейчас – 14. И сами выборы после 9-летнего перерыва прошли по смешанной системе. В итоге в Государственной Думе VII созыва будет 225 депутатов, избранных по спискам политических партий, и 225 депутатов-мандатников. Вы сами, задавая вопрос, сказали о новых лицах, о новых мозгах. Именно такое произошло, и персональный состав Государственной Думы сменился, лучше сказать, сменится, потому что мы об этом сможем говорить в настоящем времени после того, как официальные итоги будут подведены. Пока мы оперируем все-таки предварительными итогами, хотя они от официальных будут отличаться незначительно, но тем не менее, для протокола, что называется.

Персональный состав сменится примерно наполовину, в разных фракциях по-разному. В числе избранных депутатов люди, которые и имеют уже большой, а некоторые и очень большой опыт парламентской деятельности, но будет и много новых лиц, особенно из числа одномандатников. Я еще хотел бы добавить, что проведение именно таких выборов – это одновременно и результат работы Государственной Думы VI созыва, потому что именно Дума VI созыва приняла тот пакет законов, которые мы называем законы по модернизации политической системы, которые сделали более простыми условия создания, регистрации политических партий, участия их в выборах. Но это не только арифметика, это говорит о большей политической конкуренции при организации, при проведении выборов. Это надо признать. И понятно, почему это было сделано. Потому что общество взрослеет, политический ландшафт становится более ярким и многообразным, поэтому необходимо было предоставить право гражданам более точно выбирать те политические партии, которые соответствуют политическим предпочтениям даже довольно небольших групп граждан России.

Арсюхин:

- WhatsApp у нас уже завалили. Сергей Евгеньевич, вы, наверное, такой отец родной. Просят вернуть предмет «трезвость» в школы. Чтобы вы вернули.

Баранов:

- А что, был разве такой предмет?

Арсюхин:

- До 17-го года пишут, что был. Спрашивают, будет ли в Крыму процентный коэффициент для госслужащих, жалуются на маленькую зарплату. Вместо Минэкономики, вместо социального блока правительства – всё к вам, хотят, чтобы вы им сделали.

Нарышкин:

- Если решение требует принятия закона, то это компетенция Государственной Думы VII созыва. И любой законопроект, внесенный любым субъектом права законодательной инициативы, будь то депутат Государственной Думы, член Совета Федерации, правительство Российской Федерации, будет рассмотрен в соответствии с процедурой.

Баранов:

- Возвращаясь к самой процедуре голосования. Многие эксперты, наблюдатели, как у нас в стране, так и за рубежом, обратили внимание на недостаточно высокую, по их мнению, явку. Ожидалось, наверное, больше. Даже в Крыму, где, казалось бы, были первые выборы после того, как полуостров присоединился к России, тоже до 50% не дотянули. Как вы объясните это? Некоторые говорят, народ разуверился, равнодушен, ничего это не решит. Другие говорят, наоборот, стабильность, нас все устраивает, мы знаем, что в надежных руках будет в дальнейшем руль управления страной, поэтому можно было и не ходить. Особенно Москва и Питер показали, что не очень хотят. Ваше объяснение?

Нарышкин:

- Категория высокая или невысокая явка, она довольно относительная. С чем сравнивать. На мой взгляд, явка, я бы сказал так, достойная.

Баранов:

- По сравнению с прошлыми выборами похуже.

Нарышкин:

- По сравнению с прошлыми – да, пониже. Я вчера с большим интересом посмотрел на тренд, на динамику снижения явки на парламентских выборах в европейских странах, в странах прежде всего Западной Европы, за последние несколько десятков лет, может быть, за 50 лет. И этот тренд на понижение. Если взять последние лет 5 в странах Западной Европы, явка примерно 35-40-45%. Во Франции была 48%, такая же, как вчера была явка на парламентских выборах в РФ. Поэтому вполне сравнимо, а может быть, можно сказать, что у нас несколько выше, чем в европейских странах. Да, ниже, чем 5 лет назад. Я не исключаю, что и у нас это такой общеполитический тренд, который, наверное, говорит в целом о том, что по мере роста благосостояния постепенно снижается интерес к парламентским выборам. Конечно, хотелось бы, чтобы она была выше.

Ворсобин:

- Можно добавочный вопрос по этой теме? Вы родились в Ленинграде, это ваш родной город. Вам не обидно, что такая провальная явка именно в Петербурге? Там процентов 30. Такая же примерно явка и в Москве. В итоге в Госдуме нет депутатов, которые представляют средний бизнес. А Москва и Питер – это как раз те города, где среднего бизнеса очень много. Почему люди не идут голосовать на выборах? Они не видят в парламенте какой-то силы, которая, допустим, для среднего бизнеса может решить их проблемы, или они так разуверились в выборах после Чурова?

Нарышкин:

- Это характерное явление, характерная тенденция для больших городов, а уж тем более для самых больших городов нашей страны, Москвы и Петербурга, - более низкая политическая активность населения. Если помните, я избирался от Ленинградской области, регион, который находится совсем близко от Петербурга, окружает Петербург. Явка примерно около 50%, она тоже достойная, она соответствует среднему уровню явки по стране в целом.

Баранов:

- Сергей Евгеньевич, тут интересуется народ, заплатят ли не переизбравшимся депутатам так называемые «золотые парашюты», чтобы они дальше «парашютировали» в какие-то другие сферы своей деятельности?

Нарышкин:

- Насколько мне известно, «золотыми парашютами» называются премии, которые выплачиваются в коммерческих структурах или высшему руководящему персоналу, среднему. Государственная Дума это не коммерческая структура, деньги депутаты получают не от дивидендов по итогам работы за год решением совета директоров, а в соответствии с законом, и размер зарплаты депутатов определяется Президентом Российской Федерации.

Арсюхин:

- Интересный вопрос по WhatsApp пришел. «Меня не интересует вопрос фальсификаций. Меня интересует вопрос безальтернативности. Не было ни одной левой или правой партии. Формально, конечно, вы мне возразите». Да, даже не Сергей Евгеньевич, а я возражу. Коммунисты – леваки, а ЛДПР, наверное, правые. Сергей Евгеньевич, действительно есть ощущение, что ты голосуешь за нечто известное. Известно, что скажет Зюганов, что скажет Жириновский, «Единая Россия» все равно победит. Есть ощущение, что, как в Экклезиасте, что было, то и будет. Такая успокоенность души, которая не способствовала накалу на избирательных участках. Еще там перестали раздавать товары ширпотреба, как в 90-е.

Ворсобин:

- Почему? Пиво наливают.

Баранов:

- И пирожки были вкусные.

Нарышкин:

- Много успели сказать, задавая вопрос. Я так понимаю, что концентрация вашего вопроса, главное состоит в том, что среди тех политических предложений не было достаточно широкого спектра, и особенно не было и справа, и слева. На этот вопрос я буду отвечать, я думаю, он соответствует тому, что вы хотели задать. Ведь это вопрос о том, насколько состоятельны предложения тех или иных партий, или насколько убедительны предложения партийной программы, заявления и идеи депутатов-одномандатников, для того чтобы в них избиратели поверили. Или, наоборот, насколько они такие ясные, понятные и отвечающие запросам той или иной группы населения, чтобы избиратели приняли для себя решение, что такие депутаты в Государственной Думе не нужны.

Арсюхин:

- Хороший вопрос.

Нарышкин:

- Я на него ответил. Ваш вопрос очень хороший.

Арсюхин:

- Мы с помощью газеты «Комсомольская правда» собирали вопросы, которые люди могли задавать на автоответчик Радио «Комсомольская правда». И сейчас один такой вопрос прозвучит.

- Человек меняет паспорт в 45 лет. И на голосование с документами, выданными паспортной службой, не допускаются. Голосование не получилось. Что делать?

Нарышкин:

- Я начало прослушал.

Арсюхин:

- Человек поменял паспорт в 45 лет. Приходит с новым паспортом, ему говорят: до свидания. Не разрешили ему проголосовать. Он считает это нарушением.

Нарышкин:

- Я тоже так считаю.

Арсюхин:

- Что ему надо было делать?

Нарышкин:

- Обратиться в избирательную комиссию.

Арсюхин:

- И он еще может переголосовать?

Нарышкин:

- Думаю, что нет.

Ворсобин:

- Предлагаю закончить с голосованием. Потому что вопрос о фальсификации стоит задать. В интернете очень много роликов, когда члены избирательных комиссий сбрасывали в урны целые пачки… Вы это видели?

Нарышкин:

- Да, я это видел.

Баранов:

- Я не могу сказать, что их очень много.

Ворсобин:

- Почему каждый раз триумф «Единой России» подпорчивает это несовершенство избирательной системы, что с этим делать? И можно решить проблему на следующих выборах?

Нарышкин:

- Да, я тоже не согласен с тем, что таких случаев много, но уверен в том, что в каждом из них Центральная избирательная комиссия разберется, дойдет до конца, при необходимости передаст дело в суд. Насколько я понимаю, по ростовской ситуации именно это уже было сделано. И население страны будет информировано о результатах проведенных расследований, разбирательств, если это ограничится Центральной избирательной комиссии. Вопрос в том, насколько отдельные нарушения, такие негативные, мерзкие, я бы сказал, ставят под сомнение итоги выборов. Вообще без нарушений… Конечно, в идеале хотелось бы, чтобы их не было вообще никогда. Но представьте себе нашу огромную страну. Примерно было открыто и работало около 95 тысяч избирательных участков. Трудно при таком масштабе представить, чтобы все прошло без какого-либо нарушения. Кстати, благодаря усилиям Центральной избирательной комиссии в ее обновленном составе, наверное, можно говорить о том, что нынешние выборы прошли более открыто, понятно, прозрачно. Думаю, Центральная избирательная комиссия сделает свой анализ, сравнит с тем, что было 5 лет назад. Я думаю и очень надеюсь на то, что нарушений, в том числе грубых нарушений в этот раз было значительно меньше, чем в прошлый. Еще раз повторяю, что Центральной избирательной комиссией были предприняты, на мой взгляд, исчерпывающие меры и с точки зрения установки камер наблюдения… Как раз этот ростовский случай был именно зафиксирован камерами наблюдения. Причем, если помните, с разных точек. Так что системные меры были приняты.

Баранов:

- В сегодняшнем номере «Комсомольской правды» подробно описан этот случай.

Ворсобин:

- Может быть, проблема коренится еще в том, что даже губернаторы не скрывают, что должны отчитываться перед администрацией президента по поводу голосования за «Единую Россию». И чем больше голосов, тем больше трансферов и денег. В этом корень нарушений, потому что местные власти заинтересованы в победе «Едра». Нет такой проблемы?

Баранов:

- А разве есть такая зависимость прямая?

Ворсобин:

- Меркушкин говорит в Самаре, что такая зависимость есть.

Нарышкин:

- Вы сказали, что губернаторы не скрывают. Назовите, кто из губернаторов когда сделал такие заявления.

Ворсобин:

- Я уже назвал человека. Он говорит, что чем больше мы проголосуем за «Единую Россию», тем больше будет денег в области, тем больше будет трансферов. Он мне в интервью это говорил.

Нарышкин:

- Я не видел заявления такого от Меркушкина. Я не думаю, что человек с большим политическим опытом способен на такие спекуляции.

Арсюхин:

- В Мордовии он так не говорил. Сергей Евгеньевич, тяжелый вопрос, скользкий. Я сначала сформулирую, как он пришел по WhatsApp, потом выражу свое мнение и, наконец, его задам. «Скажите, как получилось так, что «Единая Россия» выиграла на выборах, когда по радио, в интернете практически все опрошенные люди были против «Единой России»? С уважением, Магомед».

Что бы я добавил к вопросу Магомеда. Конечно, Магомед, наверное, принадлежит к интеллигенции, где «Единую Россию» ругают. Есть такой узкий круг в интернете, где-то на кухне «Единую Россию» ругают. Но, скажем прямо, «Единая Россия» устроила праймериз, и это было круто. Многие вспомнили, что такая партия есть. Но было ощущение, что вторую половину предвыборной гонки они как бы не сильно старались – денег нет, вы держитесь. Все эти скандалы не способствовали имиджу партии. Тем не менее, «Единая Россия» победила очень здорово, очень круто. Как им это удалось, на ваш взгляд?

Нарышкин:

- Вы ссылаетесь на какие-то эфемерные опросы.

Арсюхин:

- На ощущения.

Нарышкин:

- А лучше не на ощущения ссылаться, а на цифры. Все такие серьезные социологические опросы, которые проводились серьезными исследователями, компаниями, организациями, показывали существенное преимущество «Единой России» и в предвыборный период. Я могу на своем примере сказать, что я и мои коллеги достаточно активно поработали на избирательной кампании. И это результат. Результат избирательной кампании, результат разработанной и донесенной до избирателей программы партии.

Баранов:

- Надо напомнить, что были и дебаты на федеральных каналах, где все могли высказать свое мнение. Честно говоря, многого ждали и от наших крутых либеральных оппозиционеров, и, может быть, что-то новое от коммунистов. Увы, очень блекло все это было, и я не думаю, что это увело голоса.

Арсюхин:

- Андрей Михайлович, на самом деле дебаты были очень яркие. Кстати, я не знаю, Сергею Евгеньевичу сказать спасибо или другим людям, но это было действительно качественное шоу.

Ворсобин:

- Да, действительно, дали слово тем, кто обычно слов не получает. Но при этом почему-то население не особо отозвалось на эти дебаты.

Баранов:

- Значит, такие слова подобрали, которые не затронули сердца людей.

Нарышкин:

- Слова с чьей стороны? Со стороны всех?

Баранов:

- Со стороны тех оппозиционных партий, которые хотели обратиться к избирателям.

Нарышкин:

- Я сам поучаствовал в дебатах, получил действительно большое удовольствие. Единственное, о чем я сожалею, времени маловато, как мне показалось…

Арсюхин:

- Для дебатов?

Нарышкин:

- Да, для дебатов. Там было маленькое вступление, потом 4 минуты. За 4 минуты можно изложить достаточно много, если ты говоришь…

Баранов:

- Как пишешь.

Нарышкин:

- Да, как пишешь. А заключение, 30 секунд, конечно, маловато. Я думаю, что в следующий раз при организации дебатов, наверное, можно учесть такие замечания. Замечания и от моих коллег поступали. Лучше, чтобы они были пошире, и тогда бы зрители больше услышали о позиции каждого из кандидатов.

Баранов:

- Вот Георгий Васильевич интересуется прогульщиками. Есть ли у вас статистика по работе нижней палаты VI созыва – сколько злостных прогульщиков, сколько людей спали, то есть были не активны? У них, может быть, зарплату стоит изымать, как-то наказывать. В общем, вопрос – какие выводы сделаны. Есть ли такая статистика, и вообще что с этим делать?

Нарышкин:

- Знаете, все-таки депутаты это не школьники, а пленарное заседание Государственной Думы – это не урок. Слово «прогульщик» - термин здесь не подходит. Вы знаете, что в весеннюю сессию депутаты Государственной Думы VI созыва приняли поправку в один из законов, которая позволяет политическим фракциям и профильным комитетам вносить на рассмотрение предложения о лишении того или иного депутата депутатского мандата в случае, если он систематически не выполняет свои обязанности. И вот в истории Государственной Думы VI созыва зафиксирован первый случай, когда один из депутатов именно на этом основании был лишен мандата.

Моя точка зрения, что эта норма правильная. И я очень надеюсь, что она будет иметь такой профилактический характер. Я не хотел бы, чтобы этой нормой следующая Государственная Дума злоупотребляла, но она существовать должна, чтобы был вот такой, если хотите, некий меч висеть, а мягче сказать, такая профилактическая норма.

Арсюхин:

- Давайте послушаем еще один вопрос, который поступил на автоответчик радиостанции «Комсомольская правда». Он у меня помечен как о социальном неравенстве.

«Вопрос спикеру Госдумы. Почему обирают пенсионеров, а олигархов, сиречь Абрамовича, не трогают?»

Нарышкин:

- Те, кого вы называете олигархами, это российские граждане, и надо с уважением относиться к каждому, вне зависимости от того, какую зарплату он получает или иное денежное вознаграждение. Социально справедливо, чтобы все граждане в соответствии с законом платили налоги, и этими налогами пополнялась бы доходная часть бюджета Российской Федерации, из которого бы финансировались те или иные социальные программы, и прежде всего программы, которые обеспечивают поддержку более сложных слоев, групп граждан, которые требуют такой поддержки.

Арсюхин:

- А вот идеи некоторых экономистов, можно назвать их леваками, о которых наши слушатели переживают, сделать так, чтобы богатые люди платили очень высокую процентную налоговую ставку…

Баранов:

- Ввести прогрессивную шкалу налога, которая существует в ряде стран.

Арсюхин:

- Как вы считаете, на фоне бюджетного оскудения это сейчас будет введено?

Нарышкин:

- Я напомню вам историю. Такая плоская и довольно низкая шкала налогообложения физических лиц была введена для того, чтобы приучить граждан платить налоги. Потому что у нас не было привычки в нашей истории платить налоги.

Баранов:

- Да, недобор был большой.

Нарышкин:

- Существовала такая психологическая установка, во всяком случае, у части наших граждан, что налог – это мой подарок государству. А подарок хочу – дарю, хочу – не дарю. В этой связи, повторяю, и была введена плоская и низкая шкала налогообложения. На мой взгляд, все-таки мы приучили наших граждан благодаря такой политике наших налогоплательщиков налоги все-таки платить. И дисциплина уплаты налога стала нормальной (я не хочу сказать, что высокой).

Баранов:

- Может быть, следующий шаг назрел уже?

Нарышкин:

- Это мое личное мнение. Я думаю, можно думать уже о введении разных уровней налогообложения для различных категорий, в зависимости от доходов. Но надо очень осторожно. Надо считать, не потеряем ли мы в результате таких мер.

Арсюхин:

- За счет собираемости?

Баранов:

- Просто будут укрывать, утаивать. И сейчас этим занимаются, к сожалению.

Нарышкин:

- Понятно, чем выше уровень налогообложения, тем больше желания, стремления уйти от налога. Поэтому такую психологическую особенность надо иметь в виду. Повторяю, надо очень внимательно считать и решение принимать аккуратно.

Ворсобин:

- По поводу работы следующего состава Госдумы. Насколько она будет качественной, учитывая, что у «Единой России» теперь будет конституционное большинство? Я посмотрел по цифрам, по-моему, очень редко, когда и предыдущая Госдума отклоняла проекты правительства. Теперь, я думаю, этого вообще ждать сложно. Как сложится работа экспертов в Госдуме, рассматривающих законы? Не будут ли они просто штамповать законы, которые будет спускать правительство и президент?

Баранов:

- Потому что вся оппозиция вместе взятая не сможет ничего противопоставить при голосовании.

Нарышкин:

- Насчет штамповки законов. За весь VI созыв было внесено (я могу немножко ошибиться) примерно 7100 законодательных инициатив от разных субъектов права законодательной инициативы, а принято 2200. То есть отклонено в три с половиной раза больше, чем принято.

Ворсобин:

- Это законы депутатов.

Баранов:

- А правительственные законопроекты были отклонены?

Нарышкин:

- Во всяком случае, в правительственные законопроекты всегда вносятся поправки, и подчас существенные поправки. Если сравнить большинство VI Думы и конституционное большинство. В обсуждении и принятии законов, в процедуре голосования ведь ничего не меняется. Для принятия закона (я не говорю сейчас о федеральных конституционных законах и внесении изменений поправок в Конституцию) необходимо большинство, 50% + один голос. В этом отношении ничего не меняется, так же как не меняется в процедуре обсуждения законопроектов. Каждый имеет право вне зависимости от того, в какой фракции ты находишься, выступить при обсуждении законопроектов, даже на пленарном заседании. Я уже не говорю о том, какая работа происходит внутри профильного комитета, когда законопроект рассматривается там, и только после внимательного изучения, рассмотрения выносится с предложением профильного комитета на заседание Государственной Думы. Итак, представитель любой фракции, вне зависимости от того, большая фракция или маленькая, может принять участие в обсуждении законопроектов. В ряде случаев, когда записывается большое количество желающих выступить при рассмотрении того или иного законопроекта, палата принимает решение - по одному выступлению от фракции, чтобы была выражена позиция каждой фракции. В этом смысле тоже ничего не изменяется. Будь то очень большая фракция, как в данном случае будет фракция «Единая Россия» (343 голоса) или фракция «Справедливая Россия» (23 голоса), будет один выступающий от большой фракции, один выступающий от маленькой фракции.

Ворсобин:

- Вы заявляли, что неформатная оппозиция тоже будет привлечена к работе законодательной. Это так?

Нарышкин:

- Во-первых, введена несколько лет назад норма закона о том, что один из таких важных, принципиальных законов каждый год обсуждается в Государственной Думе с участием представителей непарламентских партий. Каждый год из всех пяти один из законов именно в таком формате и обсуждался. Кроме того, я ввел в практику дискуссии на площадке так называемого Совета непарламентских партий. Я рассчитываю, что и в следующем созыве Государственной Думы этот Совет продолжит свою работу, он будет вновь создан и продолжит свою работу, и там непарламентские партии по своему желанию, по своему усмотрению могут принимать участие в этой работе. Я хочу сказать, что на протяжении этих 4,5 лет, пока работал Совет непарламентских партий, довольно активно в заседаниях Совета принимали участие 30-35 непарламентских партий. Не все.

Баранов:

- По вопросу о будущих законопроектах. Совершенно неожиданно очень многие наши слушатели на предварительном сборе вопросов просят вернуть переход сезонный к летнему времени. Как вы думаете, такой законопроект был бы поддержан следующей Думой? «Не хочу быть кротом», - пишет нам Владимир Николаевич.

Нарышкин:

- Я думаю, что это частное мнение. Потому что несколько законов об изменении часового пояса, особенно в течение последних 2 лет было принято. В целом унифицировать переход полностью всех на летнее или всех на зимнее, думаю, что смысла нет. Все-таки была проведена большая аналитическая, исследовательская работа. И мне представляется, что сейчас ситуация оптимальная. Но если со стороны отдельных регионов - а именно должна быть инициатива региона, с доказательствами, с аргументами о том, что регион считает, что нецелесообразно ему находиться в данном часовом поясе, а надо бы сдвинуть или в одну, или в другую сторону, конечно, Государственная Дума, так же как внимательно рассматривала несколько подобных законов, рассмотрит и такого рода предложение.

Арсюхин:

- Сергей Евгеньевич, как вы думаете, все-таки что будет? Время тревожное, экономика в плохой ситуации. Нас на фоне падающей экономики выручали некоторое время внешнеполитические успехи, но это такая непредсказуемая сфера – сегодня успехи, завтра, не дай бог, неуспехи. Вдруг мы сталкиваемся действительно с какими-то серьезными внутренними или внешними вызовами в ближайшие годы. С этим составом людей, которых избрал народ, как вы считаете, какие самые большие риски могут произойти, и как эти люди, оказавшиеся в Госдуме, на них смогут отреагировать?

Нарышкин:

- Подвергать сомнению выбор людей не следует. Выбор людей нужно просто уважать. Я считаю, что в Государственную Думу избираются достойные люди, достойные депутаты, которые представляют интересы тех или иных, больших или, может быть, поменьше групп наших граждан. Избранный состав Государственной Думы на данный момент полностью соответствует волеизъявлению граждан России. Избраны люди достойные, ответственные, профессионалы в своем деле, в разных сферах, не только в области юриспруденции, но и экономики, финансов, других сферах. Они готовы нести ответственность за те решения, которые Государственная Дума принимает, за те законы, которые Государственная Дума принимает. Иначе и быть не может.

Ворсобин:

- Предыдущий состав Думы получил обидную кличку – взбесившиеся принтеры. Как вы считаете, как будут именовать следующий состав Госдумы, или она не будет замечена таким обидным способом?

Нарышкин:

- Первое. Знаете, на обиженных воду возят. А потом зубоскалы всегда найдутся. Даже самые, может быть, святые поводы могут быть предметом для таких шуток. Даже такой повод, как право человека на жизнь. Помните те карикатуры, которые появились в одном известном западном издании после того, как был совершен террористический акт по отношению к нашим гражданам, находящимся на борту авиалайнера над Синаем.

Второе. Этот штамп-то не привязался. А уж тем более он не соответствовал действительности. Я вам на цифрах доказал. 7100 внесенных законопроектов, из них только 2200 принятых. Вообще сама интенсивность работы говорит о необходимости все время дополнять существующую нормативную базу, существующее правовое поле. Хотя каждый раз, когда это делается с излишней спешкой, когда эта спешка влечет за собой недостатки, я обращал внимание всегда на это моих коллег. А подчас просто необходимо работать оперативно. Как, к примеру, было с принятием законов, обеспечивающих в правовом поле воссоединение Крыма, Севастополя с Российской Федерацией. Тогда медлить было нельзя.

Баранов:

- Если позволите, давайте обратимся к внешним вопросам. Олеся спрашивает. После того как многие страны не признали сам факт голосования в Крыму на прошедших сейчас выборах и тем более их итоги, возможно ли после этого прежнее сотрудничество с европейскими странами? Зачем нам эти ПАСЕ и прочие дела?

Второй вопрос, от Владимира Анатольевича от Тольятти. До каких пор мы будем терпеть хамство Украины, единственной страны, которая совершенно безобразным образом не позволила провести голосование в воскресенье на выборах в Государственную Думу?

В этой связи вопрос от Сергея Владимировича Дрожинова. В связи со сложной политической обстановкой на Украине планируется ли упрощение получения российского гражданства жителям Украины?

Нарышкин:

- Что касается первой части или первого вопроса – о том, нужно или не нужно нам участвовать в работе различных международных организаций, в том числе парламентских организаций, в том числе, как такой яркий представитель, который у всех на устах или на зубах, или на языке, как Парламентская Ассамблея Совета Европы. Я убежден в том, что нужно. Вообще задача парламентариев на международной арене – вести диалог. Это одно из предназначений парламентариев.

Баранов:

- Они позовут нас обратно, как вы думаете, в январе?

Нарышкин:

- Я уверен, что российская делегация должна быть в Парламентской Ассамблее, должна принимать участие в работе, должна отстаивать свою точку зрения, защищать свою правду. Решение, которое было принято в отношении нашей делегации о лишении части полномочий, части прав, главного права – права голоса, конечно, не правовое. Оно вообще противоречит и ценностям парламентаризма, демократии. Кроме того, оно нарушает Устав самой организации – Совета Европы. Там черным по белому сказано, что Совет Европы – это организация равных по праву государств. Но какое может быть равенство, когда одна из крупнейших делегаций лишена права голоса? Абсурд. Но это решение было принято под воздействием такого очень агрессивного, я бы сказал, злобного, русофобского такого, визжаще-кричащего меньшинства внутри Парламентской Ассамблеи Совета Европы. Уверен в том, что большинство понимают несправедливость этого, противозаконность. Должно пройти время. По тем дискуссиям, которые мы сейчас ведем с руководством Парламентской Ассамблеи… Вы знаете, буквально 3 недели назад состоялись очередные консультации, сюда приезжал руководитель вместе с руководителями политических групп. Мы видим, что ситуация в головах меняется.

Арсюхин:

- Огромное вам спасибо.

Слушайте также

ОБРАТНАЯ СВЯЗЬ
Московская студия 8-800-200-97-02
+7 (967) 200-97-02 +7 (967) 200-97-02
СЛУШАЙТЕ ТАКЖЕ