2018-11-02T15:09:05+03:00

10 фактов о белых медведях, которые вас удивят

10 фактов о белых медведях, которые вас удивят10 фактов о белых медведях, которые вас удивят

Рассказывает зоолог, доктор биологических наук Никита Овсянников в эфире Радио "Комсомольская правда"

10 фактов о белых медведях, которые вас удивят

00:00
00:00

Баченина:

- Сегодня у нас в студии человек, которого, признаюсь честно, я долго ждала, отлавливала, а все потому, что этот ученый большую часть времени обитает очень далеко от Москвы. Если признаться, то из Арктики приехал к нам в студию Никита Овсянников. Это почетный полярник России, это эксперт по белым медведям, доктор биологических наук, зоолог, исследователь. Никита Гордеевич, добро пожаловать.

Овсянников:

- Здравствуйте, Маша. Здравствуйте, все.

Баченина:

- Ну, я, конечно, приукрасила, что прямиком из Арктики, но ведь действительно, вы там проводите, как минимум, полгода?

Овсянников:

- Сейчас поменьше, но вообще я там провел большую и лучшую часть моей жизни, и долгое время Арктика была моим основным домом, потому что какое-то время мы с женой, которая тоже зоолог, жили там круглый год. В основном, конечно, работали в экспедиционном режиме, то есть, сезонно. Но наш сезон всегда был длинным. Это несколько месяцев, иногда больше полугода. Поэтому – да, из Арктики.

Баченина:

- Для обывателя есть белый медведь, есть бурый медведь, но вот медведи себе и медведи, так сказать. А в чем секрет или, возможно, магия именно белого медведя?

Овсянников:

- Вот мне нравится ваше слово «магия», потому что белый медведь он действительно магическое животное. Это понимаешь, когда смотришь на него и видишь его близко. Белым медведем занимаются очень интенсивно. Основной метод изучения белого медведя, начатый уже фактически больше сорока лет назад, это так называемое инвазивное изучение. То есть, медведя ловят, метят, повторно… и этот метод мечения повторных отловов, что для животного вообще сильный стресс и довольно жестокая процедура, и вешание ошейников со спутниковыми передатчиками, чтобы отследить их передвижение. Парадоксально, может быть, но ученые, которые этим занимаются всю свою жизнь, многие из них вообще не знают, как белый медведь живет. Потому что они этого не видели, они видят медведя только убегающим от вертолета в ужасе, который его преследует, чтобы обездвижить. Но это основной метод. А на самом деле вот люди должны понимать, что, если мы хотим понять, как они живут, ты должен глазами, визуально наблюдать, как звери живут, наблюдать их поведение. Почему? Это очень просто понять. Для всех видов, включая нас, между прочим, поведение это единственный инструмент, который все животные имеют для того, чтобы взаимодействовать со своей средой обитания. Поэтому, если ты можешь делать такую работу и жить и наблюдать их поведение, ты видишь, какие проблемы они встречают в жизни, как они их могут решать, какие у них лимитирующие факторы, какой у них адаптационный потенциал в этой жизни на этой планете. Потому что это удивительный зверь, это просто реально удивительный зверь. Меня часто спрашивают – а для вот что самое важное было в этом, вот в чем твой стимул? Ты открываешь для себя новый мир? Вот для меня лично было самым важным открыть индивидуальность белых медведей. Каждый зверь – это персоналия. И вот когда ты видишь их на близкой дистанции, когда ты начинаешь понимать, это просто удивительно. Удивительно, насколько они умны…

Баченина:

- Вот! У меня как раз был по этому поводу вопрос. Самым умным млекопитающим считается примат. И тогда, если сравнивать интеллект белого медведя с интеллектом примата, что можно сказать?

Овсянников:

- Зоопсихологи вообще ставят медведей, не только белых, бурые тоже умные, где-то между семейством собачьих, к которым принадлежит волк – а волк очень умный зверь, и я могу сказать, что зоопсихологи, например, любят заниматься волком, потому что там много параллелей с психикой человека. Но белые медведя – вот глядя на поведение некоторых людей, которые относятся вообще к отряду приматов, я бы сказал, что белые медведи выше некоторых приматов по своему интеллекту.

Баченина:

- Хорошо, а как они общаются друг с другом? Это же очень важно, тем более, вы обозначили, что они индивидуальности, личности, и вот для нас, обывателей – я все время со ступени большинства людей пытаюсь сказать, - два выражения у них морды. Никакое и злое.

Овсянников:

- Это интересный поворот. Мне один мой хороший знакомый, геолог, который в поле много работал, как-то говорит однажды – я, говорит, бурых медведей знаю, у них вообще мимики нет, всегда мертвое выражение лица… Я так рот раскрыл от удивления, потому что я в это время уже многих медведей видел, и говорю – ну, понятно. А ты свою морду видел, когда ты встречаешь бурого медведя…

Баченина:

- Глазами медведя на себя смотрел?

Овсянников:

- …на тропе, лицом к лицу. То есть, Маш, он видит медведя в какой ситуации? Когда он случайно встретился с ними и этот медведь в изумлении смотрит на этого примата… а у него, наверное, такое же выражение лица. А если ты будешь смотреть их в нормальной жизни, когда они активно живут и взаимодействуют, ты увидишь совсем другое. Для меня, могу сказать по поводу их поведения, социальной жизни, открытием было, насколько эти звери социальны. Я без преувеличения могу сказать, что в семействе медведей белый медведь самое социальное животное. И самое социальное пластичное животное. Потому что он большую часть жизни охотится один во льдах.

Баченина:

- Но не одиночка, да?

Овсянников:

- Нет, он именно одиночка, по образу жизни он большую часть жизни как одиночка, но он при этом удивительно социально пластичен. Они собираются в большие скопления и, кстати, вот в прошлом году такое скопление на острове Врангеля наблюдали, около туши кита, там больше 260 медведей было в одном месте. Но при этом они ведут активную, я бы сказал, социальную жизнь. Даже когда они ходят по льду, они все время следят друг за другом, они ходят по следам друг друга. Даже на льдах они могут образовывать временные скопления – я их называю конгрегации – в которых они общаются структурировано. То есть, эти скопления – это социум, это не просто вот куча животных в одном месте, которым по барабану друг от друга. Которые различают друг друга, у которых персональные отношения.

Баченина:

- А как они ухаживают друг за другом?

Овсянников:

- Самец за самкой? Ой, очень красиво. Это тоже было для меня лично открытие, потому что я наблюдал несколько пар в период ухаживания, и вообще, самец ведет себя… казалось бы, такой брутальный зверь, пришел, там спарился и ушел… Нет, они ходят вместе, они валяются по снегу, как кошки, катаются, трогают друг друга носами. У меня было одно наблюдение, когда они плыли через тонкий лед – через полынью замерзающую – и надо было этот лед колоть. Самец, как настоящий мужчина, плыл впереди, колол этот лед, делал трудную работу, она плыла за ним и потом ей, видимо, надоело – он тихо колол – она обогнала его и пошла вперед и стала колоть сама. Это очень трогательно, это очень нежные отношения, что, в принципе, на самом деле, естественно, потому что они должны быть нежными друг с другом, чтобы преодолеть вот такой барьер опасения, скажем, перед близостью.

Баченина:

- Я немножко перепрыгну… А роль отца – он оставляет самку с медвежатами и не принимает участия?

Овсянников:

- Да, он не принимает участия. Но я уверен совершенно, что они индивидуально помнят друг друга. Вообще было одно наблюдение даже научно зафиксировано, что одна меченая самка, у норвегов там, в западном секторе, спаривалась с одним самцом, потом была какая-то пауза, а потом через два или три года, ну, то есть, через цикл размножения, через цикл спаривания, ее снова видели с первым бойфрендом…

Баченина:

- Слушайте, а вы как, среди холмов там прячетесь?

Овсянников:

- Нет, я не прячусь, я в домике живу.

Баченина:

- Ребята, картина маслом. Остров Врангеля. Подъем – во сколько должен быть?

Овсянников:

- Чем раньше, тем лучше. Они живут не регламентировано по времени, то есть, от и до. У них есть распорядок, но, я имею в виду, что активность идет 24 часа. Всегда можно что-то увидеть. Днем они спят, допустим, потом они ходят, но кто-то спит не днем, а днем ходит. То есть, все время что-то происходит.

Баченина:

- Что надо сделать, чтобы он не напал, но и не убежал?

Овсянников:

- Нельзя ни в коем случае уходить от медведя и демонстрировать страх. Это в любой встрече с любым хищником будет провоцировать нападение. То есть, вообще, чтобы просто было понятно, коротко – во всем животном мире все, что от тебя уходит, демонстрирует страх, избегания, у хищника может вызвать преследование или атаку.

Баченина:

- У хищника может вызвать отделению слюны?

Овсянников:

- Точно так. В экстремальных ситуациях оно так и происходит…

Баченина:

- Слушайте, я как представлю – шел, шел – медведя увидел… и не надо ему страх показывать, ребята! Извините, как это вообще возможно?

Овсянников:

- Маш, ну, это популярное заблуждение, что люди почему-то… это называется поларбиофобия – то есть, фобия на белого медведя, да. Люди, еще не приехав в Арктику, думаю о белом медведе, как о терминаторе. Терминатор – это Шварценеггер. А белый медведь – нет. Белый медведь это очень чувствительное, осторожное и боязливое животное. Вот чтобы он напал на человека, человек должен сделать что-то очень неправильное или каким-то образом спровоцировать белого медведя на это.

Баченина:

- Я хочу поговорить по поводу материнства. Меня удивляет, как природа причудливо распорядилась, что самка может стать матерью раз в три года, да?

Овсянников:

- В идеале, да, если она потеряла детеныша…

Баченина:

- В чем секрет? Вот происходит ухаживание, оплодотворение – вот папа, мама – все отлично. Но самка, пока гуляет, у нее не развивается оплодотворенная яйцеклетка… И только когда она уходит в спячку, начинается процесс деления яйцеклетки. Получается, она в спячку уходит осенью, а рожает где-то под новый год?

Овсянников:

- Да.

Баченина:

- Она спит в этот момент, когда рожает?

Овсянников:

- Все правильно, Маш. Как физиологи говорят, что после спаривания, после оплодотворения там происходит буквально два деления клетки и после этого – это называется отсроченная имплантация – то есть эмбрион не развивается, яйцо не развивается, там только вот инициальное какое-то первое деление происходит. И это биологически очень оправданно, потому что самка же не может уйти. Она весной не имеет ресурсов для залегания. Ей нужно накопить жир… Самый охотничий сезон – это поздняя весна, лето. За это время она должна набрать ресурса. И она не может быть беременной, потому что она будет тяжелой, она не сможет охотиться. Тут очень хорошая такая биологическая логика. Поэтому отсроченная имплантация. И она охотится. Если все хорошо и успешно, она накапливает жир и осенью, когда сформируются снежники, она делает берлогу и уходит в нее.

Баченина:

- Получается, они подходят к какому-то месту, которое нравится, и начинают лапами рыть это место?

Овсянников:

- Да, я это специально наблюдал. Вот если посмотрите какие-то старые книги, там представлена такая картинка, что, типа, легла на склон, пошел снег, ее занес и вот она в берлоге. На самом деле, это чепуха. Этого нет. Залегание в берлогу у белых медведей это очень активный процесс. Во-первых, они знают местность и у них есть такая привязанность к местам залегания, где они уже ложились, и где успешно ложились. То есть, они уходят в горы, как правило, если есть такой выбор, потому что в горах они вдали от активности других медведей, безопаснее, никто не побеспокоит, и она ищет место. Потому что снежники меняются из года год, направления ветров может меняться. Иногда они пробуют по нескольку десятков мест… Она роет нору исходно и залезает. То есть, это уже сформированная нора в снегу, куда она залезает, а потом, когда пурга наметает снова…

Баченина:

- То есть, может не понравиться? Она залезла и… вылезла, и пошла новое место искать?

Овсянников:

- Так и происходит. Более того, она может залечь и на первых этапах, там в первые дни она может уйти и пойти искать другое место. Это тоже я видел. А потом она лежит там… То, что называется спячка – да, это именно спячка, это не такая, скажем, гибернация, как у сусликов, которые вообще…

Баченина:

- То есть, это не дремота и не анабиоз, а это обычный сон?

Овсянников:

- Это не анабиоз, это такой глубокий сон с пониженным метаболизмом. То есть, у нее снижается пульс, там все процессы метаболизма, и вот в это время действительно начинается развитие эмбриона. И когда эмбрион сформировался, она рожает в разгар полярной ночи, обычно это где-то начало января, в норме, если она вовремя залегла…

Баченина:

- Она спит в этот момент?

Овсянников:

- Нет, она немножко просыпается, она ухаживает за детенышами, она их вылизывает, но она в таком вялом, расслабленном состоянии. То есть, это не полная спячка.

Баченина:

- Это вот, действительно, как хотела бы женщина, наверное, рожать, да… получается, она рожает не в таких уж и муках, что сон не прерывается. Потому что они маленькие должны быть, эти медвежата.

Овсянников:

- Они очень маленькие.

Баченина:

- Ну, все правильно, а она большая, поэтому – просто все.

Овсянников:

- Они несколько сотен граммов всего. И очень беспомощные. Поэтому самки должны быть в хорошем укрытии. Но я хочу сказать, что, когда она готова выйти, это тоже страшно интересно, как вот это происходит. Потому что у них выход из берлоги с малышами привязан к весне, к началу весны, и очень хорошо синхронизирован с активностью тюленей, потому что первое, что им надо, - им надо восстановиться. Но они не уходят есть сразу на лед. Они ждут, хорошая мама всегда ждет, если ее не напугали и не заставили уйти с физически еще неподготовленными к жизни во льду малышами, - она должна их подготовить. И я это опять наблюдал, специально сидел там целую весну, - они, когда первый раз вылезают из берлоги, они такие беспомощные, они, как рептилии, ползают вокруг этой берлоги по снегу, и мать не уходит из берлоги, она может оставаться там до месяца, и в хорошую погоду она берет детей на прогулку, водит их и они, знаете, как собаки такие, как орешки, вот ты видишь, как они каждый день наливаются силой. Они играют, они очень подолгу играют, и потом в какой-то момент мама решает, что надо идти, все, время настало. И, если это около моря, она нюхает море, и решает – время пришло. Но я хочу сказать вот насчет темы материнства. Знаете, если говорить о материнстве, то вот материнство белых медведиц это идеальное материнство, которому надо учиться. Это очень бережное, очень внимательное, очень чуткое материнство при такой очень хорошей, серьезной требовательности и строгости. То есть, если дети делают что-то не так, мать вмешивается, и иногда очень резко вмешивается и ставит их на место.

Баченина:

- В общем, все адекватно очень, я понимаю?

Овсянников:

- Очень адекватно.

Баченина:

- Последний вопрос. Если встретится белый и бурый медведь, что будет?

Овсянников:

- Интересный вопрос. Сейчас были уже несколько случаев гибридизации бурого и белого медведя, потому что из-за глобального потепления у них происходит перекрывание, а ареалы у них и так перекрыты, но более частые встречи на северном берегу. Вот в канадском секторе Арктики несколько случаев было – ну, там просто охотники застрелили медведя, который оказался гибридом. Но случаи гибридизации белых и бурых медведей известны из неволи, еще до того, - зоопарки первые были в Германии. Но вообще он взаимодействуют, и вот есть место, где мои американские коллеги наблюдают за этим, - это Кактовик на Аляске

Баченина:

- То есть, там два ареала соприкасаются?

Овсянников:

- Везде в Арктике, вот в Берингее, по крайней мере, бурый медведь выходит на побережье, поэтому они там могут соприкасаться…

Баченина:

- Они, что, дерутся, жмут лапу друг другу? Или они вообще друг для друга совершенно разные звери?

Овсянников:

- Они разные звери. Но, видимо, они понимают, кто они такие, но они реагируют соответственно обстоятельствам. Мне рассказывали друзья мои с Аляски такую забавную историю. В Кактовике остатки от промысла гренландских китов, которые местные жители делают, они выкладывают на косы и там всегда много довольно белых медведей осенью собираются после промысла китов. И они говорят, как-то пришла бурая медведица, маленькая такая самочка, с двумя, по-моему, медвежатами, и она тоже хотела к этим остаткам прорваться, они говорят, она была как фурия такая, она была сильно мотивирована, и она на этих белых медведей делала выпады такие угрожающие, уходить не хотела, и она была такой сердитой, что они все в ужасе разбежались от нее.

Баченина:

- Спасибо большое.

Слушайте также

ОБРАТНАЯ СВЯЗЬ
Московская студия 8-800-200-97-02
+7 (967) 200-97-02 +7 (967) 200-97-02
СЛУШАЙТЕ ТАКЖЕ