Пушкин, Даль и «выползина»

22 ноября 1801 года родился создатель «Толкового словаря живого великорусского языка» Владимир Даль
Портрет русского писателя, этнографа, составителя "Толкового словаря живого великорусского языка" Владимира Ивановича Даля

Портрет русского писателя, этнографа, составителя "Толкового словаря живого великорусского языка" Владимира Ивановича Даля

Полно, да может ли один человек поднять такое! 200 тысяч слов! Неисчислимое количество почти утраченных, забытых ныне пословиц и поговорок! Но ведь сделал же он. Один, потратив на этот великий труд полвека…

Сначала - просто собирал, из любви к языку, и осознавая, что ежели услышит слово где-то в архангельском селе, никак не встретить его в Астраханской губернии. И хватко записывал, собирал по крохам, даже и не думая все соединить в единый труд. Пока Пушкин не надоумил: «А отчего бы вам, Владимир Иванович, не соединить этот труд воедино - в слова русского языка, ведь столько у вас уже сделано…»

Кажется, в Оренбурге был такой разговор, в городе, где Даль, бывший мичман Морского корпуса, дипломированный медик, армейский лекарь, ныне же служил ответственным чиновником особых поручений при генерал-губернаторе. А Пушкин оказался в сем городе тоже вовсе не случайно: заехал, собирая материал для повести о пугачевском бунте.

Как же они тогда обрадовались друг другу! До того, в Петербурге, виделись несколько раз - в круговерти светской и обыденной жизни, а теперь - дело другое, тут эти двое сблизились. Пушкин радовал Даля своей быстрой яркостью мысли, а Даль его - всяческими неожиданными находками и открытиями в языке. Вот спросил неожиданно: «А как называют шкуру змеи, когда та сбрасывает ее во время линьки?» Пушкин не знал. «Выползина», - пояснил Даль.

Однажды Пушкин явился к Далю в новом сюртуке и, демонстрируя его, поворачиваясь в разные стороны, вопросил: «Ну как, хороша выползина?» Запомнил, не мог не запомнить. Но если бы мог предположить он, какова судьба у этого сюртука…

В этом сюртуке Пушкин 27 января вышел на белоснежную прогалину у Черной речки, где ждал его Дантес.

Даль узнал о дуэли лишь на следующий день, в гостях у приятеля, и сразу бросился к Пушкину, в дом Волконского на Мойке. Там, около дома и в стенах - тьма народу, Даль с трудом протиснулся в столовую. Врач Иван Тимофеевич Спасский позвал коллегу в кабинет. Даль вошел и сразу поразился перемене поэта: обыкновенно смуглое лицо его открылось пепельно-серым, нос заострился, глаза и виски впали. «Плохо, брат…» - произнес слабо Пушкин.

Даль сказал, что надежду нельзя оставлять, хотя он-то, врач, знал: такие раны не дают шанса.

...После отпевания Пушкина в церкви Натали подарила пробитый пулей сюртук Александра Сергеевича…

Даль помнил этот сюртук и принял страшный подарок. Та самая «выползина», как Пушкин его обозвал.

…Даль всегда рядом со мной - его словарь на расстоянии протянутой руки от моего письменного стола. «Выползина», конечно, покоится в нем - на 305-й странице первого тома.

Леонид РЕПИН