До космодрома Восточный в Амурской области я добирался в компании ракетно-космических спецов, депутатов Госдумы и журналистов. От Благовещенска — 170 километров трясучки на вертолете. Пока вдруг из-за сопок и тайги не выплыла гигантская стройплощадка с муравьиной суетой грузовиков и бульдозеров в облаках пыли.

В штабе космодрома гостей ждал глава Роскосмоса Игорь Комаров. И сразу же ответил на главный вопрос: что даст эта стройка стране?
— Прежде всего, — объяснил Комаров, — Восточный даст России независимость космической деятельности от научных задач до пилотируемых полетов. Затем — гарантированное выполнение коммерческих и международных космических программ. А еще даст экономический импульс Дальнему Востоку. Наконец, Восточный в перспективе даст России уменьшение затрат на аренду у Казахстана Байконура.
Гости наседали:
— А каковы преимущества Восточного перед Байконуром?
Комаров отвечал:
— Начальный участок траектории полета ракет-носителей не будет проходить над густонаселенными районами страны, а также над иностранными государствами. Плюс районы падения отделяющихся частей ракет расположены в нейтральных водах.

Путин жестко присматривает за ходом строительства и сам бывал на космодроме. Отсюда в 2013 году он поздравлял с Днем космонавтики экипаж МКС и сказал о Восточном: «Здесь будут запускаться межпланетные космические средства для изучения и освоения Луны, Марса и других планет».

Автобус с московскими гостями катил по гладкой, как теннисный стол, дороге к сердцу космодрома — стартовому комплексу. Директор Спецстроя России Александр Волосов «накачивает» меня статистикой: его подчиненные сейчас в 3 смены достраивают стартовый и измерительный комплексы, командный пункт, кислородно-азотный и водородный заводы. Всего же на Восточном будет более 400 объектов. А еще аэродром для приема всех типов самолетов. Будет и современный город на 30 тысяч жителей для персонала космодрома. Будущему городу уже подобрано очень космическое имя — Циолковский. Назвать так город предложил Путин.

Над стартовым комплексом возвышается 50-метровый каркас. Когда ребра этой вышки обошьют железом и стеклом, в чреве ее будет готовиться к старту ракета «Союз-2».

Зимой персоналу не придется мерзнуть у ракеты на 40-градусном морозе, а летом — париться на 35-градусной жаре (такие тут температуры). С помощью мобильной башни к «Союзу» подстыкуют «рукава», чтобы поддерживать в ракете нужную влажность и температуру. Когда же ракету подготовят к старту, вышка распахнет «объятия» и отъедет в сторону. Эту идею наши ракетчики подсмотрели на космодроме Куру во французской Гвиане, но обогатили ее российскими ноу-хау.

На стройке стартового комплекса Восточного замначальника управления Андрей Охлопков выступает в качестве гида. У него глаза горят мальчишеским азартом:
— На стартовый стол придется основная нагрузка во время пуска 300-тонной «ласточки» — «Союза-2». Площадь железобетонных стартовых сооружений — почти 24 тысяч квадратных метров! На все это ушло 65 тысяч кубометров бетона! А вон там газоотводящий лоток. Это будет самое жаркое местечко. Температура на выходе из сопла ракеты во время старта достигает 4000 градусов!

Для полковника запаса Охлопкова Восточный — уже третий космодром, который он строит. Раньше были Плесецк и Свободный. Кстати, на объектах Восточного трудится немало отставных военных из бывшего ракетного гарнизона Углегорск, который в 20 километрах.
Вместе с ветеранами космодром строит молодежь.

— Мой дед строил БАМ, а я вот строю Восточный, — говорит студент из Омска Александр Костин.
Среди группы инженеров и прорабов, что-то обсуждающих у стартового комплекса, узнаю гренадерскую фигуру вице-премьера Дмитрия Рогозина в зеленой робе и строительной каске. Кто-то из «штабников» говорит за моей спиной:
— Дмитрия Олеговича на Восточном в последние месяцы можно видеть чаще, чем в Москве.
Вместе с Рогозиным спускаемся в глубокое, пахнущее известью и краской «подполье» стартового комплекса. Кругом сотни приборов и замысловатых датчиков. Рогозин рассказывает обо всем этом мудреном хозяйстве на языке матерого инженера: «Я же тут за последние месяцы вместе со спецами все облазил и все перещупал».
— Обратите внимание, — со своей фирменной гордостью в голосе говорит Рогозин, — все это сложнейшее оборудование только российского производства!
Вместе с вице-премьером мы ездили и по другим объектам космодрома, и я на ходу доставал его вопросами.

— Дмитрий Олегович, сколько раз вы на этом космодроме были за все время вашего вице-премьерства?
— Считайте. Три года умножить на 12 месяцев и еще добавить раз пять, когда летал каждые две недели. По-другому не получилось.

— Говорят, что проблемы с выплатой зарплаты рабочим решены процентов на 95. Это так?
— Уже решены на 100 процентов. Но прошу обратить внимание: проблемы были с деньгами, которые мошенники увели еще до 2012 года. С другой стороны, я подозреваю, что подобные безобразия — вещи традиционные на крупных стройках. Но здесь я просто счел необходимым самым железным образом навести порядок.
— Вы почистили ряды махинаторов?
— Да, около десятка человек из числа бывших руководителей уже в СИЗО. Это безобразие, когда людям или задерживали зарплату, или не платили вообще. Притом что сам космодром никому не должен был, все деньги были перечислены. Схема субподряда гнилая. На каждом уровне посредник оставлял для себя от 8 до 25 процентов. Мы все эти схемы порушили жестко. И в итоге стройка мобилизовалась и рванула вперед. Все эти отставания, «предзабастовочные состояния» на стройке — сразу все ушло.

— Вы ведь людей новых подобрали, другая команда пришла — начиная с главы Роскосмоса...
— Даже фамилии руководителей управлений ведущих, которые отвечают головой за стройку, соответствующие — Мордовец, Волкодав.
— Некоторые скептики сомневаются, что в декабре с Восточного ракета полетит...
— Полетит! Восточный — главное дело моей жизни! В декабре «Союз-2» полетит. Когда будет готова вторая очередь космодрома, «Ангара» полетит. Национальные все пуски будут обеспечены за счет Восточного, а коммерция останется на Байконуре. Потребуется большая работа и по организации второй очереди космодрома. К 2021 году мы практически все завершим. Имею в виду строительство еще двух стартовых столов.
— Под легкую и тяжелую ракету?
— Это будет универсальный стартовый стол. С него сможет летать любая «Ангара».
— А зачем два стартовых стола?
— Во-первых, мало ли что может быть с одним из них. Всегда нужна подстраховка. А во-вторых, мы отрабатываем для перспективных пилотируемых полетов такие пусковые системы, когда практически синхронно взлетают две ракеты. Да-да! А дальше выведенные ими на орбиту конструкции соединятся в единую систему. В станцию! Именно эта схема будет на Восточном. Она одновременно будет организована и в Плесецке, там будет стоять еще один стартовый стол. Итого три стола будет: один в Плесецке, два здесь. И тогда даже четырехпусковая схема может работать (учитывая Байконур) для создания крупных орбитальных станций. Мы начнем уже испытания с 2021 года здесь, а с 2023-го
сможем обеспечивать и с Байконура, и с Восточного пилотируемую программу МКС или того, что будет тогда.

— Это правда, что из-за многократных задержек зарплаты рабочим на Восточном Путин велел Рогозину взять процесс под личный контроль?
— Это правда. И Рогозин установил видеокамеры на всех объектах космодрома и предупредил рабочих, что наблюдает за всем из Москвы. А поначалу некоторые рабочие подумали, что Рогозин играет с ними «в мультики». А я за каждым объектом из своего кабинета наблюдал в режиме онлайн. И за тем, как и что строится, и за тем, как выдавали зарплату. Потом приезжаю на Восточный, подхожу к жалобщику и спрашиваю: «Кто вам должен выдать деньги и сколько?». А он не знает!
Я требую — приведите сюда бригадира, прораба, начальника участка, финансиста! Пришли. Учета нет, документов нет. Ну я и врезал всем им по полной программе. Навел строгий военно-учетный порядок. И жалобы стали таять...

Стоимость первой очереди космодрома — 160 млрд. рублей (цена Восточного со второй очередью и всей инфраструктурой, включая город Циолковский, — около 400 млрд. рублей). К тому моменту как Восточный будет окончательно построен, он войдет в число четырех крупнейших космодромов планеты и станет наиболее современным из них.