Заслуженный тренер России Елена Чайковская прокомментировала «КП Спорт» драматическую развязку в мужском одиночном катании на Олимпиаде в Милане. Фаворит Илья Малинин провалился, а чемпионом сенсационно стал казахстанский фигурист Михаил Шайдоров, которого тренирует наш первый олимпийский чемпион среди мужчин Алексей Урманов. Петр Гуменник показал прекрасную программу, поднявшись сразу на несколько мест.
— Елена Анатольевна, еще после командных соревнований вы говорили, что Малинин не тот. И вот история в произвольной программе повторилась.
— Я шестьдесят с лишним лет работаю тренером. Я немножко вижу, что происходит. И потом, нельзя на всех углах писать, что ты олимпийский чемпион. У нас такие уже были записи, про Слуцкую на всех трамваях и троллейбусах писали. Про Бабилонию и Гарднер по всем горам писали, что они сейчас олимпийские чемпионы в Лейк-Плэсиде-1980. Сейчас вот про Малинина, что это фигурист с другой планеты. Нельзя, люди не выдерживают этого. Надо подходить к таким стартам очень зажато, концентрированно. Но это работа тренера, это нельзя допускать, потому что спортсмен сам не справляется. Видите, что получилось? Мне безумно жаль Малинина, потому что после такого страшного удара надо оправиться. Сейчас будет чемпионат мира, и надо подготовиться. Но готовиться морально, по-другому, потому что у него все есть, а вот этой составляющей нет, просто отсутствует.
Если говорить о нашем парне, то Петр Гуменник просто гений. Аристократ, красавец, невозмутимый. Вышел, все показал, все сделал потрясающе совершенно. Костюм и лицо. Выделялся необыкновенно. Я его поздравляю и люблю. Но произошел страшный казус. Судьи были не готовы к встрече с Гуменником. Вообще не готовы. Если со всеми другими они уже встречались в течение четырех лет по пять-шесть раз в году на соревнованиях, то тут приехал совершенно неизвестный человек, хороший, они не знали, что с ним делать. Вот они никуда его и не поставили. Как можно было ему ставить очень низко вторую оценку, чуть ли не самую низкую. Он как раз силен второй оценкой, при том, что он прыгнул еще все четверные. Он просто должен был взлетать высоко.
— Он для нас чемпион.
— А я и написала ему и его тренеру Веронике Дайнеко, что вы абсолютные чемпионы. Тут даже сомневаться нечего. Порадовалась очень за Мишу Шайродова, и его тренера Лешу Урманова. Они выстояли в этой драматичной ситуации. Конечно, они не предполагали, что идут на первое место, но борьба была жесточайшая, и он потрясающе откатывался. Во-первых, Миша сделал уникальный каскад — три с половиной аксель и четверной сальхов, который никто не делает. Он его сделал очень здорово, и это задало ему тон на всю программу, которую он выкатал безупречно. Я его поздравляю. Это называется спортивная удача. Но он ее заслужил, поэтому тут ничего не могу сказать.
— А его наставник Алексей Урманов — наш первый олимпийский чемпион в одиночке – теперь сделал золотой дубль, как спортсмен и как тренер!
— Я была тогда главным тренером и принимала в этом огромное участие. Он обыграл всех, там француз Канделоро упал, все остальные тоже сорвали свои программы, а он выстоял, красавец. Катал, как сейчас катал его ученик, и стал олимпийским чемпионом. Это Лиллехаммер-1994.
— История повторяется?
— Повторяется, да. Мне безумно радостно за Лешу, за Мишу. Молодцы. Просто это радостно. Но вообще у меня на душе жуткое впечатление от вчерашнего, я прям больная в два часа ночи осталась. Самое лучшее всегда в фигурном катании, самое интересное и самое прогрессивное — мужское одиночное катание. Это такая квинтэссенция фигурного катания. И вот на тебе — квинтэссенция. Вчера такое творилось! Конечно, завершающий Малинин, был просто растерян, катался какой-то другой человек, как сомнамбула, ничего не понимал, где руки, где ноги, где что. В общем, это пусть разбираются американцы и тренеры. Хотя так уделывать спортсмена нельзя. Тяжело из этой ямы потом будет выкарабкиваться.
— Может, Малинину нужен наш, российский тренер? Илья же по-русски говорит.
— Видимо, неопытные все, кто там вокруг, и не понимают, что надо запрещать вот эту пиарную сторону с утра до вечера. Крик, шум, аплодисменты. Руками его хватают, подписывать ему что-то дают, дарят, суют. Нельзя, это не выдерживает человека, когда ему надо работать на таком высочайшем уровне. Вот сейчас бы выиграл — и давай, пожалуйста, все, что хочешь. Мне его жаль. Если я гордая за нашего, я его благодарю, спасибо, Петя, то вот совершенно мне неприятна история с Малининым. Ну, ладно, будем смотреть дальше и болеть за Аделию Петросян.