«Игорь Матвиенко наиграл песню на пианино. Я долго уговаривал его отдать ее нам»: Экс-барабанщик группы «Рондо» Николай Сафонов — о хитах, тайских приключениях и друзьях

«Игорь Матвиенко наиграл песню на пианино. Я долго уговаривал его отдать ее нам»: Экс-барабанщик группы «Рондо» Николай Сафонов — о хитах, тайских приключениях и друзьях Фото: предоставлено Николаем Сафоновым

Николай Сафонов, один из самых известных российских рок-барабанщиков старой школы, — кладезь самых невероятных историй из музыкального закулисья. В 80-е он играл в одном ВИА с Игорем Матвиенко, который тогда уже сочинял песни, но еще не был звездным композитором; записывал барабаны для первых хитов «Любэ»; уговаривал юную Земфиру уезжать из Уфы в Москву. Это не говоря уже о том, что больше 20 лет он отдал группе «Рондо». На днях Николай Сафонов, который теперь играет в группе Casual и продвигает сольный проект «Линии дождя», отметил свое 60-летие. Юбилей — отличный повод встретиться и поговорить. С музыкантом побеседовал наш корреспондент Александр РОГОЗА.

Фото: предоставлено Николаем Сафоновым

Школа и армия

— Родители работали в нефтяной промышленности, поэтому мы в моем детстве переезжали по стране, — вспоминает Николай. — Родился я в Башкирской АССР, в городе Октябрьский. Потом мы переехали в Ленинград, уже там я пошел в школу. Когда нас приняли в пионеры, на линейках мне поручили быть барабанщиком. Так что я играл дробь на малом барабане, когда в школе поднимали флаг. Потом мы снова уехали. В Сибирь. Старшая школа прошла в городе Стрежевой Томской области. Там я в 15 лет создал свой ансамбль, играл на ударных. Мы тогда, конечно, увлекались зарубежной музыкой — Deep Purple, Led Zeppelin и так далее. Играл, видимо, неплохо, потому что еще до армии поработал в Алтайской филармонии, в вокально-инструментальном «Искатели».

Армия — служба в группе советских войск, расквартированных в ГДР. Сначала полковой оркестр в городке Розенкруг, потом перевод в другую часть, под Плауэн.

— Вот там я познакомился с будущим солистом «Рондо» Сашей Ивановым, он тоже в оркестре служил. Мы с ним как-то быстро сошлись и, в принципе, подумывали, что вернемся из армии и сделаем свою группу.

Сафонов вспоминает, что был удивлен уровнем восточногерманских групп, которые иногда показывали по телевизору.

— Они играли очень прилично и очень мелодичные песни пели. Мы с Сашей даже несколько песен их играли в своей солдатской. А однажды к нам в полк приехала группа Supermax. Представляешь? Всемирноизвестная группа приезжает играть в советскую военную часть! Тогда был такой культурный обмен, Freundschaft, немцы к нам приезжали, мы — к ним. И также все наши известные вокально-инструментальные ансамбли — «Веселые ребята», «Самоцветы» — ездили по частям, и по советским, и по немецким, выступали.

Фото: предоставлено Николаем Сафоновым

«Здравствуй, песня!»

После армии Сафонов и Иванов снова играли вместе, но как приглашенные музыканты — в ВИА «Радуга» при Кызылординской филармонии (это в Казахстане), потом был ВИА «Сверстники» при Рязанской филармонии. В таких коллективах музыканты исполняли песни официальных советских композиторов и иногда немножко своего — но эти свои песни нужно было еще «залитовать» — то есть, чтобы специальная комиссия подтвердила, что в словах и музыке никакой крамолы не содержится.

А потом Сафонов на три года (до 1985-го) попал в знаменитый ансамбль «Здравствуй, песня».

— В составе — Сережа Мазаев (он на саксофоне играл и был основным вокалистом), бас-гитарист Игорь Ерастов, клавишником был Игорь Матвиенко, гитаристом — Сережа Попов, который в «Арии» сейчас играет. Позже к нам пришел Коля Расторгуев, он пел, когда Мазаев ушел в «Автограф».

В то время ансамбль «Здравствуй, песня» записал целый альбом на песни Игоря Матвиенко — «Я тебя не долюбил» и «Принцесса села на иглу», популярные в середине 1980-х шлягеры.

Фото: предоставлено Николаем Сафоновым

Вариант с «Любэ»

— Потом мы даже начали уже начали репетировать песни, которые потом стали хитами в репертуаре «Любэ» — «Клетки-вагонетки», «Люба-агрегат», — рассказывает Николай Сафонов.

Но в 1985 году Краснодарская филармония не стала продлевать трудовой договор с этим составом музыкантов и ребята разбрелись кто куда.

— Игорь с Колей Расторгуевым начали делать свой проект — он еще не назывался «Любэ». Плюс Игорь, конечно же, еще в то время занимался Женей Белоусовым, царствие ему небесное. Матвиенко иногда звал меня записаться на барабанах. Кстати, в той песне «Девчонка-девчоночка», которая вышла на альбоме у Жени, именно я играю. И когда уже начали они первые песни для «Любэ» записывать, Игорь меня тоже приглашал, я какие-то песни записывал на барабанах, одну или две песни я сыграл. Точно помню — «Не валяй дурака Америка», потом что-то еще. Но не знаю, остались ли мои версии на альбомах.

— А был вообще вариант, что ты будешь барабанщиком «Любэ»?

— Был такой разговор у нас, но мне больше рок-н-ролл мне нравился. Я считал и считаю, что те песни «Любэ» — классные, я Игорю всегда, еще до всей этой славы, говорил, что эти песни скоро будут хитами, и коллектив будет номер один. Но я хотел играть рок. Сашка Иванов уже к тому времени попал в ансамбль «Рондо». У них тогда даже клип вышел «Ванька-встанька» на «Утренней почте», они стали более-менее узнаваемой группой, и Сашка предложил мне прийти в группу «Рондо». У меня были еще предложения от нескольких известных коллективов. Но я решил перебраться в группу «Рондо». Это был уже 1986 год.

Фото: предоставлено Николаем Сафоновым

Играли с «Браво» по стадионам

— Я, конечно, человек молодой, но первый раз я узнал о группе «Рондо», когда вы попали на «Рождественские встречи» Пугачевой. У нас дома кассета была с вашей мелодичной балладой «На одной земле». Это был уже ваш первый большой прорыв, да?

— Ну как тебе сказать. На самом деле, до этого мы уже пару лет ездили по всему Союзу и выступали по стадионам.

— Как это?!

— Группа «Рондо» работала при Московской областной филармонии и нас возили на гастроли по республикам и областям. Например, едешь в Молдавию и играешь концерты во всех областных центрах на местных стадионах, а там битком народу! Могли так на целый месяц уезжать. У нас была программа, где мы выступали вместе с группой «Браво», «Рондо» и группой Кости Никольского. То есть сразу три группы ехали и играли концерты по одному отделению. Понятно, что все в-основном шли на «Браво», у них тогда уже вышла пластинка на «Мелодии», их начали по телевизору показывать. Но и нас тоже хорошо принимали. И Костю Никольского отлично принимали. Но Жанна Агузарова была настоящей звездой на то время, да.

Но как раз в то время в группе случился конфликт — музыканты поссорились с тогдашним худруком «Рондо» Михаилом Литвиным (не путать с популярным современным YouTube-блогером, — Авт.).

— Миша решил, что надо поменять меня с Сашей, а ребята все остались с нами. Так появилось два коллектива — «Рондо» Миши Литвина и «Рондо», в котором уже мы были с Сашей лидерами, Иванов и Сафонов.

Фото: предоставлено Николаем Сафоновым

История «Бледного бармена»

Постепенно начали менять репертуар. Попросили несколько песен у Игоря Матвиенко.

— Как-то я к Игорю приехал, он мне говорит: «Слушай, вот мне тут Саша Шаганов (поэт-песенник, автор десятков хитов «Любэ», «Иванушек International», Евгения Белоусова и др.) песню показал…» Сел за пианино — у него такой «Красный Октябрь» был старенький — и начал играть: «Бледный бармен с дрожащей рукой, дыма табачного пленный…» Я был настолько впечатлен, что тут же начал его уговаривать: «Игорь, давай мы с «Рондо» эту песню запишем прям вот в ближайшие дни буквально, быстро». А он как-то не очень на это отреагировал: «Коля, ну, я хочу другому артисту ее предложить». Ну, в общем, у него не было в планах, чтобы мы ее пели. Но каким-то чудным образом я его уговорил. И мы буквально на следующий день поехали на студию Центра Стаса Намина SNC. И буквально за один день мы ее записали. В то время Миша Макаренков работал музыкальным редактором «Утренней почты», мой приятель хороший. Я его уболтал снять нам клип и поставить его в программу. Понятно, что клип надо было там какие-то деньги заплатить.

И Мишка буквально за час в тон-ателье в «Останкино» снял нам замечательное видео, которое я даже сейчас с удовольствием смотрю. Нас действительно показали по «Утренней почте» и мы уже как бы обрели уже немножко другой статус.

Фото: предоставлено Николаем Сафоновым

— Ты уговорил Матвиенко отдать эту песню. Вы за нее заплатили?

— Нет, нет. Не платили. Тогда все иначе было. Все по дружбе. Игорь пошел навстречу и спасибо ему большое, что он сыграл такую важную роль для группы «Рондо». Надо просто знать, насколько Игорь чуткий и порядочный человек. Когда он делал проект «Иванушки International», он мне позвонил. Говорит: «Коль, я хочу записать с «Иванушками» «Часть Вселенной». Я говорю: «Отлично. А почему ты мне об этом говоришь?» — «Ну, просто тебя в известность ставлю». Я говорю: «Игорь, это же твоя песня! Это ты ее написал, поэтому у нас никаких вопросов». То есть это говорит, настолько Игорь всегда внимательно к людям относился.

Фото: предоставлено Николаем Сафоновым

«Я буду помнить»

— Другим мегахитом тогдашнего «Рондо» стал дуэт с Владимиром Пресняковым-младшим — «Я буду помнить».

— С Вовой мы дружили очень давно, играли вместе концерты. Мы — первое отделение, а Вова, соответственно, был уже звездой, он играл второе отделение. Гастроли были в Питере, на Украине, в Казахстане. Очень много мы отыграли с ним концертов. И вот где-то мы были на гастролях, в Барнауле или Бийске, сидели в гостинице, постоянно все вместе были. У нас была заготовка песни и вот там мы начали потихонечку доделывать. Всем понравилась идея сделать совместную песню. Когда приехали в Москву, я позвонил Мише Хлебородову — он тогда уже снимал такие модные клипы Саруханову, «Моральному кодексу», был очень востребованный. В общем, мы, опять же на студии Стаса Намина в SNC, записали с Вовой песню «Я буду помнить». А Миша Хлебородов снял нам за какие-то небольшие деньги видео, которое, стало популярным. По сей день эту песню любят.

— Это 1990 год. Сколько стоила съемка клипа?

— Если мне память не изменяет, Миша сказал: «Ребята, вот мне нужно в аренду взять свет, там камеру …», в общем какие-то технические моменты. Тогда еще советские деньги были. Но я не помню, сколько точно это стоило — 500 рублей, или тысячу. Ему песня понравилась. За работу он с нас ничего не взял, мы только технику оплатили.

Фото: предоставлено Николаем Сафоновым

Сколько зарабатывали ВИА в филармониях

— Ты много рассказывал, как играл в ансамблях при филармониях. Сколько музыканты такого уровня зарабатывали в СССР?

— Ну вот смотри. Поскольку мы работали в госучреждении, мы работали как все нормальные люди — получали в конце месяца зарплату. Но зарплата у нас исходила из того, сколько мы дали концертов. Если мы выступали в обычном концертном зале, то ставка была порядка семи рублей за концерт. Ну, плюс суточные — рубль двадцать в день. А если мы работали Дворец спорта, то эта ставка, она удваивалась, то есть уже там 13-14 рублей мы получали. Грубо говоря, мы дали за месяц 30 концертов — такое бывало, да. Вот все это умножалось. Мы получали там по тем временам неплохие деньги. Но при этом мы много тратили на аппаратуру, покупали японские, американские инструменты: гитары, барабаны, у нас были очень хорошие клавиши. Правда, на гастролях и фарцовкой немного занимались. Приходили местные музыканты, мы им продавали фирменные струны, барабанные палочки, пластики.

— Ну, а в быту вот человек из филармонической группы что себе мог позволить?

— Тогда видеомагнитофоны появились, фирменные телевизоры. Это стоило очень дорого. Но мы могли купить. Кто-то потихонечку машины покупал. У меня, например, «Жигули» пятой модели появилась в 1987-м. И то после какой-то заграничной поездки. Мы оттуда привезли какую-то аппаратуру и здесь продали, потому что это все было дефицитом. Машину я купил с рук, она стоила 7 или 8 тысяч рублей. Кстати, я тогда и водить еще не умел. Позже начал учиться.

Фото: предоставлено Николаем Сафоновым

Дуэт с Пугачевой

— Когда мы отделились с «Рондо» от Миши Литвина, стали работать в Театре Аллы Борисовны Пугачевой. Ей импонировал наш состав, Сашка, потому мы были какими-то «фирменными», пытались делать интересное шоу. У нас, может быть, музыка была не очень, — смеется, — а шоу на уровне СССР хорошее. Ну, например, Сашка там выходил в образе смерти там, с топорами с какими-то мы выскакивали, будто палачи какие-то. В общем, вели себя, как рок-группа! И нас принимали очень здорово. И да, Алла Борисовна к нам очень была благосклонна, понимая, что мы сейчас выйдем на сцену и зажжем.

— То есть она продвинутая была, следила и за неофициальной сценой?

— Конечно. Приметила же она казахскую группу «А-Студио» и многих других артистов, которые потом выстрелили… У нас, кстати, даже совместная песня была с Аллой Борисовной. Кажется, она называлась «Счастье». Мы ее записали, но точно не помню, для какого концерта.

— Был ведь вариант, что «Рондо» может стать такой же советской рок-группой на экспорт, как «Парк Горького»?

— Да. На тот момент мы уже работали со Стасом Наминым. И вот он повез нас в Японию, с нами там хотели заключать контракт. Мы играли целиком англоязычный репертуар, было три концерта в Осаке и Токио. И к группе был большой интерес с подачи Стаса Намина. Потом у нас был большой тур по Аляске. Потом мы еще несколько концертов дали в Сиэтле. У нас должны были быть концерты в Нью-Йорке. Но параллельно в Америку полетела группа «Парк Горького», они уже записали свой хит Bang, началось большое промо. И нам сказали, что решили акцент делать не на группу «Рондо» или «Группу «Цветы» Стаса Намина», а на «Парк Горького».

Банановая диета

В последние годы СССР начал стремительно меняться советский «шоу-бизнес».

— Все как будто в один момент случилось. Вот были в Союзе роковые и поп-роковые коллективы. Но всех внезапно перечеркнул «Ласковый май». Пошел бум аналогичных электронных легких групп. «Мираж», «Форум», «Электроклуб». А мы так же играли свой рочок и как-то стали немножко угасать по популярности. В общем-то, до 1995 года нам было тяжеловато. И конечно, я благодарен судьбе то, что мы повстречались с Сережей Трофимовым и он нам показал пару своих песен…

— Одну минутку, Коля. До Трофима мы сейчас дойдем. До этого у вас же была фееричная история с гастролями в Таиланде!

— Да-да. Работы в России было мало. И в какой-то момент нам предложили поехать в круиз на теплоходе. Пообещали в Таиланде концерты. Мы решили попробовать. У нас же была англоязычная программа. Но в итоге мы сыграли один или два концерта, а потом нам все прикрыли, потому что у нас не оказалось разрешения на работу в стране. Мы же о таких тонкостях не знали. В Таиланде нас вез украинский бизнесмен, он нам много чего наобещал, а мы поверили. Он же нам даже показывал какие-то документы. Тоже было феерично. Показывает бумагу: мол, подписал договор о концерте на стадионе в Бангкоке. В документе напечатана сумма гонорара: 25 тысяч долларов. Но сверху она перечеркнута фломастером, и исправлена на «15 тысяч долларов». Я говорю: «Слушай, а как это вы так прямо в документах цифру зачеркиваете?». Он: «Ну, они не согласились на 25, только на 15». Я говорю: «Ну, тогда нужно было целиком документ переписать. Так не делается». Но мы все равно поехали, потому что другой работы все равно не было. И застряли в Таиланде. У нас не было денег вылететь обратно в Москву, нам пришлось сидеть в этом Таиланде 4 с половиной месяца. У нас потом еще возникли проблемы с полицией, поскольку мы снимали дом и не оплачивали его вовремя. За долги нас могли посадить даже в тюрьму, но, слава богу, до этого не дошло. Хотя мы реально были уже близки к тому, чтобы сесть в тюрьму.

— Были дни, когда вообще нечего было есть?

— Бывало. Там проблема главная была в том, что питьевую воду нужно было покупать в бутылках. Рис у нас был, немножко оставалось. Еще курили же все, кроме Сашки. Басист Димка Рогозин находил какие-то там старые бычки, сушил табак. Рядом недалеко росли пальмы с бананами. И мы постоянно кушали бананы, — смеется. В итоге нам удалось занять денег, чтобы вернуться домой. Кстати, когда информация дошла до России, все газеты начали писать, что группа «Рондо» сидит в тайской тюрьме. И это даже повлияло на нашу популярность. Когда мы вернулись, нас стали приглашать на все модные на то время передачи вроде «Акул пера».

Трофим и «Грешной души печаль»

— В Москве тогда уже начали появляться ночные клубы, работа немного появилась. Мы играли. И вот на одном из мероприятий, на студии МДМ на Фрунзенской набережной, мы встретились с Сережей Трофимовым. Мы с Сашей раньше не были с ним знакомы. Сережа повез нас к себе домой и показал пару своих песен. Сыграл под пианино «Она поверила в сказку» и «Я постелю тебе под ноги небо». Это мы уже потом узнали, что Трофим до нас показывал эти вещи Коле Носкову и еще кому-то из музыкантов. И вроде даже какие-то есть демо-версии, записанные другими ребятами. Но мы тогда в МДМ мы с Сашкой эти песни услышали и сразу решили, что это нужно делать! И мы решили сделать целый альбом Сережиных песен «Грешной души печаль» именно как сольный проект Александра Иванова.

— А кстати почему как сольник, а не как альбом «Рондо»?

— Ну мы же были близкие друзья! Мы приглашали музыкантов, гитаристов, аранжировщиков. Владимир Петрович Пресняков приехал, сыграл на саксофоне. И мы с Сашей вдвоем целиком финансировали весь проект от А до Я — запись песен, съемки клипов. Искали деньги, занимали, даже продавали какие-то вещи, машины свои.

— Альбом мгновенно стал популярным? Там же хит на хите!

— Не все так просто было. На то время была очень известная компания «Союз», которая все самые топовые альбомы. Там работала известный продюсер Алена Михайлова. Я приехал к ней, показал песни. Она послушала и говорит: «Ну, вот, Коль, ты знаешь, там вот сейчас песни более такие попсовые нужны, а у вас такие какие-то грустные песни очень». Я говорю: «И хорошо, что они такие лирические. На фоне того, что происходит в шоу-бизнесе, это может быть прорывом». Но нам в «Союзе» отказали. И мы с Сашей начали просто бегать по радиостанциям, где есть знакомые, и просить поставить песни в эфир. И вот тогда началось! Людям песни очень понравились. И потом нам уже звонили из «Союза», та же Алена Михайлова: «Коль, я бы хотела с вами поговорить по поводу контракта, по поводу вашего альбома, у вас на самом деле хорошие песни».

По словам Сафонова, сам музыкант зачастую может сделать для своих песен гораздо больше, чем дяди из офисов.

— Я даже на примере Земфиры могу об этом сказать. Мы однажды с группой «Рондо» были на гастролях в Уфе. Перед концертом подошел мой знакомый Дима, который работал Башкирском отделении «Европы Плюс», попросил: «Вот можно там девочка перед вами очень хорошая выступит?». Мы были не против. И вот она вышла с какой-то своей местной группой: «Вороны-москвички меня разбудили». На тот момент это была еще никому не известная девочка. Она выстрелила на всю страну примерно через год или полтора. А тогда я стоял за кулисами и был сильно удивлен. Меня поразили песни, музыка и тексты. Я даже подумал, что мы могли бы что-то из этих песен сами сыграть. А Саша сказал, что девушка ему чем-то Жанну Агузарову напоминает. После концерта был какой-то небольшой банкет. И там мы с юной Земфирой разговаривали. Мы ей говорили: «Девушка, вам надо ехать в Москву с такими классными песнями». Она говорит: «Да я уже была в Москве. Чего-то как-то не очень интересно это всем…». Ну, в общем, как-то сразу ее не разглядели, но через какое-то время она стала у нас звездой, и по сей день звезда Земфира.

Расставание с «Рондо»

— Альбом «Грешной души печаль» выстрелил. Но в 2005 году вы с Ивановым окончательно расстались. Почему?

— Ну, Саш, это же дело такое — люди долгое время вместе, немножко устают друг от друга. И в какой-то момент его окружение очень сильно влияло на Сашу. У нас до поры до времени были очень нормальные финансовые отношения — все ребята из состава были на процентах, музыканты, и по тем временам неплохо все зарабатывали. А то, что оставалось, мы делили с Сашей пополам. Но окружению Саши Иванова, его близким, это очень не нравилось, они считали, что при чем здесь Коля-то, если звезда — Саша. И в какой-то момент Саша мне сказал: «Коль, ну, вот я хочу пойти своим путем, а ты иди своим». Я удивился: «Саш, ну, ты понимаешь, что помимо того, что мы с тобой друзья, мы еще с тобой и коммерческие партнеры». Он говорит: «То, что касается альбома «Грешной души печаль» и группы «Рондо» — мы с тобой останемся друзьями и партнерами». Вот. Но никаких бумаг у меня с ним не было подписано, конечно же.

— Вы общаетесь?

— Ну вот недавно я с группой Casual выступал в Туле, позже там же играла группа «Рондо». Да, мы с Сашкой общались, перед концертом немножко там выпили коньячку. Приятно, что 12 из 14 песен, которые они сыграли, я с «Рондо» записывал в разные годы.

Фото: предоставлено Николаем Сафоновым

Путь в группу — через футбол

— Сейчас у тебя есть сольный проект «Линии дождя». Как он появился?

— Еще во время группы «Рондо» начал писать свои песни ребятам показывал, но понимал, что это не для группы. В 2005 году, когда мы разошлись, я плотно начал заниматься сольным проектом. И в компании «Навигатор» вышел мой альбом. И, в общем-то, какая-то аудитория даже меня подхватила, эти песни где-то даже зазвучали песни. Но при этом я понимал, что это, в принципе, в большей степени мои амбиции. Хотя я иногда выступаю именно с сольным проектом. У меня есть программа, где мы играем вдвоем с саксофонистом Яковом Зиновьевым. А если позволяет концертная площадка и бюджет, то есть музыканты, состав, где мы целиком играем с концерт «Линии дождя». И еще хочу сказать, что очень важную роль в записи моего альбома сыграл аранжировщик Натан Моргунов. Он очень много сделал для того, чтобы все это получилось. У нас как-то заведено, что артисты говорят: вот, я написал песню. Но никто не говорит о том, какую роль сыграли музыканты, записавшие эту песню, аранжировщики. В моем случае сольник «Линий дождя» — заслуга Натана Моргунова.

— Но сейчас твоя основная группа — Casual, постоянный участник крупнейших рок-фестивалей формата «Нашествия». Как ты туда попал?

— Через футбольное поле.

— Это как?

— В начале 90-х была футбольная команда звезд — «Фортуна». И нас с Сашей Ивановым туда пригласили. Потом была команда «Старко». В какой-то момент в ней произошел раскол. От команды отделилась новая команда — «Артист», где я сейчас играю. Так вот еще будучи в «Старко» я познакомился с Алексеем Яшиным. Он в свое время играл в московской металл-группе Hellraiser на бас-гитаре. Достаточно известная в 90-е годы была группа. И вот мы часто общались с Лешей, а однажды он говорит: «Коля, у меня вот есть свои песни. Давай мы их запишем?». Показал мне эти песни. Мне понравилось. Такой хороший русский рок. Записали пару песен и решили собрать группу. С тех пор мы Casual.

— Сколько вы альбомов уже выпустили?

— Пять альбомов за 12 лет, куча синглов. На днях презентовали в «16 тоннах» сингл «Миражи».

— Но скоро состоится концерт в честь твоего 60-летнего юбилея.

— Да, 28 мая будет концерт в клубе «Mezzo Forte», куда я, конечно же, всех приглашаю друзей. Это такой небольшой отчет за какую-то мою творческую там деятельность. Что будет? Будет, конечно же, группа Casual, будет мой сольный проект «Линии дождя». И у меня есть еще такой проект небольшой, тоже мой сольный. Он называется «Дедлайн». Потому что я уже дедушка как бы, у меня уже внуки есть, — улыбается. — В общем, приглашаю всех на концерт!

Расскажите об этом друзьям!
Комментарии