— В тот момент мы все еще спасали людей от ковида, — рассказывает она. — Никто даже не задумывался о масштабах СВО.

Тем не менее Анна прекрасно понимала: на фронте всегда будут нужны медики. И когда в феврале 2023-го главврач больницы спросила, кто готов отправиться в зону СВО, у нашей героини не возникло ни тени сомнений. С одной передовой борьбы за жизни людей — спасения их от ковида — она отправилась на другую: помогать нашим раненым бойцам. 

— Ни на мгновение я не задумалась об опасности, — вспоминает она. — Может, кто-то скажет, что это глупо, но я медик, я выбрала призвание — помогать. И я ни в чем не сомневалась — ни когда шла работать в первую волну ковида в «красную зону», ни сейчас. Сыновьям и дочке сказала: «Мне надо туда поехать, потому что вы дома должны ничего не бояться». Они меня поняли, потому что воспитаны именно так: выбрал свою дорогу — никуда уже не свернешь с этого пути. У нас очень патриотичная семья, мальчишки учатся в кадетском училище, гордятся этим.

— В профессию я вернулась, когда начался коронавирус, — быстро прошла переобучение и вышла в «красную зону», — вспоминает она. 

Именно там Анна впервые услышала от пациентов обращение «доктор». В защитном костюме, где видны только глаза через очки, статус не различить.

— Я говорю: «Я не доктор». А они все равно: «Доктор, доктор», — улыбается она. — Тогда же я первый раз услышала от врачей, что мне надо идти учиться дальше: есть и способности, и предрасположенность. Но думала, что в моем возрасте это уже что-то невозможное. А вот на фронте будто что-то щелкнуло: я смогу. Наверное, довзрослела до этого. 

Сейчас наша героиня уже на третьем курсе: учится на врача-лечебника и грызет гранит медицинской науки трижды в неделю по 12 часов — с 8 утра до 8 вечера. Все ее сокурсники — люди со средним медицинским образованием, действующие медики, поэтому занятия часто превращаются в обмен опытом. Личный, фронтовой, Анне, к слову, тоже пригодился.

— Теория с практикой в медицине часто расходятся, все это понимают, — говорит она. — Преподаватели рассказывают нам, как должно быть, а мы им — как бывает по факту, в «полевых» условиях. Мы дополняем знания и опыт друг друга и вместе растем профессионально. 

Чтобы иметь возможность учиться, Анна перешла на работу в психиатрическую больницу. В планах — ординатура по психиатрии. 

— Мне всегда было интересно устройство мозга и личности человека, — объясняет она. — И я столько раз видела, как люди переживают потери, — каждый по-своему, что мне эта тема стала еще ближе.

Впрочем, сказать, что Анне просто далось возвращение «за парту» — это слукавить. Первый год она даже плакала по ночам.

— Думала: слишком старая, чтобы все это воспринимать, понимать, вспоминать, — признается студентка. — А потом мозг адаптировался. У нас в «Синергии» крутые педагоги и замечательное техническое оснащение. Очень интересная учеба и университет замечательный.

Если бы не работа в зоне СВО, пришла бы Анна к решению учиться? Она задумывается.

— Наверное, желание так и осталось бы на уровне мыслей и сожалений о неосуществленном, — признается она. — А теперь я поняла простую вещь: когда ты находишься там, где должен быть и где ты нужен, перед тобой открываются любые двери.

— Когда мы впервые приехали в полевой госпиталь, почти все бойцы там были лежачими, — рассказывает она. — А когда уезжали, таких осталось всего несколько человек — остальные могли передвигаться, пусть на костылях или в колясках. И у них был такой боевой настрой: они хотели жить, многие планировали долечиться, пройти реабилитацию в Москве и все равно вернуться в зону СВО. Это наш труд, наше вложение. Мы по праву можем собой гордиться. У нас была невероятная команда из разных уголков России, и мы общаемся до сих пор.

В полевом госпитале Анне пришлось стать универсальной медсестрой.

— Всегда думала, что травма и хирургия — вообще не мое, — говорит она. — Мне ближе реанимация. Но в госпитале никто ждать не будет, пока ты освоишься. Дали стол — иди перевязывай. Надо подавать больного на операцию — подавай. Присматриваться некогда, сразу включаешься в работу.

Тем, кто сейчас за ленточкой, Анна желает только одного: вернуться живыми, невредимыми, а медикам, которые работают на фронте, — сил и терпения. Ей и сейчас время от времени хочется вернуться туда, где очень нужны ее руки, навыки, знания. Медсестра ловит себя на мысли, что в любой момент готова собраться и уехать. Но она дала слово младшему сыну — и честно его держит.

— После очередной командировки он попросил меня: «Мам, давай ты больше никуда не поедешь. У нас вся школа за тебя переживает, мы не живем, не спим, читаем новости», — признается медсестра. — И я больше не поехала.