2018-11-15T17:00:51+03:00
16

Каких экономических шагов ждет народ от государства

Каких экономических шагов ждет народ от государстваКаких экономических шагов ждет народ от государства

Доктор экономических наук, профессор Александр Бузгалин рассуждает об этом в эфире своей авторской программы «Личные деньги» на Радио «Комсомольская правда»

Каких экономических шагов ждет народ от государства

00:00
00:00

Бузгалин:

- Здравствуйте, уважаемые радиослушатели. С вами Александр Бузгалин, директор Института социоэкономики Московского финансово-юридического университета, профессор. Мы ведем цикл передач в программе «Личные деньги», посвященных вопросу о том, что и как можно и должно делать в российской экономике, для того чтобы не было тех мучительных проблем, о которых очень часто говорят радиослушатели в прямом эфире, о которых мне пишут на почту buzgalin@mail.ru. Это проблемы хорошо известные. Мы пытаемся разобраться, что может и должно делать Российское государство, для того чтобы эти проблемы решались, что оно делает, почему не делает, как можно или невозможно воздействовать на него, для того чтобы продвигаться в нужном направлении.

Итак, прежде всего – о системе проблем, с которыми столкнулась российская экономика. С одной стороны, они хорошо известны, с другой стороны, по-моему, их надо попытаться выстроить в какую-то систему. В основании глубокие диспропорции в системе производительных сил. Я специально использовал строгую формулировку, а сейчас ее расшифрую. Материальный базис нашего хозяйства очень разнороден. Значительная часть экономики – это старые технологии середины ХХ века, со старым станочным парком, со старым оборудованием, со старыми зданиями, типами производства, продукции и т.д. И это большая часть нашей экономики, к сожалению. Какая-то часть находится еще в XIX веке, это ручное производство, и, к сожалению, это не преувеличение. До сих пор до половины иных видов овощей, а то и картофеля, мы выращиваем методами эпохи царя Гороха – в приусадебном участке при помощи лопаты и т.д.

Есть сферы, где мы оказались на уровне наиболее развитых стран, но в значительной степени это торговля. Вот супермаркеты, гипермоллы, бутики и даже интернет-торговля – здесь у нас даже в небольших городах все очень даже неплохо, во всяком случае, выглядит почти неотличимо от самых развитых стран Европы, США или каких-либо еще государств. Но если мы пойдем в экономику, где должны работать высокотехнологичные, роботизированные комплексы, 3D-принтеры и т.д., то здесь все окажется плохо. Роботизированные комплексы в стране почти не производятся, количество их измеряется сотнями в общей сложности, тысячами, если хорошенько приплюсовать к ним все то, что можно и нельзя приплюсовать. Уровень развития должен быть на порядок выше. Вот эта черезполосица от ручного труда до индустриальной эпохи через старую промышленность, которая полуразрушена, к современным производствам, но преимущественно в сфере услуг и торговли, это большая проблема. Есть сферы, где до сих пор или вновь после кризиса мы находимся на передовом уровне. В результате санкций, слава богу, стало восстанавливаться машиностроение в аграрной сфере, да и сам аграрный комплекс стал дышать получше, и мы стали производить достаточное количество зерна, хотя очень много других продуктов сельского хозяйства приходится закупать за рубежом.

У нас живет военно-промышленный комплекс, мы продаем современные вооружения, но при этом большая часть станков, на которых производятся современные танки или боевые самолеты, это результат производства стран НАТО или в лучшем случае Китая. У нас есть до сих пор живой космос, но проблем в нем, к сожалению, не меньше, чем достижений. В науке скорее торможение, чем прогресс. Образование считается на мировом уровне, но и то преимущественно в начальных классах. Вот здесь мы входим в число наиболее развитых стран по качеству начального образования, а в университетах ситуация уже далеко не такая благоприятная.

Противоречивая ситуация в материально-техническом базисе нашей экономики. В самой экономике ситуация не намного лучше. К сожалению, отрасли, которые должны обеспечивать технологический и социальный прорыв, у нас развиваются очень медленно, а вот финансы, нефтедобыча, добыча газа… Причем добро, если бы мы добывали нефть, газ, для того чтобы производить продукцию химической промышленности, с высоким уровнем переработки, с высокой долей добавленной стоимости, говоря профессиональным языком, то, что можно дорого продать на внутреннем, на мировом рынке, с пользой для граждан нашей страны, с пользой для страны в целом, если продаем на мировом рынке. А то нет ведь, продаем в основном сырую нефть и просто газ гоним по трубам. Это хорошо известные картинки.

Не менее хорошо известно то, что темпы роста российской экономики составляют 1-2% в год, и мы чем дальше, тем больше отстаем от США, не говоря уже о Китае, который развивается темпами в 3-4 раза более высокими, чем российская экономика. Печально. Очень высокий уровень социальной дифференциации, и это тоже печально. Долгое время мы на этом фоне, который не катастрофический, но стагнационный, говорили о том, что все равно слава богу, что там. Да, пусть у нас половина граждан получает меньше 35 тыс. рублей заработную плату. Да, у нас 20 миллионов живет на 10 тыс. рублей в месяц, а то и меньше. Это все так, но, тем не менее, с голоду никто не умирает, одежду купить можем, какое-никакое жилье есть. Нет войны (или почти нет нигде войны). И в целом страна уважаемая, продаем вооружения, их у нас покупают, несмотря на санкции, гордимся собой, и Крым по-прежнему наш. И все вроде бы хорошо, не надо раскачивать лодку, надо доверять высшему руководству страны, не надо никаких резких шагов, не надо никаких глубоких изменений, давайте оставим все как есть, а то будет хуже.

Вот это «не надо никаких изменений, а то будет хуже» после опыта 90-х годов, когда наполовину упал валовой продукт, когда на треть сократились средние доходы, а для большинства граждан ситуация стала катастрофической, вот эта логика остается до настоящего времени доминирующей. Хотя, пожалуй, я скажу по-другому – оставалась доминирующей. Потому что буквально в последние месяцы после увеличения пенсионного возраста и некоторых других шагов правительства, поддержанных правящей партией «Единая Россия», поддержанных президентом страны, ситуация начала меняться, и меняться в сторону задумчивости наших граждан: а не надо ли все-таки проводить серьезные изменения, не нужны ли глубокие преобразования? Слово «реформа» в нашей стране почти нецензурное. Не нужно ли что-то менять в правилах игры, в экономической политике, в деятельности бизнеса, в деятельности государственного сектора, в жизни нас с вами?

И то, что эти изменения, скорее всего, нужны, что так начинает думать все больше и больше россиян, причем, чем дальше от Москвы, тем в большей степени, в малых городах желающих перемен гораздо больше, чем в мегаполисах, - вроде бы хотелось бы, но как бы не получилось хуже, чем раньше. Мы начинаем задумываться о необходимости перемен, и, задумываясь, мы видим, есть программы, которые показывают, что и как нужно делать. И не случайно очень много вопросов в этом плане упирается в одну и ту же тему, и тема эта называется «государство». Какое государство, что оно из себя представляет, может ли оно что-то сделать, и если может, то что оно должно сделать, а если не может, то как заставить это государство стать дееспособным, эффективным, не бюрократическим, не коррумпированным, работающим на интересы граждан, а не на чьи интересы? Давайте зададим себе вопрос, на чьи интересы работало, работает и, если ничего не менять, будет работать государство российское?

Я позволю себе высказать позицию, которую не скрывал и не скрываю. Позиция современного марксизма. Теория, которая живет уже не первое столетие, подвергается гонениям, но, мне кажется, говорит в основном правду. Итак, что такое государство. Это аппарат, устанавливающий правила игры в экономике, в политике, отчасти и в духовной, культурной жизни, обеспечивающий реализацию этих правил при помощи насилия. Насилия не обязательно в физической форме, не всегда надо бить, убивать, стрелять. Насилия, которое поддерживают, устанавливают суды, тюрьмы, полиция, но не только. Государство – это тот, кто устанавливает правила игры в экономике, обеспечивает уплату налогов, использование этих налогов на решение проблем образования, здравоохранения, безопасности, обеспечивает гарантии личной безопасности, безопасности страны и т.д. Это все банальность. Гораздо более сложный вопрос – а чьи интересы реализует государство, этот аппарат, устанавливающий и реализующий правила игры в экономике и общественной жизни, чьи интересы этот аппарат реализует. Ответ в рамках марксистской теории достаточно прост, ясен, но требует пояснений.

Первый субъект, чьи интересы реализует государство. В некоторой степени в любом обществе государство реализует интересы граждан. Мы все заинтересованы в том, чтобы нас не завоевывали, мы были защищены от внешнего врага. Мы заинтересованы в том, чтобы не было грабителей и убийц. Мы заинтересованы в том, чтобы… Ну, дальше все понятно. Это общий интерес нас с вами, граждан России. Но только ли этот интерес реализует реальное государство в реальных капиталистических системах, рыночных экономиках? Давайте говорить о сегодняшнем дне, оставим прошлое в покое. В частности, в России. Нет, не только, отвечу я.

Я не раз задавал радиослушателям вопрос: скажите, кому принадлежит реальная экономика и политическая власть в стране? И просил проголосовать. Вариант ответа номер один – народу, как записано в Конституции. Вариант ответа номер два – крупному капиталу, олигархам, магнатам, с одной стороны, высшей бюрократии, сращенной с этими магнатами, с другой стороны, точнее, в единстве этих двух сторон. Формируется новая номенклатура, которой принадлежит реальная экономико-политическая власть в России по преимуществу. Большинство радиослушателей поддержало второй ответ. И этот ответ показывает, государство в классовых обществах, в условиях капитализма реально реализует интересы не только всех нас как граждан, но и интересы господствующей экономико-политической силы, в наших с вами условиях – крупного капитала и высшей бюрократии, сращенных в единую номенклатуру. Это вторая тайна государства.

Третья тайна государства на самом деле никакой тайны из себя не представляет, она очевидна для всех. Государство реализует интересы себя любимого, аппарата системы власти, которая заинтересована в очевидных вещах – увеличение собственных доходов, плюс скрытых привилегий, которые не видны в официальной статистике, увеличение своей власти, увеличение своего влияния, стабилизация государственной системы. Ну и в немалой степени расширение влияния в международной сфере, хотя это касается скорее только элиты, высшей части государственного аппарата.

Вот эти три реальных интереса сталкиваются в деятельности государства. Да, надо обеспечивать жизнь народа так, чтобы не взбунтовались, и был минимальный порядок. Да, надо обеспечивать интересы себя любимых, но при этом над государственным аппаратом стоит реальная экономико-политическая власть того одного процента, у кого в руках большая часть экономических ресурсов нашей страны. От чего зависит, в какой степени государство будет думать о нас, в какой степени оно будет подчинено магнатам, в какой степени оно будет реализовывать интересы самих себя, бюрократии, в большей или меньшей степени коррумпированной? Ответ тоже достаточно известен. Если мы с вами не боимся, умеем и активно действуем в общественно-политической сфере, если у нас сильные профсоюзы, сильные общественные организации, социальные движения, местное самоуправление не фиктивное, а реальное, начиная от домового комитета и заканчивая городским Советом или парламентом региона. Если все эти институты реально действуют, то государственный чиновник попадает под общественный контроль. Этот контроль не является опекой, он не мешает деятельности исполнительной власти. Он ставит четкие рамки, за которые выходить нельзя. И там, где у управляющего есть полномочия, он может и должен их реализовывать и употреблять власть, на то он и поставлен управлять. Но там, где он пытается наступить на интересы граждан, реализуя свои собственные амбиции, свои привилегии ставя выше общественного блага, там его общественный контроль тут же осаживает, на первый раз отделываясь предупреждением, на второй раз отставкой, а на третий, если ты еще и воруешь, - тюрьмой.

Вот такая модель – это не утопия, не иллюзия, это достаточно понятный механизм реального демократического государства, подконтрольного гражданам. Вы скажете, это иллюзия и утопия. Ну, может быть, отчасти это идеал. Но отчасти это в некоторых странах и практика. Идеал нигде не достигнут, но приближение к идеалу очень разное. В одних странах государство абсолютно коррумпированное и не работает на интересы людей вообще, и там государственные перевороты случаются каждые несколько лет. Где-то ситуация стабилизируется за счет сильного, авторитарного лидера, а где-то государственный чиновник приезжает на работу на велосипеде, получает хорошую зарплату, но его деятельность полностью отражена в интернете, и каждый его чох может быть проконтролирован любым гражданином, а значительная часть решений принимается интернет-голосованием на основе экспертного мнения. Эксперты предлагают несколько разумных, продуманных, просчитанных вариантов, которые отличаются не степенью обоснованности, а приоритетами. Одни считают, что в первую очередь надо решать экологические проблемы, другие – проблемы здравоохранения, третьи – образования. Разница там в несколько процентов в пользу экологии, несколько процентов в пользу здравоохранения и т.д. Граждане выбирают, какой из этих вариантов им в большей степени подходит. А дальше чиновник обязан управлять, обеспечивая потоки финансов, ресурсов, исполнение принятых гражданами решений и т.д. Эта система работает достаточно четко. Не везде, не всегда, не в полной мере, коррупция есть везде, но по рейтингу коррупции социальные государства Скандинавии стоят на первом месте, там коррупция минимальная, а государства типа России опускаются далеко вниз, поскольку коррупция здесь весьма высока.

Такова одна сторона государства. Другая сторона государства, если граждане пассивны, политическая система достаточно репрессивна, власть авторитарна, в этом случае государство начинает работать на самого себя любимого. А если экономические ресурсы сосредоточены главным образом в руках крупнейших корпораций, контролирующих основное богатство страны, то этот чиновник, эта высшая политическая власть оказываются в значительной степени подчинены в конечном итоге интересам магнатов. Одного отдельного олигарха или магната, если он зарвется и будет нарушать общие интересы класса, посадить в тюрьму и превратить в швею-мотористку можно, но нарушить интересы всего класса, миллиардеров, контролирующих экономику, невозможно. Если какой-то из высших чиновников государства захочет пойти поперек их интересов, то его уберут, на кого-нибудь заменят, а то и вообще он где-нибудь потеряется. Такова теория, которая близка к практике.

Как избавиться от того, чтобы государство работало на интересы олигархов и самого себя, бюрократического аппарата? Эти механизмы в принципе далеко не новы, хорошо известны, но труднореализуемы. Напомню, что это реальная сильная низовая демократия, большие полномочия профсоюзов и общественных организаций, местного самоуправления, реальная избирательная система, реально закрытый доступ для денег влиять на политические процессы, невозможность использования административного ресурса при выборах. Скажем, если идут выборы главы региона, то действующий глава региона не может выполнять обязанности губернатора или мэра, на это время он выходит в отставку и пользуется эфирным временем наряду со всеми остальными, а все новости идут безлично или апеллируя к какому-нибудь исполняющему обязанности клерку. В этих условиях не будет идеала, но будут относительно большие возможности для подчинения государства интересам граждан, а не интересам бюрократии и олигархов.

Напомню, я говорю о рыночной экономике, о конституции социального государства, обо всем том, что записано в Конституции РФ. Здесь нет никаких ни преувеличений, ни отступлений, ни перегибов, просто следование нормам традиционного буржуазного права. Никаких коммунистических реформ и тем более революций ваш покорный слуга здесь не предлагает.

Еще один аспект – это социальность государства, когда снимается хотя бы частично влияние крупного капитала на государственный аппарат. Уйти от него полностью невозможно, но несколько снизить можно. Я приводил немало примеров, когда устанавливаются правила, не равные, как ни странно, для богатых и бедных. Когда, например, штраф за нарушение правил дорожного движения не одинаков для миллиардера и пенсионера, а дифференцирован в зависимости от дохода. Приведу пример. Одна из скандинавских стран. Наследница миллиардного состояния разгоняется на своей спортивной машине до 120 км в час, да еще перед этим выпив пару бокалов вина. Ее останавливает полиция, отбирает права на два года, сажает в полицейский участок, в тюрьму по сути дела, на две недели и штрафует на 70 тыс. евро. Владелец почти миллиардного состояния выезжает на «зебру», не пропустив пешехода. Его штрафуют на 30 тыс. евро. Это символы, но символы важные. Точно так же, как и стоянка из велосипедов перед парламентами и министерствами в Дании, Голландии, во многих других странах.

Вот если государство хотя бы немного (а лучше много) социально, демократично, в значительной степени подконтрольно гражданам, в меньшей степени подконтрольно олигархам, бюрократический аппарат не имеет чрезмерных привилегий, начальник департамента в государственном органе имеет такие же возможности для жизни, как и доцент в университете или высококвалифицированный школьный учитель, вот в этих условиях у государства могут и должны быть функции, которые позволят ему обеспечить настоящее экономическое развитие, а не прозябание.

О чем идет речь? Прежде всего, о стратегическом планировании. В предыдущих эфирах директор Института экономики Елена Ленчук, профессор, член-корреспондент РАН Дмитрий Сорокин, другие участники наших передач говорили о необходимости стратегического планирования в рыночной экономике. Речь не идет о том, чтобы бюрократический чиновник при помощи ГУЛАГа приказывал всем до гвоздя, что производить. Речь идет о другом. О том, что парламент принимает на 5 лет закон о стратегических приоритетах экономического и социального развития. Скажем, современное роботизированное оборудование, которое должно заменить импортные станки; ключевые сферы социального развития, прежде всего – образование; здоровье человека. Для этих сфер государство устанавливает: в сфере общественного производства в государственном секторе просто прямые задания для государственных предприятий. Мы, государство, хозяева, это наши предприятия, мы как хозяева говорим, что мы хотим на них делать. Точно так же, как Билл Гейтс устанавливает, что будет делать его собственная империя, объем производства которой не намного меньше, чем объем производства пары-тройки регионов РФ.

Итак, в своем государственном секторе мы, граждане России, при помощи специалистов и государственных органов устанавливаем прямые задания производству, но только в государственном секторе. Для частного сектора, который в России доминирует, устанавливаются правила игры. Не приказы, но правила игры. Если вы ориентируете свое производство на создание тех самых роботизированных комплексов, вкладываете в опытные научно-конструкторские разработки, причем не только сегодняшнего дня, но и стратегические, если вы поддерживаете современное образование и здравоохранение, для ваших предприятий, фирм налоги минимальны, чуть ли не нулевые, кредиты предельно дешевые. И государство предлагает вам выгодные частно-государственные инвестиционные проекты на стабильных правилах на 5 лет. Выгодно, удобно. Слишком высокую норму прибыли не получите, но гарантированный высокий доход – да, плюс государственную поддержку. Если вы хотите заниматься вывозом капитала, финансовыми спекуляциями, вырубкой леса, продажей сырья без переработки, если вы используете ручной труд, не соблюдая правила охраны труда и т.д., у вас предельно жесткие условия – штрафы, высокие налоги, никаких льготных кредитов. Тяжелые условия для вредного, ненужного стране бизнеса.

Я не боюсь этих слов. Не чистая рыночная конъюнктура, а общественное решение, поддержанное парламентом, на основе экспертных расчетов, обеспечивает приоритетное развитие. Вы скажете, это произвол и сталинская модель. А я скажу: нет, только так поднималась экономика США в эпоху Рузвельта, выходя из Великой депрессии. Так развивалась при помощи индикативного планирования и программы экономика Франции после Второй мировой войны, экономика Южной Кореи. И сегодня даже Трамп, либерально-консервативный лидер США, устанавливает для передовых отраслей ускоренные нормы амортизации, когда, по сути, за маленькие деньги вы можете установить новое оборудование и использовать его для производства сверхсовременных изделий. Это мировая практика, которая нужна нашей стране. Это то, что может делать государство.

И второй аспект, о котором я не могу не сказать, это то, что государство может и должно взять под свой контроль большую часть сфер, обеспечивающих реализацию базовых потребностей человека – потребностей в здоровье, образовании и культуре. Я не боюсь прослыть сторонником советской модели. Речь идет не только о советской модели, но о современном варианте общедоступного образования через всю жизнь. Эта модель существует сегодня и в рыночных экономиках тех же скандинавских стран, да в значительной степени и в других странах Западной Европы, где большая часть университетов общедоступна и бесплатна для граждан ФРГ или Финляндии.

О чем идет речь? Не о той бюрократизации, которая есть сегодня. Сегодня у нас государство опутывает массой норм, отчетов, бессмысленных требований школу, университет, детский сад и даже ясли. Большая часть жизнедеятельности – это писание бумаг, для того чтобы изобразить эффективность работы государственного аппарата, причем это касается и частного сектора. Речь идет о другом. О том, что государство обеспечивает поддержку общественных университетов, школ и т.д. А эти организации вполне могут работать на основах самоуправления, ибо профессора и учителя – это отнюдь не кухарки. Кстати, Ленин и не говорил о том, что кухарки должны управлять государством. Он говорил о том, что граждане, сознательные рабочие, инженеры, учителя, врачи могут и должны учиться участвовать в управлении, в том числе на государственном уровне. Ничего плохого в этом нет, есть только хорошее, польза для нас всех. Тем более в сфере образования, где любой декан или ректор – это в прошлом такой же доцент или профессор, как и все остальные. Поэтому реальное общественное самоуправление на государственные деньги в рамках программ образования. А дальше открытая информация в интернете, которую любой чиновник может использовать и обработать так, как он считает нужным, но тоже открыто и под общественным контролем, чтобы каждое ваше действие на вашем личном компьютере было известно каждому. Государственную тайну из этих действий в сфере образования не составляет почти ничто, может быть, за исключением каких-нибудь секретных разработок очень талантливых студентов в каком-нибудь авиационном институте.

У нас был цикл передач, посвященных тому, что может и должно, а что не может и не должно делать государство. Государство не должно быть бюрократическим начальником, который приказывает делать что-то другим акторам экономики, исходя из своих интересов как особого чиновничьего слоя, клана. Оно не должно реализовывать интересы высшей олигархической номенклатуры. Оно должно и может работать на интересы общества. Да, в условиях реальной капиталистической рыночной экономики этот идеал недостижим в полной мере, но двигаться к нему можно и нужно. Это уже вопрос о том, что мы с вами можем и должны сделать, для того чтобы государство в большей степени реализовывало наши интересы и в меньшей степени думало об интересах олигархов, об интересах самого себя, чиновничьего слоя. И тогда, может быть, оно будет реализовывать те функции в экономике, о которых мы только что говорили.

16

Слушайте также

ОБРАТНАЯ СВЯЗЬ
Московская студия 8-800-200-97-02
+7 (967) 200-97-02 +7 (967) 200-97-02
СЛУШАЙТЕ ТАКЖЕ